Боевая мощь Шэнь Бая и Лу Шицзю позволяла зачищать заражённых со скоростью пулемётной очереди.
Освободив от тварей первый небольшой участок, они оставили Ли Тинхэ с людьми собирать припасы, а сами устремились в соседние кварталы — помогать остальным отрядам.
Вскоре с мертвецами было кончено, и оставалось лишь прочесать территорию. Еда и вещи первой необходимости с лёгкостью обменивались на базовые жетоны, а за бесполезные в повседневности предметы роскоши на местном рынке вполне можно было выторговать немного харчей или выручить неплохую сумму.
Убедившись, что на участке безопасно, Шэнь Бай не стал тратить время на сборы. Вместе с Лу Шицзю они покинули зачищенную зону и рванули дальше — туда, к внешнему периметру, где опасность была куда выше.
В Столице до катастрофы проживали миллионы людей, и плотность населения здесь была огромной. Как следствие, и высокоуровневые зомби рождались тут гораздо чаще. Наплодилось их немало, но эти эволюционировавшие твари не выносили солнечного света: охотились по ночам и специализировались на подлых засадах.
Поэтому Шэнь Бай и Лу Шицзю целенаправленно цепляли взглядом подвалы, подземные парковки и прочие тёмные углы. Едва уловив колебания энергии, они без раздумий врезались в самую гущу чудовищ.
В их глазах эти высокоуровневые зомби перестали быть угрозой. Они превратились в ходячие кучи денег.
База испытывала колоссальный голод на кристальные ядра — судя по всему, это было напрямую связано с технологией энергомобилей, которые они видели накануне. Шэнь Бая к подобным разработкам пока не подпускали, но он рассчитывал, что со временем, освоившись на месте, сумеет получше разобраться в способах применения кристаллов.
Разделав очередную гнездовшуюся в подвале стаю высокоуровневых зомби, парни заглотили часть кристаллов сами, а остаток сгрузили в обычный мешок из грубой мешковины. Выглядела эта ноша до крайности убого: незнакомый человек решил бы, что они тащат мешок с хламом или мусором.
Так или иначе, отряд в несколько сотен человек успел вернуться в главный холл Тюремной базы до полудня, чтобы сдать добычу и обменять её на базовые жетоны.
Устав базы строго запрещал припрятывать базовые припасы: еду и предметы первой необходимости требовалось без остатка сдавать в общую казну в обмен на базовые жетоны. Зато потом на эти базовые жетоны можно было выменять любые нужные ресурсы. Разумеется, если кто-то оставлял заначку и не попался — ему везло. Но если припрятанное находили, виновника ждала расправа по всей строгости местных законов.
Впрочем, группе Шэнь Бая утаивать добычу не имело смысла: вырученных базовых жетонов с лихвой хватало на покрытие всех их нужд. К тому же база должна была как-то функционировать; если бы каждый крысятничал и плевал на дисциплину, выжить в апокалипсисе не удалось бы никому.
В просторном холле базы кипела жизнь.
Время близилось к полудню, и отряды возвращались один за другим. Те, у кого добыча была скромной, заносили её прямо с собой; у кого же улов оказался богатым, оставляли груз в машинах. Специальные учётчики выходили на улицу, проводили опись и оценивали припасы, после чего переводили капитану отряда общую сумму вместе с наградой за выполненные задания.
А дальше уже сам командир декретировал, как делить заработанное — поровну или по заслугам. Внутренние разборки руководство базы не волновали, лишь бы обходилось без бунта.
Пять большегрузных машин, на которых приехали люди Шэнь Бая, встали ровным рядом перед входом. Кузова трещали от припасов. Ребята набили руку на сборе ресурсов, так что работали споро: поскольку всё сдавалось за жетоны, они сгребали без разбора всё подряд. В дело шло даже то, что казалось бесполезным, — при приёмке эксперты всё равно находили этому цену.
Чтобы не задерживать процесс, на сплошную проверку пяти грузовиков вырядили пару десятков оценщиков. И всё же учёт занял почти полчаса.
Остальные выжившие, толпившиеся в холле с жалким содержимым заплечных рюкзаков, только рты раскрыли от изумления. Поглядывая на забитые доверху фуры, а затем приподнимая свои тощие сумки, они испытывали горькую зависть.
Дождавшись, пока закончат с машинами, Шэнь Бай небрежно подошёл к стойке и протянул девушке-приёмщице тот самый мешок из рогожи.
— Посчитайте, сколько тут выходит.
Поначалу окружающие решили, будто в промасленной мешковине лежит какая-то дрянь. Но увидев пять забитых грузовиков, сгорали от любопытства: что же такое ценное Шэнь Бай нёс в руках? Неужели целый мешок предметов роскоши?
О зомби-кристаллах никто даже не помышлял. Встретить высокоуровневого заражённого днём — задача почти нереальная, а чтобы раздобыть кристаллы в таком количестве, пришлось бы залезть в самое логово тварей.
Симпатичная приёмщица за стойкой, судя по всему, рассуждала так же. Она вежливо улыбнулась, приняла мешок и заглянула внутрь.
Толпа замешкалась, наблюдая, как вежливая улыбка на её лице на мгновение застыла. В следующее мгновение девушка буквально засияла от восторга — уважение и рвение в её взгляде возросли стократно.
Наблюдатели окончательно потеряли покой от любопытства.
Впрочем, тайна раскрылась мгновенно. Девушка начала осторожно, с почтительным трепетом извлекать содержимое на поднос, пересчитывая каждый предмет поштучно.
Кристаллы! Сплошные кристальные ядра!
Обычно даже пара таких штук стоила целого состояния, а тут — целый мешок! Сколько же это денег?!
Зрители невольно начали вести счёт вместе с ней, и с каждым новым кристаллом их сердца уходили в пятки.
— Одно кристальное ядро оценивается в одну тысячу жетонов, — звонким, дрожащим от волнения голосом произнесла приёмщица. — Здесь сорок восемь кристаллов, что составляет сорок восемь тысяч. Добавим сюда награду за тридцать выполненных плановых заданий — это ещё три тысячи, а также сданные припасы с грузовиков — пятнадцать тысяч.
Она быстро пересчитала итоговую сумму на планшете и подняла сияющие глаза:
— Итого вы получаете… шестьдесят шесть тысяч базовых жетонов!
Всего под началом Шэнь Бая было тридцать отрядов по двадцать человек в каждом. Шестьсот бойцов — значит, на каждого выходило по сто десять жетонов.
Шэнь Бай ещё плохо ориентировался в местных расценках и не мог с ходу оценить реальную покупательную способность этих денег. Однако тот факт, что пять забитых под завязку фур уступили по стоимости горстке кристаллов, говорил сам за себя: ядра в этом мире ценились на вес золота.
Заметив доброжелательность девушки, Шэнь Бай решил прояснить ситуацию:
— Шестьдесят шесть тысяч жетонов — это насколько много? Какова их реальная покупательная способность?
Девушка на секунду опешила, но тут же охотно разъяснила:
— Один базовый жетон — это пачка быстрорастворимой лапши. За три жетона можно взять полноценную порцию риса с тушёными овощами. А за пятнадцать — заказать роскошный обед из трёх мясных блюд, одного овощного и супа.
Получается, доли за одно-единственное утро каждому бойцу хватало на то, чтобы несколько дней подряд досыта набивать брюхо мясом!
Для большинства обитателей базы подобная роскошь была за гранью фантастики. Люди берегли каждую копейку: жетоны требовались не только на скудную провизию, но и на одежду, предметы гигиены и, самое главное, на случай болезни или ранения, когда срочно необходимы медикаменты. Обычные выжившие сидели на голодном пайке, заталкивая в себя пресный рис, лишь бы отложить заветные жетоны на чёрный день.
Холл потонул в тишине. Сотни глаз, полных жгучей зависти и восхищения, уставились на Шэнь Бая и его спутников.
Разобравшись с расценками, Шэнь Бай протянул девушке свой смартфон.
«Удостоверение жителя» в этом месте представляло собой специальное мобильное приложение. Никаких бумажных купюр или звонкой монеты — исключительно виртуальные жетоны, поступавшие прямо на электронный счёт в профиле. Более того, через приложение выжившие могли свободно переводить средства друг другу.
Поначалу Шэнь Баю подобная система показалась мудрёной, но, пораскинув мозгами, он понял её гениальность. Запусти база в оборот наличные деньги — вот тогда наступил бы настоящий хаос. Начиная от затрат на печать банкнот и чеканку монет в разрушенном мире и заканчивая бесконечной вознёй со сдачей при каждой покупке.
Электронные расчёты решали проблему одним касанием экрана. Просто, удобно и надёжно: требовалась лишь устойчивая сеть да грамотные программисты, способные поддержать работу софта.
Шэнь Бай невольно проникся уважением к руководству базы. Похоже, здесь и впрямь собрались неординарные умы со всех концов страны.