— Что ты сказал?! Старая госпожа жива?!
Фэн Юаньцзюй подскочил с земли, едва не рухнув обратно на подогнувшихся ногах. Растерянность на его лице мгновенно сменилась буйным ликованием:
— Быстро! Срочно передайте Фу Юню, с ней всё в порядке! Где сам Фу Юнь?
За его спиной выстроилась внушительная колонна бойцов боевой группы, ночью спешно переброшенных из затерянного в горах штаба в городской центр. На всех стоял отпечаток глубокого утомления: пыльная форма, запавшие глаза.
Всего четыре часа назад их поднял из постелей вой сирены тревоги. Не прошло и минуты, как бойцы, экипированные по полной форме, уже сидели в броневиках. Свыше десятка машин, выжимая всё из двигателей, мчались по серпантинам, визжа резиной и преодолевая перевалы, чтобы вырваться из горной глуши прямо в городское пекло.
Когда руководство наконец отдало приказ о десантировании в центре, бойцы распахнули двери бронетранспортёров — и обомлели.
Высотка в самом сердце мегаполиса была превращена в труху. Из гущи обломков и битого кирпича клубами валил сизый дым, повсюду громоздились руины. На площади выстроились кареты скорой помощи и многочисленные отряды медиков.
Военная и гражданская полиция оцепила эпицентр взрыва. На внешнем периметре полицейские из последних сил сдерживали натиск толпы репортёров, направлявших воронки объективов прямо в дымящийся ад. Царил полный хаос.
Спрыгнув на асфальт, Фэн Юаньцзюй свиснул подчинённым:
— Сяо Цзи! Бери своих и очисти территорию от гражданских!
Из машины вышел молодой офицер с синим бейджем на груди. Следуя указаниям командира, он выставил вперёд раскрытую ладонь, пока его люди вытаскивали из кузова массивный излучатель.
В то же мгновение серебристые сполохи света, повинуясь рисунку линий на его ладони, взмыли в воздух и рассеялись в пространстве. Стоило подключить питание к прибору, как резонансный усилитель многократно нарастил волны его духовной энергии.
В единый миг шумный, беснующийся людской поток словно нажали на паузу. Репортёры застыли с поднятыми камерами, потеряв волю.
Толпа, напиравшая на оцепление, замёрзла на полушаге. Несколько сотен человек одновременно ощутили невидимый толчок, после чего медленно развернулись и, точно заводные куклы, побрели прочь от заграждений.
Взпревшие полицейские в немом изумлении наблюдали, как отрешённые, двигающиеся со стеклянными глазами граждане послушно расходятся по домам тем же маршрутом, каким пришли. Среди стражей порядка пронёсся шепоток: чистая чертовщина.
Командир военного оцепления поспешил навстречу:
— Вы из отдела по аномалиям? Высшее руководство приказало оказывать вам всемерное содействие. Говорите, что нужно, сделаем в лучшем виде.
Фэн Юаньцзюй нащупал в кармане пачку сигарет, нервно мня её и пытаясь подавить нарастающую липкую тревогу. Он ещё не успел вникнуть в детали, как взгляд зацепился за обугленный логотип среди дымящихся обломков.
Знакомая эмблема... Штаб-квартира компании старой госпожи Фань!
— Где Фу Юнь?! — рявкнул Фэн Юаньцзюй. Лицо его вмиг посмертвело, ноги подогнулись. — Он... он был в здании во время взрыва?!
— Простите, точных данных пока нет, — качнул головой офицер. — Но судя по имеющимся сведениям, перед детонацией большинство сотрудников отправили на выезды. Потери среди персонала минимальны, сейчас мы разбираем завалы в поисках выживших.
Фэн Юаньцзюй отрешённо кивнул. Ли И, стоявший за спиной, подхватил начальника под локоть и тихо шепнул на ухо:
— Шеф, держись. Служба прежде всего.
С трудом взяв себя в руки, Фэн Юаньцзюй буркнул военному:
— Доложите обстановку вкратце.
* * *
Последующие сутки превратились для бойцов спецгруппы в адский, выматывающий кошмар. Объём поисково-спасательных и экспертных работ казался неподъёмным.
Жань Хуайчэнь на развалинах выбился из сил настолько, что под конец ему пришлось ставить капельницу с глюкозой, лишь бы он мог поддерживать духовную концентрацию. Десятки доставленных с гор приборов работали на пределе: раскалившиеся корпуса гудели и протестующе верещали под невероятной нагрузкой.
— А старуха? Со старой госпожой связались? — Старый командующий не смыкал глаз с прошлого вечера, дистанционно контролируя ход операции.
— Нет, — ответил Фэн Юаньцзюй, тяжело дыша в гарнитуру. — Спасшиеся сотрудники говорят, что в момент взрыва она находилась одна в кабинете на верхнем этаже... Готовьтесь к худшему, командующий.
В наушнике повисла длинная пауза. Наконец старик глухо отозвался:
— Ищите. Похоже, небо вознамерилось окончательно истребить род Ан.
Фэн Юаньцзюй, обладавший чутьём ищейки, тут же выхватил главное:
— Что вы имеете в виду?! Что значит «истребить род Ан»? У вас есть вести о Фу Юне?!
Командующий не успел ответить — с раскопа донёсся отчаянный крик спасателя:
— Сюда, живо! Нашли старую госпожу Фань!
Фэн Юаньцзюй даже не стал слушать шипящий в гарнитуре голос старшего по званию и нажал кнопку переключения каналов.
— Эй! Слышите?! — раздосадованно рыкнул он на безответный эфир. — Старый чёрт...
Спасатели аккуратно извлекли старуху из-под завалов. Пробившись сквозь толпу, Фэн Юаньцзюй увидел, что она с ног до головы покрыта пылью и копотью, однако... на её лице не было ни тени паники или шока человека, чудом избежавшего смерти.
— Быстро! Уведомите Фу Юня, с ней всё в порядке! Да где же носит самого Фу Юня?!
— Шеф...
Губы старухи шевельнулись, она попыталась что-то сказать, но вокруг царил такой гвалт, что суетящиеся с носилками санитары не обратили внимания на её судорожные попытки заговорить.
Заметив это, Фэн Юаньцзюй гаркнул:
— Замрите! Дайте ей сказать!
Ли И тут же остановил спасателей и склонился к самому лицу госпожи Фань:
— Говорите, мы слушаем.
— Там... снизу... кто-то есть... — прерывисто, едва цепляясь за дыхание, прошептала она. — Под... подо мной...
— Всем продолжать раскопки! — рявкнул Фэн Юаньцзюй. Забористо ободрив старуху, он сжал её слабеющую ладонь: — Всё будет хорошо. Обещаю, вытащим всех, до единого. Живых или мёртвых.
Он кивнул назад, и Жань Хуайчэнь с Ци Линем, превозмогая усталость, сменили спасательную бригаду. Но не успели они вонзить лопаты в гравий, как из-под земли раздался вопль:
— Заразу-у-у-у!
Жань Хуайчэнь и Ци Линь замерли.
«Это ещё что за оперный вокал?» — читалось на их лицах. От погребённых заживо обычно слышатся иные звуки.
Отбросив инструмент, бойцы в несколько рук вытащили погребённого. Наружу вылез невероятно бодрый старик. Причем он не просто позволял себя тянуть, а сам шустро карабкался вверх, орудуя локтями и коленями.
Фэн Юаньцзюй прищурился:
— Почтенный, я вас где-то видел?
Старик отмахнулся:
— Я Таньтай Гунлун, внештатник четыреста десятого! Ваш Босс Фу меня знает.
Фэн Юаньцзюй в замешательстве оглянулся на Ли И. Тот лишь развёл руками — понятия не имею, мол.
Покачав головой, командир распорядился отправить деда к медикам, а сам повернулся к подбежавшему адъютанту:
— Что у тебя?
— Шеф... Вести от спасательной группы со Снежной горы, — подчинённый боязливо всматривался в лицо начальника, явно не решаясь произнести роковые слова. — В Тянь-Шане сошла гигантская лавина. Босса Фу, старшую бабушку Ан и несколько сотен их людей... всех погребло под снегом.
В голове у Фэн Юаньзюя с гулким звоном образовалась звенящая пустота.
* * *
Шёл двадцать первый день, как Чэнь Шиюэ пребывал в коме. За это время он перенёс четыре тяжелейшие операции: врачи буквально по крупицам извлекали осколки снарядов из изувеченных мышц и костей обеих ног. Самый первый кровоостанавливающий талисман, въевшийся в рану, истлел и распался; волокна ритуальной бумаги вросли в живую ткань, и хирургам приходилось вытаскивать их пинцетом по одной ниточке.
При каждом касании находящийся в беспамятстве юноша невольно содрогался, болезненно морщась на койке, словно пытаясь укрыться от терзающей тело боли.
— Запястье вывихнуто, — произнесла женщина-врач в белом халате, разглядывая бессильно плетью висящую кисть Чэнь Шиюэ. — Сяо Нин, подойди, поддержи его. Накладываю гипс, после этого — никакой подвижности.
— Поняла, доктор Шэнь, — ассистентка поспешила на помощь. — Слушайте, наставница, с такими травмами... как он вообще выжил? Говорят, лавина накрыла полхребта, весь авангард клана Ан, участвовавший в рейде, сгинул без следа...
— Не только они, — равнодушно отозвалась доктор Шэнь. — Фу Юнь ведь тоже сгинул.
— Тсс! — испуганно перебила её девчушка. — Не дай бог глава группы Фэн услышит! Вы же знаете, он уже трое суток не спит, лично перекапывает снеговой завал. Там после лавины склоны нестабильные, в любой момент может догнать второй удар, так даже старик Фэн из Пекина прилетел, но не смог вытащить сына из зоны бедствия!
— Знаю. Мы с ним учились вместе, — доктор Шэнь сняла маску, открыв утончённое, но строгое и резкое лицо. — Он по Фу Юню ещё в юности сох до безумия.
— Правда? Эх, жаль, мне не довелось увидеть этого Фу Юня... Судя по рассказам, мужчина был невероятной красоты.
— Ничего, скоро Лао Фэн откопает его останки и привезёт сюда — насмотришься в моргах, — доктор Шэнь сделала последнюю отладку аппарата ИВЛ у изголовья Чэнь Шиюэ и повернулась к помощнице: — Выключай свет. Этот парень раньше чем через полмесяца всё равно в себя не придёт.
Она бросила последний взгляд на пациента:
— Как бы то ни было, сначала поспи. Твоя жизнь сейчас — самая ценная во всём лагере, счастливчик.
Дверь палаты с тихим щелчком закрылась. В полумраке комната погрузилась в тишину, нарушаемую лишь мерным мерцанием и писком медицинских мониторов. Чэнь Шиюэ лежал неподвижно — красивый, спокойный, словно заснувший.
Но там, где никто не мог увидеть, из уголка его глаза выкатилась одинокая слеза и без звука впиталась в подушку.
* * *
— Я повторяю в последний раз: Фу Юнь не мог погибнуть! Если вы не способны его найти из-за своей халатности и криворукости, то это ваша профнепригодность! Я завалю вас жалобами, вы меня слышите?!
Лань Сюань в исступлении кричала в кабинете Фэн Юаньзюя. Дверь с грохотом распахнулась, и на пороге появился не выдержавший Ловец душ Цзи:
— Ты как с нашим шефом разговариваешь?! Он ради ваших поисков четыре дня глаз не смыкал! У вас в вашем четыреста десятом вообще совести нет —
— Хватит! — на пределе сил оборвал его Фэн Юаньцзюй. — Выйди. Я сам их вызвал.
Сяо Цзи с недовольным видом отступил и захлопнул дверь.
В кабинете остались только Лань Сюань и Фэн Юаньцзюй. Девушка стояла у письменного стола, в упор глядя на него пылающими глазами.
Прошло несколько долгих, тяжёлых секунд. Губы девушки задрожали, и из глаз неудержимым потоком брызнули слёзы.
— Фу Юнь... не мог умереть... — хрипло, со срывом в голосе прошептала Лань Сюань, сжимая кулаки и удушливо сглатывая подступающие комки слёз. — Это... немыслимо.