Гу Ниньшань осталась внутри. Лицо её было мрачным, но покинуть зал она не могла: воздвигнув защитный покров заклинаниями, девушка рассеивала разлетающиеся огненные сполохи, укрывая остальных.
Старик Гу Елэй, даос Чжо Ин и мастер Чжэнъи переглянулись. Понимая друг друга без слов, они одновременно отдали команду:
— Снимаем массив!
Три небесных наставника Девятого Сюань достали свои священные артефакты и устремились вслед за Гу Пэйсю.
— Задумали со мной поиграть? — с хриплым смешком взвизгнул Огненный демон. — Поплатитесь жизнями!
— Не дерзи, тварь! — выкрикнула даос Чжо Ин, вскидывая мухогонную плётку-фучень.
В тот же миг чётки мастера Чжэнъи и диск Багуа Гу Елэя со свистом устремились к нежити. Сокрушительная волна сокровенной ци накрыла демона.
Тварь лишь зловеще оскалилась. Но не успела она вскинуть руки для ответного заклятия, как на её грудь налепился жёлтый талисман.
— А-а-а-а-а!
Огненный демон испустил пронзительный вопль. Бумага мгновенно испепелилась в его пламени, но мощная светлая ци, сокрытая в символах, вонзилась в нежить, причинив ей жестокую боль. Демон рухнул на землю, обрушив тучу искр. За его спиной открылась фигура Гу Пэйсю — именно он подкрался незамеченным и наложил заклятие.
— Добить его! — обрадовались старейшины.
Все трое небесных наставников стремительным коршуном бросились вниз.
Лишённый покрова огня, демон явил свою обугленную, растрескавшуюся кожу. Встретившись на мгновение полным ненависти взглядом с Гу Пэйсю, висящим в воздухе, тварь ловко увернулась от атаки старейшин, подхватила с земли древний кубок и метнулась к границе изолирующего массива.
Лицо Гу Пэйсю слегка побледнело. Он насупился, вызывая в руке добела заточенный клинок, и провёл окровавленным пальцем по лезвию. Меч вспыхнул слепящим светом, и юноша рванулся в выпад.
Все думали, будто брошенный ранее кубок истощён, однако из него всё ещё сочилась тёмная ци — пусть и немощной тонкой струйкой.
Впитав последние остатки скверны, демон вновь напитался огнём — не столь буйным, как прежде, но всё ещё опасным. С диким рыком он швырнул кубок прямо в защитный барьер. Стоявшие снаружи даосы насторожились, спешно сплетая ручные печати, чтобы вкачать больше сокровенной силы в артефакты-опоры.
Раздался треск.
Поглощающий души сосуд врезался в полупрозрачную стену, пустив по ней паутину трещин. Вслед за этим Огненный демон обрушил на повреждённое место сокрушительный удар кулаком.
Барьер разлетелся со звоном разбитого стекла.
Наставников, удерживавших массив, отбросило назад; из их ртов брызнула кровь. Гу Пэйсю и старейшины не успели перехватить тварь — та оказалась быстрее.
Демон вырвался на свободу.
— Дела плохи! С той стороны — новая киностудия!
— За ним!
— Амитабха!
Три небесных наставника, не тратя времени на осмотр раненых, на пределе сил устремились в погоню.
Оставшиеся невредимыми даосы, понимая, что всё равно не догонят нежить, бросились к пострадавшим товарищам и вызвали медицинскую службу отделения.
* * *
Тем временем Нинь И с родителями уже не первый час гулял по территории киностудии.
Юноша разглядывал декорации вокруг. Здания здесь возвели в стиле эпох Гаоян и Цзяньцзя: невысокие изящные павильоны из потемневшего дерева сменялись величественными и суровыми силуэтами императорских дворцов.
Возле некоторых съёмочных площадок снували люди с коробками и оборудованием.
Нинь Сюйцзин окинул их любопытным взглядом:
— Это съёмочные группы?
— Именно, — кивнула Мо Янь. — Комплекс достроили совсем недавно, но съёмки уже идут вовсю. Вот только торговые лавки пока не открылись.
— Ой, а нам можно глянуть хоть одним глазком? — оживилась Ле Сюэси. — Я ведь никогда не видела, как снимают кино!
Мо Янь улыбнулась:
— Отчего же нельзя, только издали. Главное — в кадр случайно не попасть, а то операторы живо выгонят.
— Нам лишь бы взглянуть!
Нинь И неспешно шёл за матерью. В округе снимали исключительно исторические драмы; рабочие площадок, одетые в костюмы разных эпох, сновали туда-сюда. Особого шума не было — лихорадочная суета сменялась тишиной, из глубины павильонов доносились лишь отголоски актёрских реплик.
Впрочем, когда стало понятно, что знаменитостей сквозь щели не разглядеть, Ле Сюэси быстро утратила интерес, и они отправились дальше.
Пройдя немного вперед, они заметили уличный прилавок.
— Смотрите, там чайная лавка, — показала Мо Янь. — День выдался жарким, вот и торгуют охлаждающими отварами.
— Давайте и мы возьмём по чашке, — предложила Ле Сюэси.
Нинь И огляделся по сторонам и, углядев указатель, произнёс:
— Мама, папа, тётушка Мо, я отлучусь на минутку в уборную.
— А ты нашёл, где она? — уточнил Нинь Сюйцзин.
Нинь И махнул рукой в сторону аллеи:
— Там табличка, быстро отыщу.
— Ну иди-иди, — успокоилась Ле Сюэси. — Мы подождём тебя здесь.
Свернув по указателю, Нинь И без труда отыскал уборную в тихом переулке.
Однако едва он вышел наружу, как взгляд его наткнулся на странную фигуру. Перед ним стоял абсолютно нагой человек с иссиня-чёрной кожей. Присмотревшись, Нинь И с ужасом понял: тело неизвестного покрывали страшные, обугленные ожоги, на нём не осталось ни единого живого места, а по обуглившейся плоти всё ещё плясали язычки алого пламени. До носа донёсся тошнотворный запах гари.
Юноша остолбенел. С такими травмами выжить невозможно... Перед ним был не человек, а неупокоенный дух!
«Огненные демоны рождаются из душ тех, кто сгорел заживо...»
«У них почти не остаётся плоти, их тела объяты пламенем, а ярость не знает границ...»
Слова Гу Пэйсю эхом отозвались в памяти Нинь И. Это и была та самая тварь, за которой тот приехал в город М!
Мысли ещё не успели оформиться, а ноги уже сами понесли юношу прочь.
Огненный демон, вырвавшись на территорию съёмочной площадки, не ожидал тут же столкнуться с человеком. Его обугленный нос дрогнул, а вытаращенные глаза налились кровавой жадностью: от юноши явственно пахло тёмной ци злого духа.
Какой упоительный аромат! Слаще всего, что демон пробовал в своей жизни. Жаль только, в этой сладости примешивался другой, отвратительный ему запах.
Но как бы то ни было, нежить растратила слишком много сил. Этот смертный станет её добычей!
Заметив, что добыча бросилась наутёк, демон ринулся в погоню. В этот момент с высокой декоративной стены спрыгнули Гу Елэй и остальные даосы. Увидев, что тварь целит в человека, старейшины без лишних слов вскинули артефакты.
Гу Пэйсю, заметив среди декораций Нинь И, на мгновение замер от неожиданности.
Нинь И не видел подоспевших заклинателей — он нёсся сломя голову. Спиной он ощущал леденящий ужас, от которого стыла кровь, но продолжал мчаться вперёд, не разбирая дороги.
Вот только человек не может соперничать в скорости с призраком.
Не успел юноша сделать и десятка шагов, как демон с диким оскалом настиг его. Но едва когтистая лапа коснулась шеи Нинь И, как вспыхнул ослепительный золотисто-алый свет. Не ожидавшая отпора нежить взвизгнула от боли и отлетела назад, словно от сильного удара.
Преследовавшие её Гу Елэй, даос Чжо Ин и мастер Чжэнъи обомлели: откуда у обычного юноши столь могущественный красный шнур заслуг? Их движения на миг застопорились.
Гу Пэйсю же, уже видевший силу артефакта, был готов. Заметив, что тварь тяжело ранена защитным магом, он вскинул меч и прямо в воздухе начертал собственным окровавленным пальцем алый символ.
Нинь И отчаянно оглянулся и увидел, как Гу Пэйсю выводит в воздухе огненный талисман Высочайшего Повеления, устремляющийся к врагу.
Обездвиженный Огненный демон с ужасом смотрел на приближающуюся погибель, приготовившись к окончательному развеиванию.
Три почтенных небесных наставника уже решили, что нежити пришёл конец, как вдруг всё переменилось.
Сквозь каменную толщу декоративной стены мгновенно проскользнула тёмная фигура в балахоне. Молниеносным движением незнакомец сгреб Огненного демона и испарился вместе с ним прямо в кладке. Всё произошло меньше чем за секунду — никто не успел даже опомниться.
Кровавый талисман, потеряв цель, истаял в воздухе. Гу Пэйсю побледнел ещё сильнее.
— Проклятье! Это Правый посланник! — яростно выругалась даос Чжо Ин и порывалась броситься в погоню, но Гу Елэй и мастер Чжэнъи вовремя подхватили её под руки. — Вы чего меня держите?!
Пытаясь вырваться, она гневно закричала:
— Это же нелюди из Небесного Зла! Он утащил демона!
Мастер Чжэнъи перебрал чётки:
— Амитабха. Я знаю, почтенная Чжо Ин, но твой порыв безумен. Ты лишь сложишь голову, не изменив ничего.
Гу Елэй тяжело вздохнул:
— Мы всё видели. Правый посланник Небесного Зла — демонический заклинатель с семисотлетним духовным стажем. Его могущество в разы превосходит силу какого-то трехсотлетнего призрака. Броситься за ним — верная смерть.
Чжо Ин в сердцах с досады пнула стену. Прочная декоративная кладка треснула под её каблуком, оставив заметную вмятину.
Пока старейшины вели споры, Нинь И подошёл к Гу Пэйсю. Заметив мертвенную бледность на его лице и опасаясь, что тот рухнет без чувств, юноша осторожно придержал его за локоть:
— Как ты?
Гу Пэйсю качнул головой:
— Ничего страшного. Израсходовал слишком много сокровенной ци. Приму пилюлю, отдохну — и всё пройдет.
Нинь И облегчённо кивнул и хотел добавить что-то ещё, но тут к ним приблизились мастер Чжэнъи и Гу Елэй. Оба старейшины с явным ошеломлением воззрились на юношу.
Мастер Чжэнъи сложил ладони в почтенном поклоне:
— Прости нас, благочестивый мирянин. Тебе довелось пережить немалый страх.
Нинь И поспешно склонил голову в ответ:
— Благодарю за заботу, почтенный мастер, я цел.
Гу Елэй перевёл взгляд на младшего:
— Пэйсю, ты как?
— Всё в порядке, — ответил тот.
Только теперь старик Елэй въедливо осмотрел переплетение ауры вокруг Нинь И:
— Откуда в нём такое...
Чжо Ин, немного остыв от гнева, торопливо подошла ближе и тоже не удержалась от изумлённого возгласа:
— Пурпурная ци и тёмная ци спокойно уживаются в одном теле?! Как такое возможно?
Мастер Чжэнъи мягко произнёс:
— Позволишь ли ты, юноша, измерить твой пульс?
Нинь И смущённо перевёл взгляд на Гу Пэйсю. Получив едва заметный ободряющий кивок, он послушно протянул руку.
Уголки губ Гу Пэйсю чуть тронула улыбка; тяжесть, давившая на грудь, ненадолго отступила.
Монах прикрыл глаза, возложив пальцы на запястье юноши. Спустя пару мгновенностей он разомкнул веки:
— Светлая ци ещё не набрала силы, а тёмная искажена губительной скверной... Пред нами обладатель редчайшего дара.
— Что же это за тело? — спросила Чжо Ин.
— Тело Переноса Судьбы, — ответил мастер Чжэнъи.
— Переноса Судьбы? Впервые слышу, — нахмурилась она.
— Этот феномен описан лишь в древнейших фолиантах, — пояснил старец, глядя на Нинь И. — Носители сего дара способны вмещать высшую светлую энергию этого мира — вроде пурпурной или императорской ци... Тебе, молодой человек, суждено было нести пурпурную ци. Но каким образом в твоём теле укоренилась демонская скверна?