Фэн Хунси быстро расправился с кусочком торта и, услышав слова Цянь Вэя, обернулся:
— Вы куда петь собираетесь?
— В «Звёздную песню», — ответил Цянь Вэй.
— О-о, — Фэн Хунси по-братски обнял его за плечи. — Младшекурсник Цянь, ты же не против, если к вам двое присоединятся?
Цянь Вэй вскинул бровь и ухмыльнулся:
— Ничуть. Я как раз заказал большой VIP-зал.
— Отлично! — Фэн Хунси похлопал его по плечу. — С меня потом тоже угощение.
— Да ну, старшекурсник, за кого ты меня принимаешь? Зачем эти церемонии!
— Ха-ха-ха! Обожаю иметь дело с нормальными парнями! Всё, тогда без лишних реверансов. — С этими словами Фэн Хунси выразительно подмигнул Гу Пэйсю.
Остальные, увидав, что Гу Пэйсю и Фэн Хунси идут вместе с ними, заметно воодушевились.
Караоке-клуб «Звёздная песня» находился неподалёку, прямо в университетском городке, так что компания добралась мгновенно.
В просторном зале царил приглушённый полумрак. Мягкая подсветка отливала тёплым янтарным светом, укутывая присутствующих лёгкой атмосферой уюта и незримого заигрывания.
Парни сразу ринулись к терминалу, наперебой заказывая песни. Нинь И устроился в самом углу глубокого дивана в компании Юй Цзя и Янь Цзыфэя. Стараясь не обращать внимания на дикие вопли, доносившиеся от микрофонов, он увлечённо поглощал свежие фрукты, поданные заведением.
Гу Пэйсю расположился напротив. Возле него никого не было: во-первых, остальные попросту стеснялись присесть рядом с председателем, а во-вторых, единственный, кого это ничуть не смущало — Фэн Хунси — намертво застрял у автомата с музыкой, напрочь забыв о своём спутнике и с головой уйдя в веселье.
Гу Пэйсю песни не заказывал — он просто молча сидел в полутени. Нинь И изредка бросал на него короткие взгляды. Зал был огромным, и фигура Гу Пэйсю терялась в сумраке, лишь изредка подсвечиваемая тусклым экраном смартфона в его руках.
Вскоре подошла очередь Фэн Хунси. К общему удивлению, у него оказался отличный голос. Нинь И даже оторвался от фруктов и окинул старшекурсника удивлённым взглядом. Вдохновлённые, Юй Цзя с Янь Цзыфэем тоже рванули к терминалу.
Спустя пару минут диван прогнулся — кто-то присел рядом. Из-за полумрака Нинь И не стал присматриваться, решив, что вернулся кто-то из соседей по комнате, и спокойно отправил в рот сочный ломтик арбуза.
— В караоке — и не петь? — раздался тихий, мягкий женский голос.
Нинь И вздрогнул, повернул голову и встретился взглядом с Чжу Роубин.
Девушка смотрела на него с безупречной, располагающей улыбкой.
— Я не умею, — ответил Нинь И.
Чжу Роубин слегка удивилась и окинула его беглым озадаченным взглядом:
— А по тебе и не скажешь.
Нинь И действительно обладал приятной внешностью. Пусть не такой резкой и мужественной, как у Гу Пэйсю, но в его утончённых, чистых чертах и сдержанном спокойствии крылось особое обаяние.
— У меня совсем нет слуха, — с улыбкой возразил Нинь И. — А ты, наверное, отлично поёшь?
— Ну… — Чжу Роубин ненадолго задумалась и приглушённо рассмеялась: — По крайней мере, получше, чем то, что происходит сейчас.
У микрофона как раз сменился исполнитель, и его пение улетело мимо нот куда-то в районы Гималаев.
Зал взорвался хохотом. Впрочем, певца это ничуть не смутило — он завыл ещё азартнее, вызвав новый шквал веселья.
В этот момент к ним подошёл Юй Цзя. Потянув Нинь И за рукав, он окликнул и девушку:
— Пойдёмте с нами в игру играть!
— В какую? — оживилась Чжу Роубин.
— «Правда или действие».
Нинь И вздохнул. Почему-то участвовать ему расхотелось от слова «совсем».
Зато Чжу Роубин пришла в восторг:
— Ой, давайте! Я с вами!
Юй Цзя взглянул на Нинь И, и в его глазах вспыхнули лукавые искорки.
«М-да, — подумал Нинь И. — Теперь желания играть стало ещё меньше».
Но Юй Цзя и слышать ничего не хотел — без лишних церемоний он утащил приятеля в круг.
Правила были незамысловатыми: тянули карты из колоды. Тот, кому доставался Джокер, выбирал между «Правдой» и «Действием», а вытянувший Туз задавал вопрос или давал задание. Отвечать требовалось без раздумий — за задержку полагался штрафной бокал.
Первое время Нинь И везло: ни Джокер, ни Туз ему не выпадали. Однако спустя несколько раундов фортуна отвернулась, и в его руках оказалась злополучная карта с шутом.
— О-о-о! Сяо И попался! — расплылся в хищной ухмылке Янь Цзыфэй. — Что выбираешь: «Правду» или «Действие»?
Нинь И ненадолго заколебался:
— «Правду».
Тузом как раз владел Янь Цзыфэй. Его глаза азартно блеснули:
— Есть ли здесь кто-то, кто тебе симпатичен?
Нинь И хлопнул ресницами и спокойно ответил:
— Есть.
«Соседи по комнате ведь тоже считаются?»
Толпа взревела и принялась свистеть, но Нинь И даже бровью не повёл. По правилам можно было задать лишь один вопрос, так что спорить никто не стал, и карты снова смешали.
На этот раз Джокер достался Чжу Роубин, а Туз вытащил Цянь Вэй. Девушка тоже предпочла «Правду».
Юй Цзя что-то быстро шепнул Цянь Вэю на ухо, и тот с улыбкой спросил:
— А среди присутствующих есть тот, к кому ты испытываешь симпатию?
— Да, — тихо выдохнула Чжу Роубин.
Она поджала губы и бросила короткий, едва заметный взгляд на Нинь И.
— О-о-о-о-о! — тут же хором загудел зал.
Намёк понял каждый, и намерения девушки стали очевидны абсолютно всем.
Нинь И почувствовал, как к горлу подступает неловкость, и едва заметно нахмурился.
Заметив реакцию друга, Юй Цзя переглянулся с Янь Цзыфэем и Цянь Вэем. Старший брат тут же хлопнул в ладоши:
— Так, ладно, сдаём заново!
И снова Джокер очутился в руках Нинь И. Туз же достался незнакомому парню из компании.
Памятуя о каверзных вопросах, Нинь И решил не рисковать:
— «Действие».
Парень на мгновение задумался, а затем озвучил задание:
— Возьмём пустую бутылку. На кого горлышко укажет, того ты и поцелуешь. И неважно, парень это будет или девушка!
— О-о-о! Смело! — взрыкнула компания.
Нинь И нахмурился:
— Э-э, может…
— Или пей штрафную! — безапелляционно заявил ведущий раунда.
Нинь И поджал губы и вздохнул:
— Ладно.
Пустую стеклянную бутылку уложили в центр и с силой раскрутили. Все затаили дыхание.
Вращение замедлилось, и бутылка, задевая стеклянным боком полированную поверхность, окончательно остановилась. Все взгляды устремились в направлении, куда указывало горлышко.
Компания сидела на полукруглом диване, а не вокруг стола. Перед самым началом раунда кто-то вышел в туалет, создав в рядах существенный прорыв.
И именно туда, в сторону образовавшегося прохода, смотрело зелёное горлышко — прямо на дверь.
А у самой двери стоял человек, собирающийся выйти.
Парень, загадавший задание, в полумраке не разглядел, кто именно там стоит, и с ходу ткнул пальцем:
— Указало на него!
— У-у-у-у! — зал зашёлся оглушительным хохотом. — Давай! Целуй! Погнали!
Кто-то даже крикнул во весь голос:
— Эй, там, у двери, притормози на секунду!
Как раз в этот момент трек на фонограмме затих перед следующим куплетом, так что оклик прозвучал неожиданно громко. Человек, уже приоткрывший дверь, замер и медленно обернулся.
Свет из коридора был гораздо ярче сумрака VIP-зала. Гость стоял в дверном проёме, и яркие лучи очертили его лицо.
В ту же секунду весь зал разглядел, кто это был.
Гу Пэйсю.
В мгновение ока в комнате воцарилась гробовая тишина. Даже Фэн Хунси обомлел от фантастического «везения» Нинь И.
Застыл и сам Нинь И, ошеломлённо глядя на председателя.
Парень, вытянувший Туз, сглотнул и уставился на карту в своей руке — та будто раскалилась докрасна.
Гу Пэйсю что-то спокойно произнёс, но из динамиков снова грянул мощный аккорд, утопив его слова в музыке.
Парень с Тузом уже собрался предложить спустить всё на тормозах и пересдать, но тут Нинь И поднялся со своего места…