Нинь И перевёл взгляд на Цянь Гаоли. От этого взгляда у женщины тревожно екнуло сердце, но она упрямо выпрямила спину, силясь выдержать зрительный поединок. Впрочем, стоило ей присмотреться, как стало ясно: юноша глядит вовсе не на неё, а куда-то в пустоту возле её плеча…
Сглотнув вязкую слюну, Цянь Гаоли осторожно покосилась вбок. Никого. Мгновенно выдохнув с облегчением, она вновь налилась спесью:
— Чего уставился?! На что там смотреть?!
Нинь И лишь скользнул по ней ленивым взором:
— Я смотрю не на вас, а на И Яня. Он прямо рядом с вами.
Мальчик в этот момент неистовствовал: вцепившись в лицо Цянь Гаоли, он остервенело полосовал его невидимыми когтями и с яростью терзал зубами её голову.
Поразмыслив секунду, Нинь И насмешливо усмехнулся:
— Раз уж вы его не видите, так и быть, опишу. Прямо сейчас он рвёт вам волосы, расцарапывает физиономию, грызёт череп и скачет по всему вашему телу.
От каждого брошенного слова Цянь Гаоли пробирала всё более дикая, паническая дрожь. Кожу на голове стянуло ледяным онемением, в лицо словно ударил сырой замогильный ветер, а всё тело заныло так отчетливо, будто по нему и впрямь безжалостно топтались незримые ноги. Не выдержав, она истошно завопила:
— А-а-а-а-а!.. Уберите его! Быстро прогоните его от меня, а-а-а! — её закованная в гипс нога против воли забилась в мелкой нервной судороге.
Стоявший у постели старик Цай, едва услышав речи юноши, в неописуемом ужасе попятился назад и с грохотом налетел на стул.
Видя это, Чжао Вэньжуй и Чжун Цзяюй больше не могли сдерживать душившие их слёзы.
Глаза директора Чжао налились влагой, но он сдержался, не дав слезам пролиться — всё же не пристало взрослому мужчине раскисать. Украдкой смахнув испарину со щеки, он повернулся в ту сторону, где метался призрак, и с тяжёлой, выстраданной торжественностью произнёс:
— Сяо Янь, дядя обязательно добьётся для тебя справедливости. Во всём разберётся.
Затем он без тени эмоций взглянул на Цянь Гаоли. Сейчас он не желал тратить на эту мерзавку даже крупицы душевных сил: она должна понести заслуженную кару — самую суровую, какую только допустит закон.
Чжун Цзяюй тем временем уже сотрясалась в беззвучных рыданиях, не в силах вымолвить ни слова.
Гу Пэйсю подошёл к окну и, бросив взгляд вниз, заметил стремительно подъезжающую полицейскую машину. Он холодно усмехнулся.
Вскоре в палату постучали. В дверях показался рослый молодой офицер с правильными, мужественными чертами лица. Окинув цепким взглядом собравшихся и мимолётно нахмурившись при виде бьющейся в истерике пациентки, он повернулся к шагнувшему навстречу Чжао Вэньжую и вежливо уточнил:
— Вы вызывали полицию?
Директор Чжао с покрасневшими глазами тяжело кивнул:
— Да. Женщина на койке украла жизненно необходимые лекарства у больного ребёнка. Без поддерживающей терапии он… скончался.
Услышав это, офицер мгновенно подобрался, лицо его стало суровым:
— Прошу всех проехать с нами в участок для дачи показаний.
Нинь И и Гу Пэйсю, как свидетели, также отправились вместе с ними.
Оказавшись в отделении, Цянь Гаоли наконец взяла себя в руки: видимо, рассудила, что в казённых стенах концентрация Светлой ци слишком высока, и никакая нечисть сюда не сунется.
— Какое ещё воровство?! С чего бы мне воровать лекарства?! Без доказательств не смейте языками чесать!
— Ничего я не брала! И признавать ничего не стану!
— Предъявите улики, тогда и поговорим!
Развалившись на стуле, она нагло глядела на сотрудников, ни капли их не боясь, и наотрез отказывалась признавать вину.
Глядя на несговорчивую подельницу, старик Цай тоже наглухо ушёл в глухую оборону, не проронив ни звука. Не имея возможности выбить признание силой, молодой полицейский обратился к Чжао Вэньжую:
— У вас есть прямые улики?
Директор Чжао и Чжун Цзяюй бессильно нахмурились.
— Когда у И Яня начался приступ, он так и не успел принять дозу, — ровным тоном вмешался Нинь И. — Препараты, приготовленные на тот день, должны послужить вещественным доказательством.
Об этом ему только что поведал сам погибший мальчик.
Слова юноши подействовали на Чжао Вэньжуя как спасительная вспышка:
— Точно! В тот день всё произошло слишком внезапно, комнату никто не убирал. А когда позже хотели навести порядок, стряслась другая беда… Палата Сяо Яня до сих пор осталась нетронутой! Те лекарства наверняка всё ещё там!