У Маршала Гу был особый статус, а потому и собственная комната отдыха — из тех, куда посторонним вход строго воспрещён.
Прикоснувшись пальцем к сканеру, он отпер дверь. В тот же миг в помещении зажёгся мягкий свет.
Цинчэнь вошёл внутрь, чувствуя, как ноги утопают в пушистом ковре, и огляделся.
Столик из красного дерева, кожаный диван, сияющая золотом люстра — всё вокруг дышало роскошью.
— Ого! — не удержался от восхищения Цинчэнь. — Ну и условия у тебя, Главный Злодей! Жируешь?
Гу Янь затворил дверь и невозмутимо парировал:
— А разве Розе Империи у нас не полагаются привилегии?
— По сравнению с твоими — всё же жиденько.
Цинчэнь плюхнулся на кожаный диван и с удовольствием прижал к себе мягкую подушку.
Гу Янь сбросил шинель с кителем на спинку кресла, достал из шкафа свежий комплект формы и направился в ванную.
Цинчэнь обнял подушку, подполз поближе к столику и принялся с интересом разглядывать изящный эмалированный сервиз.
Из-за двери ванной донёсся как бы между прочим заданный вопрос:
— Как ваше самочувствие, Учитель Чжу?
— Да порядок. Здоров как бык.
— А в прошлом мире?
— И там без накладок.
В прошлый раз их разбросало по разным землям. И пусть они непрерывно переписывались с помощью почтовых ловчих птиц, до Гу Яня то и дело долетали слухи, будто «Великий воспитатель государства Ся немощен и болен». Он понимал, что это лишь инсценировка, но всё равно тревожился — пока не расспросит лично, душа была не на месте.
— А ты как? — поинтересовался Цинчэнь.
— В полном порядке. — Гу Янь накинул сорочку и приоткрыл дверь ванной, чтобы не перекликаться через стену. — Как продвигается ваше задание, Учитель Чжу?
Цинчэнь гордо выпрямил спину:
— Внедрение в семейство Шэнь прошло успешно! Ныне я состояю в должности репетитора Ши Жаня и вовсю подтягиваю его по предметам. Ждём экзаменов.
— Понятно, — отозвался Гу Янь. — Что до Шэнь Сиупина, в армии у него безупречная репутация. С ходу компромат на него не нарыть.
— Тут остаётся лишь следовать сюжету. Стоит Ши Жаню вырваться из-под его опеки, как этот тип неизбежно начнёт оступаться. Ах да...
Вспомнив нечто важное, Цинчэнь соскочил с дивана и подбежал к ванной.
Гу Янь стоял спиной к нему, перед зеркалом над раковиной. Чуть закинув голову, он застёгивал пуговицы на воротнике, а затем привычным движением затянул галстук.
Опершись о косяк, Цинчэнь смерил взглядом его широкую, статную спину и вполголоса спросил:
— У тебя есть меха? Вроде учебной или базовой модели, чтобы дать моему ученику набить руку? Он ведь к ним даже не прикасался.
— Есть, — отрезал Гу Янь, не отвлекаясь от галстука. — Я застрял в ней, как только переместился сюда.
Цинчэнь озадаченно моргнул:
— Чего?
— Местные как раз вели бой, когда я очнулся, — тем же ровным тоном продолжил Гу Янь. — Ничего сложного. Бегло пролистал инструкцию и сразу разобрался с управлением.
— Ты впервые сел за штурвал прямо посреди битвы?! — Цинчэнь уставился на него с немым шоком. — Прочитал мануал, с ходу рванул в бой — и ещё и победил?!
— Ну да. Война везде одинакова — что в древности, что в современности, что в будущем. — Гу Янь набросил китель. — Не пойму только, с чего это местные уже не первое столетие возятся с какой-то мошкарой.
В его голосе не было насмешки — лишь искреннее недоумение.
Цинчэнь за его спиной молча поднял большой палец.
Вот уж действительно — Главный Злодей! Настоящий монстр.
Цинчэнь вдруг остро ощутил, какое же это благо — каждый раз просыпаться в мягкой постели. Окажись он, как Гу Янь, прямо на поле боя, да ещё и против роя жуков, он бы носился по кабине с дикими воплями.
Цинчэнь с надеждой уставился на собеседника:
— И когда можно устроить моему ученику тренировку?
— Да хоть сейчас, — ответил Гу Янь. — Надумаешь — дай знать.
— Ура!
Самая сложная проблема разрешилась сама собой!
Пока Маршал приводил себя в порядок, они накидывали идеи и обменивались имеющейся информацией.
Гу Янь отцеплял от испачканного мундира золотые ордена и прикалывал их к свежей форме.
Цинчэнь, прислонившись к дверному косяку, вертел в руках свой аккуратный галстук-бабочку и как бы между прочим поинтересовался:
— Кстати, ты разгадал логику этого мира? Я всю голову сломал: кроме тебя, маршала, тут вообще есть другие правители? Или ты здесь главный и самый авторитетный?
— В этом мире объявлена всеобщая мобилизация, — пояснил Гу Янь. — Так что Маршал — это одновременно и высший воинский чин, и верховный лидер.
Цинчэнь озабоченно прищурился:
— Вот как?
Похоже, в этом технологичном будущем развивалась лишь военная сфера, а социальные институты и культура застыли на месте — или вовсе деградировали.
Гу Янь, словно прочитав его мысли, добавил:
— Среди гражданских хватает недовольных. Они уже сплотились в подпольную организацию — нечто вроде повстанческого движения.
— Серьёзно? — Глаза Цинчэня блеснули, он даже выпрямился. — Ну вот, это другое дело! Что за общество без бунтарей!
— Угу, — кивнул Гу Янь. — Я видел отчёты местной разведки. Впрочем, пока они не представляют угрозы, так что карательные отряды я посылать не стал. Пусть пока подрастут.
Цинчэнь подскочил ближе и поднял руку:
— Слушай, пусть они пока слабоваты, но если мы с тобой к ним примкнём...
Гу Янь обернулся и посмотрел на него с изрядной долей скепсиса:
— Роза Империи и Маршал Империи... вступят в ряды мятежников?
— Э-э... — Цинчэнь мгновенно остыл и смущённо опустил руку. — М-да, звучит бредово.
Повстанцы едва вставали на ноги. Называть их «незрелыми» было бы мягко сказано. Имперский порядок, каким бы гнилым он ни был, пока удерживал систему от краха, давая оппозиции время набрать силу.
Если две ключевые фигуры государства внезапно перейдут на сторону бунтарей, то не только подпольщики развалятся под такой тяжестью, но и вся Империя погрузится в хаос. А учитывая внешнюю угрозу в лице инсектидов, их на следующий же день просто сожрёт рой.
Цинчэнь вздохнул:
— Похоже, свержение режима придётся отложить для следующих поколений. Нам суждено сыграть роль заскорузлых имперских символов, которых в конце концов сбросят с пьедестала.
Гу Янь усмехнулся:
— А разве плохо? Нам с тобой не привыкать играть злодеев.
— И то правда...
Они и впрямь в каждом мире оказывались на стороне «плохих парней».
Немного подумав, Цинчэнь добавил:
— В открытую примкнуть не выйдет, но можно исподтишка помогать им ресурсами. Только без фанатизма: мятежники, не закалённые в боях, никогда не станут настоящей силой.
— Пусть полагаются на себя, — Гу Янь снял со вешалки шинель и набросил на плечи. — Если они не способны одолеть даже меня, какой из них нафиг заговор?
Цинчэнь посмотрел на него со всей серьёзностью:
— Ну, ты-то вообще финальный Босс, у которого не снимаются хитпоинты!
(Пока они ехали сюда, Цинчэнь весь день проиграл в приставку Ши Жаня.)
— А Учитель Чжу тогда кто? — улыбнулся Гу Янь.
— Хм... — Цинчэнь задумчиво уставился в потолок. — Я — секретный Босс. И если меня «завалят», финальный Босс моментально впадает в режим ярости, а его урон и здоровье взлетают в сотни раз!
Цинчэнь склонил голову набок:
— Логично?
Гу Янь замер на секунду и уверенно кивнул:
— Логично.
Они сошлись на том, что подполью нужно дать время набрать силу, а самим пока удерживать порядок в Империи, не вмешиваясь без нужды.
— Пойдём, — Гу Янь взглянул на часы. — Мы и так задерживаемся.
Они вышли из комнаты отдыха. Не успели пройти и пары шагов, как Гу Янь резко остановился:
— Я кое-что забыл.
Цинчэнь обернулся:
— М?
— Очень важное дело.
— Что такое?
— Неотложное!
— Да говори уже, не томи! — вздохнул Цинчэнь.
Гу Янь остановился под сводами галереи и на полном серьёзе уставился на собеседника:
— На сегодняшнем банкете мне предстоит открывать финальный танец. У меня нет партнерши, и я абсолютно не умею танцевать.
Цинчэнь округлил глаза:
— И всё?! И ради этого ты полчаса крутился перед зеркалом, наглаживая перышки? Тебе что, не подобрали пару?
— Нет. Все были уверены, что я найду её сам, — Гу Янь уставился на него умоляющим взглядом. — Как правитель государства, я буду под прицелом всех камер. Если я опозорюсь на паркете, завтра все газеты будут пестрить насмешками.
— Ну и опозорься, велико дело! Ты же всё равно отрицательный персонаж.
— Но это позор для всей Империи!
— Да и государство, прямо скажем, так себе.
Цинчэнь не выдержал и прыснул.
Он стоял на верхней ступенчатой площадке, а Гу Янь поднялся на ступень ниже и подал ему руку, слегка наклонившись:
— Учитель Чжу, не окажете ли честь стать моим партнёром?
— Чтобы опозориться вдвоём? — с подвохом переспросил Цинчэнь.
Гу Янь с лёгкой иронией повторил его же слова:
— Всё равно мы оба не самые святые люди. Одним позором больше, одним меньше.
Не дав Цинчэню возразить, Гу Янь перехватил его ладонь и аккуратно потянул с лестницы.
Удерживая его руку, он отступил назад, увлекая Цинчэня за собой по гравийной дорожке к изящной беседке в европейском стиле. По обе стороны от тропинки пышно цвёл розовый сад.
— А ты вообще танцевать-то умеешь? — поднимая голову, усомнился Цинчэнь.
Гу Янь качнул головой:
— Ни капли.
— Так кто нас учить будет?
— Я! Я! Я! — из кустов роз внезапно вынырнула Система Злодея. — Я научу!
Цинчэнь обернулся и увидел, как его собственная Система восседает на перилах галереи, высоко подняв экран с тоскливым мемом.
Она явно дулась.
— Тун-тун! — окликнул её Цинчэнь. — Ты что, не поможешь мне? Воон у Главного Злодея система какая отзывчивая!
— Иду-иду! — Система тут же свернула экран и подлетела к ним. — Подумаешь, танец! Сейчас всё сделаем!
В беседке закипела учеба. Обе Системы уселись на кованую люстру под крышей, изображая два светящихся шарика.
В банкетном зале царил шум и яркий свет, льющийся из высоких окон на цветочные клумбы. Воздух густел от благоухания роз.
В садике же стояла тишина, нарушаемая лишь шорохом шагов да тихими охами Гу Яня, когда Цинчэнь в очередной раз наступал ему на ногу, за чем тут же следовали торопливые извинения.
— В этой Империи даже сапоги делать не умеют, — вполголоса ворчал Гу Янь. — Пара шагов — и обуви конец.
— Вот-вот! — с самым серьёзным видом поддакивал Цинчэнь. — Вся вина на сапожниках!
Вскоре они поймали общий ритм, и движения стали вполне сносными.
Вдруг Гу Янь как бы между прочим спросил:
— Как думаешь, Розе Империи стоит выйти замуж за Маршала?
— А? — Цинчэнь от неожиданности едва не поперхнулся. — Замуж?
Система Цинчэня мгновенно взвилась:
— Ах ты паршивец! Совсем страх потерял?!
Она уже собралась пикировать вниз, но Система Злодея сработала на опережение и сходу скрутила её.
Свадьба двух Главных Злодеев — да это же идеальный шип! Не смей портить кадр!
Цинчэнь быстро сообразил:
— Ты намекаешь, что официальный брак облегчит мне выполнение задания?
— Ну да, — Гу Янь опустил взгляд и вовремя отступил на шаг, спасая ногу от очередного удара. — Статус Омег в этом обществе оставляет желать лучшего. Без высокого положения тебе будет тяжело действовать.
— Хм... — Цинчэнь задумчиво прикусил губу. — В этом есть смысл.
Гу Янь прокашлялся:
— То есть ты согласен?
— Вроде да, — протянул Цинчэнь.
Гу Янь нахмурился:
— Или всё-таки нет?
— И да, и нет, — завел Цинчэнь словесную карусель.
Разумеется, он понимал: в этих реалиях союз с Маршалом открыл бы перед ним любые двери. Больше власти — больше свободы рук.
Но... всё же...
Цинчэнь невольно опустил голову, уткнувшись лбом прямо в золотые ордена на груди Гу Яня.
Когда Маршал заговорил, глухая вибрация его грудной клетки отозвалась в лбу Цинчэня:
— Так каков твой окончательный ответ?
Цинчэнь помедлил:
— Свадьба — это чересчур. А вот пустить слух о бурном романе... вполне можно.
Гу Янь кивнул:
— Понял.
— И ещё кое-что. Я бы хотел кое-что обсудить с господином Маршалом.
— Слушаю.
За разговором они повторили еще пару па и решили, что пора возвращаться.
Гу Янь предложил руку, Цинчэнь с улыбкой принял её, и они вместе направились к банкетному залу.
Как раз в этот момент оркестр заиграл вступительные аккорды.
Гости расступились, освобождая центр зала. Гу Янь слегка наклонился, подавая руку, и Цинчэнь вложил в неё свою ладонь.
Под чарующие звуки рояля они кружились по мраморному паркету, поддерживая друг друга.
Яркий свет хрустальных люстр заливал зал, превращая происходящее в сказочный сон.
* * *
К полуночи торжество подошло к концу.
Гости раскланивались, собираясь разъезжаться.
Лишь Цинчэнь с легким румянцем на щеках сидел на диване, подперев голову рукой.
Собрался кружок знакомых аристократов, кто-то со смешком поинтересовался:
— Господин Чжу, неужели вы перебрали?
— Да уж, — пробормотал Цинчэнь. — Закружился с Маршалом в танце... голова кругом.
— Вы же на машине? Эй, скажите слугам, пусть кликнут водителя с парковки!
Ши Жань торопливо подошёл и наклонился к нему:
— Учитель? Вам плохо?
Только присутствующие собрались организовать отправку Цинчэня домой, как из толпы донёсся ледяной голос Гу Яня:
— Зачем гонять человека в таком состоянии? В резиденции полно комнат отдыха, пусть остаётся на ночь.
Раз сам Маршал распорядился, спорить никто не дерзнул — гости лишь поклонились и расступились.
Но Ши Жань замялся.
Учитель — Омега, Маршал — Альфа. Как он может бросить наставника в таком положении?
Пусть даже Учитель упоминал, что они «близки», но сейчас-то он нетрезв! Вдруг он вовсе не хочет оставаться?
Юноша решительно заслонил собой Цинчэня:
— Ваше Превосходительство, мы пришли вместе, так что я сам доставлю Учителя...
Договорить он не успел — кто-то слегка потянул его за рукав. Ши Жань обернулся и встретил абсолютно чистый, ясный взгляд Цинчэня.
В его глазах не было ни капли хмеля, хотя голос звучал заплетающимся шепотом:
— Молодой господин Ши, не волнуйтесь... Езжайте домой, а я пережду ночь здесь...
Ши Жань мгновенно всё понял: опять хитроумный план Учителя.
Убедившись, что Цинчэню ничего не угрожает, он кивнул:
— Хорошо, Учитель.
Гу Янь подхватил «пьяного» Цинчэня под руки. Тот самозабвенно вошёл в роль: капризничал, спотыкался и тихонько кряхтел, как настоящий выпивоха.
Официанты бросились было на помощь, но Гу Янь просто подхватил Цинчэня за бедра и легко взвалил себе на спину.
Цинчэнь едва не вывалился из образа от неожиданности и чуть не спрыгнул наземь.
Но Гу Янь крепко зафиксировал его ноги и кивнул слугам:
— Показывайте дорогу и помогите обустроиться господину Чжу.
— Слушаемся.
Оба официанта были Бетами, так что никаких накладок не предвиделось.
Убедившись, что инцидент исчерпан, гости окончательно разошлись.
Гу Янь пронёс Цинчэня по коридору и внес в новые покои.
Опустив его на кровать, Маршал снял с него обувь и китель, после чего взялся за влажное полотенце и безжалостно прошёлся по лицу Цинчэня.
Слуги принесли отрезвляющий отвар и зажгли аромакурильницу.
Закончив с приготовлениями, Гу Янь вместе с официантами удалился в соседние апартаменты.
Как только дверь за ними закрылась, Цинчэнь сел на кровати и принялся потирать горящие щеки:
— Ну и дикарь! Чуть кожу мне не содрал!
Система хмыкнула:
— А нечего было изображать пьяную комедию.
— У меня не было выбора!
— Какого выбора, Чэньчэнь? Зачем нужно было притворяться и оставаться здесь?
— Завтра поймёшь.
Цинчэнь пригубил отвар, взял с тумбочки коммуникатор и стал пролистывать ленту.
На банкете присутствовали не только аристократы, но и аккредитованная пресса — исключительно проверенные имперские журналисты. Лента пестрела правительственными заголовками:
[Речь Маршала на праздничном банкете]
[Маршал выражает благодарность гражданам Империи]
[Торжественный тост от главнокомандующего]
Но среди официальщины проскальзывали и куда более интересные заметки:
[Маршал и Роза]
[ «Добрый вечер, моя маленькая роза!»]
[Роза Империи облила Маршала вином]
[Финальный танец Маршала и Розы]
[Идеальная пара: Маршал и Роза Империи]
Именно этого они и добивались.
Шумная любовная интрига — отличный громоотвод.
Пока общественность смакует подробности их «романа», им будет куда проще прокручивать свои делишки.
И всё же, глядя на этот информационный шторм, Цинчэнь чувствовал, как к щекам приливает краска.
Он не удержался и развернул комментарии под статьями.
* «Боже, какая пара! Шипперю изо всех сил!»*
* «Взгляд Маршала на Розу... там явно не просто уважение!»*
* «Самый завидный Альфа и самый желанный Омега вместе? Прощайте, мои мечты!»*
Система заглянула через плечо и восхищённо ахнула:
— Чэньчэнь, поздравляю! После «взрыва в банкетном зале» ты заслужил ачивку «Взрыв всей Империи»!
— Замолчи... — Цинчэнь от смущения сжал пальцами простыню так, что ткань пошла складками.
— Чэньчэнь, вы же теперь главная пара страны!
— Да тише ты!..
Цинчэнь заблокировал экран, сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться...
Нет, бесполезно! Сердце колотилось как бешеное!
Он снова активировал коммуникатор и набрал сообщение Гу Яню:
«Главный Злодей, даже если нам нужен пиар, не обязательно же забивать всю ленту...»
Нет, слишком мягко. Цинчэнь переписал:
«Господин Маршал, вам не кажется, что новостей слишкой много?»
Тоже не то, он не поймёт намека.
«Гу Янь, убери пару строчек из трендов!»
Вот так в самый раз.
Закончить мысль он не успел — от Гу Яня пришло входящее:
* «Доброй ночи, моя роза из новостей.»*
И следом — несколько скриншотов с комментариями:
* «Смотри, как за нас рада публика!»*
Этот бесстыдник явно ни капли не смущался!
Цинчэнь отправил ему многоточие, выключил гаджет и отбросил его на тумбочку.
Завернувшись в одеяло, Цинчэнь зажмурился, заставляя себя уйти в сон и не думать о глупостях. В это же время Гу Янь с довольной ухмылкой перелистывал комментарии в сети, не скрывая торжествующей улыбки.
Молодцы! Отлично пишут! Надо будет выписать редакции премию!
* * *
Утреннее солнце осветило комнату.
Цинчэня разбудил оглушительный сигнал Системы. Он недовольно простонал, перевернулся на живот и уткнулся лицом в подушку.
— Я сейчас сдохну от усталости... Вчера заснул под утро, дай ещё поваляться.
— Но уже половина девятого! — напомнила Система. — Ты разве не должен идти на урок к Ши Жаню?
— Подожди немного, — промямлил Цинчэнь. — Всё под контролем.
Раз уж он так уверен, Система решила не лезть под руку и молча ждала дальнейших указаний.
Вскоре коммуникатор на тумбочке подал сигнал.
Цинчэнь мгновенно открыл глаза и снял трубку:
— Слушаю.
— Господин Чжу, это Шэнь Сиупин.
— Генерал Шэнь, — с легким зевком отозвался Цинчэнь. — Простите, проспал.
Шэнь Сиупин сдержанно усмехнулся:
— Ничего страшного, вчерашний прием затянулся. Я передам Ши Жаню, что сегодня утренних занятий не...
— Пусть лучше приедет ко мне, — перебил его Цинчэнь. — Я всё еще у Маршала, пусть занимается здесь.
— Э-э...
Цинчэнь намеренно затягивал время, поджидая этого звонка. Именно ради этого он и остался в резиденции — чтобы без лишних вопросов перенести место учебы.
Учитель вчера перебрал, так почему бы ученику не приехать к нему самому? Не гонять же нездорового наставника через весь город?
Не давая Шэнь Сиупину опомниться, Цинчэнь добавил:
— Маршал редко бывает в столице, а после обеда у нас свидание. Так что на Ши Жаня у меня есть всего час. Пусть поторопится, времени в обрез.
С этими словами Цинчэнь отключил связь. В таких делах главное — бить наверняка, не оставляя противнику времени на размышления.
Его тон звучал пренебрежительно и дерзко — будто у него нет никакого желания вести уроки, а хочется лишь поскорее сбежать к влиятельному жениху.
У Шэнь Сиупина даже поводов для подозрений не возникло.
Цинчэнь сбросил одеяло, за пять минут привел себя в порядок и вышел из комнаты.
В тот же миг из соседних дверей появился Гу Янь.
Цинчэнь мгновенно напустил на себя деловой вид:
— Время уходит. Мне нужно посадить парня за штурвал мехи за этот час.
— Десяти минут хватит, — ровно отозвался Гу Янь. — Я сам освоился за десять. — Он замялся на секунду и добавил: — А мы правда пойдём во второй половине дня на свидание?
Цинчэнь упёр руки в бока и забавно сдвинул брови:
— O-o!