— Это осталось от дикого демона, который вселился в мою маму ещё до моего рождения, — объяснил Нинь И.
Мастер Чжэнъи понимающе кивнул:
— Вот оно что... В древних фолиантах описано, что Тело Переноса Судьбы вмещает в себя лишь один вид энергии. Мне ещё не приходилось встречать того, кто удерживал бы сразу две сущности.
Особенно когда одна — светлая ци Ян, а другая — тёмная ци Инь. Подобное сочетание казалось почти невозможным.
— Неужели Тело Переноса Судьбы способно принять даже Драконью ци? — поинтересовался Гу Елэй, задумчиво поглаживая подбородок.
— Именно так гласят древние трактаты, — неспешно проговорил Мастер Чжэнъи. — Запасённая сила не только обеспечивает обладателю такого тела спокойную и сытую жизнь, но и способна перетекать к другому человеку. Стоит лишь встретить того, за кем захочешь последовать, как вся накопленная ци по собственной воле владельца устремится к избраннику.
Даос Чжо Ин с трудом верила ушам. Она недоуменно нахмурилась:
— И что же? Владелец этого тела после отдачи превращается в обычного человека?
— Вовсе нет. После переноса они начинают делить эту силу на двоих. Однако если искреннее желание угаснет, переданная ци останется без подпитки и быстро рассеется. И тогда тот, кто вознёсся на вершину благодаря чужому дару, неизбежно лишится своего высокого положения.
Чжо Ин и Гу Елэй с нескрываемым изумлением переглянулись, рассматривая Нинь И. Даже Гу Пэйсю поражённо посмотрел на юношу.
Удивительная, невероятная особенность. Жил бы Нинь И в древности, за него бескомпромиссно боролись бы все владыки мира: овладеть им означало овладеть Поднебесной.
Нинь И лишь растерянно моргнул, предпочитая хранить молчание.
— Сейчас в нем таится Пурпурная ци, — продолжал рассуждать Гу Елэй. — Выходит, передав её кому-то, он обеспечит этому человеку богатство и процветание на всю жизнь?
— Должно быть так.
Нинь И мысленно осмысливал услышанное. Значит, однажды он встретит человека, которому захочет довериться без остатка, и отдаст ему свою ци, гарантируя тому благополучие и покой?
Но... кто бы мог стать этим человеком?
Юноша украдкой бросил взгляд на сдержанного, холодного Гу Пэйсю.
Вдруг... этим человеком станет старшекурсник?
Перетечёт ли его сила к Гу Пэйсю?
— Вот только... — Мастер Чжэнъи ещё не закончил мысль. — Пурпурная ци в теле почтенного благодетеля сейчас слишком слаба. Пока он не избавится от въевшейся в плоть тёмной ци Инь, даже встретив желанного спутника, он не сможет принести ему процветания.
Иными словами, сила выражена слишком слабо, и передать её невозможно.
Нинь И разочарованно поджал губы.
Гу Елэй пристально всмотрелся в юношу, хмуря густые брови:
— Эта тёмная ци невероятно тяжела. Полагаю, её оставил не меньше чем Призрачный генерал... А то и существо куда более могущественное и опасное.
Даос Чжо Ин сокрушённо вздохнула:
— От такой скверны избавиться будет непросто.
Нинь И не удивился. Он уже слышал нечто подобное от Гу Пэйсю, поэтому принял эти слова абсолютно спокойно.
Гу Пэйсю негромко нарушил паузу:
— Как ты здесь оказался?
Нинь И тут же обернулся к нему и ответил:
— Мои родители приехали сюда. Я просто решил составить им компанию.
— Вы знакомы? — Гу Елэй перевёл взгляд с одного юноши на другого.
Гу Пэйсю кивнул:
— Да. Он учится в моём университете, младшим курсом ниже.
Старик понимающе прищурился:
— Значит, ты с самого начала заметил его уникальную природу?
— Сочетание Инь и Ян в одном теле слишком бросается в глаза. Разумеется, я обратил внимание.
— Логично.
Спустя некоторое время Гу Елэй тяжко вздохнул:
— Эх, Огненного демона забрал Правый посланник Небесного Зла. Здешние дела можно считать временно завершёнными.
Мастер Чжэнъи прикрыл глаза и молитвенно сложил ладони:
— Амитофо. Неведомо, благо это или предвестник беды.
Даос Чжо Ин спрятала даосскую плеть-хвост в рукав и произнесла:
— Вернёмся и доложим Обществу. Пусть там проявят повышенную осторожность.
— Идем.
Нинь И снова посмотрел на Гу Пэйсю. Тот встретился с ним взглядом и ровно проговорил:
— Я тоже ухожу. Будь осторожен.
Юноша послушно кивнул:
— Хорошо. Ты тоже... отдохни как следует.
— Угу.
Четверо даосов один за другим легко взмыли в воздух, перемахнув через высокую городскую стену. Пролетев пару сотен метров по воздуху, Чжо Ин внезапно спохватилась:
— Постойте! Мы же забыли спросить, что за артефакт у него при себе!
Ведь оружие, способное одним ударом покалечить трехсотлетнего Огненного демона, не могло быть простым предметом.
Гу Елэй на мгновение задумался:
— Кстати говоря... Мне показалось, что вспыхнувшая там сила была мне странно знакома.
Услышав их слова, Гу Пэйсю повернулся к старшему:
— Дедушка Елэй, кроме тебя, второй двоюродной бабушки и второго дяди... кто ещё в нашем клане достиг уровня Небесного наставника Девятого Сюань?
— Девятого Сюань? — вмешалась Чжо Ин. — В вашем клане Гу отродясь было только трое таких мастеров.
— Амитофо, — подал голос Мастер Чжэнъи. — Старый монашествующий помнит, что был ещё один.
Гу Елэй медленно опустил взгляд и тяжело, с тоской вздохнул:
— Верно. Был ещё один... — Он сделал паузу, переживая давнюю боль. — Если бы девятнадцать лет назад не случилась та трагедия, место Владыки Сокровенного уже давно принадлежало бы ему.
Гу Пэйсю нахмурился:
— Кто он?
— Цзиньжун. Твой третий дядя.
— Третий дядя?.. — В глазах Гу Пэйсю отразилось недоумение. — Я никогда о нём не слышал.
Мастер Чжэнъи и Даос Чжо Ин предпочли промолчать: чужие семейные тайны клана Гу не предназначались для посторонних ушей.
— Цзиньжун погиб, когда тебе едва исполнился год, — тихо проговорил Гу Елэй. — Откуда тебе его помнить?
Девятнадцать лет назад...
— Как именно умер третий дядя? — сжав губы, спросил Гу Пэйсю.
Гу Елэй печально прикрыл глаза:
— Праздник Середины Осени, когда открываются врата призраков — самое тяжёлое время для каждого наставника. Мы должны изо всех сил удерживать порядок в стране. Но девятнадцать лет назад, едва врата разверзлись, Небесное Зло внезапно внесло хаос. Они напали на наставников, позволив сорваться с цепи сотням свирепых духов. Из-за этой диверсии мы упустили драгоценное время... И множество невинных людей пали жертвами вырвавшихся бесов.
Старик умолк на секунду, собираясь с силами:
— В тот самый день твой третий дядя как раз сумел совершить прорыв и стать Небесным наставником Девятого Сюань. Вернувшись, мы узнали, что он отправился на охоту за тварями в одиночку. Неизвестно, с каким именно чудовищем он столкнулся... Но одолеть его он так и не смог. И сам не вернулся. Даже дух его... — Окончание фразы потонуло в тяжелом молчании, но всё было понятно и без слов.
Гу Пэйсю погрузился в мрачные раздумья.
— Эх... Времена меняются, — качнул головой Гу Елэй. — Мы, трое наставников Девятого Сюань, едва не сплоховали перед трехсотлетним Огненным демоном.
Мастер Чжэнъи и даос Чжо Ин хранили скорбное молчание. Признавать это было тошно, но факты оставались фактами.
— Пэйсю, — Гу Елэй посмотрел на внука. — Ты — самый одарённый из всех молодых даосов нашего искусства. Когда ты достигнешь уровня Девятого Сюань, твоя чистая и мощная ци Ян превзойдёт любого из нас. Возможно, в будущем спасение мира ляжет именно на твои плечи.
— Амитофо. Настоятель упоминал о призраке в чужой коже. Небесное Зло явно замышляет нечто чудовищное.
— Мирным дням приходит конец.
— Грядёт великая смута.
— Амитофо...
* * *
Когда они вернулись в филиал Общества Дао и Праведности, Гу Ниньшань в тревоге мерила шагами главный холл. Завидев их, она тут же подскочила:
— Ну как?! Огненный демон уничтожен?!
Даос Чжо Ин лишь досадно вздохнула:
— Нет. Его увёл Правый посланник Небесного Зла.
— Что?! Откуда там взялся Правый посланник Небесного Зла?! — поражённо воскликнула Гу Ниньшань.
— Неизвестно...
Их разговор бесцеремонно прервал вбежавший сотрудник:
— Сестра Шаньшань! Из главного штаба передали всплеск аномальной энергии на юге города А! Точно такой же, как в прошлый раз!
— Чёрт! Они что, так быстро вернулись в город А?! Чего вообще добивается это проклятое Небесное Зло?! — Рвя и метая, Гу Ниньшань громко запечатала шагами в сторону лаборатории мониторинга.
Трое старейшин переглянулись и поспешили за ней, чтобы оценить обстановку.
Гу Пэйсю не пошёл следом. Силы его были на исходе, и сейчас ему требовался восстановительный сон...
* * *
Нинь И тем временем с любопытством смотрел вслед четырём даосам, исчезнувшим за стенами крепости. Лишь после этого он взглянул на свою ладонь: холодные пальцы, успевшие замерзнуть за время прогулки, снова наполнились теплом после случайного прикосновения к Гу Пэйсю.
В последнее время он постоянно сталкивался с нечистью, и его тело всё чаще становилось ледяным. Нинь И невольно задумался, не связано ли это с той самой тёмной ци Инь, что затаилась внутри него...
Вернувшись к чайной лавке, он тут же попал под обеспокоенный взгляд отца. Нинь Сюйцзин подошёл ближе и негромко спросил:
— Почему ты так долго?
Ле Сюэси внимательно всматривалась в лицо сына, пытаясь уловить хоть малейшие признаки недомогания. Вроде бы на встречу с нечистью не похоже...
Мо Янь смотрела на них с лёгким изумлением. Отлучиться в уборную чуть дольше обычного — неужели есть повод для такой паники? Мальчик давно вырос, к чему такая гиперопека?
Нинь И тепло улыбнулся родителям:
— Всё в порядке. Просто случайно встретил старшекурсника из университета, заболтались.
Нинь Сюйцзин и Ле Сюэси облегчённо перевели дух: слава богу, обошлось без привидений.
— А где твой старшекурсник? Почему не позвал его к нам?
— У него появились дела, он ушёл.
— Ладно, тогда пойдём прогуляемся дальше.
Они успели обойти лишь половину ярмарки. Но оставшуюся часть пути Нинь И рассеянно смотрел по сторонам, то и дело доставая телефон. Его терзали сомнения: стоит ли проявить инициативу и написать старшекурснику, чтобы узнать, как он себя чувствует?
Нинь Сюйцзин внимательно наблюдал за сыном. С тех пор как А И вернулся из укрытия, он не выпускал смартфон из рук. Неужели он ждёт сообщения от кого-то конкретного?
Этот мечтательный взгляд... этот румянец...
«Неужели он ждёт вести от любимого человека?!»
Нинь Сюйцзин едва не поперхнулся от собственной догадки. Его драгоценный сын... влюбился?!
Во время ужина Нинь И наконец набрался храбрости и открыл список контактов. Найдя профиль Гу Пэйсю — с абсолютно чёрной аватаркой и единственным иероглифом «Гу» в имени, — он замер.
С тех пор как они обменялись номерами, они не отправили друг другу ни единой строчки. Вверху экрана всё ещё висело системное уведомление: «Вы добавили пользователя в контакты. Начните общение».
Нинь И закусил губу, набрал несколько фраз, пожевал губу, сомневаясь, затем быстро стёр половину текста. Перечитав получившееся и убедившись, что всё выглядит непринуждённо, он наконец нажал «Отправить».
Едва сообщение ушло, сердце в груди отчаянно заколотилось, а к щекам прилил жар.
Отец, всё это время неустанно следивший за сыном, почувствовал, как его сердце наполняется тихой грустью. Точно! Его мальчик совершенно точно влюбился!
Вы только взгляните!
Просто отправил кому-то короткую строчку — и уже вспыхнул, как маков цвет!
Здесь абсолютно точно кроется тайна!
Дождавшись, пока Мо Янь отойдёт в дамскую комнату, Нинь Сюйцзин склонился к жене и что-то быстро зашептал ей на ухо.
Ле Сюэси изумлённо распахнула красивые глаза и поражённо уставилась на сына. Нинь И, спокойно жующий рис, аж поперхнулся под её пристальным взором.
— Что-то не так? — растерянно спросил он.
Видя, что кроме пылающих щёк сын сохраняет абсолютное спокойствие, Ле Сюэси лишь покачала головой:
— Нет-нет, всё в порядке.
Но несмотря на эти слова, Нинь И отчетливо видел, как родители продолжили о чём-то перешептываться, поглядывая на него.
Нинь И: «...»
Есть ли хоть что-то в этом мире, о чём ему нельзя знать?
Вскоре Мо Янь вернулась за стол, и супруги мгновенно приняли непринуждённый вид.
Нинь И не стал придавать этому значения. Он ещё раз бросил взгляд на молчаливый экран — очевидно, старшекурсник был занят и не мог ответить сразу — и спокойно продолжил ужинать.
* * *
Позже, вернувшись в свой номер в отеле, Нинь И первым делом обновил диалог. Ответа от Гу Пэйсю всё ещё не было. Юноша занёс пальцы над клавиатурой, собираясь написать ещё что-то, но тут же остановил себя и быстро стёр набранные символы.
Лучше просто подождать. Если он начнёт писать слишком часто, старшекурсник может подумать, что он навязчивый и надоедливый...