Во дворе малая шаманка зарезала курицу. Кровь хлынула из перерезанного горла, паря на холодном воздухе, когда её цедили в глубокую пиалу.
Занеся пиалу в дом, девчушка обмакнула пальцы в тёплую кровь. Ориентируясь на тень, что падала с потолка от чучела волчьей головы, она принялась вычерчивать на полу кровавые знаки. Из-под её подушечек с невероятной скоростью выходили сложные, затейливые руны, пока всё деревянное покрытие не покрылось витиеватой вязью заклятий.
За её спиной неподвижно замерли Лю Хун и её спутники. Каждый наблюдал за ритуалом со своим чувством, а сама малая шаманка, распростёршись на полу, чувствовала, как по спине струится ледяной пот.
Никаким Странствием в Иной мир она, разумеется, не владела. Время от времени девчонка украдкой косилась на шпаргалку, которую Фу Юнь заранее начертал на её манжете, и тут же воровски прятала руку обратно в широкий рукав.
— Девочка, — раздался за спиной голос Лю Хун.
Малая шаманка вздрогнула от неожиданности и резко обернулась:
— Что такое, госпожа?
— Ничего, — Лю Хун покачала головой, с едва заметной усмешкой прищурившись. — Просто узор твоего массива кажется мне до боли знакомым.
— Шаманская магия, изгнание бесов, повеление трупами... Всё тёмное искусство в мире растёт из одного корня, — попыталась сохранить хладнокровие девчонка, нанося на доски последний штрих. — Бабушка в молодости побродила по свету и нахваталась всякого. Чему тут удивляться? Готово.
Она щелкнула выключателем. Комната погрузилась во мрак, и лишь у края стола осталась теплиться одинокая свеча. Тусклый, призрачный огонёк упал на её лицо, разделив его на две половины — светлую и тёмную. Нечистыми пальцами, вымазанными в подсохшей крови, девчонка с показным спокойствием провела полосу прямо по межбровью, точно на грани тени и света.
— Граница между Инь и Ян размыта, свеча хладеет. Прошу всех выйти и ждать снаружи, — безэмоционально произнесла она.
— И когда нам можно будет войти? — подал голос Юань Сан.
— Живой стучит трижды, мертвец — четырежды. Если дух старого охотника войдёт в моё тело, он сам встанет, подойдёт к двери и постучит четыре раза. Тогда и войдёте, чтобы задать свои вопросы.
Лю Хун с людьми молча кивнули и покинули дом.
Во дворе царила мёртвая тишина. Ночь выдалась ненастной: над головой простирался непроглядный бархат неба без единой звезды. В темноте, хоть глаз выколи, фигурам Лю Хун и её людей оставалось лишь наблюдать, как сквозь плотно закрытые ставни едва сочится синеватый, мертвенный свет.
— Сестра Хун, девчонка так резко передумала... Не с душком ли эта затея? — понизив голос, спросил Юань Сан и переглянулся со стоявшим рядом охранником. — Что скажешь, А-Гуй?
Тот лишь неловко кивнул.
— И что предлагаешь? — задумавшись, пробормотала Лю Хун. — Если ворвёмся раньше времени, это не сорвёт вселение?
За их спинами внезапно раздался дробный, тяжёлый топот.
— Кто здесь?! — рявкнул Юань Сан, резко обернувшись.
Высокая фигура Хоу Чэнвэя метнулась вперёд, намереваясь с ходу выбить дверь, но Юань Сан и А-Гуй вцепились в него с двух сторон, сдерживая изо всех сил:
— Ты совсем из ума выжил?! Что творишь?!
Следом во двор ворвались Хоу Ячан и Старый босс Хоу. Несмотря на преклонные лета, старый босс не утратил былого напора: подхватив с земли увесистый булыжник, он с размаху швырнул его в окно. Дряхлая рама со звоном рассыпалась, стеклянные крошки и трухлявое дерево с грохотом полетели во все стороны.
Затянутое зыбким светом окно мгновенно погасло. Погасшая свеча во время ритуала — несомненный знак того, что Странствие в Иной мир провалилось.
В доме стояла гробовая тишина. У Лю Хун кровь стыла в жилах.
Выхватив из-за пояса пистолет, она щёлкнула затвором, но стоявший рядом телохранитель тут же вцепился ей в руку:
— Нельзя, сестра Хун! На выстрел сбежится вся деревня! Вы хотите, чтобы о нас пронюхали?!
Тяжело и прерывисто дыша, Лю Хун с трудом справилась со вспышкой гнева, отпихнула охранника и навскидку наставила ствол прямо на Хоу Чэнвэя. Обернувшись, Старик Хоу побледнел от ужаса и рефлекторно заслонил собой сына.
— Отец!
— Отец!! — одновременно выкрикнули Хоу Чэнвэй и Хоу Ячан.
В следующее мгновение из тьмы тенью выскочил Чэнь Шиюэ. Сгреб Хоу Чэнвэя в охапку и сбил его на землю, выводя из-под огня. В тот же миг тишину спящей деревни оглушил громовой выстрел.
Все замерли.
Сопя и дрожа всем телом, Лю Хун опустила пистолет и попыталась судорожно запихнуть его в карман, но Юань Сан вырвал оружие из её пальцев:
— Не держи при себе! Если накроет полиция — нам конец!
Привычным движением поставив пистолет на предохранитель, он метнулся за угол дома шаманки, чтобы надёжно спрятать ствол.
Лю Хун, всё ещё не оправившись от испуга, одарила семейство Хоу исполненным ненависти взглядом, но сводить счёты было некогда — она бросилась в дом, чтобы проверить, жива ли малая шаманка.
Хоу Чэнвэй с помощью Чэнь Шиюэ кое-как поднялся с грязи:
— Спасибо, брат.
— С чего вдруг вы ринулись мешать ее Странствию в Иной мир? — с ледяным спокойствием спросил Чэнь Шиюэ.
— Проводить ритуал призыва духов рядом с проклятым домом, где полегла куча народу, — это же чистейшее самоубийство! Чёрт знает, какую дрянь они вытащат из Иного мира. Если вся эта мразь ринется на нас, я уж точно не хочу отправляться в преисподнюю за компанию с её дохлым муженьком, — пробормотал Хоу Чэнвэй. — Это слова отца.
Чэнь Шиюэ бросил беглый взгляд на Старого босса Хоу, но промолчал.
— Пока не сбежались деревенские, надо проверить девчонку. Как бы Лю Хун её не пришибла, — кашлянув, распорядился Старый босс Хоу.
Переступив порог, они будто шагнули в склеп: морозный, покойницкий холод мгновенно сковал тело Чэнь Шиюэ. Он незаметно вытянул руку — суставы пальцев тут же заломило от онемения. В этой комнате кто-то был.
Лю Хун склонилась над сидевшей на полу шаманкой и осторожно отрезнула чёлку с её лба. Зрачки девчонки, чёткие и расширенные от ужаса, замерли в одной точке.
Вглядевшись в её глаза, Лю Хун поняла: дело дрянь. Это был взгляд живого человека, без малейшего дыхания смерти. Призрак так и не вошёл в её тело.
— Как же так... Почему?.. — потрясённо прошептала она и, вцепившись в плечи девчонки, принялась судорожно трясти её: — Почему не вышло?! Пробуй ещё! Пробуй снова!
Малая шаманка с диким страхом уставилась в тёмный угол комнаты. Лю Хун хотела проследить за её взглядом, но в этот момент за её спиной раздался дикий, исполненный муки вопль Хоу Чэнвэя.
Схватившись за голову, парень рухнул на колени. В непроглядном мраке угла мелькнул едва заметный отсвет: кто-то, пользуясь суматохой, начертал на полу кровавую стрелу, указывавшую прямо на Хоу Чэнвэя. Тот проковылял пару шагов и повалился к стене. Его зубы выбивали бешеную дробь, изо рта не вылетало ни звука — он лишь судорожно протягивал дрожащую руку к отцу:
— Папа...
— Чэнвэй! Чэнвэй, что с тобой?! — Старый босс Хоу в ужасе кинулся к сыну, обхватив его одеревеневшее тело: — Лю! Что ты сделала с моим сыном?!
— Откуда я знаю?! Кабы не вы, ритуал бы не сорвался! Я с тебя ещё шкуру сдеру, старый чёрт! — взвизгнула Лю Хун. Наотмашь ударив сжавшуюся от страха шаманку, отчего та повалилась набок, она развернулась, намереваясь сбежать.
— Назад! — рявкнул Чэнь Шиюэ. — Стой, где стоишь! Разве не чувствуете?!
В его голосе прозвучал такой непререкаемый властный металл, что Лю Хун против воли замерла:
— Что...
— В доме... становится всё холоднее, — заикаясь, выговорил А-Гуй, съёжившись в углу.
Все переглянулись. В комнате установилась тишина.
Охранник не ошибался. За считанные секунды температура в помещении упала до трескучего мороза, будто воздух превратился в лёд. Одинокий огарок на столе вновь вспыхнул зловещим сине-чёрным пламенем.
— Чёрт возьми... Границу миров вскрыли, а тропа Инь не закрылась. В наш мир прорывается тварь!
Чэнь Шиюэ в два прыжка оказался возле Старого босса Хоу и, не дав тому поднять голову, тяжёлой ладонью прижал его затылок к полу:
— Не смотри туда!
Во время Странствия в Иной мир рядом с медиумом не должно быть посторонних: стихии живых и мёртвых вступают в губительный диссонанс. А сейчас врата преисподней распахивались прямо перед толпой людей — и только небесам было известно, в чьё тело вцепится вызванный дух.
Лю Хун опомнилась. Догадка ледяным уколом пронзила её разум. Дрожа всем телом, она медленно повернулась к Хоу Чэнвэю.
Белки глаз парня полностью закатились, лицо в отсветах синего пламени приобрело мёртвенно-фиолетовый оттенок. Разинув рот, он запрокинул голову под диким, неестественным углом.
Раздался тошнотворный хруст шейных позвонков. Когда Хоу Чэнвэй снова опустил голову, на его лице не осталось ни капли человеческого.
Присмотревшись, можно было заметить, что его губы непрерывно и механически шевелятся, бормоча нечто едва различимое.
Сжав волю в кулак, Лю Хун шаг за шагом приблизилась к нему, прокусила палец и ткнула окровавленной подушечкой себе в межбровье.
— Кто ты такой?! — сиплым от ужаса голосом спросила она.
Хоу Чэнвэй с трудом сглотнул, будто разучился пользоваться собственной гортанью, и медленно качнул головой.
— Ты знаешь, где находится Долина Лунси?!
Сидевший перед ней заемный разум явно уже не принадлежал Хоу Чэнвэю — к ним явился какой-то бродячий неупокоенный дух. Окаменев на пару мгновений, одержимый едва заметно кивнул.
Лю Хун едва не взвизгнула от восторга:
— Скажи мне! Потребуй что угодно — я всё отдам!
Белёсые зрачки Хоу Чэнвэя задрожали. Разинув пасть, он вытолкнул сухой хрип:
— Крови...
— Дай... крови...
Присутствующие растерянно переглянулись, не понимая, чего он требует.
В следующую секунду Хоу Чэнвэй диким зверем рванулся вперёд! Разинув пасть, он вонзился бы зубами в горло Лю Хун, но в последнюю долю секунды стоявший рядом телохранитель оттолкнул хозяйку, подставив собственную шею.
Хлынул фонтан алой крови. Сила одержимого превосходила человеческую в десятки раз: с диким хрустом его челюсти сомкнулись, сокрушая сонную артерию. Когда он разжал зубы, его подбородок и грудь были залиты дымящейся густой кровью. С клыков стекали тяжёлые алые капли. Облик одержимого внушал тихий ужас.
— Лао Чжан!! — взвыла Лю Хун, подхватывая оседающее тело телохранителя.
Чэнь Шиюэ молнией метнулся к одержимому, железным захватом локтя сжав его горло со спины, и одновременно подсёк подножкой. Хоу Чэнвэй рухнул ничком. С сухим хрустом Чэнь Шиюэ вывернул ему запястья и заломил руки за спину.
— Кого... кого вы притащили?! — забилась в угол малая шаманка, захлёбываясь слезами. — Человека убили... Что теперь делать?!
— Так это же ты призывала духа, дрянь! — в ярости рявкнул Старый босс Хоу. — Почему он влез в моего сына?!
Переведя дыхание, Чэнь Шиюэ выхватил из-за пояса спецсредство и прижал контакты к загривку парня. На коже Хоу Чэнвэя проступила тёмная печать в виде кандалов. Бешеное сопротивление тут же угасло, и он бессильно обмяк на полу.
— Что ты с ним сделал?!
— Запечатал его духовные каналы, чтобы злобная тварь не вырвалась. Я спасаю его жизнь, твой сын только что совершил убийство, — отрезал Чэнь Шиюэ.
— Это не он!
— Нападение на представителя власти усугубляет вину. А вам, госпожа Лю, советую хорошенько подумать, прежде чем снова браться за ствол, — Чэнь Шиюэ рывком подхватил Хоу Чэнвэя и усадил на стул. Девчонка-шаманка отпрянула ещё дальше.
— Нет... Здесь что-то не так, — опомнилась Лю Хун, утирая холодные слёзы.
— Что именно? — с обманчивым терпением уточнял Чэнь Шиюэ.
— Девчонка. Ты не умеешь странствовать в Иной мир, — Лю Хун впилась взглядом в шаманку. — Настоящий медиум не станет так визжать от страха перед мертвецом. Ты морочила нам головы. Ритуалом Странствия в Иной мир управлял кто-то другой!
Девчонка побледнела и в смятении перевела взгляд на закрытую дверь спальни...
— Госпожа Лю, я вытащил для тебя мертвеца из преисподней. Считай, оказал бесценную услугу. Как расплачиваться думаешь?
В спальне зажёгся свет. На пороге стоял Фу Юнь. Держа руки в карманах, он смотрел на собравшихся с мягкой, небрежной улыбкой.
У Чэнь Шиюэ сразу отлегло от сердца:
— Ты всё это время был здесь?
— Весь вечер, — Фу Юнь неторопливо вышел в зал, бережно поднял дрожащую шаманку и отвёл её обратно в спальню. — До рассвета из комнаты не выходи. Ухаживай за бабушкой. Остаток денег я переведу позже.
Закрыв дверь, он повернулся к гостям.
Лю Хун смерила его мрачным взглядом и криво ухмыльнулась:
— А у вас тонкий расчёт, господин Фу.
— Не стоит так грубо, — непринуждённо отозвался Фу Юнь. — Я от чистого сердца пытался помочь тебе выяснить, где зарыт труп. Твои слова ранят меня в самое сердце.
Лицо Старого босса Хоу потемнело от гнева:
— Фу Юнь, ты!..
— Для вас тут тоже есть выгода, босс Хоу. Посчитаемся чуть позже, — мягко перебил его Фу Юнь.
Чэнь Шиюэ слегка сместился в сторону, заслоняя Фу Юня от потенциальной угрозы, и смерил присутствующих ледяным взглядом. Фу Юнь незаметно сжал его запястье, давая понять, что всё под контролем.
В комнате зажгли основной свет. Хоу Чэнвэй со сломанными, плетью висящими руками бессильно перевалился на стуле.
Фу Юнь подошёл ближе и присел перед ним на корточки:
— И как же вытянуть из тебя нужные нам ответы?
Одержимый судорожно содрогнулся и начал сползать на пол. Чэнь Шиюэ дёрнулся было подхватить его, но Фу Юнь жестом оставил его:
— Пусть себе лежит на полу. Руками он всё равно ничего не напишет.
Чэнь Шиюэ осёкся и с досадой вздохнул:
— Не следовало мне ломать ему запястья.
— Ничего страшного, — улыбнулся Фу Юнь. — У него найдётся другой способ.
Хоу Чэнвэй уткнулся локтями в доски, совершенно не чувствуя боли. Наклонив голову к самому полу, он вывалил изо рта длинный, исходящий густой слюной язык. От этого мерзкого зрелища даже Старого босса Хоу скрутило, и он брезгливо отвернулся.
Возя языком по гладкой поверхности, одержимый вывозил слизью букву за буквой. Спустя мгновение на полу четко вырисовалась строка.
— «Один вопрос — одна жизнь», — вслух прочёл Фу Юнь надпись из слюны и тихо усмехнулся: — Вот оно как...
Он поднял взгляд на ошеломлённых спутников:
— Дух говорит: за каждый ответ требуется человеческая жизнь. Что скажете, господа? Стоит оно того?