Лань Сюань, выпроводив Чэнь Шиюэ, только-только переступила порог, как тут же отпрянула — в непроглядной тьме гостиной на диване вырисовывался неподвижный силуэт.
— Мать твоя за ногу! Босс, ты чего в темноте высиживаешь? — Девушка прижала руку к груди, всматриваясь в чертящие сумрак высокие плечи. От испуга у неё чуть сердце не выпрыгнуло. — Ты же вроде к себе на второй этаж поднимался?
— Заснуть не смог. Вот и спустился обратно, — глухо отозвался Фу Юнь.
— Ну... ты это, ложился бы пораньше, — пробормотала Лань Сюань и поспешила скрыться.
Фу Юнь просидел в одиночестве и мертвенной тишине гостиной почти до самого утра. Лишь когда с верхнего этажа донёсся короткий тихий сигнал пришедшего сообщения, он одеревеневшим движением поднялся и пошёл наверх.
Синеватый свет монитора выхватил из тьмы его холодное, породистое лицо. На экране висели документы, присланные старой госпожой Фань — исчерпывающие материалы по делу Ан Яньсинь.
Он бегло просмотрел файлы. Суть позиции госпожи Фань и её юристов сводилась к простому выводу: доказательств недостаточно, сроки давности вышли. По неофициальным законам оккультного мира максимум, на что можно рассчитывать — финансовая компенсация.
Фу Юнь откинулся на спинку кресла. Настроение испортилось окончательно.
Он и не надеялся упрятать старшую двоюродную бабушку за решётку до конца её дней с помощью одной лишь уцелевшей душонки. Но выжать из имеющихся крох хотя бы малую толику справедливости для Чэнь Шиюэ он был обязан.
Однако клан Ан, выстроенный его покойным дедом, пустил глубокие корни во все сферы Иного мира. А самое тошнотворное в такой ситуации — невозможность угадать, кому на самом деле предан тот или иной человек.
Когда госпожа Фань решила отмежеваться от Ан Яньсинь, в самом дурацком положении оказались именно бывшие соратники дедушки. С одной стороны — родная сестра покойного главы, с другой — вдова. Обе женщины стояли в самом сердце верхушки клана, и перебежать к любой из них означало предать другую.
А если среди ключевых фигур дела окажется кто-то из верных псов старшей бабушки... тогда любой шаг превратится в лотерею.
Фу Юнь задумчиво потёр синяк на предплечье, ритмично побарабанив пальцами по столешнице.
Впрочем, эта ночь выдалась бессонной не для него одного.
* * *
В то же самое время в одном из городских филиалов клана Ан в кабинете засиделась Лю Хун. Из-за спины донеслись неспешные, мягкие шаги. Женщина вздрогнула, порываясь захлопнуть крышку ноутбука, но её запястье перехватили.
— Время-то какое, а ты всё над документами о захоронении сидишь? — негромко произнесла Ан Яньсинь, убирая руку.
— Крёстная, — смущённо пробормотала Лю Хун, пытаясь собраться с духом. — Я уже всё просчитала. Переносом могилы займусь сама, работе это не помешает.
Старшая госпожа Ан кивнула, переведя взгляд на экран, где красовалась фотография заснеженных горных пиков.
— Неужто и впрямь решила переносить в снежные горы? — спросила она. — Сколько лет прошло, как не стало твоего мужа?
— Четыре года, — Лю Хун опустила голову и едва заметно улыбнулась. Прядка тёмных волос соскользнула на щёку. Для женщины средних лет она была весьма недурна собой, а смывшаяся за день помада придавала её поблекшему лицу утончённую, болезненную хрупкость.
— А дочке твоей сколько? — словно вспомнив о чём-то, поинтересовалась Ан Яньсинь.
— В старшую группу ходит. В следующем году в первый класс.
— Отдай её потом в школу возле офиса. Мы там спонсорами числимся, устроят без проблем, — равнодушно распорядилась старшая госпожа. — Столько лет мне служишь, наработалась уже.
— С вашей поддержкой, крёстная, никакая работа не в тягость.
Тут на пальце Лю Хун блеснул камушек, мгновенно привлекший внимание старшей госпожи Ан.
— Ого...
Лю Хун застенчиво улыбнулась и торопливо спрятала руку с кольцом.
— Помолвка или как? — прищурилась Ан Яньсинь. — Завела жениха и молчишь?
— Да нет пока, просто ухажёр, — Лю Хун прикрыла ноутбук, меняя тему: — Крёстная, вы ведь ещё лекарство не пили? Давайте я отвезу вас в старую усадьбу отдохнуть.
— И то верно. В твои года глупо ставить на себе крест. Не век же в вдовах коротать.
* * *
— Ё-моё, сегодня же Гаокао начался! — возопил Нин Кэ, листая ленту новостей. — А кто-то тут недавно сопли размазывал, расстраиваясь, что школу бросил!
Лань Сюань цапнула со стола пачку бумажных салфеток и со всего размаху запустила в него:
— Заткнись а, достал!
— Не сдавать экзамены — это ж чистый кайф! — Нин Кэ ловко сцапал пачку в воздухе, выудил пару салфеток и небрежно бросил остальные на свой стол. — Если б мне перед выпускным кто-то сказал: «Парень, забей на учебу, тебя забрали в секретный отдел за паранормальные абилки», я б от счастья прямо с крыши крыльца сиганул!
— Ага, ты и так чуть не сиганул, — огрызнулась Лань Сюань.
Из комнаты на втором этаже вышел Фу Юнь. Неспешно спускаясь по лестнице, он небрежно бросил:
— Кто тут куда сигать собрался?
Нин Кэ изобразил руками крутое пике:
— С крыши школы — и-и-и... хрясь!
Фу Юнь смерил его долгим взглядом, тяжело вздохнув:
— Иногда при общении с альтернативно одарёнными сотрудниками даже закатывать глаза лениво.
Проигнорировав возмущённое сопение Нин Кэ, он повернулся к Лань Сюань, наливая воду из кулера:
— Ты что, тоже на экзамены собралась?
— Никуда я не собралась! — буркнула та.
— Да ты не стесняйся. В нашем агентстве совмещать работу с учёбой не воспрещается, — невозмутимо заметил Фу Юнь, отпивая из стакана.
— Да не пойду я никуда! — психанула Лань Сюань. — Мне что, идти на Гаокао, чтобы по шести предметам суммарно соточку наскрести?!
— Смотри, тебя никто за язык не тянул, — строгим тоном предупредил Фу Юнь, погрозив ей пальцем. — Чтоб потом без предъяв, будто я эксплуатирую детский труд и заставляю забивать на образование.
Лань Сюань посмотрела на него пару секунд, и вдруг её глаза подозрительно заблестели. Смахнув слезу рукавом, она уткнулась лицом в сложенные на столе руки.
Фу Юнь опешил.
Он перевёл вопросительный взгляд на Нин Кэ, но тот лишь недоумённо пожал плечами.
—... Я что-то не то сказал? — с нерешительностью спросил Фу Юнь. — Лань Сюань?
— Да ладно тебе, экзорцистам диплом высшего образования без надобности, — попытался разрядить обстановку Нин Кэ.
Девушка продолжала сопеть в локти. Фу Юнь предостерегающе качнул головой Нин Кэ, мол, завали хлеборезку, и подошёл к её столу. Постучав по столешнице, он произнёс:
— Так, что за сырость? Поднимай голову, рассказывай.
Лань Сюань резко выпрямилась, шмыгая носом и сверкая заплаканными глазами:
— Босс, я могу попросить вас кое о чём?
— Валяй.
— Только наедине. Наверху, у вас в кабинете.
— Чего? — искренне удивился Фу Юнь. — А тут почему нельзя?
Бай Чжэ и Нин Кэ синхронно повернули головы, горя от любопытства.
Фу Юнь помялся:
— Это... что-то личное?
— Это про твои личные дела. Точнее, про наши с тобой личные дела! — решительно заявила Лань Сюань.
Фу Юнь аж отшатнулся. На его вечно невозмутимом, холёном лице проступил искренний ужас. Прочие сотрудники мгновенно стрункой вытянулись на стульях, впитывая каждую деталь разворачивающейся драмы.
— Че-чего?.. — переспросил Фу Юнь, чувствуя, как голос предательски дал трещину. — Ты бы... формулировки подбирала, а?
— Да вы чего вообразили-то?! — фыркнула Лань Сюань.
Она отобрала у онемевшего от шока Нин Кэ пачку салфеток, тщательно вытерла лицо и настойчиво повторила:
— Пойдёмте наверх.
Фу Юнь глубоко вдохнул, оглядел свою ораву дармоедов-сплетников и сдался:
— Ладно, шагай за мной.
Лань Сюань с каменным лицом поднялась по лестнице. Едва Фу Юнь переступил порог своей комнаты, она захлопнула дверь прямо перед носом у вытянувших шеи коллег.
Фу Юнь, мучительно соображая, какую еще свинью могла подложить ему судьба в лице этой девчонки, опустился в кресло:
— Излагай.
Девушка помялась, будто перед прыжком в ледяную воду, и наконец выложила:
— Босс... Фэн Юаньцзюй прознал про то, что произошло в Первой школе.
— Он и так знал.
— Нет, теперь он знает, что всё это закрутила я! Он на пароходе прямо сказал: как выберемся — в порошок сотрёт и меня, и вас!
Фу Юнь даже бровью не повёл:
— Ну и пусть сдирает шкуру. Тебе-то что?
— В смысле «что»?! — Лань Сюань чуть не взвыла. — Если меня привлекут, мне придётся возвращаться на пересдачу! На второй год! Опять в родную глушь, опять в её класс! А Гу Ци к тому времени уже в универ поступит и приедет её навещать...
Она посмотрела на начальника трагическим взглядом, и глаза снова наполнились слезами:
— Я не вынесу!
Фу Юнь потёр лоб:
— Погоди. Ты мне весь этот спектакль устроила вот из-за этой ерунды?
— Нифига себе ерунда! Вас-то он тронуть не посмеет, а из меня всю душу вытрясет!
Фу Юнь сделал успокаивающий жест:
— Успокойся. Через мою голову он тебя не достанет, твой босс ещё не настолько выжил из ума. Ты с первого дня в реестре нашего агентства. Даже если тебя в тюрягу упекут, обратно в обычную школу уже никто не отправит.
Лань Сюань, только собравшаяся перевести дух, поперхнулась воздухом:
— В... в тюрьму?!
— Ну да. За нарушения законов Иного мира предусмотрены реальные сроки и наказания, — пользуясь случаем, Фу Юнь с явным удовольствием принялся кошмарить подчинённую. — А сколько впаяют — тут уж как карта ляжет.
Лань Сюань побледнела как полотно, перемахнула через стол и чуть не вцепилась в него:
— И что делать?!
— Я буду за тебя молиться, — с искренней фальшивой заботой отозвался Фу Юнь.
— Слушайте, вам же, мужикам, на свою честь и достоинство обычно плевать, да? — Лань Сюань прищурилась, оценивающе оглядывая босса с ног до головы.
— Это ещё что за новости? Мне не плевать...
— Короче! Фэн Юаньцзюй на вас уже давно слюни пускает, старые чувства, все дела! Короче, у вас есть шанс пожертвовать собой, покрутить перед ним хвостом и уладить вопросик! — отчаянно выдала девушка.
Фу Юнь застыл, словно в него грохнула молния.
Потребовалось добрых полминуты, чтобы до его утончённого разума дошёл истинный смысл предложенной этой малолетней гениалкой «сделки».
Вот почему при приёме на работу надо требовать аттестат о среднем образовании!
— То есть ты предлагаешь мне...
— Ну а что такого? Он же от вас тащится! На корабле смотрел как мелодраматичный рогоносец, который годы копил страдания! Босс, ну по-братски прошу! Я кое-как на коммерческий бакалавриат претендовала, а после ещё одного года меня даже в коммерческий шараж-монтаж не возьмут! У вас вообще совесть есть?!
— Ни капли, — отрешённо ответил Фу Юнь.
— Изверг! — возопила Лань Сюань.
* * *
В то же самое время в штабе Боевой группы Фэн Юаньцзюй громко и от души чихнул. На том конце онлайн-конференции возникла пауза.
— Глава группы Фэн?
Фэн Юаньцзюй отмахнулся:
— Ничего страшного. Продолжайте.
— Э-э... да, так вот. Вы участвовали в снятии печати с парохода «Адамс», принадлежавшего Академии аномальных явлений. Мы внимательно изучили ваш рапорт и пришли к выводу, что судно представляет огромный исследовательский интерес. Однако сейчас права на него находятся у ректора Фэя, а он наотрез отказывается передавать объект до окончания судебного разбирательства...
— Судебного? Какого ещё разбирательства? — перебил его Фэн Юаньцзюй.
В груди у него возникло смутное предчувствие неладного.
— Тяжбы между Фу Юнем и старшей госпожой клана Ан. Фэй Цянь решил сделать реверанс в их сторону, так что вопрос с судном упрётся в иск, пока они не закончат.
На столе у Фэн Юаньцзюя экран видеосвязи мигнул и с короткой помехой потух.