Меченый замолчал.
Мужчина в очках, напротив, проявил живейший интерес.
— Столько людей… — с любопытством протянул он. — И откуда же вы все добрались?
— Почти все — из Янцина, — ответил Шэнь Бай. — По дороге примкнула всего пара десятков человек.
Стоило ему произнести эти слова, как выражение лиц присутствующих мгновенно изменилось. Теперь, глядя на прибывшую колонну, люди смотрели не просто с настороженностью — в их взглядах читалось изумление, граничащее с глухим почтением.
Каждый здесь знал: Янцин стал эпицентром. Там впервые вспыхнул зомби-вирус, и там же пал первый город.
Следом, одна за другой, рушились и остальные цитадели.
Даже Столица, располагавшая колоссальной военной мощью, с трудом удерживала эту единственную тюремную базу Столицы — последний оплот человечества.
В представлении местных Янцин давно превратился в выжженную мёртвую пустыню, где не могло остаться ни единой живой души.
И вдруг перед ними — сотни людей, вырвавшихся из самого ада, пробившихся сквозь полчища тварей за тысячи километров до Столицы.
Как они вообще выбрались из Янцина? Чем кормили такую ораву в пути?
Это казалось чем-то из области невозможного.
Почувствовав на себе эти взгляды, Шэнь Бай невольно расправил плечи, а грудь его наполнилась гордостью.
— Так что можете не сомневаться: мы прошлись по аду и научились воевать. Заблудших овец и бесполезных ртов среди нас нет. Все припасённые ресурсы мы отдадим вам, а сами встанем в строй и будем сражаться за базу. Но с одним условием: старики и дети войдут в состав жителей как члены наших семей, и вы обеспечите им нормальную жизнь.
Старики и дети бесполезны в бою, а значит, база неизбежно захочет от них избавиться. Именно поэтому Шэнь Бай так настоятельно выдвинул это требование.
Впрочем, его собеседника, похоже, условия волновали мало — он продолжал пристально разглядывать самого Шэнь Бая.
— Ты ведь студент Университета Янцина? — наконец спросил мужчина в очках.
Шэнь Бай скрывать ничего не стал и лишь коротко кивнул.
— Есть ли ещё кто-то из твоего вуза? — продолжил тот. — Позови их.
Шэнь Бай нахмурился, не спеша выполнять просьбу.
— Не опасайся, у меня нет дурных намерений, — поспешил заверить его мужчина.
Из всего Университета Янцина до этого дня дожили лишь четверо: Шэнь Бай, Лу Шицзю, Гу Шйтин и Ли Тинхэ.
Когда они встали рядом, то невольно притянули к себе все взоры — эффектные, статные, они выглядели контрастно ярким пятном на фоне апокалиптического уныния.
Заметив выходящую из машины Гу Шйтин, Меченый прищурился, а затем его глаза расширились от нескрываемого восхищения. Девушка недаром носила титул первой красавицы университета.
В этом жестоком мире красивые женщины быстро превращались в игрушки для сильнейших. Не будь рядом Шэнь Бая и остальных, Гу Шйтин ждала бы участь не завиднее, чем у Цзян Мэйи. Разница лишь в том, что Цзян Мэйи пала добровольно и наслаждалась своим положением, а Гу Шйтин пришлось бы куда горше.
Ощутив настойчивый, липкий взгляд, полный сального вожделения, Шэнь Бай ненавязчиво заслонил девушку собой. Гу Шйтин, глядя на его широкую прямую спину, слегка поджала губы и благодарно опустила голову.
— Из нашего университета в живых остались только мы четверо, — произнёс Шэнь Бай, глядя очкарику прямо в глаза.
Лун Саньмяо свернул с пути на полдороге.
Линь Сэнь покончил с собой, уйдя вслед за родителями.
Дин Линлин пожертвовала собой, защищая остальных.
Из семерых до конца дошли четверо.
Мужчина в очках понимающе кивнул. Его взгляд скользнул по четвёрке и на секунду задержался на Ли Тинхэ, прежде чем вернуться к Шэнь Баю.
— Вот только, насколько мне известно, из Университета Янцина не выжил ни один студент.
Шэнь Бай решил, что собеседник просто выражает недоверие к их словам, и усмехнулся:
— И откуда же такие сведения? Мне что, предъявить вам извещение о зачислении?
— В этом нет нужды, — мягко улыбнулся мужчина. — Я лишь смущён словами одного человека.
— Кого? О чём вы?
Собеседник слегка повернулся и тихо отдал приказ стоящему рядом охраннику. У Шэнь Бая был чуткий слух, и он отчётливо разобрал слова:
— Приведите сюда Номер 7083.
Шэнь Бая заинтересовало это обозначение. Похоже, данный «Номер 7083» что-то знал про их университет?
Однако, прежде чем успели привести загадочного человека, к воротам базы спешно подбежали две знакомые фигуры. Охрана тут же преградила им путь.
Это были мужчина и женщина средних лет, которые с нетерпением вглядывались сквозь прутья ограды во внешний мир.
— Сяо Син! Мы слышали, сюда добрались выжившие из Янцина! — закричала женщина. — Выпусти нас, дай взглянуть!
Мужчина в очках, обладавший весьма привлекательной и интеллигентной внешностью, обернулся на возгласы и сделал знак караулу отступить.
«Значит, этого лидера зовут Син Тянь…» — подумал Шэнь Бай, пристальнее вглядываясь в выбежавшую пару.
И тут он узнал их! Это же дядюшка и тётушка Ли — те самые душевные, гостеприимные соседи, к которым он с самого детства бегал в гости!
Супруги замерли, обводя взглядом стоящих перед колонной людей, и тут же заметили Шэнь Бая.
Забыв о лидере базы и обо всём на свете, они вне себя от захлестнувших эмоций бросились к четвёрке, на ходу раскрывая объятия.
Стоявший рядом Ли Тинхэ застыл от ошеломления. Голос пропал, а в глазах заблестели слёзы. Сердце колотилось в бешеном восторге. Не в силах вымолвить ни слова, он с влажными глазами подался вперёд и тоже раскрыл объятия навстречу родителям.
Вот только… что-то пошло не так.
Взгляды родителей пролетели мимо него, зафиксировавшись ровно на Шэнь Бае.
— Сяо Бай! — в один голос запричитали они.
Шэнь Бай даже сообразить ничего не успел, как оказался в крепких объятиях свалившихся на него дядюшки и тётушки.
— Сяо Бай! Ох, миленький! Какое счастье, что ты жив!
— Ты нашенького, сыночка Сяо Хэ, не видел?! Нам же сказали, что из вашего университета никто не спасся, у нас аж земля из-под ног ушла, мать в обморок грохнулась! Если ты выжил… то где наш Хэ-хэ?!
Шэнь Бай только разжал губы, чтобы указать на стоящего в полушаге Ли Тинхэ, но безутешные родители перебили его на полуслове:
— Да что уж там… Главное, что ты уцелел!
— Вы же нам все как родные! Хоть один живым остался — и то радость!
В их заломленных голосах звучала столь непросветная скорбь, будто они окончательно похоронили собственного сына.
Шэнь Бай лишился дара речи.
В этот момент из-за плеча Шэнь Бая раздался глухой, полный тоски голос:
— Папа. Мама.
Родители вздрогнули и в шоке закрутили головами по сторонам:
— Сяо Хэ?! Я слышала голос нашего Сяо Хэ!
Стоявший прямо перед ними Ли Тинхэ выпал в осадок.
Шэнь Бай с вздохом подтолкнул Ли Тинхэ ближе:
— Да вот же он, Ли Тинхэ! Ну сбросил немного веса, и что?
Он насилу сдержал порыв спросить прямо: "Как можно не узнать собственного сына?!" — всё-таки уважение к старшим не позволяло так дерзить.
Потрясённые Отец и Мать Ли начали пристально сканировать парня взглядами.
Прошло полминуты. Супруги переглянулись.
— Черты лица вроде похожи на нашего Хэ-хэ… да только выглядит совсем иначе.
— И не говори. Разве такой статный красавчик может быть нашим сыном?
— Да и наш-то всегда был сорвиголовой, разгильдяй разгильдяем. А этот — молчит, слово вытащить трудно…
Потерявший дар речи «статный красавчик» Ли Тинхэ окончательно ушёл в себя.
Удар от родных родителей оказался самым сокрушительным.