Едва прозвучал голос Фу Юня, выросший над головой молот Жань Хуайчэня застыл в воздухе, рассекши пространство со свистящим гулом.
Тот с глухой ненавистью уставился на Чэнь Шиюэ. Выждав пару секунд, чтобы перевести дыхание, он опустил тяжелое оружие и с глубоким почтением произнёс:
— Брат Фу.
Фу Юнь с пиалой чая в руках остановился подле Чэнь Шиюэ. Заметив, что Жань Хуайчэнь всё ещё стискивает рукоять, он мягко забрал у него молот.
— Решись ты его убить, рука бы поднялась? — спокойно спросил Фу Юнь. — Забыл, кто четыре года назад вытащил тебя с того света?
Упоминание об этом заставило Жань Хуайчэня замереть.
Четыре года назад во время ликвидации глазной моровой язвы в Снежной деревне вся боевая группа оказалась на грани гибели. Из всего отряда лишь Чэнь Шиюэ, чья кровь выдержала воздействие ядовитых насекомых, сумел даровать им спасение.
Жань Хуайчэнь медленно отступил на несколько шагов, но в его глазах всё ещё пылала ярость.
— Но он… Ради собственной выгоды он растоптал память о старом командующем и главе группы Фэн! Он загнал нас в этот тупик и прислуживает Ли Юдэ, словно цепной пёс! Разве он не заслужил смерти?!
У входа в подвал яблоку негде было упасть: люди стояли плотной стеной, полностью перекрывая дневной свет. Чэнь Шиюэ прищурился, разглядывая собравшихся — большинство лиц были ему знакомы.
Это были ветераны боевой группы, отказавшиеся подчиниться Ли Юдэ. Объединившись в подпольное сопротивление, они за эти годы доставили Чэнь Шиюэ немало головной боли. Попасть к ним в руки означало верную смерть.
Однако Чэнь Шиюэ не было дела до бывших соратников, готовых разорвать его на части. Всё его внимание до последней капли поглотил Фу Юнь.
— Он нам ещё пригодится. Позвольте мне сначала с ним поговорить, хорошо? — мягко попросил Фу Юнь.
Жань Хуайчэнь бросил на Чэнь Шиюэ последний свирепый взгляд и с трудом сдержался:
— Будь осторожен, брат Фу. Если что-то пойдёт не так — сразу зови нас.
С этими словами он взмахнул рукой и увёл людей. Тяжелая дверь подвала захлопнулась, погрузив помещение в полумрак. Они остались вдвоём.
Фу Юнь моргнул и, окинув Чэнь Шиюэ внимательным взглядом, тихо вздохнул:
— Давно не виделись, товарищ Чэнь Шиюэ. Не хочешь рассказать, как за эти годы ты докатился до жизни такой? Как предал старых друзей и превратился в верную собаку?
Он сделал паузу. Судя по тому, что после долгой комы его словарный запас и память остались нетронутыми, падение с головокружительной высоты не повредило центральную нервную систему. Фу Юнь остался весьма доволен собственной живучестью.
— Я к тебе обращаюсь, — продолжил он, чуть наклонив голову. — Или мне нужно врезать тебе, чтобы ты заговорил?
Чэнь Шиюэ наконец поднял глаза. Когда их взгляды встретились, Фу Юнь осекся:
— Ты… Эй, ты чего? Не плачь! Я же тебя даже не тронул!
Чэнь Шиюэ выглядел измождённым. Его захлестнула настолько яростная волна чувств, что Фу Юнь растерялся. Мучительно хрипя, Шиюэ жадно ловил воздух ртом, пока из глаз непрерывным потоком лились слёзы. Задыхаясь от судорожных всхлипов, он был вынужден согнуться пополам, заходясь в надрывном кашле.
Фу Юнь с грохотом бросил молот на пол и присел рядом:
— Да что с тобой такое? Эй… Чэнь Шиюэ, не пугай меня!
Шиюэ поднял на него залитое слезами лицо. Влажные, чистые глаза молили о прощении, обнажая глубоко затаённую обиду.
Фу Юнь лишился дара речи.
«Пресвятые угодники, ну почему он выглядит так жалко?»
Словно домашний пёс, вымокший под проливным дождём: измазался в грязи на прогулке, получил от хозяина взбучку, был посажен на цепь у дверей и теперь смотрит круглыми преданными глазами, умоляя о пощаде.
Фу Юнь вынужден был признать, что его сердце оттаяло. Но показывать это Чэнь Шиюэ было никак нельзя.
Поэтому он сухо откашлялся:
— Так… вытри слёзы. У меня к тебе дело. Памятуя о прошлом, я не стану применять силу, если ты ответишь честно. А как с тобой поступят остальные — уже не моя забота.
— Дай мне обнять тебя… — едва слышно прошептал Чэнь Шиюэ.
— Что? — Фу Юню показалось, что он ослышался.
— Я так скучал. Дай мне обнять тебя, и я всё расскажу, — в его чистом, искреннем взгляде не было и капли угрозы.
Фу Юнь не шелохнулся, с подозрением прищурившись:
— А если я позволю, ты не попытаешься напасть со спины?
При этих словах у Чэнь Шиюэ снова перехватило дыхание, слёзы хлынули с новой силой, а в охрипшем голосе прозвучало беспросветное отчаяние:
— Неужели ты думаешь, что у меня поднимется рука?..
Фу Юнь смотрел на него всё так же мягко, но бдительности не потерял. Лишь слегка наклонился, обняв его за шею и прижавшись подбородком к плечу. Это был короткий, чисто символический жест.
— Так не честно… Это ты меня обнял, а я тебя — нет, — Чэнь Шиюэ беспомощно звякнул цепью на запястьях. — Освободи хотя бы одну руку.
— Хватит с тебя, — Фу Юнь слегка шлёпнул его по затылку. — Я и так слишком милосерден к пленному.
— Вот как? — тон Чэнь Шиюэ мгновенно изменился, хоть в нем ещё звучали остатки всхлипов. — Босс, тогда мне придется показать тебе, что такое настоящее гостеприимство.
Фу Юнь осознал опасность слишком поздно.
Раздался сухой хруст: Чэнь Шиюэ без колебаний вывихнул собственный большой палец и мгновенно высвободил правую руку из кандалов. Раздался ещё один щелчок — он вправил кость обратно, даже не моргнув.
Освобождённая рука вспыхнула мощной духовной энергией, разом раздробившей цепь на левом запястье.
Не теряя ни доли секунды, Шиюэ властно притянул Фу Юня к себе за талию. Его движения были лишены малейшей суеты: используя положение, он перехватил снятые цепи и применил их против соперника.
Фу Юнь попытался ударить его, но безуспешно. Чэнь Шиюэ шутя сжал оба его запястья вместе. Железо звякнуло, обжигая кожу холодным прикосновением. Фу Юнь в гневе забился в его хватке, но всё было тщетно — Чэнь Шиюэ без особых усилий приковал его к перилам.
Шиюэ неторопливо размял покрасневшие суставы пальцев. Покрасневшие глаза всё еще блестели от слез, но на губах играла мягкая улыбка:
— Босс, неужели ты правда думал, будто за эти четыре года я поднялся на свою должность только благодаря протекции Ли Юдэ?
Отчаянные попытки освободиться заставили Фу Юня раскраснеться. Не сдержавшись, он рякнул:
— Мать твою… Отпусти!
Глядя на его ярость и изумление, Чэнь Шиюэ печально усмехнулся:
— Как ты мог встать на их сторону и обнажить против меня оружие?
«Ты ведь даже не представляешь, через что мне пришлось пройти за эти четыре года. И не знаешь, как сильно я по тебе скучал».
Чэнь Шиюэ молча наблюдал за тем, как Фу Юнь постепенно лишается сил. Из-за недавней тяжелой травмы тот был гораздо слабее, чем прежде, и вскоре прекратил сопротивление.
Оказавшись в ловушке, Фу Юнь мог лишь снизу вверх смотреть на Чэнь Шиюэ. Слегка переводя дыхание, он произнёс:
— Развяжи меня. Ты можешь взять меня в заложники и спокойно уйти. Ни к чему устраивать бойню.
Чэнь Шиюэ снял свой галстук и неторопливо присел перед ним на корточки:
— Отличная идея, но она не пригодится. Я не пострадаю.
Фу Юнь мгновенно уловил подвох и дернулся назад:
— Ты что удумал?!
В следующий миг перед глазами потемнело: Чэнь Шиюэ свободно повязал галстук поверх его глаз. Лишённый возможности двигаться и видеть, Фу Юнь мог лишь подчиниться.
— Чэнь Шиюэ, не смей!.. — попытался он криком позвать помощь.
— Тсс, — Чэнь Шиюэ приложил палец к его губам. — Босс, подожди меня здесь немного, хорошо? Я быстренько разберусь с твоими ребятами и вернусь. Это не займёт много времени. Картина будет не из приятных, тебе лучше этого не видеть.
У Фу Юня всё похолодело внутри:
— Не глупи! Это же твои старые друзья!
Он сорвался на крик, и его наконец услышали наверху. Жань Хуайчэнь первым выбил дверь:
— Брат Фу! Что там…
Окончить фразу он не успел: сокрушительный удар ладонью в шею свалил его на пол без единого звука.
Чэнь Шиюэ переступил через его тело. Выскочившие следом Ци Линь и Цю Цзинмин с воинственным кличем обнажили клинки. Уклонившись от встречных ударов, Шиюэ взмахнул ладонью — выброс плотной духовной энергии пришёлся прямо по рукоятям, выбивая оружие из рук противников.
Встречная волна воздуха сбила обоих с ног, и они рухнули без чувств.
Чэнь Шиюэ слишком хорошо знал каждый приём тех, с кем когда-то тренировался бок о бок. Оттащив бессознательных соратников в сторону, он поднял взгляд на отряд мятежников, сжимавших оружие. Среди них было немало знакомых лиц, в том числе и Чэн Ша.
Чэнь Шиюэ дружелюбно кивнул:
— По одному будете подходить или все сразу?
* * *
Огромный зал огласился криками и грохотом. Смятение духовной энергии и ярость заполнили каждый угол. Чэн Ша впервые видела Чэнь Шиюэ в деле на пределе его возможностей.
Это выглядело жутко: филигранный контроль силы, снайперская точность движений и мгновенная реакция в хаосе боя. Ничего общего с тем юнцом, который четыре года назад безмятежно следовал за Фу Юнем.
Отступая и с трудом держась на ногах, она лишь изумлённо качала головой.
Мебель разлеталась в щепки, усеивая пол мелкой крошкой. Чэнь Шиюэ опустился на одно колено, его взгляд застыл подобно лезвию на морозе. Схватив тяжелую вазу и напитав её духовной силой, он запустил её по дуге, разом отправив в нокаут десяток нападавших.
Чэн Ша опустила оружие и закрыла глаза:
— Твоя взяла. Хочешь убьешь, хочешь калечь — воля ваша.
Чэнь Шиюэ безразлично стряхнул с рук деревянную пыль и указал на поверженных бойцов:
— Займись их ранами. Мы с Фу Юнем в подвале. В ближайший час не беспокоить.
* * *
Фу Юнь изо всех сил пытался освободиться, пока лоб не покрылся холодной испариной. В этот момент дверь подвала тихо скрипнула, и послышались неторопливые шаги.
Лишённый зрения, Фу Юнь мог ориентироваться только на тяжелый стук армейских ботинок по полу.
Шаги затихли прямо перед ним. Чэнь Шиюэ долго стоял молча. Он был высок, и даже с завязанными глазами Фу Юнь ощущал давящую силу его присутствия. За четыре года тот изменился до неузнаваемости — в нём едва угадывался прежний юноша, сыпавший вопросами.
Чэнь Шиюэ осторожно развязал галстук на его глазах.
Затем его руки скользнули за спину Фу Юня, отчего тот невольно вздрогнул.
— Не бойся, я просто сниму цепи, — терпеливо и неожиданно ласково пояснил Шиюэ.
— Спасибо, — прошептал Фу Юнь.
Железо с грохотом упало на пол. Фу Юнь растёр затекшие запястья, поморщившись от боли.
Чэнь Шиюэ тут же встревожился и подался вперёд:
— Я сделал тебе больно? Подожди, у меня есть мазь…
— Не нужно, — Фу Юнь отступил на шаг, увеличивая дистанцию.
Рука Чэнь Шиюэ так и застыла в воздухе.
— Выходит, я полностью в твоей власти? — горько усмехнулся Фу Юнь.
Чэнь Шиюэ опустил руку и тихо ответил:
— Нет. Ты всегда главный.
Эти слова застали Фу Юня врасплох.
Чэнь Шиюэ опустился перед ним на колени. Его взгляд, полный сложной гаммы чувств, был устремлён на лицо Фу Юня, словно он пытался заново запомнить каждую черту.
Фу Юнь вздохнул и мягко улыбнулся:
— Ну что ты опять плачешь?..
Шиюэ молчал, но крупные слёзы вновь потекли по его щекам. Дрожащими руками он сжал запястья Фу Юня и прерывисто всхлипнул:
— Я так скучал по тебе…
Слеза упала на руку Фу Юня, обожгла кожу и пролилась внутрь горячим потоком, вмиг растопив стены четырёхлетней разлуки.
Фу Юнь не удержался и коснулся влажной щеки Чэнь Шиюэ:
— Что ты сказал?
— Я очень скучал.
Чэнь Шиюэ никогда не смел надеяться, что увидит его снова. И теперь, даже если они оказались по разные стороны баррикад, самого факта, что Фу Юнь жив и стоит перед ним, было достаточно. Четыре года стиснутых зубов, смертельных опасностей и проклятий за спиной — всё это перестало иметь значение.
Он задыхался от слёз, словно ребёнок, перенёсший невыносимую обиду. В этом плачущем парне невозможно было узнать того свирепого бойца, который только что в одиночку уложил несколько десятков человек.
Фу Юнь оказался в тупике — он не знал, ругать его или утешать.
— Ну полно, полно… Я знаю, сколько тебе пришлось вынести. Но я ведь вернулся… Ну же, прекращай, — Фу Юнь окончательно растерялся. — Товарищ Чэнь Шиюэ, возьми себя в руки!
Но тот лишь отчаянно уткнулся носом в его шею, плечи его содрогались, а сам он жадно вдыхал знакомый холодноватый аромат.
Чэн Ша, нерешительно заглянувшая в подвал, встретилась взглядом с Фу Юнем.
Смущенно потерев нос, она произнесла:
— Я не хотела мешать, просто вы слишком сильно шумите.
Фу Юнь одной рукой гладил Шиюэ по спине, а другой сделал Чэн Ша знак убираться и закрыть дверь.
Чэн Ша закатила глаза, но перед тем как удалиться, высунула голову и добавила:
— Пусть он плачет потише! А не то разбудит тех, кого сам же и вырубил!
Фу Юнь удивленно уставился на Чэнь Шиюэ и слегка отстранил его от себя:
— Ты что, уложил всех наших ветеранов?
— Я не специально… — тихо пробурчал Шиюэ.
— Дело не в том, специально или нет! Чем ты занимался в моё отсутствие? Человеческими экспериментами?! Откуда такая жуткая сила?
Чэнь Шиюэ снова уткнулся ему в плечо и глухо пробормотал:
— Люди Чэн Ша устраивали на меня покушения по восемь раз в неделю. Хочешь не хочешь, а научишься драться.
Фу Юнь только руками развёл — тот ещё и обиженным притворялся.
— Я знаю, ты злишься на меня и считаешь предателем…
— Постой, с чего ты взял, будто я считаю тебя предателем? — ухмыльнулся Фу Юнь, поддразнивая его.
Чэнь Шиюэ поднял на него опухшие от слёз глаза:
— А?
— Я навещал бабушку и маму, — мягко сказал Фу Юнь. — Они в порядке и просили передать тебе спасибо. Ты отлично справился за эти годы, Сяо Чэнь.