— Что?!
Чжу Цинчэнь изумлённо распахнул глаза:
— Почему сюжет мчится с такой скоростью?
"Сложность задач в малых мирах неуклонно возрастает, — отозвалась Система. — Живее! Ещё немного, и Лу Наньсина утащат в школу Сюаньтянь!"
Школа Сюаньтянь была настоящим змеиным логовом, пожиравшим людей без остатка. Попадёшь туда — костей не соберёшь.
Если Чжу Цинчэнь успеет перехватить юношу сейчас, кошмарной развязки удастся избежать.
— Понял! — Чжу Цинчэнь спрятал слайма и бросился прочь из пещеры.
"Хозяин, снаружи же..."
Не успела Система договорить, как снаружи раздался отчаянный вопль Чжу Цинчэня:
— А-а-а!
Система выпорхнула следом и уныло закончила фразу:
"...снаружи обрыв. Вы же ушли в затвор для уединённых тренировок на самой вершине утёса. Я уже загрузила базовые заклинания мира самосовершенствования вам в память: надо было лететь на мече, а не бежать напролом".
Ночь стояла непроглядная. Чжу Цинчэнь висел на одинокой сосне, прижавшейся к самому краю пропасти, и с весьма неоднозначным выражением лица пробормотал:
— Раньше сказать не могла?
"Вы сами слишком спешили, — вздохнула Система. — Разжимайте пальцы".
Чжу Цинчэнь разжал руки и камнем ухнул вниз.
Быстро пролистав в голове только что полученные знания, он скрестил пальцы в заклинании меча.
В то же мгновение его клинок откликнулся звонким гулом и метнулся к хозяину издалека.
В тот же миг Система, вселившись в пролетавшего мимо белоснежного журавля, камнем ринулась вниз и ловко подхватила Чжу Цинчэня.
Ступив на широкую спину птицы, Чжу Цинчэнь вскинул руку и на лету перехватил рукоять меча.
Ночной ветер — ледяной и резкий — взметнул полы его белоснежных одежд.
— Вперёд!
* * *
Лу Наньсин и сам не понимал, как всё докатилось до такой жизни.
Он всего лишь вёз на своей ослиной повозке целебные травы в соседнюю школу Сяояо. Однако стоило ему проехать мимо горы Гуаньинь, как небо заволокло свинцовыми тучами, а среди деревьев поднялся неистовый ураган.
Следом из непроглядной чащи донёсся яростный рёв лесного чудовища.
Опасаясь худшего, Лу Наньсин тут же развернул повозку, крепче сжав в кулаке защитные талисманы — готовый в любой момент бросить пожитки и спасаться бегством.
Но не успел он проехать и пары шагов, как из чащи вывалился окровавленный человек.
— Почтенный даос, вы живы?! Быстрее на повозку! — крикнул Лу Наньсин.
Мужчина поднял голову. Разглядев израненное синее одеяние, расшитое узором из летящих сквозь облака диких гусей, Лу Наньсин ахнул:
— Старший брат?!
О славе старшего ученика школы Сюаньтянь, Сюй Фантина, слагали легенды. Когда Лу Наньсин отвозил снадобья в их обитель, ему посчастливилось мельком видеть того на состязаниях: статный, утончённый, в небесно-голубых шелках и с обнажённым клинком в руках — настоящий бессмертный мечник.
Лу Наньсин втайне всегда мечтал стать хоть немного похожим на него.
Размышлять было некогда: рассвирепевший зверь нагнал их в мгновение ока. Исполинская лапа обрушилась сверху, разнося ослиную телегу в щепки.
Лу Наньсин кубарем откатился в сторону, чудом избежав гибели.
В этот момент у Сюй Фантина подкосились ноги, и он рухнул прямо на дороге — прямо под следующий удар монстра.
Сжав в пальцах талисман Дымной Завесы, Лу Наньсин метнул его в морду твари и, пока та металась в слепой ярости, бросился вперёд и подхватил Сюй Фантина.
Бросить человека на произвол судьбы он не мог. К счастью, Лу Наньсин привык к тяжёлому деревенскому труду, поэтому волочь на себе взрослого мужчину ему было вполне под силу.
Вот только чудовище обладало огромным ростом и бешеным прыгом — долго от него не побегаешь.
Поколебавшись мгновение, Лу Наньсин опустил Сюй Фантина у обочины, выхватил сухую ветку и прямо на земле начал чертить начертание Телепортационного Магического Круга.
Запертое в плотном дыму чудовище орало, потеряв след. Невыносимый смрад его пасти долетал прямо до юноши.
У Лу Наньсина от страха задрожали руки. Чтобы продолжить рисунок, ему пришлось левой рукой поддерживать правую, силой заставляя себя сохранять хладнокровие.
Транспортировочная формация была сложной, узор требовал высочайшей точности и огромных запасов духовной силы.
Не останавливаясь ни на миг, Лу Наньсин то и дело бросал тревожные взгляды то на бессознательного Сюй Фантина, то на бушующего монстра.
Вскоре дым начал рассеиваться. Юноша тут же швырнул последний имеющийся талисман.
Когда магия была завершена наполовину, дымовые заклятия иссякли. Не оставалось ничего другого, как подхватить Сюй Фантина, нацепить на обоих талисманы невидимости и притаиться, сдерживая дыхание.
Закончив рисунок, Лу Наньсин обнял Сюй Фантина и ступил в центр круга.
Напрягши всю волю, он направил поток духовной энергии из кончиков пальцев прямо в сияющие знаки.
Печать вспыхнула мягким золотистым светом. Заметив сполохи магии, разъярённая тварь с рёвом кинулась прямо на них.
Не обращая на неё внимания, Лу Наньсин вложил последние силы в активацию.
В то самое мгновение, когда когтистая лапа готова была раздавить их в кашу, золотая вспышка слепила глаза — и оба путника исчезли.
Формация перенесла их в глубокую пещеру. Убедившись, что опасность миновала, Лу Наньсин уложил Сюй Фантина на камень, достал из его пространственного мешочка сигнальный талисман и отправил в небеса призыв о помощи для школы Сюаньтянь.
После этого он достал свои собственные снадобья, бинты и принялся промывать раны израненному мечнику.
Однако активация сложнейшего круга выпила из него все силы. На середине перевязки перед глазами юноши всё поплыло. Совершенно обессилев, он успел лишь высыпать остатки целебного порошка на глубокий порез Сюй Фантина и тут же рухнул рядом без чувств.
"Ничего страшного, — засыпая, успокаивал себя юноша. — Заклинатели из Сюаньтянь скоро прибудут на сигнал".
Неизвестно, сколько прошло времени, когда Лу Наньсин очнулся от грубых толчков.
Окровавленный Сюй Фантин почему-то навалился на него сверху. Его лицо пылало нездоровым румянцем, дыхание было частым и хриплым. Он сдёргивал с юноши одежды, словно безумный дикий зверь, охваченный слепой похотью, и беспорядочно двигался, навалившись всем телом.
Осознав, что происходит, Лу Наньсин мгновенно очнулся от оцепенения. Он влепил Сюй Фантину звонкую пощёчину, стал брыкаться и отпихивать его всеми силами:
— Старший брат! Вы отравлены! Опомнитесь!
Однако его духовные силы были несопоставимы с мощью Сюй Фантина. Одержимого безумием мечника было не сдвинуть с места — тот мёртвой хваткой прижал юношу к земле.
И именно в этот момент снаружи раздались взволнованные голоса учеников школы Сюаньтянь:
— Старший брат?!
— Старший брат!
В пещеру ворвались с десяток адептов и тут же оттащили Сюй Фантина в сторону.
Лу Наньсин судорожно запахнул растерзанную рубаху и огляделся.
Узнав об опасности, грозившей первому ученику, на выручку примчалась целая толпа. И теперь все они со святым негодованием уставились на него — так, словно это он довёл их любимого старшего брата до такого состояния.
Среди них стоял и младший ученик — заветный любимец Сюй Фантина. Его глаза налились слезами, а на лице застыла скорбь, будто он застал срамную измену.
Вокруг зашептались. Злобные, пренебрежительные взгляды жгли Лу Наньсина:
— Кто он такой? Не похоже, чтобы из какого-то приличного клана.
— Я знаю его. Это обычный деревенщина, торгующий травами у подножия горы.
— Что?! Как старший брат мог оказаться с подобной тварью?!
— Наверняка этот негодяй подстроил всё с умыслом! Нарочно заманил!
Лу Наньсин попытался объясниться:
— На вашего старшего брата напало чудовище! Я случайно оказался рядом и спас его! Тварь поранила его когтями, видимо, в рану попал яд...
Ученики лишь презрительно скривились:
— И где же это чудовище?
— Оно осталось в лесу, я начертил Телепортационный круг...
— Телепортационный круг?! Эта магия недоступна простому смертному! Как ты, жалкий неотёсанный мужик, не сформировавший даже Золотого Ядра, мог нарисовать такую печать?
— Если тварь была так сильна, как ты вообще уцелел?!
— Наш старший брат — первый среди равных, он отправился укротить мелкого беса. То, что он в таком состоянии — твоих рук дело! Ты опоил его дурманом!
— Вы!.. — Лу Наньсин задохнулся от возмущения. — Не смейте клеветать! Это был высший демонический зверь...
Ученики и слушать ничего не хотели. К счастью, в этот момент ко входу в пещеру подоспел один из старейшин.
Адепты школы Сюаньтянь ниц склонились в почтенном поклоне:
— Второй старейшина!
Лу Наньсин перевёл дух. Наверняка старший окажется рассудительнее этих юнцов и разберётся во всём справедливо.
Он только хотел шагнуть навстречу, как ученики опередили его, принявшись наперебой наговаривать:
— Второй старейшина! Этот проходимец злодейски посягнул на честь старшего брата и опоил его любовным зельем!
Лу Наньсин чеканно отрезал:
— Я уже сказал: я никого не поил! Это был ядовитый зверь! Я спас его!
Второй старейшина с высоким снобизмом приблизился к юноше и с наигранной мягкостью произнёс:
— Юный друг, прошу тебя, успокойся.
Лу Наньсин глубоко вдохнул, взяв себя в руки:
— Прошу старейшину рассудить по справедливости.
— Я уже сложил картину произошедшего, — старейшина небрежно погладил бородку. — Скажи-ка, чьим учеником ты являешься? Из какой ты школы?
Лу Наньсин замялся:
— Я... не принадлежу ни к какому клану. Я простой бродячий заклинатель, выращиваю травы у подножия горы.
— Вот как, — Второй старейшина едва заметно усмехнулся.
Какая ещё бродячая братия? В наши дни любой бездарный мусор именует себя бродячим заклинателем.
Лу Наньсин поторопился добавить:
— Я правда спас вашего первого ученика! Он отравлен!
Однако Второй старейшина лишь тяжело вздохнул с отцовским наставлением:
— Юноша, школа Сюаньтянь — не то место, куда может открыться дверь каждому встречному.
— Да я вовсе и не рвусь...
Лу Наньсин запнулся. Что греха таить — раньше он и впрямь мечтал попасть в Сюаньтянь. Кто в мире самосовершенствования не мечтал о величайшей обители? Но когда он глядел на эти лицемерные физиономии, у него отпало всякое желание.
— Раз так, раз между нами ничего не было — на этом и закончим! Мне не нужны ваши благодарности за спасение жизни, и за испорченные травы платить не надо. Я возвращаюсь к себе.
Он повернулся, чтобы уйти, но ученики сомкнули строй, преграждая путь.
— Ты опоил старшего брата! Не явись мы вовремя, ты бы нагло осквернил его!
— Думаешь, уйдёшь безнаказанным?!
— А ну становись на колени и моли о прощении перед старшим братом!
Это переходило все границы.
Лу Наньсин попытался растолкать их, чтобы пробиться к выходу.
Вдруг снаружи прибежал дежурный ученик:
— Второй старейшина! К горам приближаются люди из школы Сяояо!
Второй старейшина на мгновение задумался, и в его глазах блеснул крысиный расчёт.
Гуаньинь — земли школы Сяояо. Сюаньтянь и Сяояо уже сотни лет враждуют, оспаривая титул первого клана Поднебесной. Если враги узнают, что главный мечник Сюаньтянь тяжело ранен чудовищем да ещё застигнут в сомнительной позе с простым травником... Позора не оберёшься, по всему миру поползут грязные слухи.
Сложив всё в уме, Второй старейшина решительно взмахнул рукавом и ткнул пальцем в Лу Наньсина:
— Этот мерзавец — лазутчик, подосланный школой Сяояо, чтобы очернить имя нашего клана! Схватить его и доставить в цитадель для пыточных допросов!
Лу Наньсин не поверил своим ушам:
— Чушь! Я...
Не успел он договорить, как Второй старейшина стремительным выпадом выбил ему челюсть, лишив возможности говорить, и ловким ударом вывихнул плечевые суставы, блокируя духовные каналы.
Ученики скопом налетели на беспомощного юношу, скрутили его прочной верёвкой и потащили прочь.
Лу Наньсин, наливаясь яростью, отчаянно брыкался, но из-за боли и истощения силы быстро покинули его. Не имея возможности вымолвить ни слова, он лишь дико вращал глазами и издавал глухое «а-а-а», испепеляя старейшину взглядом.
Второй старейшина подхватил конец верёвки и встряхнул юношу, точно куль с мукой:
— Держите Фантина, уходим!
Младший ученик подхватил бессознательного Сюй Фантина, и вся группа устремилась к выходу, рассчитывая уйти до прибытия отряда Сяояо.
Лу Наньсин ничком висел на плече старейшины и попытался было впиться зубами в его руку, но тот грубо схватил его за волосы, с силой запрокинув голову назад.
— Вернёмся в Сюаньтянь — там и поговоришь. Раз уж ты утверждаешь, что чист, чего тебе бояться допроса? — прошипел старейшина ему в самое ухо. — И советую вести себя потише. Ты — нищий деревенщина без роду и племени. Даже если я прикопну тебя прямо здесь, никто и слова не пикнет.
Лу Наньсин с ненавистью уставился на него.
И это — великая святая обитель?! Какое безрассудное, гнилое лицемерие!
Внезапно ночную тьму прорезал ослепительный серебряный сполох.
Свистящий поток мечевого ветра пронёсся у самого уха Лу Наньсина, мгновенно рассекая удерживавшие его путы.
Юноша мешком рухнул на землю. Вывихнутые руки больно ударились о камни, выбив из глаз слёзы.
В тот же миг чистый, прозрачный, точно звон нефрита, голос прозвенел над поляной:
— И кто это сказал, будто у него нет клана?
Лу Наньсин вскинул голову. Ошеломлённые ученики и старейшина тоже обернулись.
Тучи раздались, выставив напоказ полную луну.
С небес на белоснежном журавле спустился бессмертный почтенный. Его длинные волосы были белы, как свежевыпавший снег, а нефритово-белые одежды развевались на ветру.
Птица плавно опустилась на землю.
И Лу Наньсину почему-то показалось, что этот великий старец смотрит прямо на него.