Солнце уже перевалило за полдень, когда Шэнь Бай и остальные вернулись на Музыкальную площадь. На этот раз грузовик подогнали к самому входу в хозяйственную лавку, наплевав на правила движения: в рухнувшем мире правила давно превратились в пустой звук.
Спрыгнув на землю, отряд слаженно взялся за дело. Из магазина гребли всё подряд, что представляло хоть какую-то ценность — казалось, они вознамерились опустошить полки до последнего гвоздя.
У дверей, удерживая проход, стоял один Лу Шицзю. Поставив перед собой раскладную лестницу, он надежным щитом преграждал путь тварям. Ни один зараженный не мог выжать и шага внутрь, отчего у остальных за спиной возникало редкое, давно забытое чувство полной безопасности.
Шэнь Бай помогал Чжоу Тьерэню затаскивать в кузов листовое железо, когда к нему боком подплыла Лу Кэсинь. Выдав абсолютно невпопад:
— А твой муженёк — моё почтение! Настоящий мужик. С таким точно не пропадешь!
Шэнь Бай завис, уставившись на неё с немым недоумением:
— Кто-кто?
— Ой, да тьфу на меня! — тут же поправилась Кэсинь, хлопнув себя по губам. — Язык мой — враг мой! Имела в виду — твой замечательный друг!
Шэнь Бай лишь молча смерил её взглядом.
«Сболтнула лишнего, а теперь делает вид, что оговорилась».
Шэнь Бай понятия не имел, с чего она это взяла, но одно знал точно: умысел у девушки явно недобрый.
Желая пресечь любые неуместные фантазии на корню, он серьезно произнес:
— Я натурал. Абсолютно прямой, как рельса.
— А-а, ну теперь-то понятно, — со знающим видом кивнула Лу Кэсинь.
Ответ звучал поверхностно, да и само понимание, похоже, было весьма условным.
Как бы то ни было, он объяснился. Если Кэсинь и дальше продолжит шипперить их в своей голове, с этим уже ничего не поделаешь. О существовании фудзёси Шэнь Бай слышал и раньше: ходили слухи, будто эти девицы прочитывают тонны новелл о мужской любви.
«Интересно, а в моей ситуации её познания могли бы пригодиться?»
Он на мгновение задумался, но, вспомнив азартный блеск в глазах девушки, поспешил отбросить эту мысль от греха подальше.
Очистив лавку буквально дочиста, отряд погрузился и двинулся дальше.
Поскольку для ковки полноценного оружия требовалась плавильня — а организовать её можно было только в жилом комплексе, — сестре с братом временно выдали по тяжелому колуну. Топорища у них были короче, чем у самодельных копий, что снижало безопасность в ближнем бою, зато убойная сила позволяла эффективно добивать тварей.
Лу Кэсинь взмахнула обухом пару раз и осталась весьма довольна. Её младший брат, Лу Кэяо, с отрешенным лицом забился в самый угол кузова, от греха подальше.
Не прошло и десяти минут, как грузовик вновь сбросил скорость и остановился.
Они прибыли к цели — жилому комплексу «Три Воды — Одна Жизнь».
Само название веяло нежностью и романтикой. Шэнь Бай без труда представлял, с какими трепетными чувствами капитан Хэ и его жена обустраивали здесь свой семейный очаг.
Невестка наверняка каждый день ждала его возвращения у окна...
Вот только вести, которые они принесли, не обещали ничего хорошего.
Шэнь Бай искренне надеялся, что Се Линьна и её неродившийся ребёнок в порядке — чтобы старик Хэ мог покоиться с миром.
— Ну всё, поднимаемся!
Грузовик подогнали к самому подъезду второго блока пятого корпуса.
Шэнь Бай глубоко вздохнул, перехватил оружие, проверил пистолет на поясе и спрыгнул на асфальт. Он уже собрался рвануть первым, но его опередили.
— Держитесь за мной и добивайте тех, кто прорвется, — ровно произнес Лу Шицзю.
Сдвинув секции телескопической лестницы так, чтобы она точно легла по ширине пролета, он шагнул в подъезд и перекрыл узость прохода.
Сверху, привлеченные шумом, уже неслись мертвецы. Натиск полутора десятков тварей обрушился на импровизированный щит, однако Лу Шицзю стоял монолитом — его ноги даже не шелохнулись.
Следом из машины выбрались остальные. Чжоу Тьерэнь не рискнул оставаться в кабине: к грузовику со двора уже стягивались заторможенные фигуры, и остаться в одиночестве казалось куда страшнее, чем идти напролом. Сжав в пальцах топор, он пристроился в самом хвосте.
Восемь человек устремились вверх.
Лу Шицзю брал на себя основной удар, а остальные методично дорубали оглушенных тварей. Расправившись с первой волной, отряд делал шаг на следующую ступеньку — и всё повторялось.
Вскоре лестничные марши оказались сплошь завалены смердящими тушами, через которые приходилось переступать с крайней осторожностью.
Время от времени какая-нибудь недобитая тварь дергалась под ногами, пытаясь цапнуть за лодыжку, но Шэнь Бай реагировал мгновенно, молниеносным ударом пробивая череп.
А вот Чжоу Тьерэню и Лу Кэяо не хватало выдержки. Когда прямо из-под ног у них взвился разлагающийся труп, оба сорвались на панический крик. Завязавшийся шум тут же заставил верхние ярусы реагировать: с пролетов с оглушительным треском повалилась новая орда.
Кэсинь без лишних слов влепила брату подзатыльник:
— Чего разорался?! Откуда только трусость взялась?!
— Кто трус?! — огрызнулся тот, потирая шею. — Да эти мертвяки и в подметки тебе не годятся, тигрица недоделанная!
— Ах ты сопляк, напроситься решаешься?!
Впрочем, получив уроки на первых ярусах, они быстро собрались. Дальше пошли внимательнее, тщательно смотря под ноги, и досадных накладок больше не случалось.
Преодолевая шаг за шагом с боем, они продвигались наверх. В мирное время подъем на тринадцатый этаж занимал от силы минуты три, но сейчас, сквозь завалы из плоти и непрерывные атаки, путь затянулся на добрых полчаса.
Проскользнув в межквартирный коридор и захлопнув тяжелую противопожарную дверь, отряд буквально валился с ног от усталости.
Один лишь Лу Шицзю, вынесший на себе основную тяжесть штурма, выглядел так, будто просто вышел на прогулку.
Лу Кэсинь со знающим видом качнула головой:
— Вот это выносливость! Природа явно не обделила!
С этими словами она перевела взгляд на Шэнь Бая — и в её глазах проскользнуло откровенное сочувствие.
Шэнь Баю потребовалась пара секунд, чтобы допереть до подтекста.
Вообще-то он искренне во всё это вникать не хотел, но, раз уж выяснил, что Кэсинь — убежденная яойщица, мысли поневоле потекли в развращенное русло.
Шэнь Бай на мгновение против воли мазнул взглядом по бедрам Лу Шицзю.
Насколько тот был «не обделен природой», Шэнь Бай уже имел сомнительное удовольствие видеть лично.
«Если эта махина применит весь свой потенциал на мне... да я ж не выживу!»
Шэнь Бая аж мороз по коже пробрал. С глупостями пора завязывать!
Он хотел было отвести глаза, но, подняв взгляд, встретился с внимательным взором самого Шицзю.
Застукают за разглядыванием чужого паха — неловкость испытаешь непередаваемую.
Шэнь Бай выдавил наигранно-невинную улыбку и поспешил протиснуться мимо него вперед по коридору.
Квартира 1304. Эти цифры въелись в память Шэнь Бая намертво.
За ними кролся не просто номер на двери, а данное умирающему слово. Единственная просьба капитана спасательного отряда, отдавшего жизнь ради других.
Остановившись перед заветной дверью, Шэнь Бай остро ощутил то же жгучее волнение, что испытывали его товарищи, когда искали близких.
Он нервно огладил языком пересохшие губы и поднес кулак к металлу. Постучал.