На какое-то время в палате воцарилась мёртвая тишина. Лишь брошенная Чжу Цинчэнем фраза про «гибкое самолюбие» всё ещё гулким эхом висела в воздухе.
Чжу Цинчэнь вальяжно откинулся на спинку стула с абсолютно невозмутимым видом.
Сун Хуайшу побледнел, его и без того уязвимое самолюбие натянулось до предела и вот-вот готово было лопнуть.
«Погоди-ка!»
Вдруг в голове Сун Хуайшу мелькнула тревожная мысль. С чего вдруг учитель Чжу заговорил с ним об этом? Неужели он о чём-то проведал?
Да нет, исключено! Об этом проекте знали только двое — он сам и Бо Минхань. Даже если кто-то из посторонних и привлекался к работе, то лишь для мелких поручений, к исходной базе данных у них доступа не было. Откуда Чжу Цинчэню хоть что-то знать?
Мысли Сун Хуайшу неслись с бешеной скоростью. Он впился опухшими глазами в лицо собеседника, пытаясь уловить хоть малейший намёк.
Изо всех сил подавляя бурлящие эмоции, он хрипло спросил:
— С чего вдруг учитель Чжу говорит мне всё это?
Чжу Цинчэнь равнодушно ответил:
— Когда я поднимался сюда, то столкнулся с полицейскими. Они сказали, у тебя кружится голова и ты пока не в состоянии давать показания.
— Учитель Чжу, у меня действительно кружится голова, — сдавленно проговорил Сун Хуайшу.
— Что-то по твоему виду не похоже, — с лёгким смешком отозвался Чжу Цинчэнь. — Полиция и учитель Чжун этого не замечают, а вот от меня не укроешься. Сун Хуайшу, ты просто тянешь время.
Сун Хуайшу попытался притвориться дурачком:
— Я не понимаю, о чём вы.
— Желай ты упрятать Бо Минханя за решётку, уже давно изложил бы стражам порядка все факты и потребовал его ареста. Но ты мнёшься и тянешь резину. Очевидно же, что ты ждёшь адвоката Бо Минханя — хочешь посмотреть, какую цену тот предложит за твоё молчание. И если куш окажется достаточно кусачим, ты в любой момент переобуешься. — Чжу Цинчэнь говорил уверенно, но, сделав паузу, добавил: — Я ведь прав?
Слова попали точно в цель. Задетое за живое самолюбие Сун Хуайшу затрещало по швам:
— Учитель Чжу, не надо клеветать! Я здесь пострадавшая сторона! Как вы можете так давить на жертву?! Где ваша учительская этика?!
— Я вызвал полицию, чтобы спасти тебя, а теперь пришёл навестить и вытащить из этой грязи. Это и есть высшее проявление учительской этики, — спокойно ответил Чжу Цинчэнь, скрестив руки на груди. — Да, в этом конкретном инциденте ты пострадавший. В комнате были только ты и Бо Минхань, так что ты свободен плести что угодно. Но задай себе вопрос: один ли ты пострадал от действий этого человека? Ты ведь и сам прекрасно знаешь ответ.
— Если ты поступишься совестью, дашь ложные показания и Бо Минханя оправдают, представляешь, к каким последствиям это приведёт?
— Учитель Чжу, я ничего не знаю! — упёрся Сун Хуайшу.
— Сун Хуайшу, отложим пока в сторону других студентов, которые могли пострадать. Подумай о себе, — продолжил Чжу Цинчэнь. — Ты правда думаешь, что если лжесвидетельствуешь и поможешь Бо Минханю уйти от ответственности, он станет считать тебя спасителем, осыплет деньгами и славой?
— Очнись. Для человека вроде Бо Минханя, стоит ему выйти на свободу, ты станешь единственным грязным пятном на безупречной репутации. Стал бы он беречь это пятно? Нет, он сделает всё, чтобы стереть его без остатка.
— И тогда ты, самоуверенный и наивный студент, столкнёшься один на один с всемогущим главой корпорации. У него найдётся тысяча способов заставить тебя тихо исчезнуть из этого мира. Тебя ждёт не светлое будущее, а ничем не прикрытая катастрофа.
— Поэтому я и советую тебе: не поддавайся на подкуп Бо Минханя, не давай ложных показаний и не позволяй ему выйти на свободу.
Сун Хуайшу заколебался. Его пальцы нервно впились в одеяло, сжимая ткань в тяжёлые складки.
Для людей подобного склада абстрактные понятия вроде долга гражданина, честности или защиты других жертв — пустой звук. Лишь когда речь заходит о собственных шкурных интересах, их пробирает до костей.
«А ведь Чжу Цинчэнь дело говорит... — промелькнуло в голове у Сун Хуайшу. — Сейчас Бо Минхань зажат в угол, вот и сулит золотые горы. Но стоит ему оказаться на свободе... что тогда?»
И всё же он продолжал упрямиться:
— Не надо меня запугивать, учитель Чжу! Мы живём в правовом государстве. Даже если господин Бо... то есть Бо Минхань — глава огромной корпорации, он не сможет закрыть ладонью всё небо!
Чжу Цинчэнь пристально посмотрел ему в глаза:
— Способен он на такое или нет — ты отлично знаешь сам. Как знаешь и то, что именно он натворил.
Всё это время Сун Хуайшу исходился на жёлчь и суетился, а Чжу Цинчэнь держался безупречно ровно, будто происходящее его ни капли не задевало.
Видя, что парень считает его слова пустой угрозой, Чжу Цинчэнь не стал тратить время попусту и поднялся с места.
— Я лишь даю тебе совет, а не запугиваю, как Бо Минхань, и уж тем более не собираюсь покупать тебя за деньги. На этом всё, дальше думай сам.
— Учитель Чжу может быть спокоен, — буркнул Сун Хуайшу. — Я скажу правду, меня не купить.
Чжу Цинчэнь лёгко улыбнулся:
— Вот и отлично. Прощай.
Чжу Цинчэнь повернулся к выходу и едва не столкнулся в дверях с учителем Чжуном, возвращавшимся с чайником горячей воды.
— Учитель Чжу, вы уже уходите? — удивился куратор. — Может, побудете ещё немного? Вы ведь спаситель этого парня!
— Спасибо, но у меня в десять часов лекция, нужно торопиться в университет.
— Понимаю. Тогда доброго пути!
Уже перед самым выходом Чжу Цинчэнь бросил на Сун Хуайшу последний взгляд.
У того аж сердце замерло. В голове невольно всплыли слова, произнесённые Чжу Цинчэнем в самом начале:
«Ты не стоишь той заботы, которую проявляет о тебе учитель Чжун».
«Да, признаю, Чжун — славный малый, — мысленно огрызнулся Сун Хуайшу. — И что с того? Работает простым куратором и перебивается с хлеба на воду!»
* * *
Спустившись на больничную парковку, Чжу Цинчэнь сразу увидел Юй Синчжоу. Тот поджидал его, выбравшись из машины подышать свежим воздухом.
Сегодня ему предстояло ехать в офисный центр «Юйши», поэтому он был в строгом деловом костюме и с безупречной укладкой.
Высокий, статный, с непроницаемым выражением лица, он стоял возле чёрного представительского авто, излучая внушительную властность.
Понимая, что заставил его ждать, Чжу Цинчэнь прибавил шаг:
— Я вернулся!
Юй Синчжоу обернулся, и на его лице мелькнула откровенная обида:
— Почему так долго?
— Ну, ты же знаешь, Сун Хуайшу непрошибаем. Я даже не уверен, возымели ли мои слова хоть какой-то... — Чжу Цинчэнь осёкся на полуслове, его взгляд застыл на кузове авто. —...эффект...
Он подбежал, подхватил Юй Синчжоу за локоть и оттащил от машины.
С изумлением указав на дверцу, Чжу Цинчэнь воскликнул:
— Это ещё что такое?! Нашего главного злодея обидели дети?!
Чёрный кузов сверкал зеркальной чистотой, за исключением одной детали...
Вся боковая дверь была сверху донизу обклеена ярко-розовыми люминесцентными стикерами!
Юй Синчжоу молча поднял два стакана с бабл-ти и протянул один ему:
— Мне было нечего делать, вот я и решил заказать тебе чай.
— Да при чём тут чай?! — Чжу Цинчэнь упёр руки в бока. — Ты за моей спиной заведуешь ещё кем-то...
— Нет, — перебил Юй Синчжоу и, аккуратно проткнув трубочкой крышку, поднёс стакан к его губам.
Чжу Цинчэнь сделал солидный глоток, проглотил сладкий напиток и закончил мысль:
—...ещё кем-то на стороне?!
— Вовсе нет, — с искренней невинностью пояснил Юй Синчжоу, снова подставляя трубочку. — В доставке проходила акция, к заказу приложили кучу наклеек. А я слишком долго тебя ждал.
— И ты не нашёл ничего лучше, как обклеить ими машину?! — поразился Чжу Цинчэнь.
Из-за багажника бесшумно выплыла Система злодея и загробным голосом произнесла:
— Я пыталась его остановить, но...
На глянцевом чёрном кузове машины грозного антагониста красовалась целая россыпь розовых сердечек и бабочек. Чжу Цинчэнь сделал ещё один глубокий глоток, чтобы переварить увиденное.
— Садись в машину, — Юй Синчжоу попытался увлечь его к дверце.
— А отлеплять кто будет? — усомнился Чжу Цинчэнь.
Юй Синчжоу на секунду задумался:
— Намертво въелись. Придётся ехать на детейлинг.
Усевшись на пассажирское сиденье, Чжу Цинчэнь всё ещё не мог оправиться от шока:
— Ты же у нас великий и ужасный главный злодей! Представляешь, какие слухи пойдут? Скажут, что тебя малявки во дворе затерроризировали!
— Не скажут, — Юй Синчжоу накренился над ним, пристегнул ремень безопасности и завёл двигатель.
Из-за спинки сиденья снова высунулась Система злодея:
— В худшем случае пустят слух, будто у господина Юй и учителя Чжу есть общий ребёнок, который и обклеил отцовскую автоигрушку. Именно так! Вы парочка, и у вас растёт чадо.
Следом из-за плеча Чжу Цинчэня вынырнула его собственная Система:
— Это я! Подаю заявку на роль этого ребёнка!
Чжу Цинчэнь тяжело вздохнул:
— Уж лучше пусть ничего не пускают. Уезжаем отсюда немедленно, пора менять мир! — Он строго посмотрел на Юй Синчжоу: — И всё из-за тебя! Наклеил бы хоть в салоне, раз уж так чесались руки!
Юй Синчжоу виновато опустил глаза:
— Чжу Цинцин, ты слишком долго не выходил...
— Можно подумать, я нарочно тебя заставлял ждать!
Виновник происшествия больше не смел перечить и сосредоточил всё внимание на дороге.
Едва они выехали с территории больницы, как перед ними мелькнули фигуры чересчур энергичных людей. Это были родители Сун Хуайшу.
Они тащили на себе огромные сумки и баулы, словно только что ограбили магазин.
Отец Сун, несмотря на онкологический диагноз, пышал бодростью и шагал даже быстрее супруги, сгибаясь под тяжестью огромного рюкзака.
Чжу Цинчэнь нахмурился:
— Куда это они навострились? Неужели собрались ночевать в палате?
— Сун Хуайшу отправил их в «Боши», чтобы они забрали его ноутбук и флешку, — ответил Юй Синчжоу.
— Откуда ты знаешь?
— Я только что отправил ему сообщение с требованием закончить фриланс-проект. Неустойку за просрочку он не потянет, поэтому ему пришлось отправить родителей за техникой, чтобы работать прямо в больнице.
— Понятно, — кивнул Чжу Цинчэнь. — Интересно только, успел ли он подключить эту флешку к рабочему компьютеру в офисе «Боши»?
— Успел, — уверенно произнёс Юй Синчжоу. — Обязательно успел.
* * *
Тем временем отец и мать Сун с пыхтением затащили поклажу в палату, чем немало перепугали учителя Чжуна.
— Мама, папа, я же просил принести только ноутбук и флешку! Что это за барахло?! — опешил Сун Хуайшу.
— Мы всё сделали как надо! — заявил отец. — Пришли в офис «Боши», объяснили всё на ресепшене, нас провели к твоему рабочему месту. А всё, что лежит у тебя на столе, разве не твоё?
— Вот именно! — поддакнула мать. — Тебя в компании несколько дней не будет. Оставишь вещи — кто-нибудь приберёт к рукам! Вот мы и забрали всё до ниточки...
— Да ладно, хватит! — раздражённо перебил их Сун Хуайшу. — Где ноутбук и флешка? Давайте сюда.
— Всё на месте! — Отец с гордым видом сгрузил рюкзак на стол и выудил оттуда ноутбук.
Сун Хуайшу округлил глаза:
— Папа! Это же служебный ноутбук компании «Боши»! Где мой личный?!
— Чего раскричался? Назначили тебе — значит, твой! Какая разница, на чём работать?
— Это корпоративный ПК! На нём можно обрабатывать только внутренние файлы компании!
— Да какая разница, внутренние или внешние! Раз дали — используй! — Отец насупил брови. — Бесплатно досталась отличная техника, а он ещё нос воротит! Кабы не тот моноблок со стола, который я поднял и не утащил, я б и его прихватил!
— А мой компьютер где?!
— В общежитии лежит, куда он делся? Пользуйся чужим, сломается — не жалко.
— Нет! — занервничал Сун Хуайшу. — Поезжайте обратно и принесите мой компьютер!
Родители тут же встали в позу:
— Это что за тон?! Мы для тебя жилы рвём, бегаем по всему городу, а от тебя ни слова благодарности! — Отец повернулся к куратору: — Учитель Чжун, вы только послушайте, до чего неблагодарный ребёнок...
— Ну-ну, тише, не ссорьтесь, — постарался сгладить углы учитель Чжун. — Хуайшу, давай я сам съезжу в общежитие и привезу твой ноутбук.
Но родители перегородили ему путь:
— Ещё чего! Нечего его баловать, ишь капризный какой...
В ушах у Сун Хуайшу загудело, и он рякнул во весь голос:
— Да замолчите вы уже!
Родители взвились ещё сильнее:
— Учитель Чжун, вы видали?! Он уже и голос на нас повышает!
— Всё-всё, успокойтесь, — учитель Чжун вывел их в коридор, а затем вернулся и мягко сказал Сун Хуайшу: — Раз ты травмирован, отдыхай. Не надо сейчас засиживаться за компьютером.
Сун Хуайшу буркнул что-то невнятное, дождался, пока за куратором закроется дверь, открыл служебный ноутбук и без колебаний вставил флешку в USB-разъём.
Плевать. Главное — сдать работу и получить деньги, а там он будет осторожнее. Компьютер он и в Африке компьютер.
* * *
Спустя два дня Сун Хуайшу подготовил флешку к отправке курьером.
Адрес получателя находился здесь же, в Цзинхуа. Сун Хуайшу поначалу удивился, но заказчик пояснил, что не хочет светить свой реальный адрес, поэтому посылку заберёт его знакомый.
Деньги перевели без задержек, так что у Сун Хуайшу не возникло лишних подозрений, и он отправил посылку.
Полиция больше не намерена была ждать. Ему сообщили, что завтра он обязан выделить пятнадцать минут и дать официальные показания — откладывать процедуру далее недопустимо.
Все эти два дня Бо Минхань находился под стражей. Он наотрез отрицал обвинения в домогательствах и истязаниях, намертво стоя на том, что они с Сун Хуайшу — пара, а травмы парень получил во время любовных игр.
Как фигура публичная и весьма влиятельная, Бо Минхань привлекал к себе массу внимания. Конкуренты не упустили шанса: едва пронюхав о задержании, они слили информацию в СМИ, моментально выведя имя главы «Боши» в топ поисковых трендов.
Адвокаты Бо Минханя сработали оперативно: новость быстро замяли, а сами юристы принялись обивать пороги больницы, суля Сун Хуайшу колоссальные отступные.
Полиция вскоре пресекла эти визиты, запретив юристам приближаться к пострадавшему. Но суммы со множеством нулей уже успели просочиться сквозь больничные стены и прочно засели в голове Сун Хуайшу.
Родители парня давно переметнулись на сторону денег. Лишь сам Сун Хуайшу всё ещё сомневался, отчего и тянул время до последнего.
Вечером, накануне допроса, Чжу Цинчэнь снова пришёл в палату.
Как и в прошлый раз, он уселся напротив и с абсолютным спокойствием посмотрел на больного.
Однако на этот раз все необходимые слова уже были сказаны, и Чжу Цинчэнь не видел смысла повторяться.
Скрестив руки на груди, он будничным тоном спросил:
— Господин Бо поднял цену? До скольки доторговались?
Сун Хуайшу включил дурака:
— Не понимаю, о чём вы говорите, учитель Чжу.
Чжу Цинчэнь слегка усмехнулся:
— Всё, что нужно, я тебе уже изложил. Какое решение принять — дело твоё.
— Вот именно, — ухватился за его слова Сун Хуайшу. — Это моё личное дело, поэтому вам не стоит в него вмешиваться.
— Что ж, — Чжу Цинчэнь поднял взгляд к белоснежному потолку и добавил напоследок: — И всё же напомню: явка с повинной и чистосердечное признание — это одно, а когда тебя прижмёт к стене полиция — совсем другое. И наказание будет кардинально отличаться.
Сун Хуайшу ёкнул от недоброго предчувствия:
— Что вы имеете в виду?! Я пострадавший! В чём я должен признаваться?!
— Ань Юй — мой студент.
Оставив эту фразу висеть в воздухе, Чжу Цинчэнь развернулся и вышел.
Сун Хуайшу порывался кинуться за ним, но не посмел сдвинуться с места.
Пока он оцепенело колебался, Чжу Цинчэнь уже исчез за дверью.
«Неужели он и впрямь о чём-то догадался? Да нет, не может этого быть! Он ничего не знает!»
Чжу Цинчэнь спустился на парковку, где его в машине ждал Юй Синчжоу.
Опустившись на пассажирское сиденье, Чжу Цинчэнь вздохнул.
— Ну как? — спросил Юй Синчжоу. — Согласился на сотрудничество?
— Не похоже, — покачал головой Чжу Цинчэнь. — Кажется, будет упираться до последнего. — И тут же переспросил: — А материал у тебя?
— Да, — кивнул Юй Синчжоу. — Только что привезли, ассистент передал.
— Отлично. Едем домой.
Они готовили запасной план.
Если бы Сун Хуайшу пошёл на попятную и донёс на Бо Минханя, всё решилось бы гладко. Но если парень вознамерился покрывать преступника — придётся действовать силой.
Автомобиль выехал с территории больницы и устремился сквозь беспросветную ночную тьму.
Вскоре они уже были в служебной квартире Чжу Цинчэня.
Чжу Цинчэнь достал свой ноутбук, а Юй Синчжоу подключил полученную флешку и принялся быстро стучать по клавишам.
Чжу Цинчэнь молча сидел рядом, неотрывно вглядываясь в экран.
Спустя пару минут на мониторе отобразилась папка с названием «Стажёр Сун Хуайшу» — точная копия данных со служебного ПК из корпорации «Боши».
Юй Синчжоу кликнул на папку «Работа». Там содержались еженедельные отчёты Сун Хуайшу за последние месяцы. Ничего подозрительного.
Они вышли из папки и стали проверять другие директории. Всё выглядело вполне обыденно для стандартного рабочего компьютера.
Даже Система не удержалась от сомнений:
— А вы двое точно ничего не перепутали? Вдруг Бо Минхань ни в чём подобном не замешан?
— Исключено, — твёрдо возразил Чжу Цинчэнь. — Человек его склада, наделённый властью и деньгами, поддавшись пороку, пойдёт на всё ради удовлетворения своих низменных желаний. Потерпев неудачу с Ань Юем, он мгновенно переключился на Сун Хуайшу — и одно это говорит о многом.
— Поддерживаю, — подала голос Система злодея. — Не забывайте, мы находимся в мире с меткой «реалистичный крематорий».
Она сделала особый акцент на слове «реалистичный».
— «Реалистичный»? — Чжу Цинчэнь вспомнил теги, когда выбирал мир. — И что это означает на языке системы?
— Это значит, что у богатого тридцатилетнего главы корпорации обязательно будут бывшие и целый шлейф любовников. Вот что такое «реализм».
Чжу Цинчэнь замер, а затем медленно повернулся к Юй Синчжоу.
Юй Синчжоу тут же поднял руку:
— У меня никого не было.
— Наверное, автор просто забыл тебе их прописать, — предположила Система злодея.
— И в реальности тоже не было, — настаивал Юй Синчжоу. — Я был императором, и у меня никого не было.
Чжу Цинчэнь победно посмотрел на Систему:
— Вот это я понимаю — настоящая реалистичность. Уровень власти не измеряется количеством постельных партнёров.
— Совершенно верно, — кивнул Юй Синчжоу. — Мы с Чжу Цинцином с самого детства спали вместе, и третьих лиц у нас не водилось.
Чжу Цинчэнь с удовлетворением обнял Юй Синчжоу за плечи.
В этот момент Юй Синчжоу произнёс:
— Чжу Цинцин, я нашёл.
— М-м? — Чжу Цинчэнь пригляделся к экрану.
Это была скрытая директория, на поиск которой у Юй Синчжоу ушло некоторое время.
Проект находился на финальной стадии разработки. В файлах обнаружился незавершённый софт.
Иконка приложения выглядела абсолютно безобидно — две ладони, бережно поддерживающие сердце, точь-в-точь как у какой-нибудь благотворительной программы.
Юй Синчжоу запустил софт через эмулятор. Приложение уже авторизовалось, а интерфейс выглядел подчёркнуто простым, имитируя платформу помощи учащимся.
Однако...
Едва завершилась автоматическая авторизация под разработчиком — аккаунтом Сун Хуайшу, — вид страницы изменился.
Юй Синчжоу перешёл во вкладку «Профиль». На экране высветился отмеченный объект с красным индикатором.
— Что это? — нахмурился Чжу Цинчэнь.
Юй Синчжоу кликнул на карточку, и перед ними развернулось досье:
[Имя: Ань Юй]
[Пол: мужской]
[Дата рождения:...]
[Связанные видеозаписи:...]
Чжу Цинчэнь оцепенел.
Автоматически запустился видеоплеер. На кадрах в полумраке комнаты был запечатлён Ань Юй, показывающий на камеру свежие синяки и обрабатывающий раны мазью.
Вот оно что...
Юй Синчжоу крутанул страницу ниже, и то, что появилось на экране, повергло их в шок.
Три функциональные кнопки:
[Нравится]
[Поделиться]
[Забронировать]
Пошлый розовый фон, омерзительные сердечки — каждая деталь буквально вопила о подлинном назначении этой программы.
Чжу Цинчэнь и Юй Синчжоу застыли как вкопанные. Они догадывались, что приложение нечисто, но не ожидали увидеть столь отвратительную грязь.
Юй Синчжоу закрыл окно, а Чжу Цинчэнь, не выдержав подступившей тошноты, ринулся в ванную комнату.
Вот над чем всё это время работал Бо Минхань!
Поскольку с Ань Юем он контактировал лично, то решил сделать его базовой моделью для приложения и велел Сун Хуайшу оформить интерфейс на основе данных парня.
Вот почему Сун Хуайшу знал Ань Юя! Вот почему с первого взгляда понял, кто перед ним!
Какая мерзость! Какая невыразимая гниль!
Юй Синчжоу подошёл сзади, мягко погладил его по спине и протянул стакан воды:
— Что будем делать?
Чжу Цинчэнь, склонившись над раковиной, произнёс твёрдым, звенящим от гнева голосом:
— Заявление. Немедленно пишем заявление.
— Эти данные мы добыли нелегально, — заметил Юй Синчжоу. — В суде их могут не принять. Нужен легальный повод для проверки.
Чжу Цинчэнь перевёл дыхание и взял себя в руки:
— Значит, пусть заявление подаст тот, кто имеет на это полное право.
Кто может выступить потерпевшим законно? Кто даст силовикам правомерный повод провести обыски у Бо Минханя и Сун Хуайшу?
Чжу Цинчэнь достал телефон, на мгновение заколебался, но всё же набрал номер:
— Ань Юй...
Если Ань Юй пойдёт в полицию и заявит, что его снимали на видео без согласия, органы получат законный повод для проверки. Но...
В общежитии давно погасили свет. Ань Юй ответил шёпотом:
— Учитель?
— Есть кое-что... я считаю, ты должен знать, — Чжу Цинчэнь замялся, чувствуя, как сжимается сердце. — Впрочем, забудь. Я найду другой способ. Спи.
Ему не хотелось осквернять сознание юноши этой грязью. Зайти с проверками можно и иначе.
— Учитель! — голос Ань Юя зазвучал твёрдо. — Это связано с Бо Минханем?
Чжу Цинчэнь промолчал.
Ань Юй мигом встрепенулся:
— Я всё понял. Бо Минхань причинил вред кому-то ещё? Вам нужно, чтобы я дал показания в суде? Скажите, что я должен сделать! Я справлюсь, я не хрустальный!
— Я лучше посмотрю правде в глаза, чем буду всю жизнь гадать и мучиться, — тихо, но твёрдо добавил Ань Юй. — Честно говоря, эти месяцы я сам был не свой. То мне казалось, что я прав, то начинало казаться, будто я возвёл на него напраслину...
— Учитель, какова бы ни была правда, я готов её принять. Я больше не хочу жить в сомнениях. Я хочу, чтобы Бо Минхань понёс наказание. Я жертва, я не буду прятаться и делать вид, будто ничего не произошло. Мне нужна правда!