Чэнь Шиюэ сидел за последней партой и то и дело посматривал в окно. До начала занятия оставалась ровно минута.
Студентом Академии аномальных явлений он, строго говоря, не являлся, но Фу Юнь настоял на его присутствии: сказал, не помешает восполнить пробелы в базовой теории.
«Ты просто не представляешь, что в боевой группе тоже есть письменные аттестации, — вздохнул мысленно Шиюэ. — Фэн Юаньцзюй каждый раз заставляет меня переписывать устав от корки до корки».
Через день его ждала очередная ночная тренировка боевой группы. К счастью, в этот раз отрабатывали выносливость и технику приёма ударов. Отлично, ещё один день взаимного мордобоя с товарищем Фэном.
Пока он предавался размышлениям, прозвенел звонок.
Лань Сюань на первой парте тут же выпрямилась. Дверь распахнулась, и в аудиторию стремительным шагом вошёл Фу Юнь.
— Доброе утро, друзья, — поприветствовал он аудиторию, поднявшись на трибуну.
Одной рукой он небрежно держал длинный клинок, который со стуком положил на кафедру. Студенты переглянулись. Для преподавателя прикладного боя этот молодой, привлекательный мужчина выглядел слишком изящно: белая рубашка, чёрные брюки, тонкая, высокая фигура. Он скорее походил на лектора по теоретическим дисциплинам.
— Учитель, разве прикладные занятия не должны проходить на свежем воздухе? — недоуменно спросил парень с первого ряда, подняв руку.
Фу Юнь повернулся к нему:
— Со временем мы перейдём и к полевым тренировкам. Но прежде чем учиться махать кулаками, нужно усвоить вещи поважнее.
Он коснулся пальцами интерактивного экрана над доской. Слайд с ничем не примечательной презентацией качнулся, и стоит Фу Юню лёгким щелчком задеть стекло, как прямо из монитора соткался силуэт.
Женщина в красном подличном покрывале медленно, шаг за шагом, ступила в центр аудитории.
У Чэнь Шиюэ в голове пронеслось краткое: «Ничего себе...»
В Академии аномальных явлений технологии ушли далеко вперёд — опережали обычный мир лет на десять, не меньше.
Фу Юнь снова постучал по экрану. Повинуясь его жесту, утопленница неспешно подняла тонкие руки и сдёрнула с головы свадебный фатин, явив классу разбухшее, мертвенно-бледное, изъеденное водой лицо.
По рядам прошёл единый выдох ужаса.
— Перед вами неупокоенная душа невесты, сгинувшая более восьмидесяти лет назад. В своё время она устроила кровавую баню в родной деревне. Восемь десятилетий назад её удалось заточить, но не так давно печать рухнула, и монстр вновь жаждет человеческой крови. Спрошу у вас: как бы вы поступили, встретив такой дух?
Шиюэ взглянул на экран. Лицо на изображении было ему знакомо — Чжу Юньсинь.
— Применить рубку духов, — поднялся студент со второго ряда. — Нанести удар сверху прямо в темя, чтобы напрочь уничтожить нечисть.
— Отлично. Если ваша духовная сила сопоставима с её мощью, точный удар решит дело, — одобрительно кивнул Фу Юнь. — Плюс два балла к текущей успеваемости. Садись.
Он оглядел класс и задержал взгляд на Лань Сюань.
Та мгновенно сориентировалась и поднялась:
— Дистанционное пленение души. Расколоть её сущность на мелкие осколки и уничтожать поодиночке.
— Ментальная атака... Тоже вариант, — Фу Юнь жестом предложил ей сесть. — Ещё предложения?
Он подбадривал аудиторию со сдержанной улыбкой:
— Ответы на лекциях дают тридцать процентов к итоговому баллу.
— Печать с талисманами! — вклинился парень, сидевший перед Шиюэ. — Снова запечатать её. Даже если не хватит сил уничтожить дух, это сковывает движения и даёт время дождаться подкрепления.
— Умелая задержка, — подытожил Фу Юнь. — Выдаёте отличные идеи. Похоже, весь ваш курс после выпуска можно целиком отправлять в Отдел расследований.
Зал отозвался взрывом смеха. Атмосфера в аудитории стала непринуждённой.
— Каждое решение по-своему верно, — Фу Юнь подошёл к призраку и небрежно коснулся её узкого плеча.
Гнилостная маска мертвеца мгновенно спала, уступив место утончённому, кроткому лику Чжу Юньсинь.
Она чуть приподняла взгляд — беззащитный, полный невинности. На миг у присутствующих защемило сердце: в каждом проснулось подсознательное желание защитить эту девушку.
— В прошлом веке эта девушка была самой воспитанной и кроткой барышней из благородного рода Чэнь. Но стоит оступиться — и родные безжалостно утопили её в бамбуковой клетке. А став мстительным духом, она забрала с собой половину деревни, — негромко произнёс Фу Юнь. — Наш долг как заклинателей — защищать живых. Но не стоит забывать: любой призрак когда-то был человеком.
Чэнь Шиюэ молча смотрел на Фу Юня. Настоящий статный мастер, спокоен, уверен в себе... Но Шиюэ сквозь эту лёгкую улыбку уловил в его глазах глубокую, затаённую печаль.
— Но учитель! — подала голос соседка Лань Сюань. — Если мы из жалости к прошлой судьбе призрака подвергнем опасности живых людей, разве это не будет предательством нашей главной цели?
— Ни один одарённый не имеет права рисковать жизнью невиновных. Поэтому мы учимся не просто рубить нечисть, а трезво оценивать суть происходящего.
Фу Юнь повернулся к доске и вывел мелком два крупных иероглифа: «Причина и Следствие».
— Всё в этом мире подчинено закону кармы. Из сотен дел, через которые я прошёл, больше половины мстительных духов при жизни были бесправными жертвами. Затравленные подростки, оклеветанные и забитые женщины... При жизни они не нашли защиты, а после смерти превратились в чудовищ.
Аудитория замерла.
— Да, их посмертный облик уродлив. Но если сорвать эту страшную личину и увидеть, кем они были при жизни, ни у кого из вас не поднимется рука бездумно нанести удар.
— Учитель, а если дух слепо жаждет крови? Ведь бывает же, что лишённые разума твари устраивают бойню среди бела дня! — возразил другой студент.
Фу Юнь опёрся руками о кафедру, зажав мелок в длинных пальцах, и тёплая улыбка коснулась его губ:
— Именно этому я и буду учить вас весь семестр. Сдерживать их изо всех сил. Успокаивать и наставлять на путь перерождения — в первую очередь. И лишь в крайнем случае — уничтожать.
— То есть мы не можем сражаться в полную силу, пока не убедимся, что дух действительно заслуженно не подлежит прощению? — уточнила Лань Сюань.
— Заслуживающих смерти нет. В основе этого подхода лежит сострадание к мёртвому. Человеческое милосердие, — мягко ответил Фу Юнь. — Хоть у меня и есть давние счёты с боевой группой, я вынужден признать: их главный уставной девиз звучит абсолютно верно.
Студенты синхронно подняли головы, ожидая продолжения.
— Наше оружие никогда не поднимется против слабого — ни при жизни его, ни после смерти.
Чэнь Шиюэ опустил взгляд. Уж это-то он знал наверняка — позавчера в боевой группе он безумно переписал его двадцать раз. При одной мысли о том вечере чесались руки запустить тетрадкой в физиономию товарища Фэна.
— Студент на последней парте! — Фу Юнь с возвышения окликнул его. — Что-то ты витаешь в облаках. Встань и объясни, как ты понимаешь эти слова.
Шиюэ вздрогнул. В мгновение ока на него уставилась вся аудитория.
Он поднялся, встретившись взглядом с Фу Юнем. В светлых глазах того сквозило мягкое ожидание. Наклонный луч заходящего солнца прорезал воздух, заставляя пылинки плясать в золотистом свете.
— Каждый мстительный дух при жизни был слабым. Мы — единственный суд для умерших в мире живых, и мы не имеем права на слепую расправу, — отчеканил Шиюэ, легко воспроизведя въевшуюся в память формулировку.
Фу Юнь удивлённо приподнял бровь, после чего с улыбкой повернулся к классу:
— Совершенно верно. Это официальный комментарий из Устава боевой группы. Эталонный ответ.
Чэнь Шиюэ мысленно выругался.
«Чёрт... Вляпался».
Он так усердно зубрил эту дрянь позавчера, что ляпнул не подумав. Но откуда у обычного слушателя доступ к внутренним материалам боевой группы?!
Холодный пот выступил на спине. Шиюэ боялся поднять глаза на Фу Юня — а вдруг тот уже обо всём догадался?
— Упокоить дух, выслушать погибшего и лишь затем судить по закону причин и следствий — вот ваш первый урок, — подвёл итог Фу Юнь. — Следующее занятие проведём на полигоне. Собирайте вещи, на сегодня всё.
Загремел звонок. Фу Юнь слегка поклонился аудитории, и класс взорвался аплодисментами.
— Пойдём, угощу тебя обедом в столовой, — Фу Юнь сошёл с трибуны и подошёл к парте Шиюэ. — Я как раз оформил преподавательскую карту.
Шиюэ взял себя в руки и поднялся:
— Раз так, платишь ты.
— Без проблем, — улыбнулся Фу Юнь.
Они плечом к плечу вышли в величественный коридор академии. За окнами догорал закат. Кроваво-красные отсветы ложились на аккуратную плитку пола. Шиюэ бросил взгляд на небо — розовая дымка облаков постепенно уступала место сумеркам.
— Нравится? — тихо спросил Фу Юнь.
Шиюэ кивнул:
— Красиво.
— Когда я сам здесь учился, вечера всегда были такими, — Фу Юнь указал на сводчатую галерею внизу. — За той аркой — стадион, а за ним озеро. Твоя сестра очень любила сидеть там в беседке с книгой.
Шиюэ посмотрел в указанном направлении. В тишине уединённо возвышалась беседка, а озёрная гладь искрилась под лёгкими порывами ветра. Свежий бриз долетал даже до каменных ступеней.
В его воображении отчетливо предстала Чэнь Сюэчжу: вот она сидит в беседке, ветер треплет прядь волос у виска, а изящные пальцы перелистывают страницу — точно так же, как когда-то дома на балконе.
— Не время предаваться печали. Мы обязательно с ней встретимся, — тихо проговорил Фу Юнь. — Пойдём, а то всё остынет.
Шиюэ направился за ним и вдруг невзначай произнёс:
— А тебе идёт стоять у кафедры.
Фу Юнь на секунду застыл:
— Что ты сказал?
— Кажется, теперь я понимаю Лань Сюань, — продолжил гнуть своё Шиюэ.
—... И что же ты понял? — Фу Юнь с нескрываемым изумлением посмотрел на него. — Она влюбилась в учителя на уроках, а ты решил влюбиться в босса на работе? Совсем сдурел?
Он поджал губы:
— Держись-ка ты подальше от Фэн Юаньцзюя и Лань Сюань. У обоих в голове сквозит.
— Босс, за что ты меня за глаза грязью поливаешь?! — из дверей столовой выскочила Лань Сюань, услышав последнюю фразу. — У меня отличная голова! Если бы с мозгами было плохо, ты бы меня сюда со скандалом не устраивал!
Фу Юнь небрежно хлопнул её по макушке:
— Мощный дар и наличие ума — разные вещи. Оценивай себя трезвее.
Тут у него зазвонил телефон. Он достал трубку:
— Слушаю.
— Фу Юнь, слушай... Холодильник у Шиюэ в комнате жрёт столько электричества, что мы из лимитов выбились! — раздался из динамика обеспокоенный голос Бай Чжэ.
— И что? Денег не хватает за свет заплатить? — спокойно ответил Фу Юнь.
— Да дело не в этом! Я заглянул внутрь — там ничего нет, кроме банки со льдом и водой... но там, кажется, кровь плавает. Жуткое зрелище! Я не решился спросить у него напрямую. Ты бы сам разузнал, а?
Фу Юнь косо посмотрел на Шиюэ и сдержанно ответил:
— Оставь пока всё как есть.
— У тебя есть планы на вечер? Если свободен, я бы наведался к сестре в санаторий, — спросил Шиюэ, на ходу придумывая предлог. Сегодня ночью была спецтренировка боевой группы.
Фу Юнь остановился, пристально посмотрел на него и с мягкой, почти неуловимой улыбкой произнёс:
— Боюсь, не выйдет. Сегодня вечером ты нужен мне сам.
Сердце Чэнь Шиюэ ухнуло вниз.