Хоу Ячан безмятежно смотрел на него. Спустя мгновение его губы тронула лёгкая улыбка:
— А-Юнь, о чём ты говоришь?
— Ни о чём, — мягко ответил Фу Юнь. — Приятно было поработать вместе.
Хоу Ячан недоуменно склонил голову набок:
— Это ещё к чему?
— Мы здесь одни. Столько лет знаем друг друга. Ячан, давай поговорим начистоту, идёт?
Хоу Ячан протянул руку и прутиком потормошил угли в костре. Изящный, бледный профиль в огненных отсветах казался одновременно резким и загадочным. Не поднимая глаз на Фу Юня, он лишь слегка приподнял уголки губ:
— А-Юнь, знаешь, о чём я думал все эти дни?
Фу Юнь молча приготовился слушать.
— Я всё вспоминал наши университетские годы. Как мы вместе делали групповые проекты. Хоу Чэнвэй никогда палец о палец не ударял, вся основная работа всегда лежала на тебе, а я помогал на побегушках. А перед самой сдачей ты взял и вычеркнул имя Чэнвэя из презентации. — На этих словах Хоу Ячан тихо рассмеялся, в его глазах блеснула искренняя, ностальгическая теплота.
— Я сделал это намеренно. С какой стати вписывать лодыря? — Фу Юнь тоже улыбнулся.
Отсветы угасающего костра бились о каменные своды пещеры, отливая мертвенно-синим, жутким глянцем.
— А на днях мы снова завершили общий проект, — едва слышно произнёс Хоу Ячан. — А-Юнь, я правда счастлив.
По спине Фу Юня пробежал ледяной сквозняк. Сзади повеяло тошнотворным духом гниения. Ему даже не нужно было оборачиваться, чтобы понять: призрачный младенец стоит у него за спиной.
— И ты прикажешь ему прикончить меня прямо сейчас? — не теряя самообладания, спросил Фу Юнь. — Я-то надеялся, ты хотя бы дашь мне время на последнее слово.
— Лишь из уважения к нашей старой дружбе.
Хоу Ячан молча вперил в него взгляд, а затем едва заметно кивнул. Дитя-призрак неторопливо отпрянуло.
Тварь всё ещё сохраняла обличье невинного дитяти. Фу Юнь, не ведая страха, обернулся и пристально оглядел призрака. В его глазах мелькнула тень профессионального восхищения:
— Превосходная работа. Настоящее мастерство.
— Старейшина Чжань гордился бы тобой, увидь он это.
Хоу Ячан согласно кивнул:
— Ещё бы.
Профессор Чжань в Академии аномальных явлений вёл курс пленения душ. У старика не было ни семьи, ни детей; всю жизнь он посвятил изучению человеческих душ, а к старости совсем ушёл в оккультный мистицизм. Хоу Ячан был его самым способным учеником и в итоге сам организовывал похороны наставника.
— Старейшина Чжань ни в какую не хотел обучать меня искусству расщепления души. Твердил, дескать, человек должен приходить в этот мир цельным и уходить из него цельным, а кромсать собственную душу от скуки — преступление против морали. Знаешь, как я в итоге убедил его заговорить? — В голосе Хоу Ячана проскользнула горделивая нотка.
За пределами пещеры ревел буран, наваливая сугробы. Внутри же, за спиной, висел призрачный младенец, источая могильный холод. Пальцы Фу Юня совсем закоченели, и он спрятал руки в карманы.
— Я сказал ему: не каждому дано родиться или уйти целостным. Некоторые с самого рождения обделены этой цельностью. И наша задача — понять, как выживать таким людям. — Хоу Ячан сгреб в сторону золу на полу пещеры и с насмешливой горечью посмотрел на Фу Юня: — А-Юнь, ведь мы с тобой абсолютно одинаковы.
У Фу Юня не было никакого желания предаваться воспоминаниям о собственных тяготах, поэтому он сделал вид, будто пропустил последние слова мимо ушей:
— Значит, этот призрачный младенец — твой собственный осколок души? Он с самого начала подчинялся только тебе и выполнял лишь твои приказы?
— Он — часть меня, кому же ещё ему подчиняться? — Хоу Ячан подманил призрака жестом. Младенец тут же принял привычный облик, послушно подбежал к его коленям и стал ластиться, терясь о ноги своей синюшно-бледной головкой.
Фу Юнь со вздохом покачал головой:
— Мой просчёт. Я-то решил, что переиграл старого босса Хоу и вытянул из него правду о прошлом. А оказалось, за моей спиной выжидал куда более хитрый охотник.
Хоу Ячан тиховато усмехнулся:
— Не мог же я навлечь на себя клеймо отцеубийцы и братоубийцы.
— И потому использовал меня, чтобы убрать обоих с дороги. Теперь ты — единственный наследник клана Хоу. — Фу Юнь протянул руку, намереваясь коснуться головы призрака, но младенец недовольно пискнул и отстранился.
Фу Юнь не сводил глаз со своего старого друга, с которым был знаком больше десяти лет.
— Что такое? — спросил Хоу Ячан.
— Ничего, — Фу Юнь качнул головой. — Просто понял, что, похоже, никогда по-настоящему тебя не знал.
— Кто ты на самом деле?
Хоу Ячан лишь иронично ухмыльнулся. Наклонившись, он подхватил призрака на руки, поднялся и неторопливо направился к выходу из пещеры, так и не ответив.
— А-Юнь, я не стану тебя убивать. Но бьюсь об заклад, живым с этой заснеженной горы ты не сойдёшь.
* * *
Когда Чэнь Шиюэ, хромая на сломанную ногу, добрался до пещеры, Фу Юнь в одиночестве сидел на валуне.
— Хоу Ячан ушёл? — тяжело дыша, спросил он.
— Как ты догадался, что это был он? — переспросил Фу Юнь.
— Призрачный младенец, иллюзия... — голос Чэнь Шиюэ был мертвенно-холоден. — Расщепление духа. Никакого неупокоенного мёртвого ребёнка не существовало. Хоу Ячан разыграл этот спектакль с помощью марионетки, чтобы прикончить отца и брата.
Фу Юнь поднял взор:
— Старый босс Хоу мёртв?
— Мёртв. На трупе следы укусов — похоже, старший сын загрыз его и распорол живот. Перед смертью он успел оставить вот это. — Чэнь Шиюэ включил аудиозапись на телефоне.
Предсмертные хрипы старого босса Хоу, перемежаемые воем ветра и удушливыми стонами, эхом разнеслись по пещере.
Фу Юнь выслушал запись в полном молчании.
Лишь спустя некоторое время он тяжело выдохнул, горько ухмыльнулся и протянул руку Чэнь Шиюэ, прося помочь подняться.
Фу Юнь пошатнулся. Чэнь Шиюэ тут же упёрся рукой в каменную стену, из последних сил удерживая и себя, и спутника.
— Всё в порядке, — тихо проговорил Фу Юнь. — Старый Хоу мёртв, Вторая двоюродная бабушка и Третий двоюродный дедушка за решёткой. И как сын, и как подчинённый, я выполнил свой долг перед всеми. — Фу Юнь качался от усталости, но на его побледневшем лице проступала затаённая, яростная досада.
Чэнь Шиюэ понимал, какая тяжесть лежит у того на душе. Прошлое не отпускало, роковые интриги оккультного мира, вековая вражда, предательства близких — всё это обрушилось на плечи одного человека. Фу Юнь выжигал себя дотла, принося жизнь в жертву давней мести, но даже так не мог залечить старые раны.
В груди Чэнь Шиюэ разгоралась жгучая, тоскливая жалость. Ледяной ветер, бивший в лицо вместе со снегом, заставлял глаза чесаться от подступавших слёз.
— Пойдём, помоги мне заново похоронить старого босса Хоу, — Фу Юнь сжал его локоть. — Отдадим ему последний долг.
Они вернулись к недавно оставленной яме и вытащили из снега промёрзший до звона труп. Фу Юнь медленно, бережно обтёр изувеченное тело: брюшная полость старика совсем спалась, а на некогда оплывшем, щекастом лице запеклись сгустки крови вперемешку с щетиной. Жуткое зрелище.
Чэнь Шиюэ, отдуваясь от напряжения, расширил яму. Придав лицу усопшего подобие покойного выражения, они опустили его на дно и засыпали землёй.
Когда они окончили работу и подняли головы, над заснеженной вершиной затеплился рассеянный свет — восходило солнце.
Чэнь Шиюэ насыпал плотный холмик. Наметено было много снега, и он побоялся, что весенняя талая вода размоет свежую могилу, а потому осторожно утрамбовал землю подошвой.
Но в то же мгновение промёрзшая твердь под ногами с треском просела. Фу Юнь реакцией опытного мастера рванулся вперёд, пытаясь схватить его за одежду, но опоздал.
Нога Чэнь Шиюэ соскользнула, раздался оглушительный грохот, и верхняя часть холма разом осыпалась вниз. Земля ушла из-под ног, и он кубарем полетел в образовавшийся провал.
В мгновение ока и человек, и свежая могила провалились в небытие.
На месте холмика осталась лишь зияющая дыра, словно разверзшаяся пасть невидимого чудовища.
Тело старого босса Хоу тоже исчезло.
Сердце Фу Юня ухнуло вниз. Присев на корточки, он проверил края обвала, ощупывая грунт. Руки замерли — мысль озарила его.
Свежая земля. Совсем недавно здесь копали.
Снизу донёсся сдавленный вопль Чэнь Шиюэ:
— Фу Юнь!..
— Отзываюсь, отзываюсь! Иду! — Забыв о переживаниях и призраках прошлого, Фу Юнь откликнулся на крик и, опёршись рукой о край, спрыгнул следом.
Приземлившись, он увидал Чэнь Шиюэ: тот со скорченной миной лежал на дне, а под ним покоился промёрзший труп старого босса Хоу.
Вокруг царил беспросветный мрак.
Нагнувшись и подхватив Чэнь Шиюэ под мышки, Фу Юнь вдруг осознал, что они попали в огромную подземную полость.
Пространство под землёй поражало своими размерами. Свод был увешан гирляндами ледяных сосулек и инея, а впереди расстилалась непроглядная мгла. Лишь сквозь провал в потолке пробивался одинокий луч дневного света, выхватывая из темноты их фигуры.
Сверху, со стороны провала, послышался шорох и чьи-то голоса:
— Они там, сестра Хун!
И вслед за этим — сухое щёлканье оружейного затвора.
Лицо Чэнь Шиюэ мгновенно одеревенело:
— Проклятье... Лю Хун и её люди нас настигли.