Гу Пэйсю мысленно ухмыльнулся, взглянул на Нинь И и, едва заметно улыбнувшись, тихо вернулся за свой стол. В комнате витал тонкий травяной аромат, под который так приятно выводить кистью желтые талисманы — один за другим.
За этим созерцательным занятием — один варил снадобья, другой чертил заклятия — неприметно пролетел остаток дня. Поужинав, они отправились на вечернюю прогулку по университетскому городку.
— Что-то в последнее время на территории Университета А не видно ни духов, ни неупокоенных.
— Разве это не моя заслуга? — легко улыбнулся Гу Пэйсю.
Нинь И невольно усмехнулся:
— Отчасти. Но ведь даже когда тебя нет рядом, я их почти не встречаю.
Раньше возле некоторых студентов постоянно вьются блуждающие души, а теперь они словно сквозь землю провалились.
— Когда поблизости ходит такой небесный наставник, кто из нечисти дерзнет показаться?
Нинь И лукаво приподнял бровь:
— И что же ты сделал?
— Ничего особенного, — небрежно отозвался Гу Пэйсю. — Просто велел им не путаться у тебя под ногами.
* * *
Нинь И качнул головой и уже хотел ответить шуткой на шутку, как вдруг в тени деревьев мелькнул белый силуэт.
— Если ты их всех разогнал, почему эта старушка до сих пор там?
Гу Пэйсю скользнул взглядом по указанному месту:
— Она не призрак. Это лишь угасший фантом.
— Угасший фантом? — переспросил Нинь И.
— Ошмёток глубокой привязанности, — пояснил Гу Пэйсю. — Когда душа уходит в Юйду, в мире живых иногда остается чистый оттиск её прижизненных чувств. Чтобы образовался такой фантом, нужно поистине неодолимое желание. Но вреда людям он не несет.
— Какая же тоска держит её здесь? — Нинь И завороженно смотрел на фигуру пожилой женщины. Раньше, проходя мимо, он не решался присматриваться.
— Кто знает. Председатель пытался с ней заговорить, но она ни на что не откликается.
У старушки было кроткое, умиротворенное лицо. Если бы не мертвенная, мучнистая бледность кожи, её легко можно было бы принять за живую. Чувствовалось, что в молодости она отличалась редкой красотой.
Словно ощутив на себе пристальный взгляд, старушка медленно повернула голову. Их глаза встретились, и на бледных губах духа расцвела теплая, почти материнская улыбка.
Нинь И опешил.
— Что такое?
— Она... только что мне улыбнулась.
— Испугался? — с легкой иронией прищурился Гу Пэйсю.
— Нет. Просто... её улыбка показалась мне странно знакомой. — Нинь И задумчиво потер подбородок. — Но я убежден, что раньше мы никогда не встречались.
Гу Пэйсю ещё раз взглянул на сияющий силуэт:
— На самом деле разрезом глаз вы с ней немного похожи. У тебя нет родственников из этих мест?
Нинь И качнул головой. О сходстве он как-то не задумывался.
— Моя семья из города Б. И дедушки с бабушками — тоже коренные жители столицы.
— Значит, обычное совпадение. Пойдём. — Гу Пэйсю переплел свои пальцы с его ладонью и потянул в сторону общежития.
Как только их руки соприкоснулись, образ старушки мгновенно растаял в воздухе. И все же Нинь И не удержался — оглянулся на пустую аллею. Этот мягкий свет в глазах... Где же он видел нечто подобное?
Мысль не давала покоя вплоть до самого сна. Но едва Нинь И смежил веки, как видения загадочного человека в белых одеждах захлестнули его разум, вытеснив дневные размышления.
* * *
В среду на связь вышли Цю Хуэй и Чжун Син.
За прошедшие три дня они успели выполнить почти все пункты из своего списка важных дел перед разлукой — за исключением, пожалуй, главного. Цю Хуэй всегда мечтала об их общем ребенке, и они честно пытались воплотить эту мечту, пусть и безрезультатно. Впрочем, женщина уже решила, что позже обязательно возьмет малыша из приюта — хотя бы так поставив точку в этой истории.
Срок истек, и Гу Пэйсю с Нинь И отправились к ней на квартиру, чтобы отправить душу Чжун Сина в Юйду.
Нинь И с удивлением разглядывал сияющие лица хозяев.
— Смотрю, эти дни прошли у вас на славу, — заметил он. От былого уныния и тоски не осталось и следа.
— Да, все просто замечательно! — Цю Хуэй поправила прядь у виска и ласково взглянула на жениха. — Мы обо всем договорились. Встретимся уже у колеса перерождений!
— Именно! — воодушевленно подхватил Чжун Син. — Я тут кое-что разузнал. Оказывается, после регистрации в Юйду можно спокойно дождаться близкого человека. Мы войдем в новое воплощение вместе и, кто знает, может, снова станем мужем и женой!
Нинь И изумленно вскинул брови и перевел взгляд на Гу Пэйсю.
Тот подтверждающе кивнул:
— Подобное действительно возможно. Однако учти: недвижимость в Юйду невероятно дорогая. Так что госпоже Цю придется каждый месяц, пятнадцатого числа, сжигать для тебя солидные суммы в ритуальных деньгах.
— Ой, да о чем речь! — Цю Хуэй послала любимому кокетливый воздушный поцелуй. — Как я могу оставить своего мужчину мерзнуть и голодать на том свете?
Чжун Син просиял и с притворным смущением отмахнулся:
— Бессовестная!
Нинь И невольно улыбнулся. Теперь ему стало окончательно ясно, почему предложение в этой паре делала именно девушка...
— Что ж, час пробил. Пора, — произнес Гу Пэйсю.
Он достал желтый талисман и подбросил его в воздух. Бумага мгновенно вспыхнула ярким пламенем, но вместо пепла рассыпалась снопом золотистых искр. Мерцающий рой окружил бестелесный облик Чжун Сина.
Призрак ощутил, как мягкая, исполненная тепла сила увлекает его за собой — то был зов самого Юйду.
Глядя, как силуэт возлюбленного постепенно тает, Цю Хуэй смахнула слезу и шутливо погрозила ему кулачком:
— На каждый Праздник голодных духов изволишь навещать меня! Иначе пожалеешь!
— Обязательно приду! — закивал Чжун Син. — А как иначе? Снизу тебя не разглядеть, так хоть раз в год налюбуюсь вволю! Только ты меня не забудь!
— Ещё чего! Ты главное в сны мои пробирайся...
— Само собой! В снах-то мы сможем доделать всё то интересное... — Чжун Син двусмысленно ухмыльнулся.
— Ну тебя! — Цю Хуэй вспыхнула и закрыла лицо руками.
Нинь И и Гу Пэйсю переглянулись, чувствуя себя абсолютно лишними на этом празднике чужой романтики.
* * *
Сжимая в руке увесистый красный конверт с благодарностью, Гу Пэйсю вместе с Нинь И вышел на улицу. Оба ощущали себя так, будто их доотвала пресытили чужим счастьем.
У Председателя оставались дела в студсовете, поэтому они направились прямо в университет. На парковке, пока Гу Пэйсю выравнивал машину, у него зазвонил телефон. На экране высветилось имя Гу Ниньшань.
— Пэйсю, ты сейчас не слишком занят? — раздался в динамике голос второй сестры.
— Занят, — без колебаний отрезал он, думая о том, что занят ухаживаниями за своим парнем.
Гу Ниньшань по ту сторону провода опешила:
— Мог бы хоть ради приличия сделать вид, что думаешь!
— Что-то произошло? — сухо спросил Гу Пэйсю.
Сестра недовольно фыркнула:
— Можно подумать, я звоню тебе только по делу!
— Разве нет?
В трубке повисла пауза. Похоже, Гу Ниньшань сама осознала, что брат прав.
— Гм... Ну, на этот раз действительно ничего экстренного!
— Тогда я отключаюсь.
— Эй-эй-эй! Подожди! Мелочь, конечно, но важная!
— Говори.
Сестра вздохнула:
— Помнишь дело о земляных демонах? Поручения, которые мы рассылали, практически закрыты. Но со стороны «Небесного Зла» — ни звука. Это значит, что в каких-то глухих углах ещё остались неуничтоженные твари. Ухо нужно держать востро.
Гу Пэйсю уверенно крутил руль:
— Могла бы прислать сообщение. Зачем звонить?
— Вообще-то это серьезный вопрос! — с досадой возразила Ниньшань. — К тому же некоторые заклинатели откровенно игнорируют рассылки. Приходится обзванивать каждого лично.
— Зря тратишь время, — невозмутимо заметил он.
Гу Ниньшань вспыхнула:
— Ах ты дерзкий мальчишка!
— Вместо того чтобы тратить часы на обзвон, лучше бы отправила людей на поиски затаившихся духов.
— Будто я сама не додумалась! — Сестра мысленно закатила глаза к потолку. — Поисковые отряды давно работают. А личные звонки нужны, чтобы подчеркнуть всю серьезность ситуации!
— Тот, у кого есть мозги, и так всё понимает.
Гу Ниньшань на секунду потеряла дар речи от такой наглости:
— Ты специально со мной пререкаешься?! Сам же мое время растрачиваешь!
— Ты... — хотел было ответить Гу Пэйсю, но в этот момент динамик зашелестел резкими помехами, раздался тошнотворный ультразвуковой писк, и связь оборвалась.
Телефон стоял на громкой связи, так что Нинь И прекрасно слышал весь разговор. Заметив, как мгновенно подобрался и посуровел Гу Пэйсю, он тревожно спросил:
— Что случилось?
Гу Пэйсю нахмурился, взглянув на экран устройства, а затем резко крутанул руль, разворачивая автомобиль через сплошную полосу:
— В Обществе что-то произошло.
Телефоны Небесных наставников были подключены к особой внутренней сети Общества Дао и Праведности. Если узел связи работал исправно, заклинатель оставался в зоне доступа в любой точке мира — хоть в горах города G. За последние девятнадцать лет эта сеть дала сбой лишь единожды — во время кровавого бунта «Небесного Зла» на Праздник голодных духов.
Нынешняя потеря сигнала могла означать лишь одно: на штаб-квартиру совершено нападение.
* * *
И в здании Общества действительно творился хаос.
Резкий, режущий слух сигнал тревоги прервал разговор заклинателей. Когда во всех кабинетах центрального офиса взвыли сирены, Гу Ниньшань мгновенно вскочила из-за стола.
В её кабинет, задыхаясь от быстрого бега, ворвалась помощница:
— Сестра Шаньшань, беда! Шесть темных стражей «Небесного Зла» прорвались в серверную! Внутренняя сеть уничтожена, они крушат всё подряд на нижних этажах!
Гу Ниньшань сжала кулаки, лицо её потемнело:
— Наглейшие твари! Как они дерзнули явиться сюда?! Куда они движутся? Где Председатель?
— Местонахождение Председателя неизвестно! — торопливо рапортовала девушка. — Темные стражи рассредоточились по зданию. Без внутренней сети камеры наблюдения не работают, мы слепы!
— Передай приказ: молодым и неопытным наставникам немедленно укрыться в защищенных секторах! Никому не вступать в бой в одиночку!
— Уже сделано! — Помощница увязалась за сестрой, когда та стремительно шагнула к лифту. — Сестра Шаньшань, вы куда?
— На восемнадцатый этаж!
* * *
Когда взвыла сирена, Председатель Чэн Юаньгэн находился именно там. Как только один из темных стражей выскочил из дверей, Чэн Юаньгэн среагировал мгновенно — сбил нападавшего с ног и прижал к полу. Но враг прибыл не один. Его сообщник взмахнул руками, спуская на Председателя двух свирепых злых духов, коварно ударивших волной ледяной, сочащейся кровью тёмной ци.
Впрочем, для Небесного наставника Девятого Сюань, прошедшего через сотни смертельных битв, подобная нечисть не представляла серьезной угрозы. В считаные мгновения Чэн Юаньгэн развеял призраков в прах, а самого стража тяжелым ударом поверг на пол.
— Дерзкие ничтожества! Какая тварь помогла вам пройти сквозь защитный барьер?! — прорычал Председатель, грозно глядя на двух покалеченных врагов.
В его душе нарастала тревога. Здание Общества окружал мощнейший магический контур, не позволявший демонам и злобным духам даже приблизиться к порогу — пройти сквозь него чужаки могли лишь в сопровождении наставника.
Будучи одним из создателей этого барьера, Чэн Юаньгэн чувствовал: защита не просто пробита, она уничтожена беззвучно и незаметно. На подобное бесследное разрушение способны лишь двое среди слуг Зла — Левый владыка Небесного Зла или Юся.
И это означало лишь одно: верхушка «Небесного Зла» лично явилась в штаб-квартиру.