— Хватит глазеть, иди, — тихо проговорила Лань Сюань. — Чувствуешь?
Чэнь Шиюэ неохотно отвёл взгляд от Е Цяо:
— Что именно?
Лань Сюань мрачно сощурилась:
— Ход времени и самого пространства здесь стремительно ускоряется. Иными словами, этот мир вот-вот разрушится.
Едва эти слова слетели с её губ, как небесный свод над головой заволокла непроглядная тьма. Дневной свет мгновенно угас, уступив место мёртвой, давящей ночи.
— Извини... — с кривой ухмылкой пробормотала Лань Сюань. — Я и не думала, что пространство послушается меня настолько буквально.
— Как ты это поняла? — изумился Чэнь Шиюэ.
Девочка прикоснулась пальцем к виску и горчаще ухмыльнулась:
— Наверное, тот самый дар, о котором говорил Фу Юнь. Те, у кого есть способность к пленению душ, иногда буквально ощущают, как время и пространство утекают сквозь пальцы. Бешеная скорость потока означает, что реальность предельно нестабильна. У нас почти не осталось времени.
— Ищем Фу Юня и убираемся отсюда, — отрезал Чэнь Шиюэ.
Они со всех ног бросились к каютам первого класса. Но не успели добежать до комнаты Фу Юня: едва Чэнь Шиюэ зашёл за поворот, как земля ушла у него из-под ног. Состояние невесомости, стремительное падение — и когда он пришёл в себя, вокруг царила непроглядная тьма.
По коридору разносился суматошный шум. Не дожидаясь, пока отступит боль от падения, Чэнь Шиюэ мгновенно откатился в тень и затаился в углу.
— Быстрее! Проверьте весь товар! Заражённых — за борт!
— Но их же слишком много! Если выкинем столько народу за раз, как мы потом отчитаемся по счёту?
— Идиоты! — рявкнул другой подельник. — Если оставить эти чумные туши гнить на борту, к приходу в порт перемрёт всё судно! Шевелитесь!
Чэнь Шиюэ понял, что находится у дверей трюма, где держали невольников. Эти мерзавцы были подручными дяди Кана — сам хозяин подох не пойми как, а его псы продолжали «исполнять долг».
Торговцы людьми вломились внутрь, срывая с рабов одежду. Заметив хоть малейшее нагноение или опухоль, они безжалостно выволакивали несчастных наружу. Трюм огласился дикими криками и рыданиями: людей силой волокли по настилу к палубе.
Вскоре послышались тяжелые всплески за бортом.
Ад на земле, не иначе.
Чэнь Шиюэ сжался в темноте. Он отчётливо понимал: всё это происходило вечность назад, и он — лишь призрак в воспоминании, бессильный что-либо изменить.
Неудивительно, что это место пропитано такой лютой злобой. Любой, кто умер бы здесь, превратился бы в мстительного духа. Сословный гнет превращал человеческие жизни в сор; но перед лицом всепожирающего мора равными оказались абсолютно все.
Выбравшись из трюма, Чэнь Шиюэ поднял голову. Небо затянули свинцовые тучи. Иной мир окончательно сбросил обманчивую маску спокойствия, явив свой самый жуткий оскал.
* * *
Лань Сюань попала в призрачную преграду.
Взбегая на второй этаж, она была уверена, что Чэнь Шиюэ бежал рядом, но стоило ей оглянуться — спутник испарился.
Пометавшись на месте и не найдя ни следа, Лань Сюань почувствовала, как подступает паника. Не теряя времени на бесполезные ожидания, она рванула к каюте Фу Юня.
Бесконечно длинный коридор утопал во мраке. Прежде тускло горели светильники, но теперь погасли и они. За окнами бесновалась ночь, а в воздухе повис едва уловимый горьковатый запах травяных отваров.
До неё донеслись сбивчивые стоны и хриплое дыхание — они раздавались из кают по обе стороны коридора. Так стонут лишь те, кто бился в предсмертных муках.
Звуки нарастали.
Лань Сюань понимала, что медлить нельзя. Зажав клинок в одной руке, она нащупала другой дверную ручку ближайшей каюты.
Собравшись с духом, она рывком распахнула дверь.
И тут же ей под ноги, по накренившемуся полу, выкатилось что-то круглое и тяжелое.
Лань Сюань отпрянула. В каюте восседала знатная дама в роскошном убранстве. Её белоснежная кожа была изуродована гнойными нарывами и подтёками запекшейся черной крови. Болезнь сожрала её дотла.
У дамы не было головы — той самой, что только что отвалилась и укатилась в коридор.
Чума добралась и до первого класса.
Осторожно отступив, Лань Сюань толкнула дверь соседней каюты.
В лицо ударила тошнотворная вонь гниения.
На кровати лежал тучный мужчина с остекленевшим, полным ужаса взглядом. Лицо его посинело и опухло от язв. На испятнанном трупными пятнами запястье тускло поблёскивали покрытые водорослями и ржавчиной золотые часы.
Эпидемия не пощадила никого. Мор поглотил корабль сверху донизу, не оставив выживших.
Едва Лань Сюань потянулась к следующей двери, как что-то с тихим стуком подкатилось к её ногам.
Опустив взгляд, она увидела всё ту же отрубленную голову. В ту же долю секунды за спиной взвился ледяной вихрь. Лань Сюань мгновенно развернулась и наотмашь полоснула клинком, рассекая рванувшуюся к ней обезглавленную тушу.
Разрубленный труп дамы замер. Из раны со свистом сочилась зловонная сукровица, смешанный запах трав и трупного яда заполнил пространство, а из обрубка шеи каплями сочилась отравленная кровь.
Но шагнув вперёд, мертвечиха снова поплелась к ней, словно зазывая за собой на то дно ада.
Лань Сюань сощурилась, принимая боевую стойку. Внезапно сбоку раздался хрип — жирный мертвец с золотыми часами тяжело поднялся с кровати и двинулся следом.
Двери вдоль всего коридора начали со скрипом распахиваться одна за другой. Из кают вываливались разлагающиеся трупы. В жизни — почтенные господа в шелках и парче, после смерти — ничем не отличающиеся от замученных рабов из трюма.
«Дело дрянь», — безэмоционально подумала Лань Сюань.
* * *
Фу Юнь без колебаний полоснул лезвием по собственному запястью. Алая кровь хлынула толчками, вымывая угасающий пульс. Лицо его окончательно утратило краски, став смертельно бледным, но он даже не поморщился. Занеся руку над головой Чэнь Сяолинь, он позволил тяжелым каплям окропить её темечко.
Злобный дух взревел. Спустя мгновение тело девушки забилось в судорогах. Из её макушки выскользнула тонкая струйка сизого дыма и, скользнув по кровавому следу, втянулась прямо в порез на руке Фу Юня.
Лишённый нечисти труп девушки обмяк и повалился на пол, точь-и-точь кукла, которой перерезали нити.
Её тело обрело покой. Впервые за сотню лет несчастная девушка, не вынесшая поругания и давшая петлю, обрела тишину.
Рука Фу Юня бессильно упала. Губы побелели от потери крови. Рана на запястье медленно затянулась сама собой, оставив на белоснежной кости лишь тёмно-синий, синюшный шрам.
Он вшил душу Старшей двоюродной бабушки в свой собственный пульс. Живым или мертвым, Чэнь Шиюэ и Лань Сюань всё равно вытащат его отсюда. И тогда эта душа станет неопровержимым доказательством того, что Ан Яньсинь действительно убила Чэнь Сюэчжу и наставника, странствовавшего в Иной мир.
Зажав кровоточащее запястье, Фу Юнь тяжело задышал. От дикой боли его зрачки расширились, а взгляд потерял фокус.
Он долго восстанавливал дыхание, прислонившись к холодной стене, после чего с трудом поднял руку и накрыл ладонью веки Чэнь Сяолинь, бережно смежив их.
— Всё кончено, отдыхай, девочка... — едва слышно прошептал он. В этом тихом шелесте голоса звучала неизбывная, растворяющаяся в воздухе нежность.
Бессильно откинув голову назад, Фу Юнь почувствовал, как жизнь покидает его.
Сознание застилал туман. Боль в шее и внизу живота постепенно притихала, уступая место звенящей пустоте. Голова его бессильно съехала набок, и он погрузился в абсолютную тьму.
* * *
Чэнь Шиюэ взлетел по лестнице и распахнул дверь каюты Фу Юня. Пусто. Сердце болезненно сжалось от подступающего отчаяния. Подавляя нарастающую панику, он начал метаться по коридору, дергая запертые двери одна за другой. Дверь в помещение, где держали Чэнь Сяолинь, оказалась запечатана намертво.
Чэнь Шиюэ с разбегу ударил плечом в дверь — бесполезно.
— Что ты вытворяешь? — тяжелый шаг и запах сырости возвестили о появлении Фэн Юаньцзюя. Запыхавшийся глава группы явно тоже искал Фу Юня.
— В каюте пусто, а дверь к Чэнь Сяолинь заклинило. У тебя есть идеи? — быстро спросил Чэнь Шиюэ.
Фэн Юаньцзюй выхватил пистолет и без лишних слов выстрелил прямо в замочную скважину. Замок со звоном отвалился. Переглянувшись, они одновременно навалились на дверь, но та даже не шелохнулась.
— Что за чертовщина?
Мертвец с силой прижал Лань Сюань к переборке. Густая, вонючая слизь залила лицо и шею, и кожу тут же обожгло зудом — верный признак заражения.
Но времени на панику не было. Взмахнув клинком, Лань Сюань наотмашь рубанула сверху вниз. Обезглавленный труп рассыпался по лопаткам и рухнул на пол.
Однако мертвецов становилось всё больше. Сжимая рукоять занемевшими пальцами, девушка отчаянно отбивалась, кромсая наступающих тварей.
Туша с золотыми часами со всего размаху врезалась в фанерную стену у неё за спиной. Хлипкая перегородка не выдержала и с треском рухнула.
Отрубив жирняку руку, Лань Сюань кубарем перекатилась через обломки в соседнее помещение — и очутилась прямо перед Чэнь Шиюэ и Фэн Юаньцзюем.
— Серьёзно?! — изумлённо рявкнула она, вытирая лицо. — Я там в одиночку пробиваюсь сквозь армию упырей, а вы двое тут в двери играетесь?!
Оценив масштабы надвигающейся орды, Чэнь Шиюэ сориентировался мгновенно:
— Фу Юнь внутри. Попробуй открыть, а мы пока задержим тварей.
Они молниеносно поменялись позициями.
Лань Сюань направила духовную силу на замок, но мощнейшая отдача отпечаталась в воздухе и сшибла её на колени.
— Что там за чертовщина?! — опешила она, дико оглянувшись.
Чэнь Шиюэ мощным пинком отбросил подступающего мертвеца:
— Там Фу Юнь.
— Фу Юнь что, совсем из ума выжил?! — выкрикнула Лань Сюань. — На кой черт высаживать весь запас духовной энергии, чтобы замуровать себя изнутри?!
Фэн Юаньцзюй уловил тревогу в её голосе:
— Ты о чём?
— Духовный заслон на этой двери прочнее, чем вся моя жизнь! — с досадой ответила Лань Сюань. — Молись, чтобы его там кто-нибудь запер, а не он сам решил устроить тут грандиозный финальный аккорд!