Нинь И послушно уселся за стол.
— Да ничего особенного, просто в проходе чуть не столкнулся с одним человеком.
Гу Пэйсю едва заметно вскинул бровь и, скользнув по юноше внимательным взглядом, уточняющим тоном спросил:
— У этого человека случайно не было темных кругов под глазами? Выглядел измотанным, словно давно не высыпался?
Нинь И удивленно округлил глаза. Надо же: старшекурсник даже из комнаты не выходил, а описал незнакомца до мельчайших деталей!
— Точно! — закивал он. — Старшекурсник Гу, как ты догадался?
Поймав его изумленный взгляд, Гу Пэйсю с легкой усмешкой объяснил:
— Ты вышел ненадолго, а вернулся с едва заметным шлейфом призрачной ци. Раз ты принес ее на себе, лишь мельком пройдя мимо, значит, тот человек буквально пропитан нечистой силой. Скорее всего, к нему прицепился призрак.
Нинь И слегка наклонил голову набок:
— И каждый, к кому пристанет нечисть, выглядит вот так?
— Не обязательно, — ответил Гу Пэйсю. — В таком состоянии оказываются те, кого преследуют уже какое-то время. К тому же... — Он посмотрел прямо в глаза Нинь И. — Этот дух явно жаждет мести. Похоже на свежеобращенного злого демона.
Нинь И нервно сглотнул. Злой демон... Хоть бы никогда больше с таким не сталкиваться.
— Злые демоны сильны, — продолжил Гу Пэйсю, — однако, судя по остаточному следу на тебе, этот дух переродился совсем недавно. Особыми способностями он пока не обладает и лишить человека жизни не способен. Разве что донимает жертву да устраивает мелкие пакости, причиняя несерьезные увечья.
— А зачем призракам вообще преследовать обычных людей? — озадаченно спросил Нинь И, ковыряя палочками рис в пиале.
Гу Пэйсю неторопливо взял палочки для еды:
— Если ты о том, почему они липнут к тебе, — все дело в твоей особой тёмной ци. Для нечисти это наивысшее лакомство. Но тебя защищает красный шнур, так что пока опасности нет. К тому же встречаются и такие неупокоенные, как И Янь, — они просто ищут помощи.
Нинь И ненадолго задумался, после чего спросил:
— А к простым людям почему привязываются?
Положив немного закуски в пиалу, Гу Пэйсю ответил:
— За каждым призрачным преследованием почти всегда стоит цепочка причин и следствий, так что судить опрометчиво не стоит. Но в большинстве случаев достаточно развеять одержимость духа, чтобы тот смог уйти на перерождение. Собственно, большинство поручений в нашем Обществе как раз к этому и сводится.
Прикусив кончик палочки, Нинь И пробормотал:
— Значит, И Янь тоже был одержим своей идеей-фикс?
— Верно. Его привязанность частично питалась чувствами к Циньцинь, а частично — ненавистью к Цянь Гаоли, — Гу Пэйсю отложил палочки и сделал глоток воды. — К счастью, мы вмешались вовремя и не дали злобе превратить его в мстительного демона.
— А если бы он всё же превратился в злого демона? Вы бы его просто уничтожили?
Гу Пэйсю качнул головой:
— Зависит от обстоятельств. Месть злобного духа — вещь обыденная. Когда ненависть глубока, а жажда расплаты затмевает разум, призрак неизбежно начинает калечить людей. Первой его жертвой всегда становится обидчик. Если заклятый враг мертв, желание исполнено, а негативная ци рассеялась, дух спокойно отправляется на перерождение. Но если враг сгинул, а слепая злоба осталась, путь к перерождению закрывается. Если удается провести ритуал упокоения — отлично. Если же демон теряет рассудок и начинает сеять смерть вокруг, превращаясь в злого духа, его приходится уничтожать без промедления, пока не пострадали невинные. Впрочем, есть и те, кто просто цепляется за мир живых из неохоты уходить. Такие обычно ведут себя тихо. Продав прореху между мирами, они разве что подшучивают над теми, кто способен их видеть, но вреда не причиняют. — Сделав небольшую паузу, он добавил: — Хотя строить четкие границы нельзя. Даже самый безобидный неупокоенный дух, стоило ему вкусить человеческой крови или осознать несправедливость своей гибели, может мгновенно вспыхнуть яростью и обратиться злым демоном.
Слушая объяснения Гу Пэйсю, Нинь И невольно вспомнил ту маленькую девочку-призрака, с которой столкнулся пару недель назад. Вначале малышка, кажется, даже не понимала, что умерла, и оставалась обычным духом. Но когда всплывшее в его телефоне уведомление открыло ей страшную правду, ее поглотила ярость.
Поделившись этой историей со старшекурсником, Нинь И услышал в ответ спокойное:
— Тогда тебе стоит быть осторожнее.
Рука Нинь И с палочками застыла на полпути ко рту. Он озадаченно уставился на собеседника.
— Если этот маленький демон вновь встретит тебя, он наверняка увяжется следом. Ведь именно ты принес ему весть о смерти и подтолкнул к перерождению в нечисть. Карма уже связала вас.
Нинь И опешил. Кое-как проглотив еду, он возмущенно выдохнул:
— Но оповещение выскочило само! И в чем же тут моя вина?!
Уголки губ Гу Пэйсю чуть приподнялись:
— Разумеется. Телефон был в твоих руках и принадлежит тебе, разве нет?
Нинь И потерял дар речи.
Глядя на сконфуженного юношу, Председатель Гу не удержался от легкой улыбки. Вдруг ужасно захотелось погладить Нинь И по голове. Надавив на этот порыв, он с внешним спокойствием произнес:
— Доедай скорее, а то остынет.
Нинь И вяло кивнул. Блюда, казавшиеся только что невероятно вкусными, мгновенно утратили прежнее очарование.
Глядя на его повисшие уши, Гу Пэйсю почувствовал, будто перед ним и впрямь сидит понурый щенок: опустил мордочку, хвостом не машет — так и подмывает тут же приласкать. Кадык Председателя дернулся, и слова сорвались с губ сами собой:
— Если эта нечисть снова явится к тебе, просто позови меня. Я же обещал, что защищу тебя.
Бархатный, глубокий голос Гу Пэйсю эхом отозвался в сознании Нинь И. Перед глазами всплыли воспоминания о вчерашнем дне, когда его вынудили подписать этот кабальный договор, и настроение мгновенно взмыло вверх. Даже остывающая еда снова показалась аппетитной!
Нинь И закивал, расплывшись в сияющей улыбке, и принялся уплетать рис с удвоенным усердием.
В этот момент он до того напоминал успокоенного пса, готового за капельку ласки вилять хвостом и беспечно подставлять мягкий животик, что Гу Пэйсю пришлось прикрыть поднятые в улыбке губы пиалой с чаем.
А ведь и правда милый.
* * *
Обед прошел на редкость приятно. Кухня в заведении оказалась превосходной: вкусы сбалансированы, а острые блюда — пряные, без лишнего жира — превосходили все, что Нинь И пробовал раньше. Неудивительно, что Председатель Гу так любил бывать здесь.
После трапезы Гу Пэйсю отвез младшекурсника обратно в университет.
Припарковавшись, Нинь И отщелкнул ремень безопасности и уже собирался выходить, как Гу Пэйсю окликнул его.
Нинь И обернулся. Длинные, изящные пальцы Гу Пэйсю метнулись к нему. Не успел юноша и глазом моргнуть, как прохладное прикосновение коснулось его шеи, заставив вздрогнуть.
Не понимая, что затеял Председатель, Нинь И замер от неожиданности. Кожа в месте касания вспыхнула обжигающим жаром, а в грудь мощным потоком ворвалась горячая волна. Сердце заколотилось с такой бешеной скоростью, будто вот-вот выпрыгнет из груди. В ушах оглушительно загрохотал собственный пульс, выбивая из головы любые мысли о происходящем.
Гу Пэйсю цепко поддел пальцем красный шнур на шее парня и начал наполнять артефакт собственной сокровенной ци. Краем глаза он заметил, как судорожно дернулся аккуратный кадык Нинь И.
Кадык у юноши был изящным. Гу Пэйсю не раз видел мужские шеи, но почему-то именно эти плавные линии, аккуратный подбородок и смущенное движение горла показались ему необычайно соблазнительными. Взгляд поднялся выше — на ровных, фарфоровых щеках Нинь И проступил легкий румянец.
Густые ресницы Нинь И затрепетали, словно крылья испуганной бабочки. Темные, влажные глаза беспокойно метались из стороны в сторону, избегая прямого взгляда — вылитый перепуганный щенок.
Взгляд Гу Пэйсю потемнел.
— Чего ты так нервничаешь? — прозвучал его бархатистый, чарующий голос.
Голос старшекурсника заставил Нинь И очнуться, но от волнения он не уловил смысла вопроса и лишь растерянно промолчал.
Гу Пэйсю и не ждал осмысленного ответа. Слегка изгнув губы в едва заметной усмешке, он подался ближе, слегка растягивая слова:
— Я не собираюсь делать с тобой ничего дурного. Или... ты сам на что-то рассчитываешь?
Приблизившись к нему, Председатель заставил Нинь И отпрянуть назад, словно смущенную девицу:
— Н-нет... Ничего я не рассчитываю...
— Не дергайся, — Гу Пэйсю проследил за его движением, слегка подавшись вслед, и разжал пальцы, ладонью мягко обхватив теплую шею юноши.
То ли сказывались последствия недавней атаки демонического огня, то ли дело было в чем-то ином, но Нинь И показалось, будто он сейчас сгорит дотла. Огонь охватил каждую клеточку тела, начиная с той самой точки на шее, которой касалась чужая ладонь.
Он подсознательно попытался отстраниться еще сильнее, но отступать было некуда: спина плотно уперлась в дверцу машины. Юноша весь окаменел, не смея даже вздохнуть.
Искры веселья в глазах Гу Пэйсю вспыхнули ярче.
— В апартаментах я должен был восполнить сокровенную ци в твоем обереге, но из-за твоего падения совсем забыл. Восполняю сейчас.
Услышав это, Нинь И почувствовал, как бешеная скачка сердца замедляется, а жар спадает. Вот только на смену смущению пришла странная, незримая осадочная горечь.
Он опустил глаза, уставившись на носки собственных кед, и едва слышно выронил тихое «угу».
Нинь И так и не поднял головы, а потому не заметил, как потемнели глубокие, словно омут, глаза Председателя.
Дразнить Нинь И оказало на Гу Пэйсю неожиданно умиротворяющее действие. Однако вид насупившегося, будто брошенного юноши отозвался в душе неожиданным уколом досады. Председатель вдруг осознал, что его всегда невозмутимый эмоциональный фон начинает раскачиваться от малейшей перемены в настроении этого мальчишки. И это вряд ли можно было назвать добрым знаком.
Переведя взгляд на оберег, Гу Пэйсю убедился, что шнур, впитавший его сокровенную ци, теперь надежно защитит хозяина от пара-тройки напастей.
— Готово, — произнес он, отпуская шею Нинь И.
Выглянув из-под челки на вновь бесстрастного Гу Пэйсю, Нинь И тихо поблагодарил его, открыл дверцу и вышел. На этот раз он не удрал со всех ног, а побрел к корпусу медленным, задумчивым шагом.
Гу Пэйсю провожал его взглядом, погруженный в глубокие размышления.
Впрочем, предаваться им долго не пришлось — тишину салона нарушила серия настойчивых сигналов уведомления. По частой россыпи звуков можно было не глядя догадаться, кто бомбардирует его сообщениями.
[Вторая сестра]: Третий брат! Третий брат!
[Вторая сестра]: Это просто немыслимо! Настоящее происшествие!
[Вторая сестра]: Тот Огненный демон существует уже больше трехсот лет!!!
[Вторая сестра]: Триста с лишним лет!!!
[Вторая сестра]: Небеса, да как эта тварь сумела скрываться так долго?! И при этом бесследно губить столько народу!
[Вторая сестра]: Триста лет — вроде бы вдвое меньше, чем у Призрачного генерала, но этот демон мог извести сотни душ! Его духовные силы вполне могут не уступать генеральским! Набери побольше талисманов и пилюль для защиты, слышишь?!
[Вторая сестра]: Поездка намечается крайне опасная!
[Вторая сестра]: Место — городок Маньцю в городе М. Я с Небесными наставниками из Общества выезжаю туда первой. Как только разузнаем детали, я сразу свяжусь с тобой. И да, в приложении скоро вывесят задание, обязательно проверь!
Гу Пэйсю нахмурился, бегло прочитав поток восклицаний, и набрал короткий ответ: [Понял.]
Огненный демон с трехсотлетним развитием... Дело принимало скверный оборот. Скорее всего, придется привлекать старейшин.