С уходом Линь Сэня мужская половина их отряда сократилась до троих человек.
Шэнь Бай рассудил здраво: на очередную вылазку отправятся только парни, а девчонкам лучше остаться в безопасности.
Однако те встали на дыбы.
— Мы тоже идём!
— Ты что, нас совсем ни во что не ставишь?
— Мы тоже умеем мочить зомби и таскать припасы!
Гу Шйтин ничего не удерживало, её порыв был понятен. Но у Дин Линлин на руках оставалась бабушка, всё ещё не пришедшая в себя.
— Линлин, твоей бабушке нужен уход... — попытался мягко возразить Шэнь Бай.
Девушка перебила его на полуслове:
— Сяо Фэн остаётся дома, он присмотрит! Правда ведь, Сяо Фэн?
Гу Цзыфэн, к которому неожиданно обратились, вздрогнул и закивал чуть ли не со слезами на глазах:
— Да-да, конечно! Я за бабушкой в лучшем виде присмотрю! Дома ещё рис остался, в обед сварю ей жидкой каши. Вы только не переживайте, поезжайте спокойно.
Увидев такую непреклонность со стороны девушек и получив заверения от Гу Цзыфэна, Шэнь Бай сдался.
Перед выездом отряд из пяти человек ещё раз строго-настрого наказал Цзыфэну ни при каких обстоятельствах никому не открывать дверь и дожидаться возвращения взрослых.
Поскольку единственного водителя грузовика — Линь Сэня — с ними больше не было, баранку снова пришлось взять Лу Шицзю.
Перед тем как сесть в кабину, Лу Шицзю обернулся и смерил четвёрку в кузове длинным, тяжеловесным взглядом. Особой «заботой» он одарил Шэнь Бая и Гу Шйтин — да так пронзительно, что у обоих по спине побежали мурашки. И только после этого уселся за руль.
Шэнь Бай прекрасно понял подтекст этого взгляда, отчего внутренне весь взвился.
Ну не слишком ли много Лу Шицзю себе позволяет? Он что, теперь будет контролировать каждый его шаг? Опасается, будто Шэнь Бай посмеет перекинуться парой фраз с Гу Шйтин?
Чем сильнее Лу Шицзю давил, тем ярче в Шэнь Бае вспыхивало душевное сопротивление. Повинуясь мальчишескому упрямству, он намеренно перевёл взгляд на Гу Шйтин.
Но девушка неожиданно отвела глаза, виновато и неловко поджав губы.
— Похоже... Брат Лу не слишком доволен, когда мы общаемся, — тихо пробормотала она.
Шэнь Бай фыркнул:
— Да мне-то что до его хотёлок!
Гу Шйтин как-то странно пытливо посмотрела на него, словно колеблясь:
— Вы двое...
От этого её взгляда — мол, «я всё поняла» — Шэнь Бай мгновенно вспыхнул, как сухая солома:
— Ничего нет! Между нами вообще ничего нет!
Вышло до того пылко и сбивчиво, будто всё было с точностью до наоборот.
Гу Шйтин лишь тихонько хмыкнула и понимающе улыбнулась:
— Ну да, конечно.
Шэнь Бай понял, что любые оправдания теперь прозвучат жалко и беспомощно. Чёрт бы всё побрал. Общаться с Гу Шйтин расхотелось окончательно — мало того что подозревает его в не той ориентации, так ещё и спорить бессмысленно.
Он попытался было переключиться на Ли Тинхэ и Дин Линлин, но те ушли в собственный разговор настолько глубоко, что вклиниться туда казалось невозможным. Влезешь — сразу окажешься некстати пришитым третьим колесом.
«Ладно, больно надо...»
Шэнь Бай развернулся к борту и уставился на мелькающие за кузовом улицы, лишь бы не видеть никого вокруг.
И надо же — не прогадал. Внезапно заметил кое-что интересное, тут же поднялся и через крышу кабины постучал по капоту.
— Лу Шицзю, вон там заправка! Давай заскочим, сольём бензин. Для грузовика и генератора — самое то.
Лу Шицзю не произнёс ни слова, просто вывернул руль и направил большегруз к АЗС.
На шум двигателя из помещений заправки и с прилегающих дорог сразу же потянулись твари. Парни быстро перебили тех ходячих, что ошивались на самой станции. Оглядев дорогу и убедившись, что остальная орда ещё далеко, они выскочили из машины, сорвали с пояса убитого заправщика карту доступа и принялись качать топливо.
Шэнь Бай, всю дорогу просидевший молча, при виде Лу Шицзю снова почувствовал нестерпимое желание заговорить.
— А ты, я смотрю, стал куда лучше водить, — заметил он с лёгкой иронией. — И как только научился? Едем плавно, девчонок даже не укачало.
Лу Шицзю отозвался буднично, будто о разумеющемся:
— А что тут уметь? Хватило одного раза. Если я хочу вести машину ровно — я веду ровно.
Шэнь Бай попятился от неожиданности:
* * *
М-да. Не стоило, пожалуй, начинать этот разговор.
— А раньше ты чего тогда как сумасшедший гонял? Не хотел за рулём сидеть, да? — Шэнь Бай решил поддеть его просто из вредности.
Но Лу Шицзю неожиданно легко кивнул:
— Ну да. В самый первый раз ты сидел со мной рядом, у меня руки тряслись, ровно вести не получалось. А потом тебя рядом не стало — и мне просто захотелось бросить руль да уйти к тебе в кузов.
Шэнь Бай замер.
Он пожалел о сказанном в ту же секунду. Этот паршивец Лу Шицзю становился всё более невыносимым и дерзким! Это что сейчас было — признание между делом?!
От смущения Шэнь Бай чуть сквозь землю не провалился. Чтобы хоть как-то перебить неловкость, он резко наклонился к бензобаку:
— Кхм... Заливай доверху. Каждая капля пригодится, если что — потом отсюда отсыплем.
Бак у многотонника был огромным, вмещавшим не одну сотню литров.
Шэнь Бай следил за бегущими цифрами на табло колонки. Когда сумма перевалила за десять тысяч юаней и отсчёт наконец остановился, он вытащил пистолет из горловины бака и не удержался от ворчания:
— Эх, в обычной жизни хрен бы мы позволили себе заправиться на десятку тысяч за раз.
Лу Шицзю косо глянул на него. Он отлично понимал, что Шэнь Бай просто судорожно переводит тему, но наглеть дальше не стал. Лишь тронул губы едва заметной ухмылкой и вернулся на водительское место.
Шэнь Бай перевёл дух, точным ударом копья опустил парочку подобравшихся слишком близко зомби и, подождав, пока остальные заберутся наверх, ловко вскочил в кузов.
Грузовик снова тронулся.
По пути Шэнь Бай внимательно вглядывался в вывески на обочинах, надеясь подметить хотя бы один магазинчик с сельхозтоварами или семенами. Увы, ничего подобного не попадалось.
Возможно, Тётушка Го знала, где в городе можно раздобыть семена — придётся расспросить её по возвращении. Сегодня их главной целью оставалась Музыкальная площадь, да и других неотложных дел хватало, потому-то с утра он и не догадался разузнать всё в деталях.
Впрочем, к чему спешка? Подобные вещи быстро не делаются, для хозяйства сначала нужно собрать достаточно рабочих рук.
* * *
Дорога, ведущая к Музыкальной площади, пролегала через один из самых оживлённых торговых районов города.
Машин на проезжей части встречалось немало, а чем ближе они подбирались к цели, тем сложнее становилось продвигаться вперед. В какой-то момент грузовик и вовсе уткнулся в сплошной затор.
Пришлось остановиться. Пока Лу Шицзю сдерживал набегавших со всех сторон ходячих, Шэнь Бай и Ли Тинхэ спрыгнули на асфальт и взялись растаскивать легковушки, расчищая проезд.
Многие брошенные авто пустовали, но кое-где внутри бились запертые твари. На расправу с ними парни решили время не тратить: пустые машины катить было легко, а те, что с «сюрпризом», просто с силой отталкивали в сторону вместе с их жутковатым содержимым.
Продвигались они в итоге рывками: проедут сотню метров — остановка, разбор завала — и снова вперёд. Впрочем, у такой каторжной работы имелся ощутимый плюс: когда придётся возвращаться назад, дорога уже будет абсолютно свободна.
Получасовой путь растянулся почти на два невыносимо долгих часа.
Когда грузовик наконец замер у края Музыкальной площади, обессиленные Шэнь Бай и Ли Тинхэ отлёживались на дне кузова, пытаясь перевести дыхание. Услышав остановку мотора, Шэнь Бай на автомате высунулся через борт — и онемел.
Вся огромная площадь кишела мертвецами. Твари стояли так плотно, что казались единым колышущимся морем — их там были тысячи, если не под десяток тысяч.
Счастье ещё, что площадь по всему периметру огибала высокая прочная ограда. Не будь её, эта орава давно выплеснулась бы на улицы, и тогда отсюда не вырвался бы никто.
Вот только... сколько из этой жуткой массы пришли сюда из их родного жилого комплекса «Мирный дом»?
И остался ли в «Мирном доме» хоть кто-то живой?