Гу Пэйсю лишь хотел смахнуть сухой лист с его плеча, но, увидав, как Нинь И в испуге отшатнулся и вжался в скамейку, не удержался от улыбки.
И чего он так перепугался? Гу Пэйсю ведь не какой-нибудь злобный дух.
Поддавшись внезапному порыву подразнить парня, он оперся рукой о спинку скамьи и наклонился к Нинь И.
Тот ошеломленно замер. Подняв голову, Нинь И встретился взглядом с темными, глубокими глазами Гу Пэйсю и совершенно растерялся, не понимая, чего от него хотят.
Ни один из них не сознавал, как это выглядело со стороны. Уединенный лесок, один наклонился, другой смотрит снизу вверх — точь-в-точь парочка, готовая слиться в поцелуе.
И Янь, отступивший на безопасное расстояние, наблюдал за ними и волей-неволей вспомнил сцену поцелуя из какого-то фильма. Тётушка запрещала им смотреть такое по телевизору, но они с ребятами все равно улучали момент, когда взрослых нет рядом.
Ему показалось, что старшие братья перед ним выглядят точно так же, как герои с экрана: еще секунда — и поцелуются.
Мальчик смущенно зажмурился и закрыл лицо ладонями. Он вовсе не собирался подглядывать!
Хоть бы брат Нинь И не забыл о его существовании!
— Ты меня боишься? — опершись о спинку скамьи, Гу Пэйсю слегка изогнул губы в улыбке. Вглядываясь в чистые, влажные глаза Нинь И, он подумал, что они у того очень красивые: не слишком круглые, не узкие, на первый взгляд самые обычные, но на этом лице смотрелись удивительно гармонично.
Нинь И замялся, мгновение похлопал ресницами и отвел взгляд, избегая его взора:
— Вовсе нет.
Он и впрямь не боялся. Просто почему-то от одного вида Гу Пэйсю сердце начинало колотиться как бешеное. Может, все из-за того, что тот навис слишком близко и стало трудно дышать?
В следующую секунду его взяли за подбородок.
Веки Нинь И будто обжгло. Он вскинул взгляд и вновь утонул в непроницаемых, спокойных глазах Гу Пэйсю.
Их лица разделял какой-то дюйм. Нинь И чувствовал на своей коже его теплое дыхание.
В голове моментально помутилось, кровь прилила к щекам, а сердце, казалось, и вовсе перестало биться. Он слегка приоткрыл рот, но так и не смог вымолвить ни слова.
Гу Пэйсю чуть приподнял брови, рассматривая его, и произнес с уверенностью:
— Боишься. А чего во мне бояться?
Нинь И выдохнул на автомате:
— Не знаю...
Неподалеку И Янь сквозь щелочки между пальцами разглядывал «целующихся» и мысленно стенал:
«А-а-а! Чему они учат детей!»
И все же мальчик не мог оторвать глаз от происходящего, наблюдая за ними с живым любопытством.
— Значит, признался, — усмехнулся Гу Пэйсю. — Так с кем ты только что разговаривал?
Вернувшись к этой теме, Нинь И мгновенно протрезвел:
— Сам с собой.
Гу Пэйсю качнул головой с легким раздражением и, отпустив его подбородок, выпрямился. Теперь он смотрел на Нинь И сверху вниз:
— Что, так трудно признаться, что видишь призраков?
Сердце Нинь И подпрыгнуло. Он вскинул голову, неотрывно смотря на холодное лицо Гу Пэйсю, и в эту минуту ему до безумия захотелось спросить: неужели тот тоже их видит?
— Вижу, — ответил Гу Пэйсю.
Нинь И вздрогнул, осознав, что случайно произнес свою мысль вслух.
Гу Пэйсю все так же смотрел на него сверху вниз, но в уголках его губ мелькнула надменная улыбка. Говорил он спокойно и негромко, однако каждое слово отчетливо прозвучало в ушах Нинь И:
— Не только вижу, но и умею изгонять.
Нинь И удивленно моргнул. Как ни странно, он ни капли не усомнился в его словах.
Тех, кто способен изгонять нечисть, называют Небесными наставниками. А нефритовый амулет, который он носит, как раз и был сделан руками такого мастера.