Ночь укутала море. На палубе бесчинствовал влажный, пронизывающий ветер. Лишь в укромном, защищённом от порывов углу трепетал хрупкий язычок пламени. Воздух был напитан сыростью, и тоненькая фигурка девушки прикрывала собой огонь, отчаянно пытаясь уберечь его от порывов.
— Сестра, давай по-быстрому сожжём бумагу для Сяо Вань и уйдём. Если дядя Кан проведает — плетей не миновать.
— Сегодня седьмой день со дня её смерти. Как бы там ни было, отдать дань нужно, — Юэ Гэ возилась с жертвенными деньгами на полу, вокруг в темноте кружился сизый пепел. — Сяо Линь, подай ту пачку.
Чэнь Сяолинь протянула последнюю стопку. Юэ Гэ взяла её и бросила в пламя.
Но из-за влажного морского воздуха бумага лишь обугливалась, не желая загораться. Юэ Гэ нахмурилась и попыталась протолкнуть её глубже.
— Снизу подсовывай. Тут сыро, сверху не разгорится, — произнёс Чэнь Шиюэ, опустившись рядом с ними на корточки.
Юэ Гэ вздрогнула от неожиданности, и ритуальные деньги выпали у неё из рук. Чэнь Шиюэ подхватил их и сам отправил в огонь. Языки пламени охотно облизали бумагу, и к небу устремились серые хлопья.
— Сяо Вань — твоя сестра? — спросил он.
Юэ Гэ молча кивнула. В её глазах, отражавших огонь, стояла мёртвая, беспросветная тьма — ни единой эмоции.
— Мои соболезнования, — тихо проговорил Чэнь Шиюэ.
Девушка равнодушно подняла на него взгляд, в котором мелькнула колкая насмешка:
— Соболезнования приберегите до ночи. Вдруг перед тем, как затащить нас в постель, они вам ещё понадобятся.
Чэнь Шиюэ от неожиданности замер, не найдя, что ответить.
Рядом опустился Фу Юнь. Он посмотрел на костёр и попробовал прикрыть огонь ладонью от ветра, но всё было тщетно — морской бриз прошёл сквозь его руку, даже не задев её.
— Бесполезно, — пробормотал Фу Юнь и отвёл руку.
Находясь в Ином мире в качестве духа, он не мог дотронуться до призрачных тел, равно как и здешний ветер не мог коснуться его.
И тут Фу Юнь увидел, как Чэнь Шиюэ успокаивающим жестом похлопал Юэ Гэ по плечу. Его ладонь легла прямо на ощутимую ткань ее одежды!
Фу Юнь округлил глаза.
Какого чёрта этот парень может трогать призраков?!
Фу Юнь попытался повторить его жест и протянул руку к Юэ Гэ, но его пальцы беспрепятственно прошли сквозь тело девушки, не оставив и следа.
Юэ Гэ отшатнулась:
— Ты что вытворяешь?!
Чэнь Шиюэ поднял голову и, увидав эту сцену, обомлел. Он ошеломлённо воззрился на свою ладонь, а затем перевёл растерянный взгляд с Фу Юня на Юэ Гэ.
Фу Юнь поспешно извинился перед девушкой, отступил и встретился взглядом с Чэнь Шиюэ.
Лицо Чэнь Шиюэ заметно побледнело. Он снова осмотрел свои руки и тихо спросил:
— Я... что со мной?
Фу Юнь сам ни разу не сталкивался с подобным. На миг забыв про свою обиду на Чэнь Шиюэ, он схватил его за предплечье — рука была абсолютно плотной, живой.
Чэнь Шиюэ потрогал своё предплечье, затем ладонь Фу Юня и сбивчиво пролепетал:
— Босс... я человек или призрак?
— Человек, конечно! — строго осадил его Фу Юнь. — Не забивай голову дурью.
— Тогда как это понимать?
Дыхание Фу Юня участилось. Он произнёс глубоким, тревожным голосом:
— Это сейчас неважно. Если ты единственный, кто способен касаться призраков, ты понимаешь, что это значит?
Чэнь Шиюэ озадаченно воззрился на него:
— Что?
— Это значит, что и они могут достать тебя! Они могут причинить тебе вред, ты в смертельной опасности! — Фу Юнь сбивчиво, настойчиво заговорил: — Живо возвращайся в каюту. Всё, что происходит на этом корабле, тебя не касается. Закончим — я вытащу тебя отсюда, слышишь?
Чэнь Шиюэ попытался возразить:
— Да ну, не сгущайте краски...
— Делай, что говорю! — не принимающим возражений тоном отрезал Фу Юнь и, схватив Чэнь Шиюэ за запястье, потащил его прочь.
Чэнь Шиюэ упирался, пытаясь аккуратно отнекаться:
— Да ладно вам, босс! Я ценю вашу заботу, но правда, не стоит. Я и сам за себя постою, подумаешь — призраки касаются, делов-то.
Фу Юнь протащил его пару шагов, понял, что силёнок не хватает, и гаркнул на всю палубу:
— Лань Сюань, сюда!
Из тёмного угла выскочила Лань Сюань. Следом за ней вынырнул Фэн Юаньцзюй, подслушивавший всё это время.
— Какие будут приказания? — почтительно поинтересовалась одноклассница Лань.
— Я с ним не справлюсь. Сруби его «Пленением души» и отволоки в каюту, — отдал чёткий приказ Фу Юнь. — Быстро!
Чэнь Шиюэ обомлел:
— Лань Сюань... я ж к тебе со всей душой всегда был. Неужто рука поднимется?
Лань Сюань с сокрушённым видом вздохнула и вытащила из рукава рукоять резного ножа:
— Прости, брат Сяо Чэнь. Но кто мне стипендию платит и зарплату выдаёт, тот и заказывает музыку.
Чэнь Шиюэ навострил лыжи, но в следующую секунду замер на месте.
— Твари никчёмные! Кто вам разрешил тут бумагу жечь?!
Раздался оглушительный грохот!
Кто-то с размаху пнул жаровню. Горящие угли и пепел швырнуло во все стороны. Юэ Гэ и Чэнь Сяолинь испуганно взвизгнули. Вокруг взревели волны, налетел штормовой порыв ветра.
Чэнь Шиюэ обернулся. К ним широким шагом приближался дядя Кан в сопровождении нескольких матросов. Он уже протягивал руку, чтобы сгрести Юэ Гэ за шкирку.
Фу Юнь нахмурился и на автомате попытался преградить ему путь, но его рука, разумеется, опять проскользнула сквозь тело Кана. Фэн Юаньцзюй вовремя подскочил и перехватил руку Фу Юня.
— С ума сошёл?! Хочешь, чтобы они пронюхали, что среди них живые?! — прошипел Фэн Юаньцзюй.
Юэ Гэ получила несколько жестоких пинков. Задыхаясь, она судорожно впихнула остатки денег в догорающие угли. Огонь вспыхнул и перекинулся на её платье, мгновенно оставив на нежной белой коже девушки багровые ожоги.
Фу Юнь переглянулся с Чэнь Шиюэ.
Чэнь Шиюэ отвёл взгляд и, не раздумывая, шагнул вперёд, заслонив собой Юэ Гэ:
— Дядя Кан, может, не стоит так кипятиться?
Кан накренил голову, вылупившись на него:
— Это ты к чему?
— Она же совсем девчонка, — понизив голос, ответил Чэнь Шиюэ. — Будьте милосерднее.
Юэ Гэ и Чэнь Сяолинь, дрожа от страха, забились за его спину. Кан смерил его тяжёлым взглядом, хмыкнул и отступил в сторону, освобождая дорогу человеку позади себя:
— Капитан Цзун, толкуйте с ним сами.
Чэнь Шиюэ насторожённо оглядел пришедших. Из-за спины Кана вышел знакомый силуэт — капитан Цзун Цзяньму, тот самый, что в первый день обещал выбросить его за борт на корм рыбам.
Капитан смахнул пепел с кителя и окинул Чэнь Шиюэ холодным взглядом. Ужасающий шрам через всё его лицо в темноте ночи выглядел особенно зловеще.
— Старпом, мы знаем, что ты у нас чистенький. С нами не пьёшь, по девкам не ходишь. Но запомни: на суше свои законы, а на море — свои.
Он медленно, шаг за шагом, приближался к Чэнь Шиюэ, выдёргивая каждое слово:
— А на море положено чтить правила. И если ты играть по ним не хочешь, нам остаётся одно...
— Скормить тебя рыбам.
— Схватить его! А девку оттащите в каюту Цзяньбиня!
Фу Юнь мгновенно изменился в лице:
— Чэнь Шиюэ, беги!
Чэнь Шиюэ не заставил повторять дважды. Толкнув девушек вперёд, он развернулся и рванул к краю палубы.
Фу Юнь, Фэн Юаньцзюй и Лань Сюань бросились вслед за ним.
Чэнь Шиюэ резко развернулся на бегу и с разворота вмазал коленом в корпус настигавшего его дяди Кана. В темноте блеснуло лезвие — Кан успел полоснуть его по щеке. Ледяная сталь обожгла кожу, и по щеке Чэнь Шиюэ мгновенно потекла горячая струя крови.
Но он даже глазом не моргнул. Одной рукой перехватив кисть Кана, Чэнь Шиюэ с хрустом вывернул ему лучезапястный сустав. В мгновение ока они поменялись местами: Чэнь Шиюэ мёртвой хваткой вцепился в рукоять отнятого ножа и всей своей мощью попёр с ним на капитана, используя Кана как живой щит!
Океан вокруг взревел, вздымая огромные волны. Небо затянуло грозовыми тучами, и через секунду хлынул стенной проливной дождь. На скользкой палубе поднялся хаос и крики.
Фу Юнь подоспел как раз в тот момент, когда матросы за спиной капитана ринулись в атаку. Чэнь Шиюэ притаился в тени, его глаза, омываемые дождём, отчаянно блестели.
Уйдя кувырком в сторону, Чэнь Шиюэ молниеносным движением полоснул клинком по щиколоткам нападавших. Раздались дикие вопли, брызнула кровь, смешиваясь с дождевой водой и утекая в щели деревянного настила.
Тяжело дыша, Чэнь Шиюэ поднялся на ноги. С него ручьями текла кровь пополам с водой, и он, шатаясь, направился к Фу Юню.
Фу Юнь облегчённо выдохнул и уже протянул руки, чтобы подхватить его...
Как вдруг недобитый дядя Кан, собрав последние силы, с воплем совершил отчаянный прыжок и сбил Чэнь Шиюэ с ног!
Масса двоих взрослых мужчин на мокрой, скользкой палубе сыграла свою роль. Они на полной скорости покатились к самому краю палубы.
Раздался оглушительный треск!
Деревянные перила не выдержали удара и с грохотом обрушились.
— Чэнь Шиюэ! Назад! — в ужасе крикнул Фу Юнь. В его руке вспыхнуло свечение, и в следующее мгновение из ножен вылетел Длинный клинок жертвоприношения душ.
Лань Сюань, бежавшая рядом, обомлела:
— Ты почему его раньше не достал и не перебил их всех?!
— Использование духовного оружия во время странствия в Иной мир разрушает грань между мирами! Мы потом вовек отсюда не выберемся! — хрипло выкрикнул Фу Юнь сквозь шум ливня. — Но не смотреть же мне, как он погибает!
В последнюю секунду перила окончательно разлетелись в щепки, и Чэнь Шиюэ вместе с Каном рухнули за борт!
Раздался громкий всплеск!
Звук падения тел в воду потонул в грохоте шторма. Фу Юнь вздрогнул всем телом и, вскинув Клинок жертвоприношения душ, заступил дорогу подоспевшим матросам.
— Тронуть вас я не могу, но хотите проверить на собственной шкуре мой клинок?! — ледяным тоном бросил Фу Юнь.
Фэн Юаньцзюй подоспел следом:
— Отдай меч мне! Сам прыгай за ним!
Фу Юнь без колебаний швырнул оружие Фэну и сам сиганул с палубы прямо в бушующие волны.
На палубе Фэн Юаньцзюй и Лань Сюань вскинули клинки, заливая всё вокруг вспышками духовного света.
— Мамочки! Я никогда не расщепляла души усопших! — завыла Лань Сюань. — Что делать-то?!
Она сжимала в руках свой резной нож, пальцы дрожали, а капли дождя барабанили по лезвию, слепя глаза.
— Я так и знал, что то дело в Первой школе — твоих рук работа! Вернёмся — я с Фу Юня шкуру спущу за твоё укрывательство! — в ярости гаркнул Фэн Юаньцзюй.
— Ты сначала выживи, хрыч старый! — рявкнула в ответ Лань Сюань. — Только попробуй тронуть Фу Юня — я тебя вместе с Гу Ци на лоскуты порежу!
Ледяная морская вода мгновенно сковала тело. Огромная волна накрыла Фу Юня с головой, он захлебнулся, но размашистыми гребками поплыл к месту, где барахтались Чэнь Шиюэ и Кан.
Чэнь Шиюэ одной рукой вцепился в штормтрап, а второй со всей дури сокрушал череп Кана о деревянный борт. Удары сыпались один за другим — жестокие, беспощадные, без капли жалости.
Заметив Фу Юня, Чэнь Шиюэ изменился в лице:
— Ты зачем сюда прыгнул?!
Пользуясь его замешательством, дядя Кан со спины мёртвой хваткой сжал его горло. Чэнь Шиюэ крякнул от боли, потерял равновесие, но пальцы от штормтрапа не разжал.
Из носа и рта Кана хлестала кровь, но он, жилобистый и яростный, сцепил зубы: накрывшая их волна лишила Чэнь Шиюэ воздуха, тот начал синеть, бья локтями по рёбрам врага. Оба были на грани, но ни один не желал уступать.
Фу Юнь подплыл сзади, подхватил Чэнь Шиюэ за поясницу и потащил наверх. Прикоснуться к Кану он не мог — только к Чэнь Шиюэ. Кан понял это, и в его глазах блеснул злорадный огонёк: даже с переломанными рёбрами он намеревался утопить противника вместе с собой.
— Фэн Юаньцзюй! Меч сюда! — рявкнул Фу Юнь.
— Дядя Кан! Держи канат! Наверх поднимем! — закричали матросы с палубы, перебивая его рёв.
Фу Юнь сквозь зубы выругался.
На палубе Фэн Юаньцзюй срубил двоих матросов-призраков — те с воплем рухнули на настил.
Лань Сюань кружилась в вихре, её резной нож мелькал с бешеной скоростью, едва оставляя силуэты в воздухе. За секунду до того, как огромный кулак матроса должен был размозжить ей голову, она нанесла точный удар, повредив духовную оболочку призрака.
Череп матроса раскололся надвое, он пошатнулся и рухнул.
Но спустя пару секунд его рана затянулась, и он снова поднялся как ни в чём не бывало.
Лань Сюань, тяжело дыша, крикнула:
— Они не умирают! Что делать?!
— Они уже мертвецы! Нельзя убить того, кто и так мёртв! Задерживай их и вытягивай Чэнь Шиюэ! — Фэн Юаньцзюй сбил с ног очередного призрака. — Осторожно сзади!
Лань Сюань, не глядя, крутанулась и метнула нож. Лезвие насквозь прошило грудь капитана Цзуна.
— Чего бояться? Они нас всё равно тронуть не могут, — тяжело дыша, вымолвила она.
— Частый контакт с духами до добра не доведёт, — холодно отозвался Фэн Юаньцзюй. — И не думай, что Фу Юнь отмыл тебя и взял в бюро из доброты душевной. За всё приходится платить, рано или поздно.
Лань Сюань крутанула нож на пальце и хищно улыбнулась:
— А тебе-то какое дело?
Смолкла вспышка молнии. Фэн Юаньцзюй смерил её равнодушным взглядом, развернулся и размахнулся:
— Сдерживай их!
И с этими словами он швырнул Клинок жертвоприношения душ вниз, за борт.
— Фу Юнь! Лови!
Фу Юнь вскинул голову и на лету перехватил рукоять. В ту же секунду клинок отозвался мощной вибрацией. Фу Юнь обрушил лезвие прямо на дядю Кана!
В морской воде вспыхнул багровый фонтан. Волна подхватила останки призрака и уволокла их в пучину.
Чэнь Шиюэ жадно глотнул воздух. Фу Юнь обвязал канат вокруг его талии:
— Лезь наверх, живо!
— Я не могу тебя оставить...
— Заткнись и лезь! — во весь голос рявкнул Фу Юнь. — Я что, по-твоему, утонуть способен?!
И тут канат над ними резко ослаб. Верёвка бесполезной змеёй упала в воду.
Наверху стоял матрос с разделочным ножом и с садистской ухмылкой смотрел на них сверху.
— Чёрт! — выругался Фу Юнь. — Они обрезали канат!
— А Лань Сюань и Фэн Юаньцзюй?!
Лань Сюань на палубе срубила того матроса, но было поздно — остаток каната ушёл в воду.
— Босс! — в панике закричала девушка. — Что делать?!
— Не паникуй! Мы продержимся, разбирайтесь с теми, кто на палубе! — отозвался Фу Юнь снизу.
Лань Сюань обернулась. По вискам её тёк пот вперемешку с дождём. Проклятье... Что делать...
Как она тогда, в школе, впервые проявила способность к пленению душ?
Воспоминания хлынули непрерывным потоком: клубничные тянучки, Гу Ци рядом с учительницей Фэн, её лёгкая улыбка, чарующая, прелестная, словно вобравшая в себя свет всего мира.
Зависть, обида, жгучие эмоции затопили душу Лань Сюань. Она вспомнила, как смотрела в зеркало на своё серое, посредственное лицо под монотонный бубнёж учительницы Фэн:
«... Центр окружности является фокусом, прямая касается окружности и имеет с ней ровно одну общую точку. Расстояние от центра до прямой равно радиусу...»
Шторм бушевал вокруг, но в сознании Лань Сюань раздавался лишь этот чёткий, размеренный голос. Окружившие её призрачные матросы сужали кольцо.
«Ровно одна общая точка...» — прошептала она про себя.
Мир вокруг изменился. Раскрыв глаза, она увидела перед собой улыбающееся лицо Гу Ци.
«Я не специально... Это всё моя зависть... Простите меня... Помогите моему боссу...»
В её сознании резной нож устремился прямо в сияющие глаза Гу Ци.
И в следующий миг Лань Сюань распахнула глаза в реальности. Она молитвенно сложила ладони перед грудью, и из её рук вырвался ослепительный, всё выжигающий поток духовного света. Призраки десятка матросов покрылись трещинами и в мгновение ока развеялись прахом!
Фэн Юаньцзюй замер, потрясённо уставившись на девушку.
В это время корпус корабля сильно качнулся. Фу Юнь с помощью Клинка жертвоприношения душ сумел вывернуть одну из нижних досок обшивки, образовав проход в трюм. Переглянувшись, они с Чэнь Шиюэ ввалились внутрь и, пока не накрыла следующая волна, судорожно заложили пролом ящиками и обломками кирпичей.
Сначала вода бурным потоком просачивалась внутрь, но затем поток резко ослаб и иссяк.
Опешивший Фу Юнь посмотрел на Чэнь Шиюэ. Вместе они оттащили ящики от стены.
Произошло невероятное.
Стена трюма, пробитая клинком полминуты назад, была абсолютно цела! На ней не осталось ни единого следа от повреждений.
— Это ещё что за хрень?! — изумился Чэнь Шиюэ.
— Иной мир, — тихим голосом отозвался Фу Юнь. — Тут и не такое бывает. Пошли отсюда, пока они не решили, что мы ко дну пошли.
Они выскочили из каюты и бросились обратным путём к палубе.
А в глубине полутёмного трюма, где их уже не было, бесшумно возник полупрозрачный женский силуэт. Фигура присела на корточки и грациозным движением тонкой ручки вставила последний кирпич обратно в идеальную стену.