Порыв сквозняка ударил в лица, взъерошив волосы.
Шэнь Бай, стоявший ближе всех к порогу, невольно зажмурился. А когда открыл глаза, Гу Шйтин уже проскользнула мимо него прямо в квартиру.
Внутри царила мёртвая тишина — ни звука, ни шороха.
Остальные поспешили вслед за девушкой. Они обошли все комнаты, но так никого и не нашли.
В доме... никого не было.
— Всё осталось ровно так же, как в день, когда я ушла, — пробормотала Гу Шйтин, растерянно озираясь. — Похоже... они так и не вернулись.
Девушка замерла, не зная, что чувствовать: облегчение, сожаление или отчаяние.
Обличение — оттого что не увидела родителей превратившимися в монстров.
Сожаление — потому что не застала их дома.
А отчаяние... Отчаянная мысль, что они могли заразиться где-то в толпе на работе или по дороге домой.
Ли Тинхэ прекрасно понимал её состояние: сам пережил то же самое совсем недавно.
— Всё в порядке, — попытался он ободрить её. — Моих тоже дома не было. Отсутствие новостей — уже хорошая новость.
Гу Шйтин с самого начала готовила себя к худшему, но столкнуться с режущей пустотой оказалось слишком тяжело. Едва удерживая себя в руках, она подняла глаза — но посмотрела не на Тинхэ, а на Шэнь Бая.
Уловив в его взгляде теплую поддержку, девушка наконец сдержанно кивнула. Она прошла в спальню, быстро собрала в чемодан необходимую одежду и вещи личной гигиены.
Глубоко вздохнув, Шйтин заставила себя выдавить подобие улыбки:
— Всё, можем идти. Теперь к Линлин.
У Дин Линлин глаза уже стояли на мокром месте. Она шагнула вперед и крепко обняла подругу.
— Да. Мы должны быть сильными.
Две единственные девушки в их отряде, они остро чувствовали связь друг с другом и всегда держались вместе.
Шэнь Бай впервые видел, какая стойкость кроется за хрупкой внешностью Гу Шйтин. Невольно проникнувшись уважением, он задержал на ней взгляд чуточку дольше обычного.
И тут же почувствовал, как сбоку повеяло арктическим холодом.
Шэнь Бай скосил глаза на Лу Шицзю. Тот стоял с каменным лицом, выглядя ещё более отстранённым и угрюмым, чем всегда.
«Да ладно? Серьёзно?! В каком веке мы живём, чтобы ревновать к подобным вещам? Даже будь они парочкой, неужели нельзя просто посмотреть на девушку?!»
Эта нелепая мрачность разбудила в Шэнь Бае чистое упрямство. Он намеренно, совершенно открыто одарил Шйтин ещё несколькими долгими взглядами.
Они шли впереди всей группы.
Стоило им ступить на лестничную площадку, как Шэнь Бай, всё ещё злорадствуя над тем, как умыл ревнивца, ощутил, как его запястье сжала стальная хватка. Шицзю бесцеремонно дёрнул его вниз по ступеням.
— Перепроверим обстановку внизу, — отрывисто бросил Лу Шицзю остальным.
Не успел никто ахнуть, как оба скрылись за поворотом.
Ли Тинхэ прибавил ход и высунулся в пролёт, но парочка уже испарилась.
— М-да... — проворчал он. — Вот ведь неугомонные. Двигаем быстрее, пока твари сверху на шум не сбежались.
Подхватив чемодан Шйтин, он взвалил его на плечо и устремился вниз.
* * *
Тем временем на первом этаже Шэнь Бай, которого протащили по всей лестнице, наконец вырвал руку и, переводя дыхание, возмутился:
— Лу Шицзю! Ты совсем сдурел?!
Не успел он договорить, как его накрыла чужая, сминающая всё на своём пути аура. В следующий миг губы Шицзю накрыли его собственные.
— Ммм!..
Это был их первый по-настоящему нормальный поцелуй. И именно от этой «нормальности» Шэнь Бая до костей обдало жгучим смущением.
Приложив все силы, он кое-как оттолкнул Шицзю.
Шэнь Бай прикрыл рот ладонью и уставился на него влажными от обиды глазами, в которых так и читался немой укор.
Он уже собрался вспыхнуть и высказать всё, что думает, но, заметив в глубине зрачков Лу Шицзю алый отблеск, тут же сбавил обороты.
— С чего это тебя так переклинило?.. — вырвалось у него.
Голос прозвучал совсем не грозно — скорее капризно и с невольной мягкостью.
Лу Шицзю зажмурился, тяжело выдохнул и, открыв глаза, снова выглядел прежним. Вернувшийся разум заставил его почувствовать неловкость; он замер в замешательстве, не зная, что сказать.
Повисла затяжная пауза. Лишь когда сверху донеслись тихие шаги приближающейся группы, Лу Шицзю глухо произнёс:
— Извини.
Шэнь Бай ждал от него очередной властной выходки и боялся перегнуть палку с претензиями, но никак не рассчитывал услышать извинения.
«Ничего себе... Неужели Лу Шицзю может быть таким сговорчивым? Чувствует за собой вину, да?»
Шэнь Бай мгновенно сориентировался и придумал, как выжать из ситуации максимум.
— Если бы за всё можно было расплатиться извинениями, зачем нужны были бы полицейские?! Короче: ты стираешь мои вещи целую неделю!
На словах он дерзил, но внутри всё сжалось от ожидания: как отреагирует Шицзю?
То, что Лу Шицзю согласится, Шэнь Бай предполагал. Но он никак не ожидал, что тот согласится настолько мгновенно — без единой секунды раздумий.
Шэнь Баю показалось, что он прощупал слабое место своего соперника!
Схема вырисовывалась идеальная: сначала заставить Лу Шицзю почувствовать вину, затем включить невинную жертву, а после признания вины прижать к ногтю. Если действовать по этой логике, разве нельзя будет вить из него верёвки?!
Ощущение собственного превосходства пьянило. Гонять бывшего непримиримого заклятого врага как мальчика на побегушках — что может быть слаще?
Упиваясь триумфом, Шэнь Бай совсем упустил из виду, что именно служило пусковым крючком для «вины» Лу Шицзю.
А Лу Шицзю, в свою очередь, даже надеяться не смел, что после поцелуя Шэнь Бай не просто не взбесится, но и сменит гнев на милость от столь пустячного «наказания».
Всего лишь неделя стирки. Одежда Шэнь Бая... в том числе и нательное бельё.
При этой мысли кончики ушей Лу Шицзю густо покраснели.
Словом, оба думали абсолютно о разном, но каждый по-своему был беспредельно счастлив.
* * *
Вскоре группа отправилась к дому Дин Линлин, который находился неподалёку.
Ей повезло больше: квартира располагалась на первом этаже.
Они прибегли к уже проверенной схеме: припарковали грузовик вплотную к подъезду. Услышав гул мотора, зомби с нижних пролётов зашевелились — кто шатаясь сползал вниз, кто скатывался по ступеням прямо в холл.
Ребята оставались на крыше кузова и методично, одного за другим, закалывали сползающихся на шум мертвецов.
Удостоверившись, что поток зомби иссяк, они спрыгнули вниз и забаррикадировали пролёт на верхние этажи найденными в подъезде старыми досками.
Разобравшись с угрозой, все сгрудились у двери Дин Линлин. Как и Гу Шйтин чуть ранее, Линлин стояла ни жива ни мертва, комкая пальцы.
Теперь настала очередь Гу Шйтин поддерживать подругу.
— Ты ведь сама мне только что говорила, помнишь? Мы должны быть сильными, — мягко проговорила Шйтин. — Хочешь... я сама открою?
Голос её звучал удивительно нежно и ласково. Впрочем, она всегда так разговаривала и с Шэнь Баем.
Честно говоря... Шэнь Баю такой тон даже нравился.
Однако даже то, как чутко Шэнь Бай прислушивается к девушке, не укрылось от пристального взора Лу Шицзю.
В следующую секунду широкая ладонь бесцеремонно накрыла ухо Шэнь Бая, заглушая чужой голос.
Шэнь Бай недоумённо повернул голову. Лу Шицзю стоял с каменным лицом, уставившись строго перед собой, и всем видом демонстрировал полное неведение.
«Этот гад... Он что, посчитал стирку слишком мягким наказанием?! С чего вдруг такое хамство?!»