Что ж, очевидно одно: на дворе стояла эпоха победивших технологий и законности. И даже если по миру блуждали настоящие призраки, подавляющее большинство людей свято верило в незыблемость науки.
Нинь И впервые переступил порог Общества Дао и Праведности. Его штаб-квартира расположилась неподалёку от городского управления полиции, устроившись в ультрасовременном здании.
Вывеска с названием Общества красовалась прямо над входом. Внутри царил лаконичный, продуманный стиль. В просторном холле сновали люди — каждый по своим делам, — но стоило Нинь И и Гу Пэйсю появиться в дверях, как редкие прохожие замирали и подталкивали локтями соседей, указующе кивая на прибывших.
Окинув толпу беглым взглядом, Нинь И вздохнул: окружающих привлекала либо броская внешность старшекурсника Гу, либо исходившая от него величественная аура. Спрятав вспыхнувшее чувство, он поспешил за Гу Пэйсю к местному участку.
Отделение полиции Общества спряталось в глубине комплекса. Без знания дороги, сюда ни за что не добраться.
Едва они вошли, как Сюэ Цзижуй, оживленно беседовавший с офицером, мгновенно заметил гостей и ткнул пальцем в их сторону. Полицейский — один из тех, кто брал Ли Маосюя, — обернулся и тепло улыбнулся:
— Наконец-то вы приехали. Душа Ли Линьлань у вас? Дело Ли Маосюя закрыто. Оформим протокол, да нужно упокоить её, отправить на перерождение. С вас двоих тоже показания.
— Вы уже допросили Ли Маосюя? — поинтересовался Нинь И.
— Естественно, — с гордостью откликнулся полицейский. — Что обычный смертный может скрыть от небесного наставника? Стоило применить талисман Истины, как он выложил всё без остатка.
— И он признался, откуда узнал о Небесном Зле? — холодно вмешался Гу Пэйсю.
Полицейский осекся:
— Ну... нет. Тот темный даос наложил на Ли Маосюя заклятие молчания. Пробить его и выудить детали о Небесном Зле мы пока не смогли.
— Выходит, Ли Маосюй действительно убил собственную дочь? — решил уточнить Нинь И.
— Именно так, — вступил в разговор Сюэ Цзижуй. — Паскудный тип. Ради денег пошел на всё. Помимо скромной страховки, его бывшая жена оставила девочке солидное наследство — драгоценности и недвижимость, допуск к которым Линьлань должна была получить лишь по совершеннолетию.
Имущество предназначалось исключительно девочке, никто не имел права к нему прикоснуться. Ни бабушки, ни дедушки у Линьлань не осталось, так что опекуном назначили отца. Ли Маосюю перепали лишь крохи, но, узнав от адвоката об истинных масштабах состояния, бывший муж потерял покой. Работать он отродясь не любил, а тут — куш прямо под носом.
Около месяца назад он сошелся с «мастером», оказавшимся темным даосом. Тот помог сфальсифицировать завещание и подкупить юриста: в новую редакцию внесли пункт, по которому в случае смерти Линьлань всё имущество переходило отцу.
В воздухе бесшумно соткалась фигура Ли Линьлань, выскользнувшая из брелока Нинь И. Лицо призрака оставалось непроницаемым.
Сюэ Цзижуй, ощутив всплеск тёмной ци, мгновенно сконцентрировал духовное зрение. В его зрачках блеснули золотые искры:
— Не волнуйся, — мягко произнес он, разглядев девочку. — Ли Маосюй сгниет в тюрьме. Да и на том свете его ждет незавидная участь.
Девочка долго молчала, а затем едва заметно кивнула.
— Хоть ты и обратилась в злобного духа, но сохранила разум и не сотворила зла. Желаю тебе благополучного перерождения.
Офицер полицейского участка, активировав Око Божественного Зрения, подхватил:
— Пойдём. Оформим протокол — и в путь.
Линьлань сделала пару шагов за полицейским, но вдруг обернулась к Нинь И и чисто, по-детски улыбнулась:
— Спасибо, братик.
— Удачи тебе, — улыбнулся в ответ Нинь И.
Когда призрак растаял вслед за офицером, Нинь И вспомнил важную деталь:
— Линьлань упоминала, что видела, как отец говорил с каким-то нищим. Может, тот нищий и был темным даосом?
Сюэ Цзижуй и Гу Пэйсю одновременно перевели на него взгляд.
— Вряд ли, — спокойно возразил Гу Пэйсю. — Темные даосы, даже прижимаясь в средствах, не опустятся до попрошайничества. Но тот оборванец наверняка прислушник Небесного Зла.
Сюэ Цзижуй всплеснул руками:
— И вы молчали?! Почему сразу не рассказали про такую зацепку?!
— Бродяга без кола и двора — ищи свищи, — вальяжно откликнулся Гу Пэйсю, опустившись на диван. — Главное — выйти на самого даоса, а для этого сначала нужно развязать язык Ли Маосюю. Это забота вашего Общества, моё дело — передать улики.
Сюэ Цзижуй потерял дар речи.
Нинь И на мгновение задумался:
— Но ведь Линьлань видела его лицо. Если составить фоторобот, шансы найти его повысятся.
— Ну найдем, и что? — усмехнулся Гу Пэйсю. — Заговорен точно так же, как и Ли Маосюй.
Сюэ Цзижуй, было воодушевившийся идеей юноши, тут же уныло сник: темные даосы славились привычкой навешивать заклятия молчания на своих шестёрок, чем доставляли немало головной боли.
— Пэйсю! — раздался от дверей звонкий женский голос.
В помещение грациозно вошла Гу Ниньшань. Дорогой парфюм шлейфом окутал комнату, когда она всплеснула руками и сходу присела на подлокотник дивана, где восседал ее брат:
— Какими судьбами в участке Общества? Неужто натворил чего?
Нинь И окинул ухоженную, эффектную женщину быстрым взглядом. При виде того, как естественно и непринуждённо она примостилась подбоком у Гу Пэйсю, внутри у него уколола тихая, едкая ревность. Услышав же подначку, юноша нахмурился и импульсивно выпалил:
— Старшекурсник Гу ничего не натворил! Он оказал неоценимую помощь!
Гу Пэйсю, уловив пылкую защиту Нинь И, едва заметно изогнул губы в довольной улыбке.
Гу Ниньшань лишь пошутила — она прекрасно знала, что её братец слишком безупречен для полицейских сводок. Переведя озадаченный взгляд на Нинь И, она поинтересовалась:
— А ты у нас кто?
Стоявший подле Сюэ Цзижуй тут же вытянулся в струнку и согнулся в почтительном поклоне, словно перед высшим руководством:
— Здравия желаем, сестра Шаньшань!
— О, Сяо Сюэцзы, давненько не виделись, — небрежно отозвалась та. — Я же говорила тебе: подтяни физиогномику и даосские искусства, а то так и будешь вечным гостем в участке.
Сюэ Цзижуй лишь виновато хмыкнул.
Нинь И перевёл недоумевающий взгляд с парня на женщину и тихо представился:
— Я учусь в Университете А. Меня зовут Нинь И.
— Из Университета А? — Гу Ниньшань вспомнила, как парень назвал её брата «старшекурсником», и окинула собеседника пристальным прищуром. — А ты... довольно необычный.
Нинь И решил, что речь зашла о его особом телесном устройстве, и смущённо поджал губы:
— Д-да так... ничего особенного.
Видя его кротость и робость, Гу Ниньшань моментально вычеркнула парня из списка возможных пассий брата — Гу Пэйсю явно не мог увлечься столь скромным юношей. Азарт сплетницы тут же угас.
— И с чем вы сюда пожаловали? — обратилась она к брату.
Гу Пэйсю вкратце обрисовал суть дела, Сюэ Цзижуй вставил пару сочных подробностей.
Поняв всю подноготную, Гу Ниньшань вспыхнула от негодования:
— И ведь найдётся же такой изверг! Дать ребенку жизнь — и возомнить, будто имеешь право её отнять!
— Вот-вот! — подхватил Сюэ Цзижуй. — Совсем совесть потерял! На собственного ребёнка руку поднять!
Гу Пэйсю оставался безучастен:
— Люди по природе своей эгоистичны. Подобных историй — пруд пруди.
— Нельзя мерить всех одной мерой! — горячо возразил Нинь И, не соглашаясь с его сквозящим цинизмом. — Пусть встречаются злодеи, но добрых сердец вокруг куда больше!
Перед его взором сразу возникли лица директора, заместителя директора и тётушек из приюта «Кайфу», соседей-стариков, добровольно выходивших на субботники, однокурсников... В мире хватало света.
Гу Пэйсю повернулся к запальчивому юноше и после паузы кивнул:
— Верно. Бывают исключения.
Нинь И сам был ярчайшим примером: до смерти боясь призраков, он всё равно протягивал им руку помощи.
Заметив, как Гу Пэйсю покорно согласился с доводами парня, Нинь И просиял светлой, счастливой улыбкой.
Гу Ниньшань выгнула бровь. Женская интуиция забила в колокола: уж не пробежала ли искринка между её несносным братцем и этим скромным младшекурсником?
Сюэ Цзижуй же витал в облаках, не замечая царившего напряжения:
— Правильные слова! Мир не безнадёжен, хороших людей на свете большинство!
Из допросной вышел офицер, забиравший дух Линьлань, — Чжун Сюэчжэнь. Заметив Гу Ниньшань, он моментально вытянулся и отдал честь:
— Здравия желаю, сестра Шаньшань!
— Да ладно тебе, — рассмеялась та. — Мы же все тут даосы, к чему эти условности?
— Привычка со времён службы, — смущенно оскалился Чжун Сюэчжэнь, после чего повернулся к гостям: — Ваша очередь. Пройдёмте на запись показаний.
Гу Пэйсю поднялся с дивана, Нинь И последовал за ним.
— А почему показания берут не обычные следователи? — тихо спросил Нинь И.
Чжун Сюэчжэнь не успел открыть рот, как Гу Ниньшань его опередила:
— В штате Общества не так много небесных наставников. Большинство работает на выезде по частным заказам. Загнать кого-то в участок на рутинную бумажную работу — задача не из лёгких. Но наш Сюэчжэнь — особое исключение. Он окончил полицейскую академию, душой горит к правопорядку. Между прочим, он у нас заместитель начальника участка!
Нинь И изумленно округлил глаза:
— Заместитель начальника?!
Чжун Сюэчжэнь неловко почесал затылок:
— Ну да, всего лишь заместитель. Начальник сейчас в отъезде, в командировке.
— С тех пор как Сюэчжэнь взял дело в свои руки, у нас хоть какой-то порядок образовался, — добавила Гу Ниньшань. — Да и сложные расследования теперь проще передавать через официальные поручения Общества.
— Верно, — подтвердил Чжун Сюэчжэнь. — Из-за нехватки кадров специфические дела мы оформляем как задачи для членов Общества.
Сюэ Цзижуй оживился, подскочив ближе:
— Начальник Чжун, а на этот раз есть подходящая работа?
— Есть. Можешь заняться ритуалом упокоения Ли Линьлань.
— Без проблем, берёмся! — Сюэ Цзижуй гордо выпятил грудь.
— Пройдёмте.
Поскольку Гу Пэйсю и Нинь И лишь оказывали содействие, процедура оформления показаний в кабинете Чжун Сюэчжэня заняла считанные минуты.
На ритуале упокоения Нинь И решил остаться.
В центре комнаты витал дух Ли Линьлань. Чёрные сгустки губительной ци вокруг неё постепенно рассеивались под ровное, басовитое чтение Заклинания Перерождения, которое ревностно декламировал Сюэ Цзижуй. С каждым словом древнего канона искажённый лик призрака разглаживался, возвращая девочке прижизненную кротость и очарование. Наконец, послав живым прощальную улыбку, светлый силуэт растаял без остатка.
Едва дух растворился в воздухе, на смартфоне Сюэ Цзижуя звякнуло уведомление о выполнении заказа. Пусть разговорить Ли Маосюя и выйти на темных даосов пока не удалось, связка с Небесным Злом подтвердилась, а значит, поручение считалось закрытым. На счёт парня упало восемнадцать баллов заслуг.