Ветер с силой сотрясал оконные рамы. Снаружи незаметно сгустились тучи — они нависали тяжёлым, непроницаемо-чёрным пологом, словно сложенные в несколько слоёв плотные ковры, и эта гнетущая тьма давила на грудь. В густой облачной толще то и дело проскальзывали фиолетовые росчерки: молнии только собирались с силами.
— Парень готовится пройти Громовую кару! — хмуро проговорил Гу Елэй, всматриваясь в стремительно темнеющее небо.
— Ветер всё сильнее, — подхватил Гу Цзиньпэн, прислушиваясь к раскатам грома. — Кажется, первый удар обрушится с минуты на минуту.
— Приготовьте больше артефактов. На всякий случай.
— Понял!
* * *
Чэн Юаньгэн отложил телефон и посмотрел на Гу Ниньшань:
— Нинь И похищен. Это сделал Му Дань.
— Что?! — ахнула Гу Ниньшань. — Когда это произошло?
— Меньше полчаса назад. Пэйсю на грани прорыва, так что Владыка Сокровенного и даос Цзиньпэн не смогут прийти на помощь.
— Зачем Му Даню... — Она осеклась, и в её взгляде читался шок: — Неужели они продались Небесному Злу и отправились к императорской усыпальнице?
— Скорее всего. Спутники не могут засечь перемещения Му Даня, — Чэн Юаньгэн огляделся вокруг. — Оставайся здесь и следи за обстановкой. Я осмотрю окрестности.
— Хорошо.
Гу Ниньшань смотрела удаляющемуся Чэн Юаньгэну вслед, и в её глазах читалась тревога.
Гром над головой гремел всё оглушительнее, однако молнии пока не спешили бить в землю.
Му Фэнцюань направил автомобиль по извилистой дороге, уводящей в горный массив. За этим хребтом располагалась императорская усыпальница.
Расстояние от Города А до усыпальницы было немалым — обычно такая поездка занимала не меньше четырёх-пяти часов, но при поддержке Небесного Зла, подогревавшего ход тёмной ци, они преодолели этот путь в мгновение ока.
На импровизированной площадке для отдыха стоял единственный изысканный стул. В нём вальяжно восседал человек, неспешно попивая чай.
— А вот и вы, — Лин Цитань отставил изящную пиалу.
Му Фэнцюань вышел из машины, а Му Дань выволок вслед за собой бессознательного Нинь И.
— Человека мы доставили, — хрипло сказал Му Фэнцюань, в упор глядя на собеседника. — Теперь черед твоего обещания.
— Разумеется, — уголок губ Лин Цитаня изогнулся в едва заметной ухмылке. — Честная сделка.
Он небрежно повел рукой. Из воздуха подле него мгновенно соткалась фигура в чёрном одеянии и маске, закрывающей левую половину лица в виде черепа. Слуга нёс расписной ларец.
Му Фэнцюань въелся взглядом в ларец; в его глазах вспыхнула жажда, но, переведя взор на юношу — совсем не похожего на того, о ком рассказывал Му Дань, — старик засомневался:
— Я не могу слепо верить тебе.
— Ха-ха-ха... — Лин Цитань тихо рассмеялся. Поднявшись с кресла, он не спеша произнес: — Не веришь мне, но всё же притащил мальчишку? Даже не знаю, как назвать твою глупость.
Му Фэнцюань молчал, неотрывно глядя на драгоценную шкатулку.
— О-о, — с наигранной догадливостью протянул Лин Цитань. — Боишься, что там пустышка? Что ж, твои опасения не лишены смысла. Рецепт этот не пробовал никто. Хочешь взглянуть?
Он с усмешкой наблюдал за старым главой.
— Дедушка... — Му Дань, видя колебания старика, не выдержал: — Давай я открою!
Он не знал деталей сделки, но понимал, что куш велик.
Му Фэнцюань опасался ловушки — от слуг Небесного Зла можно было ждать чего угодно. Внук порывался сделать всё сам, и старик не стал его удерживать: если там яд или проклятие, пусть пострадает Му Дань. А если лекарство настоящее — рецепт бессмертия обеспечит ему вечную жизнь, и наследники будут больше не нужны.
Му Дань сорвал крышку. Внутри лежал свиток из старого пергамента.
Юноша развернул его. Иероглифы были древними и кривыми, но Му Дань смог разобрать название: Пилюля Бессмертия.
Его глаза округлились. Он потрясённо уставился на Му Фэнцюаня.
Однако старик мгновенно вырвал свиток из его рук и спрятал за пазуху.
— Уходим.
Му Фэнцюань круто развернулся. Му Дань неотступно следовал за ним, в его голосе прорезалась ярость:
— Дедушка, ты не можешь забрать это в одноличку!
— Ты всё видел, так с чего решил, будто я стану скрывать? — буркнул Му Фэнцюань, поджимая губы.
Му Дань оскалился в злорадной ухмылке. Затем скользнул пренебрежительным взглядом по неподвижному Нинь И и вальяжно бросил Лин Цитаню:
— Лин Цитань, скажи, он ведь сегодня исчезнет навсегда?
Лин Цитань одарил его ледяным, равнодушным взором. От этого взгляда у Му Даня внутри всё похолодело.
— Не твоя забота, — сухо ответил Лин Цитань.
— Что ж, замечательно.
Му Дань с чувством превосходства уселся в автомобиль.
Машина рванула с места.
Лин Цитань проводил её презрительным взглядом:
— Неотёсанное отродье.
Воздух вокруг него заколыхался от лёгкого порыва тёмного ветра.
Му Дань мельком глянул на непроглядно-чёрное небо. На душе у него было светло и торжествующе. Пальцы быстро складывали печати — те самые техники, что он выведал у Нинь И.
Неудивительно, что эти движения позволяли создавать пилюли высшего качества: с каждым жестом открывалась всё бóльшая глубина. Му Дань довольствовался мыслью, что после сегодняшнего дня никто в мире не сможет превзойти его в алхимии.
Бум!
Грохот!
Взрыв слился с оглушительным раскатом грома. Автомобиль, мчавшийся по горной дороге, мгновенно объяло пламя. Огненный вихрь с рёвом пожрал машину, обдавая всё вокруг невыносимым жаром.
Хлынул ливень. Но даже потоки воды не могли сбить этот неистовый пожар, в сполохах которого на мгновение мелькнул силуэт маски, закрывающей правую половину лица в виде черепа...
Лин Цитань допил остатки чая из пиалы и тихо произнёс:
— Дрянной был человек. Да и душа на вкус оказалась мерзостной.
Гром грохотал не смолкая.
Треск! Вспышка!
Небо разродилось каскадом фиолетовых молний. Над крышей поместья семьи Гу засиял защитный барьер, принимающий на себя удары разбушевавшейся небесной стихии.
Для прорыва на уровень Небесного наставника Девятого Сюань требовалось выдержать девять сокрушительных ударов Громовой кары, и каждый следующий был мощнее предыдущего.
Гу Елэй с тревогой взирал на бушующие в небесах молнии:
— Эта кара... не похожа на обычную.
Гу Цзиньпэн кивнул с мрачным видом:
— Куда свирепее, чем та, что проходили мы.
— Вот и я о том же.
— Сможет ли Пэйсю выстоять? — сжав кулаки, прошептала Мо Янь.
— Не волнуйся, невестка, — вдумчиво проговорил Гу Цзиньпэн. — За эти годы я создал немало защитных артефактов, да и у школы Рубань мы закупили достаточно. Этого хватит.
— Лишь бы он выдержал... — Мо Янь молитвенно сложила ладони. — И пусть А И найдут как можно скорее.
Тем временем небеса содрогнулись от второго удара...
* * *
Когда Нинь И окончательно пришёл в себя, его несли за загривок, точно беспомощного котёнка. Крупные капли дождя больно секли по лицу, над головой раздавался оглушительный грохот, а вокруг кипела кровавая битва.
Ливень лил стеной. Кровь раненых и павших небесных наставников смешивалась с водой, превращая землю под ногами в алое месиво.
Отвратительные жуткие демоны сходились в яростной схватке с заклинателями. Вопли тварей и исполненные боли крики людей сливались в непрерывный гул, оглушавший Нинь И.
— О? Очнулся?
Нинь И кургузо вскинули за ворот, и он столкнулся взглядом со смутно знакомым лицом.
— Лин Цитань? — вырвалось у него.
Вглядевшись пристальнее, Нинь И почувствовал, как по спине пробежал мороз: черты лица юноши размывались, проступая сквозь очертания иссушенного белого скелета.
— Это тело действительно зовут так, — безразлично отозвался Линь Ци. — Не воспользуйся я оболочкой этого смертного, даже прикоснуться к тебе не смог бы. И что, спрашивается, мне с тобой делать?
Нинь И попытался вырваться, но путы захлестнули его тело слишком крепко — не шевельнуться.
Линь Ци прищурился:
— Ты ведь рад, что обладаешь такой колоссальной силой?
Нинь И не стал отвечать на выпад и спросил в лоб:
— Ты — Линь Ци? Пришёл забрать своё?
— Естественно, я верну своё. Но спешить некуда, — Линь Ци скользнул взглядом по красной нити на шее юноши, после чего небрежно швырнул Нинь И на мокрую землю. — Кабы не тот проклятый наставник, сунувший нос не в своё дело, я бы выпил тебя досуха ещё много лет назад. И не пришлось бы сейчас возиться.
Нинь И нахмурился.
— Знаешь, где мы? — поинтересовался Линь Ци.
Оглядевшись, Нинь И понял, что место ему абсолютно незнакомо:
— Где?
— В императорской усыпальнице династии Гаоян, — Линь Ци повернул голову к величественной резной арке, на которой были высечены великие деяния древних правителей. — Я слишком долго смотрел на эти ворота. И вот наконец смогу войти в подземный дворец.
Нинь И вскинул бровь:
— Откуда тебе известен путь в усыпальницу? — Ведь секрет знали только те наставники, что побывали в Долине Десяти Зол и Мрачной Пагубы. И председатель Чэн строго-настрого запретил разглашать эту тайну, связав всех клятвой.
— Мне указал дорогу один человек.
Нинь И вспомнил слухи о предателе в Обществе Дао и Праведности: похоже, они не врут.
— И кто же это?
Линь Ци расплылся в улыбке:
— Скоро сам всё увидишь.
Нинь И чуть скривил губы и сменил тему:
— Значит, Лин Цитань — твоё перерождение?
— Внушительному владыке вроде меня не нужны никакие перерождения, — Линь Ци с наслаждением наблюдал за кровавым побоищем неподалеку. — Впрочем, время ещё есть. Так и быть, развею твоё неведение.
Ещё до рождения Нинь И тёмный владыка почувствовал исходящую от него пурпурную ци. Он не ожидал, что эта священная энергия окажется столь могущественной, и получил тяжёлую рану.
Воспользовавшись его слабостью, один из Небесных наставников Девятого Сюань попытался пленить его. Линь Ци не мог этого допустить: он разделил свою суть, оставив малый осколок силы на убой заклинателю, а основной дух внедрил в тело больного ребёнка в больнице — Лин Цитаня.
Вскоре прибыли его верные слуги и убили того наставника.
Однако Линь Ци был слишком истощён. Даже вернув поглощённую часть, он погрузился в спячку внутри тела Лин Цитаня, где пробыл до сегодняшнего дня.
Нинь И осмысливал услышанное:
— Значит, в кинотеатре... это был ты?
— Я брал под контроль разум Лин Цитаня. Хотел проверить, взрастил ли ты мою силу. Но результат меня разочаровал. Я подкидывал тебе демонов, чтобы подпитать эту энергию, но каждый раз вмешивался тот деспотичный обладатель Чистого Ян. Впрочем, нет худа без добра — всё равно всё идёт по моему плану, — Линь Ци присел на корточки перед связанным юношей. — Что ж, сказочке конец. А теперь твоя кровь станет ключом к тайне двух тысячелетий.
Он жестоко ухмыльнулся и занес руку, чтобы полоснуть по горлу Нинь И.
Нинь И думал, что успел выгадать достаточно времени, но подмоги всё не было. Когда он уже попрощался с жизнью, сверху стремительно рухнула тень, и прорезь клинка со свистом рассекла воздух, вонзившись в землю.
Линь Ци молниеносно отскочил. Взглянув на неожиданно возникшего Чэн Юаньгэна, он лишь лениво усмехнулся:
— Нынешний председатель Общества Дао и Праведности... Неужели ты думаешь, что с силой нынешнего Небесного наставника сможешь одолеть меня?
Чэн Юаньгэн не спускал глаз с монстра:
— Двадцать лет назад Цзиньжун смог укротить тебя. Сегодня мы повторим его подвиг.
— Ха-ха-ха-ха! — Линь Ци залился оглушительным хохотом. — Наглый человечишка! Кабы не рана от пурпурной ци, неужели ты думаешь, тот наставник смог бы меня сдержать?
Линь Ци перевёл насмешливый взгляд на Нинь И:
— Тогда я и помыслить не мог, что в мире существует подобное тело со священной ци. Знай я заранее, пожрал бы твою душу без остатка. А теперь вон сколько хлопот.
Нинь И про себя подумал:
«Мне что, теперь спасибо тебе сказать за твоё милосердие?»