Словно под действием морока, Нинь И невольно сделал шаг вперёд, а затем, будто одержимый, устремился в гущу толпы.
Юй Цзя, только собравшийся о чём-то его спросить, так и застыл с полуоткрытым ртом. Обменявшись с Янь Цзыфэем изумлёнными взглядами, они поспешили следом.
Гу Пэйсю пока не замечал Нинь И. Дожидаясь зелёного сигнала светофора на краю тротуара, он вполоборота слушал сокрушения Му Даня:
— Дедушка сказал, что в недавно раскопанной гробнице нашли древнюю глиняную табличку. Там вроде как описан древний процесс приготовления пилюль, и он требует, чтобы я один во всём разобрался! Я ему говорю: я же не знаю этих иероглифов, как мне читать? А он в ответ — ты ведь студент исторического факультета, как это не знаешь! Всучил мне кипу фолиантов и велел справляться самому! Я вообще не хотел на историю поступать, а теперь меня ещё и древние тексты заставляют ковырять... Ну что за дед!
Гу Пэйсю сдержанно отозвался:
— Старший Му желает тебе добра. Тебе ведь предстоит унаследовать школу Шэньнун. К тому же большинство древних рецептов утрачено, а пилюли других фармацевтов не идут ни в какое сравнение с вашими.
Му Дань самодовольно усмехнулся, но тут же вздохнул:
— Мне до мастерства дедушки ещё расти и расти. Впрочем, если эта табличка и впрямь поможет нашей школе, уже благо. Кто знает... — он коснулся взглядом Гу Пэйсю, — быть может, в будущем она позволит вам, небесным наставникам, раскрыть свою силу во всей полноте.
Загорелся зелёный. Гу Пэйсю первым ступил на пешеходный переход:
— Угу.
Сделав лишь пару шагов по зебре, Гу Пэйсю выхватил взглядом Нинь И среди пешеходов — в его восприятии сплетение светлой и тёмной ци было слишком заметным.
Хм?
За спиной парня тянулся шлейф чёрно-алой зловещей ауры. Опять во что-то влип.
Гу Пэйсю понял: Нинь И заметил его и напролом пробирается навстречу, ища защиты. Губы председателя помимо воли тронула едва уловимая усмешка. Он сделал пару неторопливых шагов, позволяя Нинь И с размаху уткнуться ему в грудь и крепко, отчаянно обнять.
В это мгновение Нинь И показалось, что весь внешний мир отступил. Исчезли обжигающий зной и пронизывающий холод. Остался лишь чистый, свежий, невероятно приятный аромат, даривший покой и прогонявший любой страх.
Гу Пэйсю властным жестом перехватил сгусток зловещей ауры, метнувшейся было прочь от Нинь И. Чуть прищурился: пламя злой воли Огненного демона. Пальцы сжались — и алый дым с предсмертным визгом истаял без следа.
* * *
Где-то в окрестностях города М, посреди унылого пустыря, раздался хриплый, зловещий шепоток:
— Надо же, сорвалось... — в голосе звучали лютая затаённая злоба и обида.
* * *
Тем временем на пешеходном переходе в городе А Юй Цзя и Янь Цзыфэй, бежавшие вслед за Нинь И, онемели от изумления. Они своими глазами наблюдали, как их сожитель влетел прямо в объятия Гу Пэйсю. А известный своей брезгливостью председатель Гу мало того что не оттолкнул его, так ещё и обнял в ответ!
Вся их уверенность в том, что Нинь И и Гу Пэйсю «просто знакомые», мгновенно разлетелась в прах.
Так было между ними что-то прошлой ночью или нет?!
Стоявший подле Гу Пэйсю Му Дань ошеломлённо смотрел на обнимающуюся пару, а затем перевёл взгляд на лицо старшекурсника. Обычно холодные, тонкие губы того чуть изогнулись, выдавая превосходное расположение духа.
«Святые угодники, брат Пэйсю... предпочитает мужчин?!»
Прохожие оглядывались на них с откровенным любопытством: что за драма воссоединения влюблённых прямо на дороге? Водители, застрявшие на светофоре, недоуменно смотрели на два силуэта, сжавшиеся в объятиях посреди перехода: им сигналить или как?
Сидевший в машине Цянь Вэй, успевший выехать с парковки, с прищуром наблюдал за этой сценой. Сложив губы в усмешке, он подумал: «А наш Сяо И, похоже, вовсе не чужой этому Гу Пэйсю...»
— Обнялся? Скоро загорится красный, — низким бархатистым голосом тихо спросил Гу Пэйсю, глядя на макушку парня.
Пальцы Нинь И, судорожно сжимавшие талию Гу Пэйсю, чуть дрогнули. Жадно впитав напоследок этот чистый прохладный аромат, он нехотя высвободился из объятий и, отводя вспыхнувшее лицо, пробормотал:
— По... пошли.
Чувствуя, как уходит чужое тепло, Гу Пэйсю ощутил лёгкую досаду. Заметив, как полыхают кончики ушей Нинь И, он улыбнулся чуть шире и накрыл его ладонь своей:
— Пойдём.
Му Дань визитом вытаращился на их сцепленные пальцы.
«Брат Пэйсю сам взялся за чью-то руку?! Где твоя хвалёная брезгливость?!»
Юй Цзя, Янь Цзыфэй и наблюдавший издалека Цянь Вэй тоже застыли. Это ещё что такое? Демонстрация прав на собственность? Заявление на весь мир?
Светофор переключился, и торопящиеся автомобилисты, забыв о запрете звуковых сигналов в центре города, дружно забибикали, приводя застывших участников сцены в чувство.
Нинь И шёл как во сне. Он и впрямь бездумно бросился старшекурснику на грудь?! А тот не оттолкнул! И даже позволил обнимать себя так долго!
Он послушно следовал за Гу Пэйсю, заворожённо глядя на их сцепленные руки. Пальцы Гу Пэйсю были длинными и изящными, а исходящее от ладони тепло словно струилось по венам прямо к сердцу, заставляя его трепетать. Вот каково это — быть под чьей-то защитой? Чувство было настолько сладким, что в душе зародилась жадность: хотелось большего...
Перейдя дорогу, Гу Пэйсю непринуждённо разжал пальцы:
— Ты куда направлялся?
Нинь И сжал ладонь в кулак, пытаясь удержать ускользающее тепло. Он поднял глаза, собираясь ответить, но его опередил подбежавший Юй Цзя:
— Старшекурсник Гу, а вы куда?
— Собирался в университет. Моя машина припаркована здесь.
Юй Цзя улыбнулся, дружески обняв Янь Цзыфэя за плечи:
— Сяо И тоже надо в корпус. Не подбросите его за компанию? А нам с Цзыфэем ещё надо обувь посмотреть.
Янь Цзыфэй озадаченно уставился на друга: мы же вроде сразу в общагу собирались, какие кроссовки? Он открыл было рот, но Юй Цзя сжал его плечо так, что тот благоразумно проглотил вопросы.
Нинь И тоже уставился на Юй Цзя, ничего не понимая.
Гу Пэйсю, выросший в клановой среде, прекрасно видел человеческие уловки. Ему и самому хотелось расспросить Нинь И о случившемся, поэтому он спокойно согласился.
Му Дань тем временем молча разглядывал Нинь И, пытаясь понять: что в этом парне такого особенного, раз уж Гу Пэйсю ради него забыл про всю свою брезгливость?
* * *
Цянь Вэй, опираясь локтем на открытое окно своей машины, наблюдал, как Юй Цзя тащит за собой растерянного Янь Цзыфэя, бросив Нинь И на произвол судьбы.
— Слушай, мы разве не в университет? Зачем ты соврал про обувь? — недоумевал Янь Цзыфэй, когда они подошли ближе.
Цянь Вэй хмыкнул:
— Представление окончено, какая ещё обувь? Поехали в общагу.
— А? Так если мы в общагу, почему было не забрать Сяо И с собой?
Юй Цзя поглядел на него как на умолишённого:
— Третий, ты вроде не глупый парень, а сейчас тормозишь, как трамвай!
— Ты о Сяо И и председателе Гу?
Цянь Вэй улыбнулся и завел двигатель. Юй Цзя поиграл бровями:
— Ты что, не заметил, как председатель просиял, когда наш Сяо И бросился ему на шею?
— Просиял? Да у него же лицо деревянное было! И отпустил он его сразу, как переход перешли, вполне обыденно.
— Это тонкая мимика, братан! Такую улыбку надо с транспортиром измерять! А быстро отпустил... потому что они ещё в стадии ухаживаний, флёр неловкости, сам понимаешь. Эх, расцвела любовь у нашего младшенького! — Юй Цзя с чувством хлопнул в ладоши.
—... И как ты только разглядел эту улыбку?
— У меня глаз — как микроскоп! — гордо задрал нос Юй Цзя.
— Пфф!
* * *
На другой стороне улицы Гу Пэйсю подогнал машину. Нинь И потянулся было к переднему пассажирскому сиденью, но Му Дань ловко и шустро проскользнул вперёд и занял место рядом с водителем. Нинь И ничего не оставалось, как сесть сзади.
Гу Пэйсю не проронил ни слова, лишь мельком бросил взгляд на Нинь И через зеркало заднего вида и плавно выехал на проезжую часть.
Нинь И прижался к окну, украдкой разглядывая чёткий профиль Гу Пэйсю, после чего смущённо уставился на мелькающий за окном пейзаж. В салоне воцарилось натянутое молчание.
Спустя пару минут Му Дань не выдержал:
— Я слышал от сестры Ниньшань, что на следующей неделе ты идешь в музей?
— Угу, — сдержанно отозвался Гу Пэйсю.
— Дедушка говорил, что та глиняная табличка тоже будет на выставке. Я бы тоже съездил... Заберёшь меня?
Нинь И при слове «музей» встрепенулся и поглядел на Гу Пэйсю с заднего сиденья.
— Я еду не глазеть на экспонаты. Ниньшань отправляют в командировку, и она попросила меня подменить её на дежурстве по охране артефактов.
— Значит, ты приедешь совсем рано?
— Угу.
Му Дань надулся. Он не числился во вспомогательном составе Общества Дао и Праведности, так что в служебные помещения его всё равно бы не пустили.
Поняв, что разговор окончен, Нинь И вновь отвернулся к окну, но вскоре заметил, что они едут незнакомым маршрутом. Он хотел было спросить, куда они направляются, как Гу Пэйсю повернул во двор жилого комплекса и ровным тоном произнёс:
— Приехали. Вылезай.
Му Дань лишь вздохнул:
— Понял. А когда я соберу вещи, ты за мной приедешь?
Гу Пэйсю безразлично поглядел на него:
— У меня нет лишнего времени.
— Ну и ладно! Тоже мне... Пред-се-да-тель! — Му Дань скривил нос и вылез из машины.
Как только дверь захлопнулась, автомобиль резко сорвался с места.
Гу Пэйсю ловко развернулся на перекрёстке и без преамбул спросил:
— Что произошло сегодня?
Нинь И сразу понял, о чём речь. Вглядываясь в строгий профиль старшекурсника, он подробно пересказал события дня:
— Мы с ребятами смотрели кино в «Хуаньцю». Там в зале сидела компания девчонок. Фильм, видать, оказался дрянным, потому что одна из них ругнулась и ушла посреди сеанса. И вот на ней я увидел странную огненную фигуру... А когда фильм закончился и мы спустились на первый этаж торгового центра, та девушка внезапно вспыхнула. Мы помогли потушить огонь, но когда вышли на улицу, меня обдало жаром. И я понял, что этот огненный силуэт перекинулся на меня.
Взгляд Гу Пэйсю заледенел:
— Это была злобная ци Огненного демона.
— Огненный демон?
— Огненными демонами становятся те, кто сгорел заживо, затаив перед смертью лютую ненависть. Они почти лишены человеческого облика, с ног до головы объяты пламенем и одержимы местью. Чтобы набрать силу, такие твари устраивают пожары и собирают человеческие жизни. И обычная вода против их пламени бессильна.