— Учитель… неужели я… я тоже могу стать спасителем мира? — Лу Наньсин в изумлении уставился на Чжу Цинчэня.
Чжу Цинчэнь ответил спокойным, уверенным кивком:
— Разумеется. Если уж такой человек, как Сюй Фантин, претендует на роль спасителя, почему ты не можешь им стать?
— Но ведь мой уровень совершенствования намного ниже его…
— Сила — дело наживное. А вот по крепости духа и чистоте помыслов ты превосходишь его в сотни, в тысячи раз.
Услышав эти слова, Лу Наньсин вдруг всхлипнул, глаза его мгновенно покраснели.
— Учитель, вы… вы правда так думаете?
— Конечно.
— Мне ещё никто и никогда такого не говорил. Все вокруг твердили, будто я лишь жадный торгаш, умеющий только сбивать цену. Я вырос у самого подножия горы Сюаньтянь, но не перенял у их благородных адептов ни единой добродетели…
— Чушь собачья, — отрезал Чжу Цинчэнь. — Поменяйся вы местами, неизвестно ещё, поступили бы они лучше тебя. Вся эта история лишь доказывает, что ради собственной выгоды они готовы пойти на любую гнусность. Ты гнул спину и крутился как мог ради выживания, но делал это честно, торгуя без обмана. Они же, не ведая нужды в еде и одежде, погрязли в грязи ради гордыни и чинов. И кто из вас после этого благороден? Зачем тебе брать с них пример? Ни к чему это.
— Спасибо, Учитель, — Лу Наньсин торопливо вытер глаза рукавом, не желая показывать слабость, поклонился и побежал обратно на поляну.
Его утренний урок ещё не закончился.
«Твой ученик умывается слезами и ожесточённо машет мечом», — подала голос Система.
«Слёзы — неизбежная плата за взросление», — спокойно отозвался Чжу Цинчэнь.
Он вытянул руку, призывая клинок, и отыскал уединённый бамбуковый гай, чтобы тоже немного размяться.
«Надо же, — с одобрением заметила Система. — Попал в другой мир и вдруг воспылал трудолюбием. А ведь в прошлом мире ты целыми днями валялся на диване, трескал чипсы и смотрел мультики. Меня от одного вида твоего безделья тошнило».
«Моя собственная речь меня немного воодушевила, — признался Чжу Цинчэнь, рассекая воздух. — Лучше немного потренироваться. Собственные навыки — надежнейшая опора».
«Превосходно! В тебе наконец проклюнулось величие Бессмертного почтенного. Продолжай в том же духе!»
«А я смогу потом выпить баббл-ти с шариками тапиоки?»
«Что-что? — Системе показалось, что у неё сбоит слух. — Что ты сказал?»
«Чай с молоком и шариками!»
«Никакого чая! Живо тренируйся!»
Чжу Цинчэнь взмахнул мечом — со свистом рухнула целая бамбуковая рощица:
«Чай с молоком! Хочу баббл-ти с жемчужинами!»
От грохота падающих стволов Система отшатнулась:
«Ладно, ладно! Сварю я тебе этот чай! Хоть процессор расплавится, а сделаю!»
Чжу Цинчэнь с облегчением выдохнул, сложил левой рукой ритуальный знак и плавно убрал меч в ножны.
Мир культиваторов просто прекрасен. Пять звёзд из пяти. Обязательно нужно приехать ещё.
* * *
Ученики школы Сюаньтянь угомонились лишь на пару дней. Отказаться от такой влиятельной фигуры, как Бессмертный почтенный Юйцин, у них не хватало духу, а потому они ежедневно появлялись у деревни Луцзя. Сюй Фантин и Шэнь Минчжу изо всех сил изображали смирение и ходили сюда как на службу.
Чжу Цинчэню до смерти надоела эта назойливость, и он уводил Лу Наньсина глубоко в горы. Единственным плюсом было то, что мальчишка оказался неимоверно усердным: где бы они ни находились, он впитывал знания и совершенствовал мастерство с поразительной скоростью.
И вот однажды вечером, возвращаясь из горной чащи, Чжу Цинчэнь вновь заметил у въезда в деревню две знакомые фигуры.
Шэнь Минчжу, устав стоять, капризно проныл:
— Старший брат, я больше не хочу это золотое ядро! Не хочу ни о чём просить Бессмертного почтенного Юйцина, я ужасно устал!
Сюй Фантин строго обрезал:
— Потерпи! Это лишь испытание, устроенное нам Бессмертным почтенным. Поставишь себя с лучшей стороны — и он возьмёт нас в ученики!
Чжу Цинчэнь, стоявший неподалёку, мысленно поперхнулся:
«Испытание? Какое ещё испытание? Я вообще не собирался брать вас в ученики, откуда эта самонадеянность?»
Шэнь Минчжу между тем пробормотал:
— Разве Учитель не подбирает для меня подходящую кандидатуру среди бродячих заклинателей? Вот дождутся, пока кто-нибудь из них сформирует золотое ядро, выберут лучшее, пересадят мне — и делу конец…
— Замолчи! — резко оборвал его Сюй Фантин, оглядываясь. — Школа принимает бродячих заклинателей исключительно из милосердия и чувства долга! Что за ахинею ты несёшь?!
Шэнь Минчжу испуганно прикрыл рот ладонью:
— Я понял, понял…
В тени деревьев Чжу Цинчэнь сложил руки на груди, взгляд его стал ледяным.
Похоже, в Сюаньтянь и ухом не повели после его предупреждений. Раз Лу Наньсин выскочил из предначертанной ему коварной ловушки и не собирался отдавать своё ядро, они просто нашли новую жертву — привлекли сторонних заклинателей-одиночек, скармливая им те же сказки, что и Лу Наньсину, чтобы в нужный момент вырезать готовое ядро. И пока перед Чжу Цинчэнем они разыгрывали спектакль полного благородства, за спиной вершились подобные гнусности.
Отвратительно.
Лу Наньсин не слышал всего разговора, но почувствовал перемену в настроении Наставника и тревожно взглянул на него. Чжу Цинчэнь приложил палец к губам:
— Тсс.
По счастью, Сюй Фантин и Шэнь Минчжу были слишком увлечены спором и ничего не заметили. Задержавшись ещё на мгновение, Чжу Цинчэнь с умиротворённым видом вышел из тени вместе с учеником.
Завидев Юйцина, Сюй Фантин повеселел и торопливо увлёк за собой Шэнь Минчжу, склоняясь в глубоком поклоне:
— Приветствуем Бессмертного почтенного!
Чжу Цинчэнь со спокойным видом прошёл мимо, бросив короткое:
— М-м.
Сюй Фантин упрямо заговорил вслед:
— Почтенный, наши намерения чисты. Молим вас о снисхождении…
Он уже приготовился к тому, что Юйцин снова проигнорирует его, как делал все эти дни. Однако на этот раз Бессмертный почтенный остановился.
Сюй Фантин встрепенулся и вскинул голову.
— Сколько дней вы торчите у въезда? — равнодушно спросил Чжу Цинчэнь.
— Отвечая на вопрос Почтенного: мы с Минчжу ждём здесь уже пять дней!
— Что ж… — Чжу Цинчэнь сделал паузу. — Вы выдержали проверку.
Лицо Сюй Фантина просияло:
— Бессмертный почтенный, вы согласны?!
— В ученики я вас не возьму — вы уже состоите при Главе школы, мне не следует нарушать субординацию.
— Но мы жаждем хотя бы ваших наставлений! — не растерялся Сюй Фантин.
Для него это было даже к лучшему: не придётся менять учителя и навлекать на себя сплетни, но выгоду от уроков великого мастера он всё равно получит.
Угадав его мысли, Чжу Цинчэнь тонко улыбнулся:
— Ступайте в свою обитель и перепишите для меня «Заклинание Очищения Сердца» сто раз. Как закончите — придёте снова.
— Слушаемся! — с готовностью воскликнул Сюй Фантин.
— И дабы не тратить время на дорогу, мы с Наньсином на время переберемся в школу Сюаньтянь. Позаботьтесь о нашем проживании.
Неужели удача так улыбнулась им?!
— Разумеется! Мы с Минчжу тотчас вернёмся и приготовим лучшие покои!
— Ступайте, — кивнул Чжу Цинчэнь.
Сюй Фантин и Шэнь Минчжу снова согнулись в поклоне и вне себя от радости помчались наверх.
Чжу Цинчэнь повернулся к ученику. Лу Наньсин смотрел на него с нескрываемой обидой:
— Учитель… Зачем вы их приняли? Вы же сами говорили, что у них дурные помыслы!
— Я сделал это не ради них, а ради тех бродячих заклинателей, которых приютила Сюаньтянь, — объяснил Чжу Цинчэнь. — У руководства школы явно нечистые замыслы, и нам нужно разнюхать всё на месте.
Лу Наньсин надул губы, но спорить не стал:
— Хорошо…
— В ученики я их не брал, это просто игра на публику, — Чжу Цинчэнь потрепал его по плечу. — Ты — мой единственный…
Он осёкся. Стоп, не единственный же! В прошлых мирах тоже кто-то был.
Чжу Цинчэнь поправился:
— Ты — мой самый умный…
Хотя насчёт «самого умного» тоже можно было поспорить.
— Ты мой самый… — он на секунду задумался, подбирая точное слово.
Лу Наньсин вытаращил глаза:
— Учитель?!
Неужели так трудно сказать что-то хорошее?!
Чжу Цинчэнь с самым серьёзным видом произнёс:
— Ты мой самый искусный ученик по части жарки мяса!
Лу Наньсин: «???»
— Не переживай, — ободряюще хлопая его по плечу, добавил Учитель. — В ученики я тех двоих точно не возьму.
«Ты самый настоящий коварный соблазнитель из всех, с кем я работала. Чжачжа-Чэнь!» — тихо пробурчала Система.
* * *
На следующее утро Сюй Фантин и Шэнь Минчжу принесли с собой аккуратные стопки — ровно двести переписанных свитков «Заклинания Очищения Сердца».
Чжу Цинчэнь восседал во главе стола, неспешно листая принесённое. Лу Наньсин с деревянным мечом за спиной стоял подле него, выпрямившись как натянутая струна — словно верный сторожевой пёс.
Несмотря на то что почерк в рукописях слегка различался, опытный глаз бывшего преподавателя сразу определил: всю работу выполнил один человек.
Чжу Цинчэнь поднял взгляд на Сюй Фантина. Надо же, как торопился.
— Почтенный, — Сюй Фантин склонил голову, — вернувшись вчера, мы незамедлительно принялись за переписывание священных текстов и подготовку покоев. Всё готово к вашему прибытию.
Чжу Цинчэнь отложил стопку бумаги и поднялся:
— Что ж, идём. Но запомните: я наставляю людей лишь по велению сердца. Кого захочу — того и обучу.
— Разумеется!
Сюй Фантин с глубочайшим почтением вывел Чжу Цинчэня во двор. Там их уже поджидала процессия адептов.
Ещё накануне Чжу Цинчэнь предупредил старосту деревни о своём отбытии. Староста, пусть и не понимал истинных причин, строжайше наказал Лу Наньсину служить Бессмертному почтенному верой и правдой и не создавать хлопот. Теперь же жители деревни высыпали на улицу, чтобы проводить гостя.
— Счастливого пути, Бессмертный почтенный!
— Не стоит церемоний. Благодарю за гостеприимство, — мягко ответил Чжу Цинчэнь. — Если случится беда, вы всегда можете обратиться ко мне.
— Что вы, что вы, не смеем беспокоить!
Попрощавшись с крестьянами, Чжу Цинчэнь взмахом рукава призвал белоснежного журавля и вместе с Лу Наньсином взмыл в небеса. Ученики Сюаньтянь последовали за ними на мечах.
У главных ворот школы их встретили Глава и старейшины.
— Почтенный всё же решил нанести нам визит, — промолвил Глава, отвесив формальный поклон.
— Угу, — кратко уронил Чжу Цинчэнь.
Глава поравнялся с ним и, слегка понизив голос, со скрытой иронией произнёс:
— Вы неустанно печётесь о благе этого мира и лично прибыли наставить Фантина.
Смысл подтекста был ясен: сколько бы Бессмертный почтенный ни воротил нос от Сюаньтянь, будущий спаситель мира выйдет именно из их обители, так что учить его всё равно придётся.
Чжу Цинчэнь лишь сдержанно усмехнулся в ответ, бросив взгляд на группу бродячих заклинателей, стоявших неподалёку. Их пёстрые наряды резко выделялись на фоне белоснежных одеяний учеников школы.
— Эти бродячие заклинатели попали в беду неподалёку, — поспешил объяснить Глава. — Наши люди спасли их и приставили к делу.
— Вот как, — Чжу Цинчэнь кивнул путникам.
Сюй Фантин, опасаясь лишних вопросов, вмешался:
— Почтенный, позвольте проводить вас в покои.
— Веди.
Школа Сюаньтянь изо всех сил пыталась произвести впечатление: для гостей освободили главный дворец на центральном пике, где обычно располагался сам Глава. Чжу Цинчэнь спорить не стал и принял предложение.
Расположившись в главных палатах и отослав лишних слуг, Чжу Цинчэнь встретил вопросительные взгляды Сюй Фантина и Шэнь Минчжу. Достав два трактата с фехтовальными техниками, он бросил их ученикам:
— Занимайтесь. Пока не заучите до автоматизма, ко мне не приходите.
Оба не скрыли разочарования. Шэнь Минчжу хотел было возразить, но, увидев, что Бессмертный почтенный смежил очи, покорно удалился вслед за старшим братом.
Выйдя за порог, Шэнь Минчжу разразился желчным шепотом:
— Брат! Он ведь знает, что мои каналы повреждены, и всё равно заставляет вырисовывать выпады! Это же издевательство! Будь он так силен, как о нём говорят, мог бы просто выдать мне готовое золотое ядро!
— Заткнись! — процедил Сюй Фантин, хотя в душе был абсолютно согласен с младшим. Если Юйцин так всемогущ, почему бы просто не помочь ему пробить барьер культивации?
На самом деле предложенные Чжу Цинчэнем руководства были весьма ценными, и при должной усидчивости принесли бы немалую пользу. Вопрос заключался лишь в том, хватит ли у них терпения.
Тем временем в зале Чжу Цинчэнь взглянул на Лу Наньсина, который провожал ушедших жадным взглядом.
Учитель покашлял в кулак.
— Что прикажете, Учитель? — спохватился Лу Наньсин.
— Через некоторое время пройдись по территории под предлогом поиска еды для меня. Поговори с теми бродячими заклинателями и узнай об их положении. У меня есть подозрение, что Сюаньтянь приютила их не из милосердия.
— Будет исполнено!
— И вот, держи, — Чжу Цинчэнь достал из рукава ещё один свиток. — Твой экземпляр. Изучишь, когда вернёшься.
— Спасибо, Учитель!
* * *
Вскоре Лу Наньсин отправился на разведку. Адепты Сюаньтянь, считавшие себя элитой, свысока смотрели на деревенского выскочку, которому посчастливилось стать учеником великого мастера, и сыпали колкостями. Лу Наньсин не обращал на них внимания. Обладая богатым торговым опытом, он быстро нашёл общий язык с бродячими заклинателями, щедро поделившись с ними базовыми методами духовной практики, которым научил его Учитель.
Спустя час он вернулся во дворец с докладом.
— Всё точно так, как говорил Глава, — шёпотом доложил Наньсин. — Они — отряд странствующих практиков. Наткнулись в окрестных лесах на лютого зверя, получили ранения и были спасены патрулём. Сюаньтянь лечит их, снабжает снадобьями, а Глава даже лично даёт им советы по культивации.
Он воровато оглянулся и снизил голос до едва различимого шепота:
— Но есть одна вещь… Боюсь осквернить слух Учителя.
— Говори.
— Сюй Фантин проявляет к одному из них — юноше по имени Чэн И — уж слишком пылкое внимание. Постоянно навещает его, приносит всякие безделушки. Когда я уходил, Сюй Фантин как раз пришёл к нему. Но ведь Сюй Фантин питает чувства к Шэнь Минчжу! Зачем он оказывает знаки внимания постороннему?
Чжу Цинчэнь нахмурился. Быстро же этот подлец нашёл замену!
«Похоже, арка, предназначавшаяся Лу Наньсину, перескочила на Чэн И, — подала голос Система. — Если не вмешаться, Чэн И повторит печальную судьбу из оригинального сюжета».
— И каково отношение Чэн И? — уточнил Чжу Цинчэнь. — Он уже попался на эту удочку?
— Чэн И — парень кроткий, неконфликтный. Судя по всему, он уже полностью доверился Сюй Фантину. Адепты Сюаньтянь из-за этого на него зуб точат, отпускают ядовитые словечки. Учитель, чего на самом деле добивается Сюй Фантин?
Чжу Цинчэнь иронично усмехнулся:
— Быть может, он обрёл истинную любовь?
— Исключено! — отрезал Лу Наньсин. — Сюй Фантин слишком эгоистичен, он ничего не делает без выгоды.
— Ты рассуждаешь здраво, — похвалил Чжу Цинчэнь. — А теперь подумай: что можно взять с бедного одинокого культиватора, не имеющего за спиной клана?
Лу Наньсин вздрогнул, глаза его расширились от ужаса:
— Учитель… Неужели он… практик тёмных искусств?! Использует чужие жизни для возвышения?!
«Убийство супруга ради постижения Дао» недалеко ушло от тёмных ритуалов.
— А теперь вспомни о его младшем брате, — продолжал Чжу Цинчэнь. — У того нет золотого ядра, а получить его очень хочется. Из чьего тела проще всего извлечь готовое ядро?
— Из тела бродячего заклинателя… За них некому заступиться!
— Именно.
— Я должен немедленно их предупредить! — Лу Наньсин рванулся к выходу.
— Стой, — остановил его Чжу Цинчэнь. — У нас нет прямых доказательств. Если ты заявишь об этом прямо сейчас, тебя сочтут сумасшедшим или клеветником. К тому же, если Чэн И успел привязаться к Сюй Фантину, он может выдать тебя, и мы раскроем карты раньше времени.
— И что же нам делать?
— Войди к ним в доверие, наставляй в правильной культивации. Не позволяй им растрачивать силы и превращаться в «откормленных свиней», готовых к убою. Назначь время и приведи их ко мне, когда момент будет подходящим.
— Слушаюсь, Учитель!
* * *
Прошло несколько дней. Бессмертный почтенный Юйцин раздавал направо и налево одинаковые свитки с упражнениями, вызывая ропот среди нетерпеливых адептов. Сюй Фантин, позанимавшись по его руководству день и не ощутив мгновенного прорыва, забраковал технику.
Лу Наньсин же окончательно сплотил вокруг себя бродячих заклинателей.
Днём на поляне они завершали медитацию.
— Учитель говорит, — наставлял Лу Наньсин, — главное в совершенствовании — заложить прочный фундамент. Если спешить и пытаться перескочить ступени, здание твоей духовной силы рухнет при первом же испытании.
Заклинатели активно поддакивали:
— Истинная правда!
— От тех редких трав, что давала нам Сюаньтянь, у меня всю ночь кровь в жилах бурлила, даже уснуть не мог.
— Да ты и так храпишь на весь округ!
По поляне прокатился смех.
Лу Наньсин взглянул на шестнадцатилетнего Чэн И. Тот был самым младшим в артели, тихим и скромным.
— Чэн И, как твои успехи?
— Я ещё в самом начале пути, — скромно улыбнулся юноша.
— Главное — не ищи лёгких путей, — выразительно проговорил Лу Наньсин.
— Спасибо за совет, брат Лу.
В этот момент появился Сюй Фантин. Он приветливо кивнул присутствующим и окликнул юношу:
— Чэн И, поди сюда.
Заклинатели переглянулись с безвредными смешками:
— Иди-иди, Старший брат Сюй тебя ждёт.
Чэн И смутился, поднялся и подошёл к Сюй Фантину:
— Брат Сюй, вы что-то хотели?
— Если ты свободен, пройдёмся до заднего двора?
Чэн И взглянул на товарищей, те сделали знак: «Ступай!»
Они пошли по тропинке к горному склону. Впереди послышались ядовитые голоса адептов Сюаньтянь:
— Наш Старший брат прямо нарасхват. Каждая шваль пытается к нему липнуть.
— То этот Лу Наньсин, теперь вот Чэн И…
— Все знают, что Старший брат предначертан Шэнь Минчжу! Куда эти деревенщины лезут?!
Чэн И вспыхнул и уставился на Сюй Фантина.
Тот нахмурился и громко чеканя произнёс:
— Что за распущенные речи?! Если нечем заняться — ступайте отрабатывать мечи! Бессмертный почтенный раздал вам руководства не для того, чтобы вы чесали языками!
Ученики смущённо поклонились и торопливо скрылись.
Сюй Фантин мягко повернулся к Чэн И:
— Не бери в голову. Они глупы. Ты ведь не станешь принимать из-за них за чистую монету всякую чушь?
Чэн И заколебался:
— Но почему они упомянули брата Лу? Какое отношение он имеет к вам?
Сюй Фантин прискорбно вздохнул, напустив на себя огорчённый вид, и тихо прошептал:
— Лу Наньсин пытался соблазнить меня. Он даже пытался подсыпать мне зелье… Это было ещё до того, как его приметил Юйцин. Я не стал поднимать шум: во-первых, ему ничего не удалось, а во-вторых — мы всё-таки братья по оружию. Он раскаялся, и я решил дать ему шанс исправиться…