— Раньше-то медицина была не то что нынче, в больницу за город мало кто выбраться мог. Вот я в молодости и принимала роды, нагляделась да подсобила немало. Случаев семь или восемь точно наберётся. А ещё у одного старого травника училась, переняла рецепты для сохранения беременности. Нынче-то, в век технологий, эти методы дедовскими кличут, ненадёжными считают. Но если верите бабушке, выслушайте.
Бабушка Дин говорила неспешно, и на глазах у всех эта слабая, болезненная старушка словно преобразилась, наполняясь мудростью прошлых лет. Старый конь борозды не испортит — в таких делах жизненный опыт решал всё.
Шэнь Бай отозвался без малейшего колебания:
— Бабушка, ну конечно мы вам верим! Кто вообще сказал, что народные средства бесполезны? Наша традиционная медицина века веков ковалась, мудрость предков из поколения в поколение передавалась, проверялась тысячами людей. Она ничем не уступает западной! Вы рассказывайте, какие нужны снадобья. А лучше запишите на бумаге, чтобы мы прямо по списку по аптекам и лавкам прошлись.
Бабушка Дин благодарно кивнула, взяла бумагу с ручкой и принялась выводить рецепты.
— Кое-какие травки в обычных аптеках вряд ли сыщешь, за ними придётся идти в фитоаптеку или традиционную клинику, — приговаривала она на ходу. — Да и прочими лекарствами пренебрегать не стоит. Обезболивающие, от простуды, от ушибов да ран — гребите всё, лишним не будет. Нынче на улицу просто так не выйдешь, а случись у кого хворость — хоть будет чем спасаться.
Эти слова заставили Шэнь Бая задуматься.
В условиях апокалипсиса медикаменты превратились в стратегический ресурс, уступающий по ценности разве что провизии. Сейчас они раздобудут снадобья для беременной, а в будущем нужно будет устроить полноценный рейд по аптекам, чтобы создать неприкосновенный запас. Впрочем, торопиться не следовало. Народу у них прибавилось, а вот полноценного оружия до сих пор не было.
Сначала нужно выковать клинки и копья, раздать людям, сплотить коллектив, распределить обязанности и только потом отправляться за ресурсами. Тот, кто вносит вклад, получает свою долю — только так запустится здоровый круговорот. Каждый на своём месте — и тогда у общины появится шанс на долгое выживание.
Что до далёких планов... Раньше Шэнь Бай рассчитывал, пристроив выживших, при первой возможности рвануть в Столицу. Но путь до неё неблизкий, дороги забиты брошенными машинами. Не имея достаточного количества рук, они один только затор будут расчищать месяц, не говоря уже об угрозе со стороны зомби и нехватке припасов.
Куда разумнее пустить корни в жилом комплексе «Мирный дом». Обрасти транспортом, запастись ресурсами, обучить людей, сплотить отряд и лишь потом выходить в дальний поход. Так и людей спасёшь, и безопасность гарантируешь. Значит, первоначальные сроки придётся существенно сдвинуть.
По правде говоря, остаться в «Мирном доме» на постоянку выглядело искусительно: никакой лишней опасности, стабильный быт. Но Шэнь Бай обязан был доставить исследовательские материалы в Столицу — ведь только там могли создать лекарство и покончить с кошмаром. Временное благополучие не должно заслонять главную цель.
Размышления пронеслись в голове Шэнь Бая в мгновение ока. Вернувшись к реальности, он решительно кивнул:
— Сделаем ровно так, как сказала бабушка! В рейд пойдём небольшим составом. Бабушка Дин и Сяо Фэн останутся дома ухаживать за Се Линьной, а дядюшка Чжоу пока прикинет, как соорудить плавильную печь. Завтра устроим обход комплекса, соберём всех жителей и обсудим, как нам жить и развиваться дальше.
Все хором поддержали предложение:
— Идёт! Сделаем как говоришь!
Лу Кэсинь подмигнула ему и с улыбкой задорно заметила:
— Ого, а наш младшенький, оказывается, мозговой центр команды!
— Да ладно вам... — смутился Шэнь Бай.
При этих словах он украдкой коснулся взглядом Лу Шицзю. Лу Шицзю всегда был гением от природы, обладал феноменальным интеллектом, но предпочитал держаться в тени и не перетягивать внимание на себя. В критические же моменты именно на него можно было положиться на все сто. Когда Лу Шицзю был рядом, на душе становилось спокойно и надёжно.
Правда... собственной невинности рядом с ним грозила явная опасность. Но что значит какая-то там невинность по сравнению с выживанием человечества? Общее дело превыше всего!
* * *
За окнами уже сгустилась непроглядная тьма. Состояние Се Линьны не терпело отлагательств, поэтому сразу после беглого ужина отряд приготовился к выезду.
В кромешной ночи грузовик зажёг ближний свет, превратившись в одинокий маяк посреди погрузившегося во мрак города. Из окон «Мирного дома» за его отбытием с тревогой и надеждой следили десятки глаз.
В кузове парни напряжённо всматривались в мелькающие тусклые вывески, пытаясь вспомнить, где в Янцине находится фитоаптека или клиника традиционной медицины. Ничего на ум не приходило, и Шэнь Бай достал телефон, открыв офлайн-карту. Без сети навигатор не работал, но определить местоположение вручную труда не составляло. Наведя зум и отыскав ближайший пункт, Шэнь Бай пробрался к кабине и высунул смартфон в окно:
— Брат Цзю, вот, совсем недалеко есть одна! Взгляни!
— Понял.
Лу Шицзю взял телефон одной рукой, бегло бросил взгляд на экран и крутанул руль, направляя грузовик в нужный переулок. Клиника находилась совсем близко, и тяжёлая машина домчала туда меньше чем за десять минут.
Припарковав грузовик задом прямо к дверям клиники, они высыпали внутрь. Первым делом бросились искать снадобья из списка бабушки Дин. Собрали нужные травы, бережно упаковали их в отдельный пакет и только после этого принялись сгребать остальные медикаменты.
Пока Шэнь Бай фасовал сборы, Лу Шицзю стоял подле него, освещая стеллажи фонариком на своём телефоне. Закончив с насущным и держа в руках несколько туго набитых кульков, Шэнь Бай протянул руку, чтобы забрать свой смартфон... и обомлел.
Лу Шицзю вовсе не подсвечивал ему полки! Этот хитрец, пользуясь случаем, бессовестно листал его приватный фотоальбом!
— Ты что творишь?! А ну верни! — прошипел Шэнь Бай, вспыхнув до кончиков ушей.
В памяти телефона хранились не только безобидные селфи и бытовые снимки. Самое ужасное — там лежал компромат! Позёрские, как ему казалось в моменты приступа нарциссизма, «секси»-фотки, от мысли о которых сейчас кровь стыла в жилах!
Там было всё: и кадры с заклинившей над прессом футболкой, демонстрирующие намёк на рельеф; и небрежно расстёгнутая рубашка с обнажённой грудью; и снимки у запотевшего зеркала сразу после душа, со стекающими по коже каплями воды...
Словом — полнейший, невыносимый испанский стыд!
В коротких видеоприложениях подобный контент собирал миллионы лайков и тысячи истошных комментариев в духе: «А-а-а, я умерла!», «Заберите меня кто-нибудь!», «Снимите с него всё!». Вот Шэнь Бай когда-то и поддался искушению проверить, не уступает ли он местным красавчикам. Публиковать это он, разумеется, не собирался.
Кто ж знал, что настанет день, когда эти снимки увидит посторонний?! И не просто кто-то, а именно Лу Шицзю!
Раньше он бы только посмеялся, с самоуверенным видом порассуждал о своей безупречной фигуре и о том, сколько девчонок визжало бы от восторга.
Но теперь... Теперь Шэнь Баю хотелось сквозь землю провалиться от стыда или хотя бы застрелиться.