У Шэнь Бая дернулась бровь. Взглянув на незваного гостя, он почувствовал, как все его бурлящее ликование вмиг испарилось, будто посреди лютой зимы на него выплеснули ушат ледяной воды.
Мороз по коже, душа ушла в пятки! Хотя нет, душа никуда не уходила — просто сердце камнем рухнуло на самое дно.
За дверью стоял высокий, худощавый парень с поразительно красивым лицом — полная противоположность Ли Тинхэ.
— Похоже, ты не слишком рад меня видеть, — негромко произнес Лу Шицзю. Во взгляде то вспыхивал, то угасал алый отблеск.
Шэнь Бай выдавил фальшивый смешок:
— И как ты только узнал, где я живу?
Взгляд Лу Шицзю на миг блеснул.
— Нашел твое личное дело в учительской.
«...»
Вот же просчитался!
Он-то наивно полагал, что зомби не умеют стучать в двери, совершенно упустив из виду, что Лу Шицзю — тварь с явными отклонениями от нормы! Надеялся, что тот не знает адреса, и напрочь забыл про студенческие анкеты!
Небеса решили сжить его со свету!
Что ж, теперь можно хотя бы не переживать за Ли Тинхэ — сам Шэнь Бай очень скоро составит ему компанию на том свете. Хнык!
И все же помирать без боя не хотелось.
— Зайдешь? — через силу выдавил Шэнь Бай, делая шаг в сторону и освобождая проход.
Едва Лу Шицзю оторвал руку от дверного косяка и шагнул вперед, Шэнь Бай со всей силы уперся ему в грудь, пытаясь вытолкнуть наружу.
Но тот даже не шелохнулся!
Шэнь Бай навалился еще раз — с тем же успехом. Парень стоял как вкопанный.
«Твою ж мать! Мы оба парни, так чем вообще кормят этого монстра?!»
Обстановка накалилась до неприличия. Шэнь Бай натянуто хохотнул и пару раз дружески похлопал Лу Шицзю по груди:
— Ого, отличные мышцы. Где качался?
Лу Шицзю опустил взгляд, с непостижимым выражением разглядывая его. Алый блеск в его взгляде мерцал еще некоторое время, прежде чем окончательно угаснуть.
Он по-хозяйски прошел в квартиру и опустился на диван.
Шэнь Бай же чувствовал себя рыбой на разделочной доске: как ни трепыхайся, ножа мясника не избежать.
Перед ним стоял простой выбор: сбежать или добровольно пойти на корм. Само собой, оставаться рядом с Лу Шицзю было все равно что сидеть на тикающей бомбе, ежесекундно гадая, когда тебе откусят голову. Любой адекватный человек понял бы, что делать. Если подыхать, так хоть попытавшись спастись, а не отдаваться на растерзание за здорово живешь.
И Шэнь Бай дал деру.
Он уже успел заметить, что во дворе жилого комплекса было относительно тихо — зараза сюда почти не добралась, оставалось лишь найти укромный уголок и переждать.
Просидев в укрытии битый час и так и не дождавшись преследователя, Шэнь Бай на цыпочках поплелся обратно.
Дверь его квартиры на шестом этаже была распахнута настежь. Внутри стояла гробовая тишина.
Крадучись переступив порог, он не стал закрывать за собой дверь — на случай, если придется срочно делать ноги, — и осторожно проверил каждую комнату.
Убедившись, что Лу Шицзю и след простыл, Шэнь Бай наконец с облегчением выдохнул и повернулся, чтобы запереться.
Но стоило ему развернуться, как он застыл на месте, онемев от ужаса.
— Меня ищешь?
Лу Шицзю неведомо как снова сидел на диване в гостиной и едва заметно усмехался.
Шэнь Бай дернулся было к выходу, но Лу Шицзю в мгновение ока настиг его, схватил за руку и с силой прижал к себе.
Его влажное, ледяное дыхание обожгло ухо — от этого могильного холода тонкие волоски на коже встали дыбом.
— Все еще надеешься сбежать? — глухо пророкотал Лу Шицзю, и каждый его звук отдавался дрожью где-то глубоко в груди. — Только вот у меня кончилось терпение с тобой играть.
Шэнь Бая пробила крупная дрожь. Смысл этих слов был предельно ясен: для этого монстра он всего лишь ходячий обед!
Хватка на его теле сжималась все крепче, а ледяное дыхание уже касалось кожи за ухом.
Подобное ожидание терзало куда сильнее, чем сама мысль о смерти. Это походило на прививку в процедурном кабинете, когда медсестра бесконечно растирает место укола спиртовой ваткой, растягивая пытку вместо того, чтобы просто вонзить иглу. Ты прекрасно знаешь, что укола не избежать, и уж лучше бы все закончилось разом! Такая «подготовка» ни капли не успокаивала, а лишь взвинчивала нервы до предела.
Не выдержав, Шэнь Бай сорвался на отборную брань:
— Да ты, блядь, жрать меня будешь или нет?! Если собрался — так кусай быстрее! Тянешь кота за яйца, тоже мне мужик нашелся! Чтоб ты и в шкуре зомби до конца дней один куковал, пес плешивый! Сдохнешь в одиночестве!
Стоило этим словам сорваться с языка, как Лу Шицзю наконец избавил его от мучений.
По крайней мере, перед смертью Шэнь Бай успел показать характер. Это моральное удовлетворение даже немного притупило боль.
Ему показалось, что он уже начинает привыкать к ощущениям от чужих зубов, впивающихся в плоть.
Хорошо это или плохо — вопрос открытый...
* * *
В пятый раз он очнулся все в той же аудитории.
Открыв глаза и увидев простодушную физиономию Ли Тинхэ, Шэнь Бай, ко всеобщему удивлению, даже ощутил прилив тепла.
Если начистоту, его все еще грызла совесть за то, что в прошлый раз он бросил друга на произвол судьбы. Беспомощность и одиночество достигли апогея, пока он в одиночку прятался в четырех стенах. Выживать в одиночку оказалось чертовски паршиво.
Раз уж судьба наделила его способностью начинать все заново, почему бы не попытаться вытащить близких людей и найти способ выжить вместе?
При этой мысли на душе у Шэнь Бая вдруг стало непривычно легко. Размахнувшись, он со всего маху влепил ладонью по спине Ли Тинхэ.
— Твою мать! Твою же мать! — подскочил тот, спросонья отчаянно замахав руками и подняв такой шум, что вся группа уставилась на них.
Не давая другу сгореть со стыда, Шэнь Бай тут же поднялся из-за парты:
— Преподаватель, у Ли Тинхэ живот прихватило, я отведу его в медпункт.
* * *
На сей раз Шэнь Бай не стал сломя голову уводить Ли Тинхэ за пределы университета. На стадионе сейчас было полно народу, прорваться наружу оказалось бы непросто. К тому же пока поблизости бродил этот псих Лу Шицзю, бежать домой не имело никакого смысла.
Первым делом Шэнь Бай заглянул в преподавательскую и мысленно заучил расписание занятий на сегодня, после чего потащил Ли Тинхэ на шестой этаж — в пустующий кабинет изобразительного искусства.
Оказавшись внутри, он запер все двери и окна, намертво забаррикадировал их тяжелыми партами и только после этого позволил себе перевести дух.
В глазах Ли Тинхэ все эти манипуляции выглядели по меньшей мере дико. Спасало лишь то, что они выросли вместе и были не разлей вода с самого детства. Окажись на месте Шэнь Бая кто-то другой, Ли Тинхэ всерьез решил бы, что над ним замышляют какую-то противозаконную расправу!
— Ты чего тут устроил вообще?
Шэнь Бай окинул его взглядом и предусмотрительно протянул тряпку:
— Скоро сам все поймешь. Держи, может пригодиться.
С этими словами он приник к стеклу, осторожно отогнув край занавески и высматривая, что творится снаружи.
Ли Тинхэ с недоумением повертел в руках тряпку, но любопытство взяло верх, и он подобрался ближе к Шэнь Баю, уставившись в окно на совершенно обычный, сонный коридор.
Минуты тянулись одна за другой.
И ровно в тот момент, когда его терпение и любопытство подошли к концу...
По всему учебному корпусу прокатился истошный, леденящий кровь визг.