Всю дорогу они ехали молча. Когда машина затормозила у больницы, Нинь И с досадой осознал, что снова видит призрачный силуэт И Яня.
Спутники ничего не заметили: маленький дух просто вылетел вперед, указывая дорогу.
Выбравшись наружу, Нинь И сразу опустил взгляд в асфальт. Больница — гиблое место, здесь всегда полно неупокоенных. Большинство из них не опасны, но далеко не каждый призрак заботится о том, чтобы скрыть изуродованный предсмертный облик. Зрелище обычно не для слабонервных.
Юноша украдкой покосился на спину идущего впереди Гу Пэйсю. Выходит, слепота к потустороннему длилась около двадцати минут? Неужели одного мимолетного касания хватает ровно на треть часа спокойной жизни?
Нинь И задумался, прикидывая варианты, как вдруг боковым зрением выхватил в темном углу у входа несколько окровавленных теней. Вздрогнув всем телом, он торопливо прибавил шагу, украдкой вытянул палец и легонько ткнул Гу Пэйсю прямо в бок.
Тот даже не сбавил шаг, лишь слегка повернул голову.
— Ой, простите! Случайно задел! — тут же выпалил Нинь И с самым невинным видом.
В уголках губ председателя промелькнула едва заметная усмешка:
— Ничего страшного.
Нинь И тихо выдохнул и украдкой огляделся по сторонам — сработало! Тени действительно исчезли.
Облизнув пересохшие губы, юноша увязался следом за старшим, погруженный в расчеты.
Однако стоило им подняться на нужный этаж и ступить в длинный коридор, как морок спал: призраки объявились вновь.
Нинь И поспешно отвел глаза от наглого духа, крутившегося возле молодой медсестры. Прошло ведь от силы минут пять! Почему способность вернулась так быстро? А как же расчетные двадцать минут?
Недоумевая, юноша посмотрел на свои пальцы и потер их друг о друга.
Пока он колебался, решаясь на очередное «случайное» прикосновение, они уже подошли к палате Цянь Гаоли.
И Янь взглянул на невозмутимого Гу Пэйсю. Не зная наверняка, слышит ли его старшекурсник, мальчик просто указал пальцем на ручку:
— Нам сюда.
Засунув руки в карманы, Гу Пэйсю подошел к двери, но замер — изнутри доносились возбужденные голоса.
Нинь И тоже навострил уши и неловко огляделся по сторонам. Подслушивать чужие разборки было не слишком прилично, но коридор этого отделения состоял сплошь из одиночных палат и пустовал. Даже духов вокруг почти не осталось — лишь пара смутных силуэтов маячила в самом конце пролета.
— Цянь Гаоли, знай же меру! — прогремел из-за двери мужской голос, показавшийся Нинь И смутно знакомым. Говорил директор приюта.
— Директор Чжао, я покалечилась на рабочем месте, на благо приюта! Вы обязаны выплатить мне достойную компенсацию! Пятьсот тысяч для вас — сущие копейки! — нагло парировала пожилая женщина.
Следом раздался резкий, возмущенный окрик женщины с более мягким от природы тембром:
— Пятьсот тысяч?! Ты хоть представляешь, сколько «Кайфу» тратит каждый божий день?! И у тебя еще язык поворачивается требовать такие деньги!
— На игрушки и лекарства сопливым сиротам вам денег не жалко, а на мое лечение копейки зажали?! — ничуть не смутилась старуха.
— У тебя обычная трещина в кости, откуда тут взяться полумиллиону?! Я и так проявил исключительное благородство, выделив пятьдесят тысяч! Захотела перевод в Центральную народную больницу — пожалуйста, перевели! Потребовала отдельную палату — выбили и ее! Все лучшие медикаменты идут тебе, чего еще надо?! Цянь Гаоли, совесть у тебя осталась или ее собаки сглодали?! — Чжао Вэньжуй сорвался на крик, от ярости у него перехватило дыхание.
Услышав это, И Янь обиженно надулся и тихо пояснил:
— Сначала ее положили в другую клинику, но она устроила скандал. Заявила, что в обычной больнице ее ногу только изуродуют, и наотрез отказалась лечиться, пока дядя директор не оформит перевод сюда. Ему ничего другого не оставалось, кроме как уступить...