Сюэ Цзижуй посмотрел на экран телефона, где отобразились только что зачисленные восемнадцать баллов, а затем перевёл взгляд на Гу Пэйсю:
— Небесный наставник Гу, всё-таки я должен вас поблагодарить. Если бы вы с Нинь И не нашли дух Ли Линьлань, я бы ещё долго провозился с этим поручением. Так что, может...
Гу Ниньшань сзади обвила руками шею Сюэ Цзижуя:
— Ни к чему ему отдавать. У него этих баллов и без того куры не клюют, обделишься. Оставь всё себе.
— Сестра Шаньшань, но как же...
— Всё в порядке, я так решила.
После этих слов Гу Пэйсю и Нинь И одновременно перевели взгляд на Гу Ниньшань.
Та сделала вид, будто ничего не заметила, и весело подытожила:
— Ну что, раз уладили, я его забираю!
— Хорошо, сестра Шаньшань, до встречи.
— Покамст! — Она махнула рукой и первой направилась к выходу из участка.
Гу Пэйсю молча последовал за ней. Нинь И коротко кивнул Сюэ Цзижую и тоже пошёл следом.
Вернувшись в холл Общества Дао и Праведности, Гу Ниньшань тепло улыбнулась Нинь И:
— Нинь И, прости, пожалуйста. Мне нужно обсудить с Пэйсю кое-какие важные дела. Может, ты пока вернёшься в университет?
Нинь И вопросительно посмотрел на Гу Пэйсю. Тот как раз повернулся к нему:
— Подожди меня здесь.
На губах Нинь И мгновенно расцвела улыбка:
— Хорошо.
Гу Ниньшань перевела взгляд с одного на другого и изогнула изящную бровь.
«Ого, а тут явно что-то есть».
Раз уж Гу Пэйсю велел парню ждать, Гу Ниньшань не стала уводить брата далеко и направилась к диванчикам в зоне ожидания.
— Слушай, — с ходу включила режим сплетницы Гу Ниньшань, — это случайно не тот младшекурсник, с которым ты переписывался?
— Он, — сдержанно ответил Гу Пэйсю.
— Надо же, братишка, а ты пользуешься успехом! Смотрю, даже парни перед твоим обаянием не могут устоять.
У Гу Пэйсю лишь едва заметно дрогнули ресницы.
Заметив его бесстрастное выражение, Гу Ниньшань усмехнулась:
— Ты правда не заметил? Мальчик-то к тебе неравнодушен. — Она сделала паузу и лукаво добавила: — Я видела, с каким удовольствием ты с ним общался, а теперь вот заставляешь ждать... Признавайся, он тебе тоже симпатичен?
В глубине глаз Гу Пэйсю на мгновение вспыхнул огонёк — настолько стремительно, что Гу Ниньшань не успела его перехватить. Он поджал губы и сменил тему:
— Так о чём ты хотела поговорить?
— Какой же ты сухой, — вздохнула сестра. Решив, что брат попросту не заинтересован в парне, она решила предостеречь: — Если он тебе не нравится, лучше сразу пресечь всё на корню. Мальчик выглядит довольно застенчивым, а если он окажется из тех, кто принимает всё близко к сердцу, потом локти кусать будешь.
Гу Пэйсю остался непреклонен:
— Ближе к делу.
— Фи, — Гу Ниньшань закатила глаза. — Ладно, о деле так о деле. Речь про музей...
* * *
Нинь И устроился в противоположном углу холла. Он то бросал взгляд на Гу Пэйсю, то оглядывался по сторонам, а потом вытащил телефон, чтобы скоротать время.
Он откинулся на спинку кресла и запустил мобильную игру, как вдруг ему на колени запрыгнуло нечто мягкое. Нинь И с удивлением обнаружил перед собой белоснежного кота.
Котёнок казался совсем молодым; его глаза выделялись чарующим бирюзово-голубым оттенком. Стоило Нинь И встретиться с ним взглядом, как питомец тихонько, преласково мяукнул.
Нинь И осторожно погладил его по головке. Белый кот послушно и доверчиво прижался к его ладони, всем видом показывая, как ждёт ласки.
Улыбнувшись, Нинь И стал аккуратно перебирать её шелковистую, ухоженную шерстку. Хотя на ошейнике не висело жетона, было ясно: о зверьке заботятся с большой любовью.
— Ты потерялся? Хочешь, помогу найти твоего хозяина? — тихо спросил Нинь И.
Кошка продолжала ластиться к его руке, больше не издавая ни звука. Нинь И лишь улыбнулся — глупо было рассчитывать, что животное поймёт человеческую речь.
— Пупу, вот ты где! Папочка уже весь дом перевернул, тебя разыскивая! — раздался приятный, мягкий мужской голос.
— Мяу... — лениво отозвался белый кот.
Нинь И поднял голову и увидел видного, статного мужчину. На его лице смешались беспокойство и облегчение, пока он разглядывал любимца у него на коленях.
— А вот и твой хозяин, — Нинь И попытался убрать руку, но Пупу настойчиво уткнулся носом в его ладонь, не желая отпускать.
Чэн Юаньгэн с изумлением наблюдал за тем, как ласково Пупу прижимается к незнакомцу. Оценив ауру парня, он едва заметно удивился:
— Молодой человек, а Пупу, похоже, от тебя без ума.
Нинь И понимал, что обычные люди в Обществе Дао и Праведности не появляются, поэтому вежливо кивнул:
— Здравствуйте. Она...
— Ничего-ничего, пусть посидит, раз ты ему так приглянулся! Всё равно скоро уходишь, так что не отказывай ему в ласке, — с улыбкой возразил Чэн Юаньгэн.
Нинь И смущённо моргнул:
— Хорошо.
Чэн Юаньгэн продолжал внимательно рассматривать Нинь И. От этого пристального взгляда юноше стало немного не по себе:
— Господин, вы...
— Ах, совсем забыл представиться! Меня зовут Чэн Юаньгэн, я папа Пупу.
Раз собеседник назвался, Нинь И вежливо ответил:
— А я — Нинь И.
— Красивое имя. А как ты попал в Общество?
— Меня привёл старшекурсник. Нужно было уладить пару вопросов. Сейчас он вон там, беседует с... сестрой Шаньшань, кажется.
Чэн Юаньгэн взглянул в сторону Гу Ниньшань и Гу Пэйсю и понимающе кивнул:
— А-а, теперь всё ясно.
Нинь И немного помялся, а потом спросил:
— А эта сестра Шаньшань... она сильный даос?
— Ещё бы! Она вообще-то генеральный директор нашего Общества, так что суди сам, — рассмеялся Чэн Юаньгэн, погладив Пупу по ушкам.
Нинь И искренне восхитился:
— Ничего себе...
— В роду Гу вообще слабых не бывает. Один мой старый друг ещё в юности дослужился до Небесного наставника Девятого Сюань, — с лёгкой грустью вздохнул Чэн Юаньгэн.
«Из рода Гу...»
— Сестра Шаньшань тоже из рода Гу?
— Ну конечно. Она же родная сестра твоего старшекурсника. Ты разве не знал?
От этой новости у Нинь И на душе мгновенно посветлело. Улыбнувшись, он произнёс:
— Теперь знаю.
Потом он присмотрелся к Чэн Юаньгэну и добавил:
— Вы тоже выглядите очень молодо.
— Ха-ха, мне вообще-то уже сорок! Какая уж тут молодость!
Нинь И абсолютно искренне возразил:
— Правда, вам ни за что не дашь сорок лет.
Чэн Юаньгэн мягко улыбнулся:
— Ну, те, кто занимается самосовершенствованием, всегда немного отличаются от обычных людей.
Он внимательнее посмотрел на юношу:
— Ты сам-то знаешь о своей особенности?
Нинь И кивнул:
— Да, старшекурсник мне объяснял.
— Я вижу, что на тебе висит плотный след тёмной ци. Похоже, её оставил призрак с очень высокой духовной культурой.
— Верно. Мне уже говорил об этом один мастер.
Чэн Юаньгэн понимающе кивнул.
— Председатель? Вы разве не в музее должны быть? Откуда вы здесь?
К ним подошли Гу Пэйсю и Гу Ниньшань, окончившие разговор. Завидев Чэн Юаньгэна, Гу Ниньшань изумлённо всплеснула руками.
Нинь И удивлённо уставился на собеседника.
«Так он... Председатель?!»
Чэн Юаньгэн виновато улыбнулся:
— Пупу затребовал сушёной рыбки, вот мне и пришлось сгонять с ним домой.
Гу Ниньшань уперлась руками в бока:
— Ну что за детство! Можно же было кого-нибудь послать! А если бы там что-то случилось?!
— Не паникуй, там же Тунтун остался, — отмахнулся Чэн Юаньгэн.
Гу Пэйсю вежливо поприветствовал Чэн Юаньгэна и обратился к Нинь И:
— Нам пора.
— Иду, — отозвался Нинь И и аккуратно пересадил Пупу на руки хозяину.
Кот проявил удивительную смышлёность: поняв, что юноша уходит, он не стал вырываться, а лишь тихонько мурлыкнул. Нинь И ласково провел рукой по его спинке:
— Пока-пока.
Пупу издал мягкое «мяу» и в самый последний момент высунул розоватый язычок, быстро лизнув его палец. Нинь И с улыбкой снова погладил его.
Гу Пэйсю бросил на кошку короткий, потемневший взгляд. Пупу посмотрел на него в ответ и тихо мяукнул.
Чэн Юаньгэн ошарашенно переводил взгляд с питомицы на Нинь И:
— Надо же, она и вправду от тебя в восторге! Я как отец даже ревновать начинаю!
Гу Ниньшань тоже с изумлением разглядывала Нинь И. Пупу всегда отличалась своенравным и гордым характером, а тут вдруг проявляет такую нежность к незнакомцу.
— Мяу-у... — Пупу, будто уловив обиду хозяина, потёрся мордочкой о его ладонь, выражая утешение.
— Какая она смышлёная, — похвалил Нинь И.
— А то! Вся в отца пошла, правда, Пупу? — с гордостью и обожанием произнёс Чэн Юаньгэн и чмокнул кошку в пушистый лоб.
— Мяу-у! — недовольно заверещал кот и принялся излишне усердно тереться мордочкой о куртку Чэн Юаньгэна, явно пытаясь стереть следы хозяйского поцелуя.
Гу Ниньшань откровенно расхохоталась:
— Ха-ха-ха! Да он же от тебя брезгливо отворачивается!
Чэн Юаньгэн изобразил глубокое горе:
— Пупу! Как ты можешь брезговать папиной любовью?!
Гу Ниньшань зашлась от смеха, Нинь И тоже не удержался от улыбки, и даже Гу Пэйсю слегка изогнул губы.
* * *
Поздняя ночь. Небо заволокла непроницаемая тьма: ни единой звёздочки, ни узкого серпа луны. Вокруг царил такой беспросветный мрак, что хоть глаз коли.
По широкой трассе, рассекая ночную тьму яркими лучами фар, мчал большегрузный фургон. Водитель то и дело затяжно зевал, безуспешно борясь с накатывающим сном.
— Завязывай зевать, я же тоже сейчас засну, — проворчал напарник с пассажирского сиденья. Он подпёр голову рукой, уставившись в тёмное окно, и тут же сам сладко зевнул.
— Биологические часы, чтоб их... Ничего сделать не могу.
— Потерпи немного. На следующей стоянке передохнёшь, а я сяду за руль.
— Угу... — шофёр снова зевнул.
«Хе-хе-хе...»
Водитель вздрогнул, и весь сон с него как рукой сняло:
— Ты... ты ничего сейчас не слышал?
Напарник, не отрываясь от экрана смартфона, недоумённо переспросил:
— А что там?
— Смех... Какое-то жуткое хихиканье...
Напарник прислушался:
— Да ну тебя. Нет тут никакого смеха. Глушь кругом, ни души.
«Хе-хе-хе...»
— О-опять! Снова этот смех! — в ужасе выкрикнул шофёр.
— Да где?! Сдурел, что ли?! Перестань жуть нагонять! — напарник вздрогнул от неожиданности. — Смотри на дорогу лучше!
Крик напарника немного привёл шофёра в чувство, но страх не отступил:
— А вдруг... вдруг это из кузова? Из тех...
— Смысл неси! В кузове одни древности из музея! Откуда там взяться чертовщине? — Напарник нахмурился, и всякое желание играть в телефон у него пропало.