Фу Юнь глубоко вздохнул и процедил сквозь зубы:
— Ещё хоть слово в таком духе, и с завтрашнего дня будешь куковать в больнице в полном одиночестве.
Чэнь Шиюэ уткнулся лицом в тёплую ложбинку у его шеи и глухо, задорно усмехнулся.
— Не уйдёшь, — убеждённо пробормотал он. — Будь ты за меня спокоен, не торчал бы у постели в такую кутерьму. Думаешь, я не вижу, что тебе за эти дни по десятку звонков на дню прилетает?
Фу Юнь выпрямился и лёгким толчком уложил его обратно на подушки:
— Так береги мои нервы! На кой чёрт устраивать стенания посреди ночи?
Чэнь Шиюэ, раскинувшись на койке, сдвинул бровки и уставился в потолок. Он невольно прикусил всё ещё хранящую чужое тепло губу, и в его блестящих глазах вспыхнула лукавая искра:
— А теперь уже не болит.
— Не болит — значит, спи!
— Не спится. Расскажи лучше, что там снаружи происходит. Вторую двоюродную бабушку и Третьего двоюродного дедушку арестовали? А из Боевой группы на тебя сильно давили?
Чэнь Шиюэ попытался резко сесть, но переборщил с движением — рану прожгло острой болью. Он болезненно поморщился, согнулся пополам и буквально повис на краю кровати, жалобно снизу вверх глядя на Фу Юня в ожидании помощи.
Фу Юнь молча посмотрел на него.
Он поймал себя на мысли, что в последнее время вздыхает слишком уж часто. Нехотя наклонившись, Фу Юнь бережно подхватил парня под спину и помог усесться ровнее.
— Считай, что это сказка на ночь. Ну пожалуйста? — попросил Чэнь Шиюэ, снизу вверх заглядывая ему в глаза.
Фу Юнь вновь присел на край койки и демонстративно отключил телефон:
— Тебе три года, что ли? Сказки на ночь подавай.
— Так что там в мире творится?
Фу Юнь вкратце обрисовал ход расследования, которое Боевая группа вела в старинной усадьбе клана Ан. О том, что Старый командующий взял его в оборот и продержал в карцере четыре дня, он умолчал.
— Всё продвигается куда медленнее, чем мы рассчитывали, — задумчиво произнёс Фу Юнь. — Когда корпорация «Пинша» взяла подряд на строительство шоссе, дедушка был ещё жив. Клан Ан тогда не распался на ветви, так что кучу архивов приходится поднимать из старого центрального хранилища.
— Раздел имущества в клане прошёл со скандалом. Многие прежние доверенные лица ушли вместе со Старшей двоюродной бабушкой и открыли своё дело. Спустя столько лет всплыли эти грехи, но чтобы выстроить железобетонную доказательную базу, нужны свидетельские показания и уйма документов того времени. Нити сплелись в глухой узел. Мы с Сестрой Фань уже две недели сидим на чемоданах в распоряжении Госбезопасности. Как только цепь улик сомкнётся — всех участников накроют одним махом.
Чэнь Шиюэ положил ладонь ему на колено и тихо спросил:
— Ты же вымотался в край, а всё равно дежуришь у моей койки. Может, уступлю место, а сам на стуле посижу?..
Фу Юнь фыркнул:
— Уймись. Забыл, в каком состоянии тебя привезли?
— Я не устал, лежи спокойно, — Фу Юнь потянулся, разминая затекшую спину, и устало снял руку Чэнь Шиюэ со своего колена. — Терпеть не могу иметь дело с парнями из Боевой группы. Выздоравливай побыстрее и возвращайся к работе, будешь передавать им всё сам. А то эти психопаты при каждой встрече готовы с меня шкуру спустить, лишь бы выместить злобу за своего главу группы Фэна. Мне и семейных разборок выше крыши хватает.
Чэнь Шиюэ вгляделся в его профиль, скрытый тенью:
— А ведь ты всё равно считаешь клан Ан родным домом. Пусть он не защищает от непогоды, весь дырявый, да ещё и норовит всадить нож в спину.
— А что мне остаётся? — с горькой ухмылкой отозвался Фу Юнь. — Мать носила фамилию Ан.
— Но твоя фамилия — Фу.
— Тот человек, что делил со мной эту фамилию, умер больше десяти лет назад. Если меня что-то и держит в этом мире, то лишь клан Ан. Мать была дочерью этого рода, Сестра Фань — невесткой. Не могу же я бросить всё и уйти, оставив семидесятилетнюю старуху и избалованную девчонку, ничего не смыслящую в жизни, грызться с этой сворой родственников? — Фу Юнь смотрел на свет уличного фонаря за окном, чеканя слова ровным, лишённым эмоций тоном.
— А как же я? Разве я — не твоя привязанность? — Горящий взгляд Чэнь Шиюэ въедался в него. — Я сделаю что угодно, только прикажи.
На губах Фу Юня на мгновение мелькнула тень улыбки:
— Привязанность? Обычно таких строптивых и упрямых мальчишек мы называем обузой.
— Это в чём же я упрямый?
— Я велел тебе в опасный момент спасать собственную шкуру. Послушайся ты меня — не валялся бы сейчас на больничной койке.
— Ладно. Но ты ещё при моём переходе должен был понять, что советчик из тебя так себе. Если бы я жил по твоей указке, прятался под твоим крылом и при первой же опасности давал дёру, сестрёнка встала бы из могилы, чтобы лично выбить из меня эту дурь.
Фу Юнь онемел.
Поразмыслив над характером Чэнь Сюэчжу, он признал, что та и впрямь способна на подобное, а потому предпочёл промолчать.
Чэнь Шиюэ натянул одеяло повыше и вздохнул:
— Знаешь, я вот думаю...
— О чём? — насторожился Фу Юнь.
— И лицом красив, и характер не дрянь, — так как ты умудрился довести себя до полного одиночества, когда вокруг не осталось ни единой преданной души? — искренне поинтересовался парень.
— Ты прав. Я один как перст. Твой коллега даже ляпнул, будто рожа у меня проклятая и судьба дрянь. Так что будь любезен, найди себе кого поудачливее и висни у него на шее, — мягко парировал Фу Юнь, повернувшись к нему. — С нормальной кармой.
— Ну уж нет. Сердцу не прикажешь, да и не меняют таких вещей. К тому же до двадцати двух лет я и сам был тем ещё неудачником — ни родни, ни удачи, сплошной беспросвет.
— Пока после выпуска из университета не съездил в родную деревню, — Чэнь Шиюэ припустил веки, улыбнулся и тепло посмотрел на Фу Юня.
Фу Юнь замер, выпрямив спину. Он догадывался, к чему клонит парень, и подсознательно хотел его оборвать, но рука не поднялась перебить этот искренний порыв. Ему оставалось лишь смотреть, как юноша подаётся вперёд и останавливается у самого его лица.
— Там я встретил человека. И с этого мгновения моя судьба совершила крутой поворот.
Взгляд Чэнь Шиюэ скользнул по его губам, а в уголках глаз мелькнула лёгкая печаль.
Фу Юнь резко поднялся и стремительно шагнул к двери, бросив почти в панике:
— Выйду подымить.
Чэнь Шиюэ провёл его взглядом и тихо усмехнулся. С довольным видом поудобнее устроившись на подушках, он подумал, что проваляться в больнице ещё пару-тройку дней было бы совсем не худшим раскладом.
* * *
Тем временем у старинной усадьбы клана Ан.
Лань Сюань на всех парах мчалась на прокатном велосипеде с дальнего конца улицы. С громким визгом покрышек она затормозила перед главными воротами усадьбы, соскочила на ходу и рванула к входу.
Двое оперативников в чёрной форме бесстрастно преградили ей путь служебными винтовками:
— Извините, гражданка, объект временно закрыт для посещения.
— Я Лань Сюань из Агентства исследований аномальных явлений № 410! Мне нужна ваш заместитель командира Чэн Ша, она меня знает! — выдохнула девушка, еле переводя дыхание. — Или считайте меня неравнодушным гражданином — у меня важнейшая улика по делу о строительстве шоссе!
Спустя минуту её пропустили на территорию. Не теряя ни секунды, Лань Сюань влетела на первый этаж:
— Чэн Ша! Чэн Ша! Я кое-что нарыла!
Симпатичная девушка-оперативник в чёрном френче обернулась на крик:
— Ох, да не лети ты так!
— Никак нельзя медлить! Я вспомнила кое-что невероятно важное! Когда мы с Фу Юнем совершали странствие в Иной мир на пароходе, то случайно попали в воспоминания Старшей бабушки Ан...
— Что за чушь! — из внутренней комнаты выскочил Фэн Юаньцзюй, на ходу снимая медицинские перчатки. Услышав слова Лань Сюань, он резким тоном перебил её: — Я был с вами во время погружения! С чего бы вам занестись в чью-то память, а мне об этом не знать?
— Естественно, вы ничего не знаете, вы же там были чужим! — уставилась на него Лань Сюань, словно на дурака.
Фэн Юаньцзюй подавился словами.
Чэн Ша одарила его ехидным взглядом и снова повернулась к девчонке:
— Говори, что ты разглядела в её памяти?
— Сцену переговоров Фу Цзимина со Второй двоюродной бабушкой и Третьим господином! У него на руках были улики по делу о строительстве шоссе. Он шантажировал их, требуя взамен какой-то согревающий нефрит — вроде как для лечения нашего босса. Фу Юнь меня в подробности не посвящал...
— Зато я чётко запомнила одну его фразу! — выпалила Лань Сюань. — Он сказал: «Все доказательства заклада живых жертв хранятся на жёстком диске в моём старом доме!». Ну, или как-то так! Если отрыть этот жёсткий диск, у нас появится главный козырь?
Чэн Ша и Фэн Юаньцзюй переглянулись, и в глазах обоих вспыхнул искренний азарт.
* * *
— Старый дом отца? — переспросил Фу Юнь с сомнением в голосе. — Адрес-то у меня есть... Но прошло столько лет, неужели уцелело хоть что-то?
— Уцелело или нет, надо проверить! В любом случае пахать будут парни из Боевой группы, нам-то что? Оставь это мне, босс! Я поеду с Чэн Ша, а если уж мы зайдём в тупик, тогда сам подключишься, — прикрыв рот ладонью, шептала Лань Сюань в трубку.
— Тогда держись поближе к Чэн Ша. Деревня старая, заброшенная, людей там наверняка не осталось. Будь осторожна, — коротко напутствовал её Фу Юнь, после чего они завершили разговор.
В ту же ночь Управление по контролю за миром Инь-Ян снарядило усиленную группу и по указанному адресу рвануло на место. Лань Сюань, оказавшаяся единственным гражданским в этой экспедиции, тенью следовала за оперативниками. Когда машина остановилась и она вышагнула наружу, у неё отвисла челюсть.
— Святые угодники... Это ещё что за проклятая дыра?
Фу Юнь загасил сигарету в ночной темноте и вернулся в палату. Ночник у изголовья койки Чэнь Шиюэ был включён; парень увлечённо строчил что-то в телефоне, но едва услышал шаги, как тут же заблокировал экран и засунул гаджет под подушку.
— Горе ты моё, спать мы сегодня будем? — Фу Юнь подошёл ближе и потянулся рукой, намереваясь изъять телефон.
Чэнь Шиюэ спешно завалился набок и вжал подушку головой в матрас:
— Будем, будем, уже сплю...
— И с кем это ты на ночь глядя строчишь эсэмэски? — строго спросил Фу Юнь, стоя над ним.
— С начальством.
Фу Юнь нахмурился:
— Ты среди ночи донимаешь сообщениями Фэн Юаньзюя?
— Спросил, когда меня выпишут и разрешат вернуться к работе, — пояснил Чэнь Шиюэ.
— И что он ответил?
Чэнь Шиюэ хитро расплылся в улыбке:
— Послал меня подальше и велел не хвастаться.
Фу Юнь вопросительно выгнул бровь:
— Ни с того ни с сего? Что ты ему написал дословно?
— А, написал: «Фу Юнь ужасно устаёт, ухаживая за мной в больнице, поэтому я хочу поскорее вернуться в строй. Прошу одобрения руководства».
Фу Юнь промолчал, а затем выдохнул:
— М-да... Иной раз быть твоим начальником — то ещё наказание.