Утром провели собрание. Син Тянь сообщил, что за пределами Столицы заметили подозрительную активность, и он лично отправляется с отрядом на разведку.
На время своего отсутствия за главного он оставил Ху Кэ — своего заместителя, в прошлом тюремного надзирателя и надежного соратника.
Шэнь Бай с Ху Кэ были едва знакомы: пересекались лишь пару раз и ограничивались формальными кивками, так что Шэнь Бай никаких выводов о его характере сделать не мог.
Когда встречу объявили закрытой, они коротко обсудили текущие организационные вопросы и вместе спустились на первый этаж.
Едва они вошли в холл, как навстречу выскочил запыхавшийся часовой.
— Брат Ху! У ворот прибывшие. Правил прохождения не соблюдают, лезут без очереди! Один из них кричит, что он твой родной брат, и требует позвать тебя!
Ху Кэ изменился в лице:
— Брат? Как он выглядит?
— Да там не разобрать... Мы с парнями сперва решили, что это ходячие, чуть пулю в лоб не пустили! Брат Ху, у тебя правда есть младший?
Молча нахмурившись, Ху Кэ прибавил шаг и устремился к выходу. Шэнь Бай, заинтригованный происходящим, потянул за собой Лу Шицзю и пошел следом.
Снаружи, возле обшарпанной машины, прямо на земле раскинулась дюжина оборванцев — вылитые нищие. Засаленные, измазанные сажей и грязью с ног до головы, они выглядели так, что разобрать, люди перед тобой или уже зараженные твари с укусами, не представлялось возможным. Немудрено, что часовые чуть не открыли огонь на поражение.
Дежурные, встречающие прибывших, брезгливо держались за десяток шагов, а парочка и вовсе зажимала носы пальцами. Тяжелый, сшибающий с ног дух чувствовался даже издалека.
Шэнь Бай поморщился и остановился прямо у ворот, придержав за руку Лу Шицзю и решив не подходить ближе.
Зато Ху Кэ, вглядываясь в измазанные фигуры, шагнул им навстречу без тени брезгливости.
Не успел он сделать и пяти шагов, как из кучи грязных тел мгновенно взвилась громоздкая фигура.
— Второй брат! — раздался зычный, хриплый бас, полный неописуемого восторга.
Шэнь Бай мигом навострил уши — голос показался странно знакомым.
Ху Кэ с подозрением оглядел верзилу:
— Ху Шань?..
Мужик закивал как сумасшедший и отгреб от лица косматые, спутавшиеся патлы, обнажив густую, характерную лохматую бороду. Впрочем, из-за растительности разглядеть черты его лица все равно было задачей не из легких.
— Да! Это я! Ху Шань! О-о-о-х, брат-а-а-а!..
Здоровяк, больше похожий на свирепого медведя, моментально разразился бурыми слезами и завопил во весь голос, изливая скопившуюся горечь.
— Брат-а-а! Каких же страданий я натерпелся, пока пробирался к тебе! Какая ж у меня сучья доля-то, а-а-а!
Схлипывая и размазывая сопли по грязи, Ху Шань ринулся вперед с распростертыми объятиями. Охрана дернулась было перехватить оборванца, но Ху Кэ властным жестом велел им стоять на месте.
В следующую секунду здоровый мужик с размаху впечатался в Ху Кэ и завел дикий рев прямо у него на груди.
От невыносимого водоворота вони Ху Кэ чуть не отправился к праотцам на месте. Пересилив тошноту и сжав зубы, он честно попытался похлопать младшего по спине. Вот только занесенная рука так и зависла в воздухе: трогать этот засаленный, всклокоченный ком слипшихся волос и вонючей ветоши было банально некуда.
Кое-как дождавшись, пока тот высморкается и немного успокоится, Ху Кэ тихо спросил:
— А где старший брат?
Едва прозвучал вопрос, Ху Шань завыл с новой силой:
— Старший... Старший скончался-а-а!
Прошло полгода с момента катастрофы, и Ху Кэ давно похоронил надежду увидеть родных живыми. Однако появление Ху Шаня на миг зажгло в его душе несбыточную иллюзию, заставив поверить в чудо.
И теперь, когда эта хрупкая надежда разлетелась вдребезги, внутри образовалась звенящая пустота.
— Как... как это произошло?
— Я отправился в его войсковую часть, — всхлипывая, пробормотал Ху Шань. — Но туда уже проник вирус. Вокруг кишели ходячие... Мне с парнями чудом удалось угнать два грузовика и прорваться.
Услышав про грузовики, Шэнь Бай наконец понял, почему этот голос звучал так знакомо.
Он сделал несколько шагов вперед, приглядываясь к бородачу.
У растительности на лице Ху Шаня было куда больше, чем при их первой встрече, отчего Шэнь Бай и не узнал его сразу.
Так это же тот самый Бородач, что встретился им на дороге после выезда из города Лунтянь!
Тогда его банда попыталась их ограбить, а в итоге они сами лишились обоих бронетранспортеров!
Надо же. А упрямства мужику не занимать: опоздал больше чем на месяц, а все-таки добрался до Столицы.
Да еще и оказался родным братом Ху Кэ!
Значит, тогда на дороге он не врал, когда бахвалился влиятельным братом в столице.
Ху Кэ, окинув его взглядом, нахмурился:
— А где машины? И почему вы в таком непотребном виде?
Выглядели они так, будто только что вылезли из помойной ямы.
При упоминании грузовиков горести Ху Шаня вспыхнули с новой силой:
— Машины! Нас обчистил какой-то плюгавый щегол! Скрутили, гады, и бросили прямо на трассе! Кабы не раскрутили узлы зубами, твой брат уже давно бы в земле гнил! О-о-о-х!.. А как машины ушли, мы с пацанами раздобыли какой-то дырявый трактор. Всю дорогу подножным кормом питались, дикую траву грызли... Это был полный ад, брат!
Стоявший неподалеку «щегол» Шэнь Бай опасным образом прищурился.
Впрочем, зацикленный на своих обидах Ху Шань даже не заметил главного виновника собственных бедствий.
Ху Кэ, естественно, вспыхнул от возмущения за брата:
— Что за щегол? Ты со своей оравой не смог справиться с каким-то неженкой?!
Ху Шань виновато оскалился и принялся смущенно оправдываться:
— Да там... там непростой щегол был! Выглядит как хлипкий студент-чистюля, а с ним еще один такой же! Им стволы побоку — сгоряча влет вломились в нашу кучу! Вдвоем против полутора десятков мужиков! Прессовали так, что кости трещали! Они ж монстры какие-то, брат! У меня шансов не было!
Слушая этот рассказ, Ху Кэ почувствовал странное дежавю.
Раньше он бы в жизнь не поверил подобным сказкам. Но сейчас на базе проживали именно такие двое, так что сомневаться не приходилось.
Только неужели подобные монстры встречаются на каждом шагу?
Шэнь Бай, услышав такое объяснение, слегка сменил гнев на милость касательно прозвища «щегол».
С полуулыбкой на губах он подал голос:
— И как же выглядели эти двое?
Услышав посторонний разговор, Ху Шань наконец оторвался от брата и уставился на стоявших рядом Шэнь Бая и Лу Шицзю.
Сначала он лишь мазнул по ним беглым взглядом:
— Да прилично одета эта шпана была... Типа вас...
Затем всмотрелся внимательнее. Лицо его вытянулось:
— Постой... А вы чё-то больно знакомые...
И на третий раз его зрачки сжались в точки от дикого ужаса!
— Это вы! Я вас, паскуд, даже в виде пепла узнаю!
Ху Шань моментально юркнул за спину Ху Кэ и тыкнул в них пальцем:
— Брат! Это они! Вот эти двое меня и обобрали!
Ху Кэ перевел озадаченный взгляд с Шэнь Бая на укрывшегося за его спиной брата. Лицо его вытянулось в крайне замысловатой гримасе.
Ему потребовалось пару мгновений, чтобы переварить услышанное, прежде чем он спросил:
— И как это понимать?
Вопрос адресовался Шэнь Баю — Ху Кэ явно хотел услышать версию второй стороны.
Пока Ху Шань виновато отводил глаза, Шэнь Бай с невозмутимым видом изложил всю историю без купюр.
Шэнь Бай полагал, что даже будучи правым, он может нажить себе врага: всё-таки Ху Кэ вряд ли порадует правда о его единственном уцелевшем брате.
Однако, выслушав рассказ, Ху Кэ без малейшего намека на сочувствие...
Принялся прилюдно охаживать Ху Шаня тумаками.
Ху Шань сжался, закрывая голову руками и даже не пытаясь дать сдачи. Навык уклонения у него явно был отточен годами — похоже, в детстве его лупили регулярно.
— Ты совсем в бандита превратился, дрянь такая?! Чему тебя учили?! Позоришь меня и память старшего брата!
— Да там же ртов целая орава! — уворачиваясь от затрещин, вопил Ху Шань. — Все жрать хотели! Я ж не со зла, только немного отжать думал, ровно чтоб с голоду не сдохнуть!
— Ты еще и грабеж мне тут оправдывать будешь?! В город за припасами съездить мозгов не хватило?!
Ху Кэ рябкнул с мрачным оскалом и прибавил усердия, раздавая подзатыльники с еще большим пылом.