Лю Анчжэ едва успел встретиться взглядом с Фу Юнем через стекло, как тут же распахнул дверцу и рванулся прочь.
Фу Юнь оказался быстрее: перемахнув через ограждение, он с ходу сгрёб Лю Анчжэ за плечо, прижал к кузову и без малейшей жалости врезал кулаком под дых.
От дикой боли Лю Анчжэ согнулся пополам, судорожно ловя воздух. Он попытался огрызнуться, но, встретившись с ледяным, давящим взглядом Фу Юня, мгновенно струсил и сник.
— Лезь в машину. Не хочу устраивать мордобой посреди улицы.
Рывком распахнув дверцу, Фу Юнь поправил отворот его воротника — хватка была такой железной, что Лю Анчжэ, спотыкаясь, ввалился в салон. Лицо его пошло мертвенной бледностью.
Заметив потасовку, Лань Сюань неуверенно выбралась из машины. Фу Юнь на лету бросил ей ключи:
— Жди снаружи.
— А, да-да, хорошо!
Фу Юнь запрыгнул в салон и с треском захлопнул дверь.
— Говори, что происходит.
Он поднял боковое стекло, отсекая уличный гул, и повернулся к Лю Анчжэ. Впервые Фу Юнь не скрывал бешенства — его пальцы, сжатые в кулаки на руле, едва заметно дрожали.
— Это деловой партнёр, — буркнул Лю Анчжэ, не поднимая глаз. — Проект обсуждали.
— Деловой? — перебил Фу Юнь с ядовитой ухмылкой. — А деловые переговоры у нас теперь через засосы ведутся?
Лю Анчжэ притупил взор, не смея встретить его взгляд.
— Долго это продолжается? Мать в курсе? — Фу Юнь со всей силы грохнул кулаком по подлокотнику. — Я спрашиваю: долго?!
— Да не особо... Полгода назад познакомились. Просто сошлись характерами, ничего такого!
Фу Юнь тяжело дышал, сдерживая рвущийся наружу гнев. Он сквозь зубы усмехнулся:
— Ты сам-то в эту чушь веришь? Сяобао ещё несовершеннолетний, а ты все эти годы жрал и жил за счёт клана Ан! — вычеканил Фу Юнь, щурясь. — Как у тебя вообще наглости хватило, а?
Лю Анчжэ мгновенно вспыхнул:
— Да с чего ты взял, что я живу за их счёт?! Я годами вкалывал, а ты одной фразой перечёркиваешь весь мой труд?! Я просто хотел доказать, что способен добиться всего сам, без вашей проклятой семейки!
— Вот как... — тихо, с издевкой протянул Фу Юнь. — То есть своё «дело» ты увлечённо ковал в постели любовницы?
Лю Анчжэ залился багровой краской:
— Ах ты...
— Шёл бы тогда сразу в порнуху, там платят быстрее. Японские фильмы сейчас в цене — заработал бы больше, чем от Лю Хун, да и рабочее место ровно то же самое.
Первая вспышка гнева улеглась, уступив место ледяному яду. Фу Юнь язвил безжалостно, не оставляя от отчима живого места.
— Да кто ты такой, чтобы судить меня?! — взвился Лю Анчжэ, будто уколотый ёж. — Выродок, которому родная мать на суде пощёчину влепила! Думаешь, ты чем-то лучше?! Все эти годы рядом с ней был я! А ты, хвалёный сыночек, холил её?! Перессорил всю родню, мать в гроб вгоняешь, а теперь ещё и нашу семью разрушить вознамерился?! Ты же, блядь, настоящий изверг!
Заткнуться ему пришлось в ту же секунду. Фу Юнь железной хваткой вцепился ему в загривок и со всего маху впечатал лицом в приборную панель. Раздался дикий вопль, на пластик брызнула кровь из разбитого лба, а из кармана Лю Анчжэ что-то вывалилось.
Отбросив отчима, Фу Юнь подобрал упавший предмет. Едва взглянув на него, он замер.
Кровь в жилах моментально застыла, по спине пробежал ледяной липкий ужас.
В его руке лежал тёмно-красный брусок проклятого благовония — точно такой же, как в доме Е Цзыцзин. Запечатанный в плёнку, с витиеватым узором и знакомым, едким ароматом.
Очумевший от боли Лю Анчжэ утёр заливавший глаза алый пот. Попытавшись подняться, он столкнулся со взглядом Фу Юня. Тот медленно повернулся, держа благовоние двумя пальцами.
— Что это? — тихо, чеканя каждое слово, спросил он.
— Подарили! — Лю Анчжэ дёрнулся вперёд, пытаясь выхватить брусок. — Не трогай!
В голове Фу Юня вспыхнула цепочка событий, тянувшаяся ещё с того рейса на пароходе. Слова Е Цзыцзин эхом отозвались в ушах. Он смотрел на отчима с немым ужасом, чувствуя, как дыхание становится ледяным.
— Кто дал? Лю Хун? — Фу Юнь снова сжал его воротник. — Отвечай!
— Да ничего в этом нет! — бился в его хватке Лю Анчжэ. — У неё своя студия ароматерапии! Друзья подарили пробник, что тут такого?!
Фу Юню было плевать на их «дружбу». Всё его внимание приковал этот крошечный смертоносный кусок благовония.
— Студия ароматерапии?! — от бешенства голос Фу Юня сорвался на сип. — Ты веришь каждому её слову?! Она — человек старшей двоюродной бабушки! Ты мало того что трахаешься с ней за спиной матери, так ещё и тащишь в дом проклятую дрянь, подставляя под удар собственную семью!
Лю Анчжэ пытался оттолкнуть его, но его потуги были смешны.
— Сяобао зовёт меня братом. Хочешь сдохнуть — валяй, держи путь в ад. Но если из-за тебя пострадают мать или Сяобао... ты пожалеешь, что на свет родился.
Фу Юнь с силой швырнул его на сиденье.
Брусок благовония в его кулаке разлетелся в мелкую пыль. Лю Анчжэ жадно ловил воздух, истекая ненавистью.
— Завтра же покончишь с ней. Понял?
С трудом переводя дух, Фу Юнь растирал затекшую ладонь.
— Весь следующий год за тобой будут следить. Узнаю, что ты с ней хотя бы слово обронил, — оторву яйца. Забудь вообще слово «секс».
С этими словами он выскочил из машины.
Лань Сюань поджидала неподалёку. Они молча сели в свою машину. Фу Юнь двигался стремительно, с тёмным, непроницаемым лицом.
Спустя пару минут он набрал номер. После двух гудков раздался спокойный женский голос:
— Господин Фу? Чем могу помочь?
— Мисс Е, та девица, с которой изменял ваш жених... вы знаете о ней хоть что-то ещё? Где работает, чем увлекается?
Е Цзыцзин на мгновение задумалась:
— Помните, я упоминала, что Лу Чжи вложился в салон ароматерапии? Это был её салон.
Опять ароматерапия.
Фу Юнь сжал челюсти так, что желваки заходили ходуном. В крутом повороте выкрутив руль, он проговорил вполне светским тоном:
— Спасибо, мисс Е. Я понял. Как только появятся новости, сразу вам сообщу.
— Э-э... Босс, мы вроде не в сторону школы едем, — осторожно подала голос Лань Сюань.
— Возьми отгул на вторую половину дня. Поедешь со мной, — отрезал Фу Юнь.
— Может... высадишь меня на обочине?
— Я почти уверен, что бабёнка, из-за которой разрушилась мелодрама Е Цзыцзин, и любовница Лю Анчжэ — одно и то же лицо, — Фу Юнь гнал во весь опор, игнорируя её прошения.
Лань Сюань смахнула досаду — учиться сегодня явно не придётся. Босс Фу отличался редким упрямством: если упёрся — хрен переубедишь.
— Ну, по роду занятий похоже. Но тебе не кажется, что софта слишком много? Сначала твой отчим палится на интрижке, а ровно за неделю до этого к нам приходит клиентка с точно такой же историей! Будто капкан готовили специально под тебя.
Осмыслив собственные слова, Лань Сюань сама же и поежилась. Спину обдало морозцем.
— Тебе правда обязательно сушить голову над этим дерьмом? — уставилась она на него.
Фу Юнь коротко скосил на неё холодный взгляд:
— Раньше было не нужно. Теперь — придётся.
— Почему?
— А как иначе? — тихо вздохнул он. — Я не могу просто прийти к матери и сказать: «Разводись с Лю Анчжэ». Как я ей объясню? Она ведь ни о чём не догадывается.
Лань Сюань была ещё девчонкой и взрослых раскладов не понимала, а потому злилась:
— И что, ты один должен тащить на себе весь этот геморрой и рисковать башкой?! Почему кто-то всю жизнь живёт как в теплице, в тепле и уюте, а ты расплачиваешься?! Меня вот никто отродясь так не оберегал!
Фу Юнь ухмыльнулся:
— Завидуешь ей, что ли?
Лань Сюань смутилась и тихо буркнула:
— Вовсе нет... Просто ты мне не чужой. Вот и переживаю.
Фу Юнь удивлённо приподнял бровь, и на его губах тенью скользнула довольная улыбка:
— А ты, оказывается, не безнадёжна, одноклассница Лань. Не зря я тебя кормами балую.
— Ещё бы, — фыркнула она, почесав кончик носа.
Тем временем на Национальном шоссе № 410 боевая группа перерыла всё вверх дном. Несколько групп сменяли друг друга, чуть не сдирая асфальт, но так ничего и не нашли.
Народ пал духом. Искать больше было негде, поэтому основную часть сил отозвали на отдых.
Глава группы Фэн отрядил на дежурство двух бойцов из Первой группы: Чэнь Шиюэ и короткостриженую девчонку по имени Чэн Ша.
— Иди поспи в машине, я сам подежурю, — Чэнь Шиюэ подошёл к ней и протянул бутылку воды.
Чэн Ша ловко открутила крышку, сделала пару жадных глотков и качнула головой:
— Да ну, не хочу. Как твоя рука?
— Уже лучше, ерунда.
Чэнь Шиюэ повернулся к пустой трассе. Он стоял в лучах заходящего солнца; чёрный форменный комбинезон подчёркивал подтянутую фигуру: широкие плечи, длинные ноги и поджарую талию, стянутую армейским ремнём.
Чэн Ша смерила его оценивающим взглядом и про себя усмехнулась. Напарник попался отличный — неболтливый, исполнительный, да ещё и симпатичный.
Они перекинулись парой ленивых фраз, как вдруг вдали показался длинный чёрный седан. Автомобиль неспешно приближался к кордону.
Чэнь Шиюэ подхватил автомат. Сняв оружие с предохранителя, он вышел на обочину и вскинул руку, приказывая остановиться. За его спиной натянулась защитная лента, заряженная духовной силой — обычным машинам путь был заказан.
— Проезд закрыт.
«Кайен» замер, стекло плавно опустилось, открывая интеллигентное лицо Ли Юдэ.
— Извините, у нас экстренный случай. Это кратчайшая дорога, пропустите, пожалуйста.
Чэнь Шиюэ мгновенно узнал его, внутри вспыхнула тревога:
— Вы?..
Ли Юдэ прищурился, восстанавливая память, и вкрадчиво улыбнулся:
— А-а, помню тебя! Ты парнишка из группы Фэна. Мы с вашим начальником в отличных отношениях. Свяжись с ним, он подтвердит.
Чэнь Шиюэ незаметно скользнул взглядом по салону. На заднем сиденье притихли двое мужчин в заляпанных цементом робах и касках, выглядевших как рабочие со стройки.
— Нам без разницы, с кем вы знакомы. Приказ командующего — полная блокада трассы. Никого не велено пропускать, — резко врезала подошедшая Чэн Ша.
Чэнь Шиюэ молча кивнул.
Двое на заднем сиденье переглянулись и синхронно выскочили из машины. В темноте блеснуло лезвие. Чэнь Шиюэ мгновенно скинул автомат наизготовку, заслоняя Чэн Ша собой.
* * *
Тем временем седан Фу Юня преодолел два пункта оплаты и набрал скорость. Лань Сюань дремала на пассажирском сиденье, когда её окликнул слабый голос:
— Эй, проснись...
— А? — сквозь сон пробормотала она. — Что такое?
— Дай воды.
Голос Фу Юня звучал неестественно глухо. Не выпуская руля, он подбородком указал на бутылку в подстаканнике.
Лань Сюань поднесла горлышко к его губам и внезапно заметила, что лоб Фу Юня покрыт крупным градом липкого пота. Сердце у неё ушло в пятки.
— Босс, что с тобой?!
Фу Юнь сделал глоток; его кадык судорожно дёрнулся, но вымолвить ни слова он не смог. Пальцы до белизны сжали рулевое колесо. С подбородка на руку Лань Сюань капнула холодная слеза пота. Его лицо сделалось бледнее полотна.
— Да что с тобой такое?! Тормози! — завопила девчонка.
Закашлявшись, Фу Юнь с трудом выплюнул:
— Открой окно... У меня в правом кармане... обломок благовония. Выброси.
Лань Сюань в мгновение ока выполнила приказ. В салон ворвался ночной воздух, но от смеси ароматов виски Фу Юня заломило ещё сильнее.
Дикая, пронзительная боль расколола сознание. Перед глазами всё поплыло, тьма затянула обзор, а одежда на спине промокла насквозь.
Он отчаянно пытался удерживать контроль, но педаль тормоза ушла в пол — машина совершенно не отзывалась!
Сцена точь-в-точь повторяла рассказ Е Цзыцзин об аварии её жениха.
— Босс! — истошно закричала Лань Сюань.
Покрышки взвыли, затягивая салон гарью жжёной резины. Закусив губу до крови, Фу Юнь навалился на руль всем весом.
Протяжный визг резины ошарашил окружение.
Лань Сюань перекинулась через консоль, подхватывая сползающие руки Фу Юня, и вцепилась в руль, пытаясь выровнять курс. Но неуправляемая туша машины на бешеной скорости неслась прямо на ярко-жёлтую ленту кордона!
— А-а-а-а-а!
Чэнь Шиюэ вскинул голову и обомлел: несущееся на них авто было ему слишком хорошо знакомо.
— Чёрт! Фу Юнь!!
Ли Юдэ сориентировался мгновенно — дал задний ход, освобождая дорогу. Чэнь Шиюэ даже не успел среагировать, как грохнул оглушительный таран.
Седан снёс духовный кордон, разметав во все стороны гравий и снопы искр, и на полном ходу врезался в скальную стену!
Чэнь Шиюэ рванул к дымящимся обломкам. Рывком сорвав раскалённую дверь, он закричал:
— Фу Юнь!!
Тот был без сознания. Едва дверь распахнулась, его тело бессильно соскользнуло наружу.
Чэнь Шиюэ рухнул на колени, подхватывая его на руки. Вытаскивая Фу Юня из помятого салона, он крупно дрожал всем телом.
К счастью, подушки безопасности сработали исправно, спася пассажиров от тяжёлых травм.
— Что с ним?! — Чэнь Шиюэ бережно уложил Фу Юня на землю и обернулся к Лань Сюань. Голос его звенел от паники.
— Я не знаю! Он просто... потерял управление! Погоди-ка... А почему так резко стемнело?!
Чэнь Шиюэ поднял взгляд — и обомлел.
Алый закат, только что озарявший трассу, мгновенно сменился непроглядной тьмой. Без сумерек, без единого перехода.
В вышине над ними кружило вороньё. Трасса погрузилась в беспросветный мрак, где еле теплились редкие тусклые фонари, вокруг которых уже клубился кроваво-красный туман.