— Да-да, у него действительно тянулась тяжелая история болезни, да и здоровьем он никогда не отличался… Врач сказал, из зоны риска он пока не вышел… Да куда ты торопишься, не очнулся он еще!
В глухой час ночи в больничном коридоре царила мертвая тишина, лишь дремлющие на скамьях редкие посетители нарушали безлюдье. Хоу Ячан, прижав плечом телефон к уху, вполушепота наставлял собеседника.
— Вы ложитесь спать, я сам подежурю. Завтра приедете. И не буду я полуночничать, да понял я, пап.
Сбросив вызов, Хоу Ячан виновато улыбнулся сидевшим неподалеку людям и опустился на скамью.
Заместитель главы группы Ли повернулся к нему:
— Фу Юня ждешь?
Хоу Ячан на мгновение опешил:
— Ну да, Фу Юня. Старая госпожа Фань тоже снаружи ждет.
Они сидели бок о бок. За окном завывал ветер, швыряя в рамы порывы холодного воздуха. Люминесцентная лампа под потолком бесшумно мерцала, выхватывая из темноты узкий пятачок коридора и погружая его в звенящую тишину.
— Отправил бы ты старуху домой, — вздохнул Ли И. — Фу Юню досталось тяжелее всех, он скоро не очухается. Смысла торчать под дверью никакого.
— Для собственного спокойствия, — горько усмехнулся Хоу Ячан. — Вы ведь тоже здесь.
Ли И лишь небрежно отмахнулся:
— Скажешь тоже. Наш глава группы Фэн пару царапин получил. Сейчас обследуют до конца и выпишут. Чего тут переживать?
— Везучий он у вас, — вздохнул Хоу Ячан.
— Удача — тоже часть мастерства, — хмыкнул Ли И.
Дверь палаты резко распахнулась. На пороге показался Фэн Юаньцзюй с закованной в гипс рукой.
— Заткнуться можете? — ледяным тоном бросил он. — Не видите, где находитесь? Это реанимационное отделение.
Из-за его спины выглянула Лань Сюань. На голове у нее красовалось устройство, похожее на шлем — прибор для восстановления ментальных сил. На этот раз девушке пришлось выложиться по полной: прорубать путь сквозь полчища призраков клинок за клинком выпивало всю ее духовную энергию.
— Это кто тут без мастерства? — недовольно огрызнулась Лань Сюань. — Настоящий мастер тот, кто закрывает аномалию! С каких это пор у вас в боевой группе силу медосмотрами меряют? Чем меньше синяков, тем ты умелее, да? Выходит, трус, отсидевшийся за чужими спинами, вообще непревзойденный гений?
Ли И от такой дерзости аж поперхнулся:
— Ну и девка!
— Ты на кого это намекаешь? — разразился Фэн Юаньцзюй. — Кто отсиживался?
Лань Сюань лишь закатила глаза и фыркнула, уходя обратно в палату.
Фэн Юаньцзюй предостерегающе смерил Ли И тяжелым взглядом, призывая к тишине, и с треском прихлопнул дверь.
Ли И только руками развел.
Сидевший подле них Бай Чжэ поджал губы, покашлял и, выпрямившись, сдержанно напомнил:
— Ты бы языком-то не размахивал. Старой госпоже Фань еще со Старым командующим дело иметь.
Ли И предпочёл промолчать.
Бай Чжэ бросил короткий взгляд в сторону выхода и вновь погрузился в молчание. Так втроем они и замерли на длинной больничной скамье, безмолвно переглядываясь.
Внутри палаты Фэн Юаньцзюй прислонился к изголовью койки, прикрыв глаза. Из капельницы, иглой вонзившейся в тыльную сторону его ладони, медленно сочился раствор. На соседней кровати, укутавшись одеялом, уже крепко спала Лань Сюань.
Внезапная трель телефона заставила Фэн Юаньзюя вздрогнуть. Скованный гипсом, он неуклюжим движением выудил аппарат из кармана. Едва успевшая провалиться в сон Лань Сюань недовольно поморщилась и повернулась к стене.
— Слушаю, — глухо отозвался Фэн Юаньцзюй. — Да, я его начальник... В личном деле Чэнь Шиюэ указан рабочий номер. С ним кое-что случилось, телефона при нем нет. Говорите мне, в понедельник я всё передам.
В трубке зазвучал чужой голос.
Лицо Фэн Юаньзюя налилось свинцовой тяжестью. Он долго молчал, прежде чем медленно опустить руку и завершить вызов. На его изможденных чертах проступили глубокая усталость и редкая, почти несвойственная ему печаль.
— Что стряслось? — чутко встрепенулась Лань Сюань.
— Чэнь Сюэчжу скончалась, — отрывисто раздалось в тишине. — Вчера ночью, во время обхода, медсестра обнаружила, что она не дышит. Из пансионата пытались связаться с родственниками, но Брат Сяо Чэнь не отвечает. Вот и набрали рабочий номер, оставленный в карточке.
Лань Сюань на мгновение онемела:
— Брат Сяо Чэнь очнулся?
— Пока нет. Придет в себя — сам скажу.
Ночной холод проникал сквозь щели, в воздухе висело мертвое безмолвие. Изредка в темном небе появлялись рваные тучи, но ветры подхватывали их и уносили прочь, не оставляя и следа.