Тем временем в импровизированном медпункте туристической зоны Мяо доктор Шэнь Ти откровенно скучала. На ней был белый халат, а лицо закрывала медицинская маска, оставляя открытыми лишь глаза — темные и неподвижные, словно застывшая озерная гладь.
Сидя за рабочим столом, она лениво крутила между пальцами авторучку. Если верить расчетам, Ли Юдэ уже должен был прибыть на место. Впрочем, ей-то какое дело? Старые счеты и чужая месть ее не касались.
И все же внутри копошилось досадное любопытство. Кто откажется посмотреть на чужой пожар с безопасного расстояния? Шэнь Ти ведь не просто так подавала рапорт в штабе, выбивая эту командировку, — ей хотелось быть в центре событий. Увы, Командующий Ли отвел ей скромную роль наблюдателя в глухом медпункте и к самой операции близко не подпустил.
Сегодня шел ее последний день в заповеднике. Снаружи земля ходила ходуном, а она застряла в четырех стенах без права сделать шаг в сторону.
Раздраженно ткнув стержнем ручки в медицинскую карту, Шэнь Ти нахмурилась. И в этот самый миг дверь медпункта распахнулась, впустив вместе с посетителем поток ледяного воздуха.
— Садитесь. На что жалуетесь? Рассказывайте симптомы, — буркнула Шэнь Ти, даже не поднимая головы, и щелкнула кнопкой ручки.
Сверху раздался мягкий, ровный голос:
— Есть у вас подавитель для Кровавого Гу? Мощный препарат не нужен, достаточно просто затормозить действие.
Рука Шэнь Ти замерла. Она медленно подняла взгляд и улыбнулась под маской:
— Надо же... Какая встреча, старшекурсник. Давно не виделись.
— На работу не жалуешься? — Фу Юнь опустился на табурет, мягко улыбаясь.
— До твоего появления всё шло отлично. А вот теперь — не уверена, — Шэнь Ти с откровенным любопытством разглядывала собеседника.
Прошло несколько лет. Былой проницательный взгляд и утонченная красота уступили место болезненной бледности и истощению. Как врач, она сразу увидела: состояние Фу Юня было откровенно скверным.
— Извини, если создаю проблемы, — сочувственно произнес тот. — С возрастом болезней только прибавляется.
— Я к тому, что твоих привычных лекарств у меня нет. Если мяоский яд Гу въелся в тело, простым вскрытием его не извлечь, — Шэнь Ти снова крутанула ручку. — Давай к делу. Зачем ты пришел? Пустые любезности — самый бессмысленный способ тратить время.
— Я пришел сдаться.
Шэнь Ти замерла, не сводя с него взгляда, и тихо переспросила:
— Ты это серьезно?
— Вполне, — спокойно ответил Фу Юнь. — Нам нужен свой человек внутри, а тебе не помешает заслуга перед руководством. У тех, кто поступил в мединститут, мозги работают отлично. Ты девушка умная, так что понимаешь мой намек.
Шэнь Ти сохраняла непроницаемое выражение лица:
— Не понимаю.
— Отправь меня к Ли Юдэ, — отрезанно произнес Фу Юнь. — Чэнь Шиюэ сказал, что тебе можно верить.
В ее голове пронеслась буря мыслей. Взяв со стола термокружку, она сделала медленный глоток, помолчала и протянула руку:
— Руку давай.
Фу Юнь охотно подчинился.
Достав из самого нижнего ящика ампулу и шприц, Шэнь Ти обработала кожу йодопироном и плавно вогнала иглу в вену.
— У него мощный обезболивающий и седативный эффект. Это самый долгодействующий препарат из тех, что у меня есть. День-два после встречи с Ли Юдэ ты продержишься относительно спокойно. — Вытащив шприц, она добавила: — А вот дальше я бессильна.
Фу Юнь лишь безмятежно кивнул. Его взгляд помутнел, веки налились свинцовой тяжестью, перед глазами поплыли темные пятна. Потеряв равновесие, он уткнулся лицом в стол и отключился.
Шэнь Ти прикоснулась пальцами к его сонной артерии, ощутив слабый пульс. Выражение ее лица стало предельно сложным. Направившись к окну, она набрала номер.
— Командующий? Это Сяо Шэнь. Фу Юнь у меня. Присылайте людей.
Она развернулась, разглядывая спокойные черты спящего. Пожав плечами, Шэнь Ти внезапно ощутила странный, почти абсурдный укол сочувствия.
Это было отголоском родства душ.
Отчаянная храбрость, шаг в мышеловку, борьба до последнего вздоха... Скольким же приходится жертвовать тем, кого жизнь никогда не жалела, чтобы получить элементарное право — просто жить, как все остальные?
Снаружи взревели моторы. Автоколонна Ли Юдэ подоспела мгновенно — вооруженное до зубов подразделение оцепнуло крошечный медпункт плотным кольцом.
* * *
В это же время карета скорой помощи с ревом сирены неслась в сторону городской больницы. Внутри находились Жань Хуайчэнь, Цю Цзинмин и бессознательный Чэнь Шиюэ на носилках. Оба спутника сидели с мрачными, окаменевшими лицами.
Цю Цзинмин взглянул на наручные часы:
— Ли Юдэ уже забрал Брата Фу.
— И мы реально ничего не сделаем? Если Брат Фу попадет к нему в руки, неизвестно, выберется ли он вообще живым...
— Потише! — опомнился Цю Цзинмин.
На носилках слегка вздрогнули веки Чэнь Шиюэ.
Цю Цзинмин попытался сообразить как можно спокойнее:
— Пока Ли Юдэ не исцелится с помощью его крови, Брат Фу будет жить.
В машине снова воцарилась тяжелая, удушливая тишина.
Все началось часом ранее.
Мощный взрыв на окраине туристической зоны поднял на ноги всех постояльцев гостиницы. Жань Хуайчэнь первым выскочил наружу: по улице в панике метались визжащие туристы.
— Что происходит?! — от ужаса у него перехватило дыхание. Заскочив обратно, он судорожно захлопнул дверь.
Вышедший из комнаты Фу Юнь бросил взгляд на клубы черного дыма, поднимающиеся к небу:
— Похоже, Чэнь Шиюэ раскрыли.
Эти слова прозвучали как гром среди ясного неба.
— Грохотало со стороны пещеры, — быстро распорядился Фу Юнь. — Несколько человек со мной — вытаскиваем его. Остальные — немедленная эвакуация.
Цю Цзинмин с парой бойцов бросились за Фу Юнем, пока Ци Линь организовывал отход основной группы через переулки.
Успех операции зависел от пары минут. Когда группа прибыла к пещере, подкрепление Ли Юдэ еще не успело подтянуться. Не теряя драгоценных секунд, Фу Юнь подхватил лежащего без чувств Чэнь Шиюэ.
В обычное время ему бы это не удалось — Шиюэ был на голову выше и куда массивнее. Однако сейчас Фу Юнь, даже не изменившись в лице, выволок его к машине, где к нему на помощь подоспели Жань Хуайчэнь и Цю Цзинмин.
— Уходим, Брат Фу! Сейчас здесь будут его головорезы! — торопил Хуайчэнь.
Фу Юнь внезапно протянул руку к его воротнику и сдернул крошечное насекомое:
— Это еще что?
— Да паразиты из пещеры, что еще. — Хуайчэнь замахнулся, намереваясь прихлопнуть тварь.
— Не трогай! — резко остановил его Фу Юнь.
Его осенила какая-то мысль. Достав из кармана пачку сигарет, он вытряхнул из нее содержимое и протянул пустую коробочку:
— Вернись и набери мне полную пачку этих червей. Только живых, обязательно.
Не понимая замысла, но безгранично доверяя Фу Юню, Хуайчэнь мгновенно исчез в провале пещеры и вскоре вернулся с добычей.
Автомобиль рванул с места. Выехав на глухой участок дороги, Фу Юнь резко ударил по тормозам.
— Брат Фу, в чем дело? — растерялись спутники.
Фу Юнь глубоко вздохнул. Его лицо стало суровым, как никогда прежде:
— Ответьте честно: вы действительно готовы идти против Ли Юдэ до самого конца?
— Разумеется! — без колебаний выкрикнул Жань Хуайчэнь. — Он погубил столько наших людей! Если не скинуть эту тварь, как смотреть в глаза погибшему главе группы Фэну и Старому командующему?!
— Брат Фу, в чем угодно можешь сомневаться, но только не в нас, — поддержал Цю Цзинмин. — С того дня, как Ли Юдэ дорвался до власти, каждый из нас был готов сложить голову, лишь бы свалить его.
Поглаживая пальцами картонную пачку, Фу Юнь смотрел куда-то сквозь них.
— Никто больше не умрет, — тихо произнес он.
— Что? — не расслышал Цю Цзинмин.
— Я говорю, все останутся живы. Теперь я знаю, что нужно делать. — Фу Юнь спрятал пачку за пазуху и толкнул дверцу. Перед тем как выйти, он обернулся: — Вам нужен свой человек внутри. Я возьму это на себя. А когда Шиюэ очнется, пусть штурмует штаб-квартиру и вытаскивает меня.
До Хуайчэня мгновенно дошел смысл происходящего. Он вцепился в его рукав:
— Брат Фу! Должен быть другой способ! Не смей так рисковать!
На губах Фу Юня впервые за долгое время скользнула легкая, теплая улыбка. Мягким, но нетерпящим возражений движением он отстранил руку парня:
— Сяо Жань, штаб-квартира для внешнего мира — неприступная крепость. Лобовая атака обречена. Только если действовать одновременно изнутри и снаружи, разрушая систему из сердца, у нас появится шанс.
— «Изнутри» — значит силами своих людей, а не пленников! — в отчаянии выкрикнул Хуайчэнь. — Если он выкачает твою кровь и просто прихлопнет тебя?!
— Товарищ Фу Цзимин портил мне жизнь с самого рождения, — улыбнулся Фу Юнь. — Под конец ему придется хоть раз мне помочь. Сюжет с «сыном старого друга» ужасно избит, но приходится признать: внешне я чертовски похож на своего отца.
Вдали послышался вой сирены.
— А вот и скорая. Пора.
Медицинская бригада оперативно перегрузила Чэнь Шиюэ на носилки.
— Увидимся после победы, — кивнул на прощание Фу Юнь и шагнул в темноту.
* * *
Чэнь Шиюэ пришел в себя лишь на следующий день ближе к вечеру. Множественные осколочные ранения и обильная кровопотеря сделали его самым тяжелым из всех, кого эвакуировали из пещеры.
— Наставник! — едва заметное движение больного заставило Линь Си, прихрамывающего на обе ноги, со слезами на глазах броситься к койке: — Наставник, ты очнулся!
Шиюэ сощурился и тихо сквозь зубы зашипел от резкой боли, так что Линь Си тут же испуганно отпрянул.
— Ты даже не представляешь! Счастье, что эти двое парней подоспели вовремя и засунули нас в скорую. Иначе мы так и остались бы издыхать в той чертовой пещере!
— Ага, точно! А у самого входа мы еще пересеклись с командиром Люй Синем. Он какое-то время крутился возле машины, но так и не решился подняться.
От их тараторства у Чэнь Шиюэ раскалывалась голова, однако суть он уловил.
Люй Синь — верный пес Командующего Ли, прошедший с ним путь от низов криминального мира до вершины власти. Отмороженный, жестокий выродок. В свое время Шиюэ приходилось с ним сталкиваться: боец от Бога, один из редких оперативников, способных драться с ним на равных.
Не нужно быть гением, чтобы понять: Люй Синя послали подчистить концы. И только присутствие врачей и зевак помешало ему зачистить свидетелей прямо на месте.
— Очнулся? — в палату вошел Жань Хуайчэнь с контейнером для еды в руках. — Перекуси немного, ты слишком долго пролежал без сознания.
Чэнь Шиюэ с трудом разлепил пересохшие губы:
—... Где Фу Юнь?
Хуайчэнь замер посреди палаты. Несколько секунд он хранил молчание, а затем медленно опустил голову:
— У Ли Юдэ.