Лу Шицзю и Шэнь Бай знали друг друга с давних пор, когда оба были никем, и прошли бок о бок через многие годы. Они познакомились еще подростками, лет в пятнадцать-шестнадцать, вместе пережили три года старшей школы и один курс университета.
Но лишь после наступления конца света они по-настоящему открыли друг другу сердца и стали идти рука об руку.
Лу Шицзю замечал каждый шаг, каждое изменение в Шэнь Бае. Когда-то он не мог открыто находиться рядом, поддерживать его и разделять его взросление, а потому тайком запечатлевал эти мгновения. И потом часто разглядывал снимки, испытывая тихую радость.
А затем грянул апокалипсис. Из друзей они превратились в возлюбленных, и, когда живой Шэнь Бай наконец оказался рядом, старые фотографии отступили на второй план. Но перед отъездом Лу Шицзю всё же не смог с ними расстаться: бережно собрал карточки, чтобы сберечь хотя бы как память.
Выставлять напоказ свои давние замашки перед Шэнь Баем он, конечно, не собирался, но раз уж тот сам завел разговор, появился отличный повод разглядеть всё вместе.
— Вот эта — с самого начала первого класса старшей школы. Ты тогда выступал как представитель лучших учеников.
На снимке Шэнь Бай в сине-белой школьной форме выглядел совсем юным. Он что-то вещал с искренне-серьёзным видом — милый и обаятельный.
— Надо же, — вздохнул Шэнь Бай. — Я, оказывается, ещё тогда был хорош собой. А уж сейчас вообще вне конкуренции.
Будь на месте Лу Шицзю кто-то другой из друзей, он наверняка лишился бы дара речи от такой самовлюблённости. Но Шицзю лишь тепло взглянул на него, наклонился, коснулся губами щеки и снова перевёл взор на карточку.
— А это когда мы только пришли в класс и свободно выбирали места. Ты тогда был таким прилежным, уселся на первую парту. А я занял место прямо за тобой, чтобы каждый день наблюдать за твоим затылком.
На фото был запечатлён Шэнь Бай со спины: стройный, вытянувшийся юноша сидел прямо, словно молодое деревце.
Обо всём этом Шэнь Бай даже не догадывался.
Ему и в голову не приходило, что Лу Шицзю присматривался к нему уже тогда.
"И как он вообще вынес столько лет безответной влюблённости?"
Раньше Шэнь Бай лишь фыркнул бы на подобные чувства со стороны мужчины. Но теперь, когда Лу Шицзю стал для него родным и любимым, в груди уколола сочувственная боль.
Впрочем, признаваться в этом он не стал, предпочитая перевести всё в шутку:
— Это ещё что значит — «тогда был прилежным»? А потом я что, испортился?
— А ты сам будто не знаешь? — легкий смешок вырвался у Лу Шицзю. — В университете тебя раньше последних двух рядов отродясь не видели. Спал на парах, прогуливал при любой возможности, а сам вечно строил из себя образцового студента.
Шэнь Бай потерял дар речи.
Ничего себе, решил припомнить грешки и подпортить репутацию?
Он попытался придумать, чем ответить, но с досадой осознал: у него нет ни единого компромата на Лу Шицзю. У того вообще не было изъянов... за исключением, пожалуй, безграничной любви к самому Шэнь Баю.
— Или вот эта. На физкультуре, когда ты играл в баскетбол. Ну как, хорош?
На снимке Шэнь Бай в одних шортах, с обнажённым торсом, азартно носился по площадке, истекая потом.
Парни часто скидывали футболки во время игры, чтобы не промокнуть насквозь — обычное дело. Но от этого кадра у Шэнь Бая почему-то с опозданием вспыхнули уши. Осознание, перед кем он сидит, добавляло смущения.
Одно дело — раздеться среди парней-друзей, тут всё просто и привычно. Но перед своим возлюбленным... ситуация приобретала совсем иной, двусмысленный оттенок.
Шэнь Бай прочистил горло, предпочтя не отвечать, и поторопился перелистнуть снимки.
Следующий кадр был сделан ночью, и место действия изменилось.
Жилой комплекс «Мирный дом».
Похоже, Лу Шицзю снимал с балкона шестого подъезда. На фото Шэнь Бай стоял, подставив лицо ночному ветерку. Футболка была задрана к самой груди, обнажая гладкий белый живот и ребра.
В тёмных сумерках светлая кожа буквально бросалась в глаза.
Этот кадр оказался ещё более смущающим, чем предыдущий.
Шэнь Бай вспыхнул от досады:
— Ты вообще что снимал?! Нормальные моменты тебе не подходят, обязательно надо подловить, когда я полуголый?!
— Просто совпадение, — Лу Шицзю слегка поджал губы и сделал движение, будто собирался убрать стопку.
Шэнь Бай не дал ему этого сделать — вырвал снимки и принялся быстро просматривать их один за другим.
И лучше бы он этого не делал. Картина, открывшаяся ему, заставила кровь прилить к голове.
Помимо бытовых снимков, сделанных в самых разных местах, там обнаружились даже кадры из душевой. Летом стояла духота, пар не выветривался, и приходилось мыться при открытом окне.
И даже такую возможность Лу Шицзю не упустил!
— И ты после этого утверждаешь, что не подглядывал?!
—... Исключительная случайность.
— Случайность?!
— Кхм... По крайней мере, я не использовал эти снимки для... нескромных целей.
Шэнь Бай опешил:
— То есть ты об этом думал?!
Лу Шицзю понял, что оправдываться бесполезно, и просто опрокинул Шэнь Бая на кровать.
— Думал. И сейчас перейду от теории к практике.
— Эй... Ты играешь не по правилам!
— Играл бы по правилам — ты бы до сих пор считал меня просто другом.
* * *
Дорвавшись до долгожданной уединённости, упустить такую ночь они просто не могли.
К счастью, физическая форма Шэнь Бая после всех изменений стала далека от обычной, так что наутро он поднялся без особых проблем и ничего не выдало его состояния перед остальными.
Впрочем, немалую роль сыграла и первоклассная шумоизоляция отеля.
К утру оба выглядели абсолютно довольными и отдохнувшими.
В холле на первом этаже снова собралась вся группа.
Запасов еды в отеле пока хватало, поэтому выходить на поиски припасов не требовалось. Шэнь Бай предложил всем устроить день отдыха, а сам вместе с Лу Шицзю вознамерился отправиться к пункту оплаты и разведать обстановку.
Услышав это, Гу Ань посмотрел на них с нескрываемым изумлением:
— Вы вдвоём?
Шэнь Бай спокойно кивнул:
— Да. Большое количество народа привлечёт лишнее внимание. Мы просто понаблюдаем из укрытия, выясним, что там происходит, и сразу вернёмся.
— Нет, я о другом... Разве выходить вдвоём — это не смертельно опасно? — быстро уточнил Гу Ань, но тут же замешкался, с удивлением обнаружив, что все остальные воспринимают эту новость как нечто само собой разумеющееся.
Будто для этой парочки прогулка среди орд зомби была самым обыденным делом.
Шэнь Бай с улыбкой отозвался:
— Всё в порядке, на машине ехать вполне безопасно.
Гу Ань отнесся к его словам со скепсисом, но, видя их непреклонность и молчаливое согласие остальных, расспрашивать больше не стал.
Пока отряд восстанавливал силы, Шэнь Бай и Лу Шицзю отправились в путь.
Чтобы не привлекать внимания, они выбрали обычный рейсовый автобус: движется он относительно тихо и не выделяется среди брошенного транспорта.
Благодаря обостренному слуху, присущему эволюционировавшим, они чутко контролировали окружающую обстановку и успешно избегали встреч с чужими машинами.
Подъехав ближе к пункту оплаты, они припарковались в неприметном месте, укрытом от чужих глаз, и дальше направились пешком.
Всё утро прошло в тишине — мимо не проехало ни единой машины.
Шэнь Бай и Лу Шицзю затаились в здании неподалёку от пропускного пункта и у окна внимательно следили за дорогой.
Лишь во второй половине дня, когда солнце палило в самом зените, издалека донёсся отчетливый гул автомобильного двигателя.
Шэнь Бай всмотрелся вдаль и изумлённо нахмурился: приближающаяся машина словно светилась.
Сперва он решил, что это просто обман зрения.
Но когда автомобиль подъехал ближе, стало ясно: вокруг кузова действительно переливалось нежное мягко-голубое свечение.
— Это еще что такое?..