Во время тренировок Шэнь Бай выкладывался на полную: не просто раздавал указания, а лично участвовал во всем процессе. Он смешался с бойцами базы, занимался наравне со всеми и без утайки делился накопленным опытом.
Формально люди на базе делились на две фракции, но по сути их можно было разбить на два типа. Под крылом Син Тяня собрались в основном законопослушные, честные ребятишки. А вот среди сторонников Лу Маньцзы преобладали сплошные упрямцы да смутьяны, привыкшие плевать на любые правила.
Самым сложным в обучении оказалось укротить именно этих строптивцев.
Изначально люди Лу Маньцзы искренне надеялись посмеяться над непутёвыми инструкторами. Вдобавок до них доходили слухи, будто в первый же день всё пошло наперекосяк. Однако не прошло и пары дней, как атмосфера на плацу сделалась удивительно гармоничной.
Стоило расспросить подробнее, и выяснялось: Шэнь Бай с Лу Шицзю виртуозно разыграли «доброго и злого полицейского», мигом прижав всех к ногтю. Шэнь Бай не задирал нос, деля с новичками все тяготы, выступал за честность и равенство, благодаря чему быстро стал в отряде своим в доску. Даже бойцы из лагеря Лу Маньцзы не могли высказать в его адрес ни единого упрёка. Ну а в присутствии Лу Шицзю и вовсе никто не смел рта раскрыть.
Лу Маньцзы, давая согласие на предложение Син Тяня, рассчитывал, что его соратники вставят Шэнь Баю палки в колёса и заставят того отступить. Кто ж знал, что всего за несколько дней парень переманит на свою сторону больше половины его людей?
Пусть пока это ни на что не влияло, но оставлять всё как есть в долгосрочной перспективе было нельзя. Поэтому ровно через неделю после начала занятий руководство базы решило устроить проверку, чтобы оценить результаты подготовки.
Если уровень прохождения окажется ниже восьмидесяти пяти процентов, должность инструктора перейдёт к человеку Лу Маньцзы. Те же, кто покажет выдающиеся результаты, войдут в состав элитного отряда — им больше не придётся перебиваться случайными заработками и рисковать в одиночку. Другой уровень задач, надёжные напарники, передовое оружие и, разумеется, совсем иные доходы. Неудивительно, что все горели желанием себя проявить.
Вскоре Шэнь Бай узнал условия: испытание пройдёт за пределами базы, а задачей станет полная зачистка целого сектора. Настоящий боевой выезд.
Для тех выживших, кто вступил на базу недавно и толком не успел натаскаться, подобный экзамен таил смертельную опасность. Малейшая оплошность — и прощайся с жизнью. Но по правилам к участию привлекались абсолютно все, кто проходил подготовку.
— Не слишком ли мало времени? — поднял вопрос Шэнь Бай на собрании верхушки базы. — Прошла всего неделя, а многие тренировались от силы два-три дня. Чему они могли научиться?
Он едва удержался, чтобы не бросить Лу Маньцзы прямо в лицо: «Хочешь выставить меня за дверь — так и скажи, к чему эти крысиные манёвры?» Дело было не в неуверенности в собственных силах, а в банальной нехватке времени: не каждый рождается прирождённым бойцом, чтобы схватывать всё на лету.
Син Тянь, разумеется, принял сторону Шэнь Бая и предложил отложить проверку на месяц. Лу Маньцзы упёрся рогом. Вспыхнул жаркий спор, и в итоге стороны сошлись на компромиссе: дать ещё одну неделю.
Шэнь Бай не держался за должность — он лишь пытался выиграть время, чтобы люди не погибли ни за грош. На базе хватало работы, не требовавшей вылазок наружу: пусть платили там гроши, зато от голода никто не умирал. Для слабосильных новичков этот экзамен был даром не нужен. Однако Лу Маньцзы намеренно настоял на поголовном участии, рассчитывая сбить общий процент успеваемости. Что и говорить, просчитал тонко.
Будь на кону нечто иное, Шэнь Бай, может, и махнул бы рукой. Но раз речь шла о человеческих жизнях, оставалось одно — устроить подопечным настоящий адский интенсив!
Разумеется, никакой методики преподавания у него не было. Зато под боком имелся личный репетитор.
Ли Тинхэ успешно сработал в качестве испорченного телефона. Лишь передав все поручения, он вдруг спохватился — а почему, собственно, Шэнь Бай сам не сходил к Син Тяню?
Шэнь Бай хихикнул и, указав взглядом на кое-кого в гостиной, понизил голос:
— Мужчинам не пристало миловаться. Ты только глянь на этого ревнивца — он бы меня разве отпустил?
Ли Тинхэ мгновенно всё понял и сочувственно кивнул:
— Да уж, мелочный тип, слова не скажи. Если тебя держат силой — ты мигни, я попробую тебя вытащить.
Шэнь Бай замигал с удвоенной скоростью.
— Э-э... Ну, ты дай мне сначала придумать как, — озадачился Ли Тинхэ. Но, заметив боковым зрением приближающегося Лу Шицзю, тут же дал дёру: — Я к себе!
— Ха-ха, давай!
Подшутив над Ли Тинхэ, Шэнь Бай так хохотал, что потерял бдительность и не заметил, как Лу Шицзю подошёл со спины.
Не успел он сообразить, что к чему, как сильная рука уже обхватила его за шею, прижимая к широкой груди.
— Значит, тебя держат силой?
— Естественно, — с невозмутимым видом кивнул Шэнь Бай.
— И когда же я тебя принуждал? — в голосе Лу Шицзю прозвучала недвусмысленная угроза.
Шэнь Бай пару раз кашлянул и поспешно пояснил:
— Так я сам себя принуждаю! Иначе кто бы заставил меня быть снизу?
Лу Шицзю хмыкнул:
— О как. Звучит так, будто ты делаешь одолжение.
— Ну, скажем так, не то чтобы совсем одолжение...
Окончить фразу Шэнь Бай не успел: его прижали к стене. Привычные пальцы ловко скользнули под подол футболки, поднимаясь всё выше. Заигрывая, они бесцеремонно сжали и потеребили чувствительное место, отчего Шэнь Бай резко выдохнул, затаив дыхание.
— Это же гостиная! Сбавь обороты!
Но Лу Шицзю и не думал останавливаться. Задрав его одежду ещё выше, он припал губами к обнажённой коже, то и дело поднимая взгляд, чтобы проследить за реакцией Шэнь Бая. В его тёмных глазах вспыхнули лукавые искорки.
— Ты же вроде как против? А сам вид имеешь весьма довольный.
Шэнь Бай от смущения и досады просто натянул футболку на голову Лу Шицзю, лишь бы не видеть эту дразнящую физиономию.
Вот только в результате они оказались прижаты друг к другу ещё плотнее. Горячее дыхание Лу Шицзю обжигало ключицу, отчего по коже Шэнь Бая пробежала невольная дрожь.
Кажется... так парню стало только удобнее безобразничать.
Когда Шэнь Бай это осознал, выставить Лу Шицзю было уже невозможно. Его талию крепко сжимали руки, а под футболкой творилось нечто совсем уж неприличное. Если б кто-нибудь спустился сейчас со второго этажа, отговориться бы не вышло при всём желании.
И надо же было такому случиться: именно в этот миг сверху раздались шаги.
Руки Шэнь Бая, до того беспомощно лежавшие на плечах партнёра, мгновенно обрели силу и оттолкнули его. Судорожно оправляя помятую одежду, он одарил Лу Шицзю свирепым взглядом и собрался было удрать к себе.
Спустись кто другой, всё можно было бы списать на пустую ерунду. Но на лестнице показалась Лу Кэсинь. Её пристальный взор въелся в них не хуже лазерного сканера.
Заметив, как её взгляд задерживается на его мятой футболке, Шэнь Бай криво ухмыльнулся:
— Футболка испачкалась, никак не оттирается... Пойду лучше застираю.
И, не дожидаясь ответа, прошмыгнул мимо неё наверх.
В гостиной остались двое, уставившись друг на друга.
Лу Кэсинь, сообразив, что вновь испортила голубкам весь настрой, хихикнула:
— А вы