— Хо Цзюнь, ты с самого начала метил под семейство Чжоу! Всё спланировал заранее, да?! Просто ждал этого дня!
— Чжу Цинчэнь, а ты давно с этим Хо Цзюнем спутался?! Вы вместе козни строите, два сапога пара! Помяните моё слово, вас обоих громом поразит!
Хо Цзюнь и Чжу Цинчэнь даже не повели бровью.
Оба спокойненько сидели на своих местах, едва заметно улыбаясь и наблюдая за беснующимся Чжоу Цзыцянем.
А ведь тот в чём-то был прав. Они и впрямь были заодно, да и молнией их уже поражало — ещё в прошлом мире, среди бессмертных культиваторов. Так чего им теперь бояться?
Несколько топ-менеджеров и акционеров мёртвой хваткой удерживали Чжоу Цзыцяня. Видя, что его выкрики не действуют, он распалялся всё пуще и сыпал бранью:
— Чжу Цинчэнь, я-то думал, чего ты вечно встаёшь у меня на пути! Неужто на Хо Цзюня зарился? Паршивый университетский преподаватшка подцепил незаконнорожденного сынка — идеальная парочка!
— Но ты, Хо Цзюнь, небось и не знаешь? Знаешь, почему Чжу Цинчэнь так печётся о Сяо Шу? Да потому что он…
Закончить Чжоу Цзыцянь не успел.
Его голова мотнулась от оглушительного удара. Хо Цзюнь уже стоял перед ним, неропливо разминая кисть.
Чжоу Цзыцянь глотнул воздуха, но рот отозвался острой, раздирающей болью: разбитые о зубы губы и щеки мгновенно затекли кровью.
Хо Цзюнь смерил его ледяным, убийственным взглядом:
— Держи язык за зубами. Иначе я попрошу полицию подождать за дверью и вырву его тебе с корнем.
От этого тона Чжоу Цзыцяня обдал мороз. Он вжал голову в плечи, укротив свой пыл, и лишь молча сглатывал скопившуюся во рту кровь.
Такие дрянные людишки, как Чжоу Цзыцянь, понимали только силу. Разумные доводы для них — пустой звук, и лишь увесистый кулак в физиономию способен закрыть им рот.
Чжу Цинчэнь поднялся, подошёл и слегка потянул Хо Цзюня за рукав. Разбрасываться угрозами — это одно, но в современном обществе нарушать закон всё же не стоит.
Хо Цзюнь сдержал гнев и перевёл взгляд на старца Чжоу.
Тот был нижив ни мёртв от страха. Судорожно вцепившись обеими руками в трость, старик мелкой дрожью сотрясался всем телом:
— Хо Цзюнь, не надо акций… Я от всего откажусь, всё перепишу на тебя! И дивиденды все отдам, только не заявляй в полицию! Умоляю, не заявляй!
Хо Цзюнь даже не удостоил его ответом и просто вернулся на место.
Старика Чжоу усадили обратно в кресло. Губы его непрестанно дрожали, извергая бессвязное бормотание:
— Виноват… Я виноват… Всё отдам, все деньги, акции, всю корпорацию… Только не судитесь со мной…
Разумеется, раскаянием здесь и не пахло. Прозрение пришло к нему лишь потому, что впереди маячили полицейские нары.
Вскоре прибыл наряд.
В конференц-зале собралось под сотню человек — акционеры, топ-менеджеры, сотрудники. Везти всех в участок было бессмысленно, поэтому полицейские заняли соседний кабинет и начали беглый опрос.
Показания всех присутствующих сходились до мелочей.
Старец Чжоу созвал сегодня акционеров, рассчитывая вернуть себе власть в компании и вышвырнуть Хо Цзюня. Однако тот при всех вскрыл грязную тайну тридцатилетней давности и обнажил зловещие замыслы старика, решившего прибрать к рукам весь бизнес. Разгневанные акционеры и вызвали полицию.
Что до деда с внуком, то они вознамерились сбежать. В суматохе, когда их удерживали, кто-то мог случайно их задеть — но исключительно без умысла. Старец Чжоу всё это время спокойно сидел на стуле, на нём нет ни единого синяка. А младший Чжоу распускал язык и бросался с кулаками, за что и получил сдачи. Впрочем, ничего серьёзного — обычный синяк, даже на медосвидетельствование не потянет.
Выяснив картину произошедшего, стражи порядка изъяли записи с камер наблюдения, забрали копии документов у Хо Цзюня и увели деда с внуком.
Хо Цзюнь и Чжу Цинчэнь проводили их до первого этажа, поручив юридической службе вести это дело дальше.
Офицер напоследок напомнил:
— Господин Хо, держите телефон включённым. Если понадобятся дополнительные показания, мы с вами свяжемся.
— Хорошо. Спасибо вам за работу, — кивнул Хо Цзюнь.
Старик Чжоу совсем выжил из ума от страха: послушно, словно марионетка, уселся на заднее сиденье полицейской машины и замер ни жив ни мёртв. Чжоу Цзыцянь же всё ещё пытался брыкаться и орать, пока полицейский не прижал его к сиденью рядом с дедом.
Когда патрульная машина уехала, Хо Цзюнь переглянулся с Чжу Цинчэнем.
— А где отец Чжоу Цзыцяня? — спросил Чжу Цинчэнь. — Кажется, я его ни разу не видел.
— Такая же никчёмная тварь, как и сынок, — равнодушно отозвался Хо Цзюнь. — Валяется небось в каком-нибудь притоне. Полиция его сама найдет.
— Понятно, — кивнул Чжу Цинчэнь.
Они вернулись в конференц-зал на верхнем этаже, где их ждали акционеры и руководство.
Хо Цзюнь занял председательское кресло и произнёс:
— Лишь избавившись от паршивых овец, корпорация сможет двигаться дальше.
Акционеры дружно закивали, не смея возражать.
Хо Цзюнь сразу обозначил дальнейший курс:
— Хотя за всем этим стоял Чжоу Цзыцянь, общественность неизбежно перенесет гнев на корпорацию Чжоу. Нам нужно принести искренние публичные извинения.
— Однако чужие грехи мы на себя брать не будем. Извиняемся исключительно за то, что Чжоу Цзыцянь злоупотреблял полномочиями и пытался подорвать честность стажировки. Подчеркнём: несмотря на все наши усилия по защите равных возможностей, мы не смогли помешать Чжоу Цзыцяню распускать клевету. Корпорация ужесточит контроль и ускорит трансформацию из семейного бизнеса в современную компанию.
— Кроме того, мы выделим средства и создадим благотворительный фонд для поддержки студентов из бедных семей в качестве компенсации. И призовём общество открыто контролировать его работу.
Кое-кто из акционеров попытался было вставить слово, но Хо Цзюнь властным жестом остановил их:
— Я знаю, что корпорации сейчас нелегко. Но эти деньги должны быть потрачены. Без этого репутацию не вернуть.
— И ещё, — он обернулся к ассистенту. — Закажите несколько громких заголовков в сетях: «Драка топ-менеджеров в корпорации Чжоу», «Полиция увезла руководство семейства Чжоу», «Масштабные перемены в корпорации Чжоу».
Публика падка на скандалы, а уж драка топ-менеджеров — зрелище первейшей свежести. Сначала привлечём внимание, а затем объявим, что виновники уже под следствием и корпорация Чжоу больше не будет иметь с ними ничего общего. Это поможет сгладить негатив.
Однако кто-то из присутствующих неуверенно заметил:
— Господин Хо… «Драка топ-менеджеров» — не слишком ли это ударит по нашему имиджу?
Хо Цзюнь на секунду задумался:
— Те, кто не хочет светить имя, могут сообщить мне лично. В новостях напишем: «Топ-менеджеры корпорации (за исключением старого Чжана) устроили потасовку».
Подавший голос старик Чжан обомлел:
—…
Это что еще за «конфиденциальность»?! Это же прямой указательный перст!
Старик Чжан вздохнул и сдался:
— Ладно, проехали. Всё равно Чжоу Цзыцяня отлупили, хуже его репутации уже ничего быть не может.
Решение приняли единогласно, и отдел по связям с общественностью тут же включился в работу.
«Ты рождён быть злодеем», — подала голос Система Антигероя.
Хо Цзюнь не ответил. Переведя взгляд на Чжу Цинчэня, он замешкался:
— Учитель Чжу, я смотрю, вы в добром расположении духа?
— А то! — Чжу Цинчэнь доволен был как слон.
Видеть, как семейство Чжоу катится в пропасть, доставляло ему чистое, незамутненное удовольствие.
* * *
К счастью, Хо Цзюнь юридчески не имел к Чжоу никакого отношения.
Старец Чжоу всю жизнь опасался его и ни разу публично не признал своим сыном. В документах Хо Цзюня в графе «отец» стоял прочерк. Никакой путаницы с наследством или общими активами не возникло.
Зато старик Чжоу со своим сынком годами утаивали его часть дивидендов. Сумма долга выросла до астрономических размеров. Вдобавок за тяжкие проступки мелкие акционеры единым фронтом вышвырнули семейство Чжоу из компании, лишив их каких-либо прав.
Старец Чжоу ещё надеялся выиграть время: распродать машины и недвижимость, переписать деньги на родственников и оставить внуку хоть какую-то заначку. А когда суд укажет на выплатный лист, развести руками — мол, нищий я, делайте что хотите. С больного старика с деменцией спроса нет.
Однако на следующий же день юристы Хо Цзюня явились вместе с судебными приставами.
Семейство Чжоу отказалось сотрудничать, и суд наложил арест на всё их имущество. Из роскошного поместья их попросту выставили на улицу, разрешив забрать лишь самые необходимые личные вещи.
В день выселения Чжоу Цзыцянь с огромным рюкзаком за спиной, таща чемодан и поддерживая едва соображающего деда, плелся к воротам.
Старец Чжоу, опираясь на трость, уставился в землю и непрерывно бубнил под нос:
— Я виноват… Хо Цзюнь, я виноват, не подавай на меня в суд…
Отец Чжоу Цзыцяня, волочивший баулы впереди, резко обернулся и гаркнул:
— Да нет тут твоего Хо Цзюня! Перед кем ты комедию ломаешь?! У тебя ранняя стадия, а не последняя, хватит притворяться!
Старик вжал голову в плечи. Чжоу Цзыцянь приобнял деда и огрызнулся:
— А ты рот бы закрыл! Думаешь, один такой святой? Забылся, чьи деньги разбазаривал?!
Отец Чжоу Цзыцяня горько ухмыльнулся:
— Да-да, конечно, всё я! А то, что дед в этом поместье жил, с неба свалилось? А твои долги в картах, выпивка, мальчики по вызову? А армии ботов, что ты нанимал — тоже с неба упали?!
Прежде он молчал, но теперь сдерживаться не было сил.
— Мало тебе было с парнями развлекаться — так нет же, надо было докопаться до этого Сяо Шу! Накой черт ты попёрся против Хо Цзюня?! Жил себе спокойно, так вы оба меня на дно утянули! За что мне всё это?!
— А где ты сам был, когда надо было компанией заниматься?! — рявкнул в ответ Чжоу Цзыцянь. — Если бы ты сидел в офисе, стал бы этот ублюдок сядь нам на шею?!
Сцепляясь на каждом шагу, они кое-как выбрались к дороге.
Поместье располагалось в глубоком пригороде, где о транспорте можно было только мечтать.
Отец с раздражением бросил сыну:
— Чего встал? Вызывай такси! Забыл, где мы находимся? Пешком потащимся?
Чжоу Цзыцянь достал телефон, но вдруг понял, что даже не знает, куда им ехать.
— Куда везти-то? — буркнул он.
— А я откуда знаю?! — вспыхнул отец. — Дома-то все опечатали!
Делать было нечего. Чжоу Цзыцянь набрал номер одного из своих приятелей:
— Алло…
Лю Хао на том конце провода сонным голосом спросил:
— Кто это?
Чжоу Цзыцянь сбавил тон, хоть и попытался выдержать привычную вальяжность:
— Это я, Лю Хао. Подскочи за мной…
Но на этот раз привычного «без базара» не последовало. Лю Хао моментально сорвался на оран:
— Пошёл ты! Из-за тебя, урода, из-за того, что я за тебя впрягся, на меня Сяо Шу в суд за клевету подал!
— Ты же сам орал на каждом углу, что Сяо Шу за тобой бегает! Сам плёл, будто он сопли мотает и умоляет вернуться! Из-за твоих сказок я теперь под статьёй хожу, ты совсем с катушек съехал?!
— Да не упёрся ты ему ни разу, он тебя за кусок дерьма держит! А ты ради понтов всю компанию подставил! Пошёл к чёрту!
Лю Хао был тем самым мелким блогером, что подогревал травлю под видео с дракой. Он и помыслить не мог, что Сяо Шу пойдёт в атаку. Ведь все байки травил сам Чжоу Цзыцянь! Лю Хао лишь подхватил тему. И за что теперь соваться в суд? Сяо Шу он достать не мог, зато выместить злость на Чжоу Цзыцяне — запросто.
Идея ехать за ним в такую глушь казалась Лю Хао верхом безумия.
Чжоу Цзыцянь попытался огрызнуться, но Лю Хао просто бросил трубку. Пришлось звонить следующему «другу».
— Чжан…
Не успел он выговорить имя, как раздались длинные гудки.
Чжоу Цзыцянь судорожно листал контакты. Найти крышу над головой было жизненно необходимо, не ночевать же на трассе.
Однако вся телефонная книга словно вымерла. Одни бросали трубку, едва услышав его голос, другие — вроде Лю Хао — обкладывали матом и посылали подальше.
Наконец один из знакомых вроде как согласился приехать.
У Чжоу Цзыцяня теплилась надежда. Он усадил деда на бордюр и остался ждать. Каждая проезжающая машина заставляла его вскакивать, но все проскакивали мимо.
Спустя час до него дошло.
Над ним просто поздевались.
Наверняка эта компания сейчас собралась вместе и ухахатывается над его беспомощностью.
«Неужто ты реально поверил?»
«Да я просто поддакнул, на кой черт мне туда тащиться!»
«Пусть посидит, подергается. Попозже прокатимся, поржём, если он всё ещё там торчит».
В точности так, как они когда-то насмехались над Сяо Шу.
Фантазорские раскаты смеха словно резали уши. В бешенстве Чжоу Цзыцянь замахнулся, чтобы разбить смартфон об асфальт, но вовремя спохватился: денег нет, а новый покупать не на что.
Отец отпускал ядовитые шпильки, но Чжоу Цзыцянь уже не обращал внимания.
И тут в его голове вспыхнула мысль.
Точно! Сюй Си!
Совсем недавно он подарил Сюй Си квартиру и авто. Сюй Си так его любит, он точно не оставит его на улице!
Чжоу Цзыцянь набрал его номер:
— Алло, Сяо Сюй! Помнишь, я покупал тебе элитную квартиру? Там же полно комнат?
Разгар дня, но Сюй Си отозвался сонным, разнеженным голосом:
— Кто это?
— Это я, Чжоу Цзыцянь! — воскликнул он.
— А, Чжоу-шао, — усмехнулся Сюй Си. — Что-то случилось?
— Нам с дедом негде жить, приезжай за нами…
— Ты ничего не путаешь? — перебил его Сюй Си с зевотой. — Чжоу-шао, вообще-то это моя квартира.
— Да знаю я, но мне сейчас…
— А мне-то что? Наш контракт на сопровождение истёк ещё в июле. И вообще, скажи спасибо, что я не заявляю на тебя за разбитую машину и телефон — считаю, мы в расчёте за твои подарки.
— Что?! — Чжоу Цзыцянь отмяк от дерзости. — Ты… ты меня не любишь?!
Сюй Си аж расхохотался:
— Ты в своем уме? Я с самого начала сказал: ты платишь — я гуляю. Мы контракт подписали, все разговоры на диктофон записаны! Ты о чём вообще дуплишь?
— Сяо Шу от твоих бабок отказывался, а ты орал, что он меркантильный. Я обычный наёмный эскорт, а ты решил, что это любовь всей жизни? Ты совсем сдурел? Если денег нет, иди сам в эскорт, глядишь, прокормишься…
Чжоу Цзыцянь в припадке ярости сбросил звонок и набрал 110:
— Алло, полиция?! Я хочу сделать заявление! Я до ареста имущества незаконно переписал на чужое имя квартиру и машину, срочно проверьте!
Назвав адрес, он швырнул телефон и бессильно опустился на траву.
В ушах всё ещё звенели ядовитые слова Сюй Си:
«Сяо Шу от твоих бабок отказывался, а ты орал, что он меркантильный. Я обычный наёмный эскорт, а ты решил, что это любовь всей жизни».
Голова разламывалась на части.
Всё пошло наперекосяк с самого начала. Ему не следовало играть чувствами Сяо Шу. А теперь его самого обвёл вокруг пальца какой-то приживал.
* * *
Пока семейство Чжоу с баулами толкалось на обочине, в семье Ся царило праздничное настроение.
Сяо Чи окончательно оправился и готовился к выписке. Родители Сяо Шу давно хотели отблагодарить Чжу Цинчэня и Хо Цзюня за помощь, и сегодня вечером устраивали домашний ужин.
В пять вечера, как только закончился рабочий день, Чжу Цинчэнь и Хо Цзюнь собрались к Ся.
Спустившись в холл, Чжу Цинчэнь заметил у центрального входа знакомую фигуру, нервно озиравшуюся по сторонам.
«Чего это он тут вынюхивает?» — удивилась Система.
«Без понятия», — качнул головой Чжу Цинчэнь.
В этот момент Сюй Си тоже заметив его, замахал рукой:
— Учитель Чжу!
Чжу Цинчэнь ответил сдержанной улыбкой и повернулся к Хо Цзюню:
— Может, разделимся? Вы за машиной, а я сбегаю за цветами и тортом?
В гости всё-таки не принято ходить с пустыми руками.
— Он выудил у Чжоу Цзыцяня квартиру и машину, но оформление не завершил, и сегодня тот сдал его полиции, — ровным тоном произнес Хо Цзюнь. — Ничего хорошего он вам не скажет. Я отправлю ассистента за машиной, а его позовём сюда. Поговорим при мне.
— Ладно, — согласился Чжу Цинчэнь и жестом позвал Сюй Си внутрь.
Тот не заставил себя ждать и, едва переступив порог, запричитал:
— Учитель Чжу, вы должны вступиться за меня!
— Что случилось? — с наигранным удивлением спросил Чжу Цинчэнь.
— Этот Чжоу Цзыцянь…
— Пойдём присядем.
Они расположились на диванах в холле, секретарь подала газировку.
Сюй Си тут же начал изливать душу:
— Учитель Чжу, вы не представляете! Я с ним несколько месяцев таскался, он мне хату и тачку подогнал, а сам побежал в полицию и всё отобрал! Я теперь без крыши над головой и без единого гроша! Что мне делать?! Учитель Чжу, помогите!
Чжу Цинчэнь пригубил напиток и тихо спросил:
— А ты уверен, что эти машина и квартира действительно твои?
— Ну разумеется… — Сюй Си запнулся. — А чьи ещё? Мы же договор подписали! Он просто забрал всё назад!
— Раз ты утверждаешь, что работал честным эскортом, то и получать должен был оговоренную плату, — возразил Чжу Цинчэнь. — Недвижимость и авто вряд ли входили в твои официальные чаевые?
— Я… — Сюй Си попытался перевести всё в шутку и снова натянул улыбку. — Учитель Чжу, вы уже в курсе?
Он попытался схватить Чжу Цинчэня за руку:
— Тем лучше! Я на мели, мне даже поесть не на что! Вы же с господином Хо в хороших отношениях, помогите мне вернуть квартиру и машину! Или, может, вы знаете других богатых господ? Не познакомите? Или вы сами… не прочь воспользоваться моими услугами?
Чжу Цинчэнь мгновенно выдернул руку.
Хо Цзюнь молча поднялся и встал между ними. Его ледяной, уничтожающий взгляд заставил Сюй Си поперхнуться словами.
Вот так номер! Чжу Цинчэнь удивлялся такой наглости: этот тип припёрся к нему, чтобы попросить свести его с богатыми клиентами?!
Да как у него рот-то открылся?!
Из-за широких плеч Хо Цзюня Чжу Цинчэнь строго посмотрел на парня, включив режим строгого преподавателя:
— Хватит паясничать и нести ерунду!
Заметив, что шутки кончились, Сюй Си мгновенно подобрался и сел выпрямившись.
Чжу Цинчэнь продолжил:
— Я ещё в прошлый раз хотел тебя спросить. Если эскорт для тебя — обычная работа, отчего ты гол как сокол? И почему вместо того, чтобы бросить Чжоу Цзыцяня и найти нормальное занятие, ты продолжал разыгрывать жертву перед Сяо Шу?
Сюй Си притих.
— Давай я сам отвечу, — чеканя каждое слово, произнес Чжу Цинчэнь. — Потому что никакой ты не бедствующий. Тебе мало просто зарабатывать на жизнь — ты захотел красивой жизни, брендов, роскоши и авто.
— Ты пытался урвать куш у Чжоу Цзыцяня и одновременно боялся, что Сяо Шу нанесёт ответный удар и потопит его. Вот и крутился между ними, пытаясь угодить и тем, и другим.
Сюй Си попытался вильнуть:
— Да я просто хотел квартиру и машину! Я не хотел ни с кем воевать! Что в этом плохого?! Не я же вредил Сяо Шу, а Чжоу Цзыцянь! Те фотки и эсэмэски он меня заставлял отправлять!
— Хотеть хорошей жизни — не грех, — отрезал Чжу Цинчэнь. — Но то, что не заработано собственным трудом, никогда не станет твоим.
— Ты лебезил перед Чжоу Цзыцянем и лез в друзья к Сяо Шу, считая себя самым умным. И к чему это привело? Всё, что ты наскрёб, у тебя отобрали. Ты остался ни с чем.
— Неужели ты думал, что вокруг одни дураки? Чжоу Цзыцянь повелся на твои уловки, но даже он заранее обезопасил себя договором.
— Ты хитер, но это лишь мелкая ушлость. Почему ты не мог, как Сяо Шу, честно добиваться своего step by step?
— Всё, что я говорил тебе в прошлый раз, пролетело мимо ушей.
Сюй Си понизил голос почти до шепота:
— Я не такой умный, как Сяо Шу, и силы воли у меня нет… Учитель Чжу, не надо нотаций. Да, я лентяй и хотел халявных денег.
— И где твои халявные деньги? — прищурился Чжу Цинчэнь. — Ты столько лет в этой сфере — отложил хоть юань? Похоже, что нет. Если бы у тебя были сбережения, ты бы не прибежал сюда ко мне.
Сюй Си залился краской — попал точно в цель.
Так и было.
Работа в эскорте оказалась бездонной бочкой. Богачи умели считать деньги, и даже Чжоу Цзыцянь дергал за ниточки. Вся его зарплата уходила за считанные дни, приходилось влезать в долги по картам. Он просто привык к красивой жизни и уже не мог от нее отказаться.
Он опустил голову, не смея поднять глаз на Чжу Цинчэня.
— Ты хоть понимаешь, — добавил Чжу Цинчэнь, — что отделался лёгким испугом чисто случайно?
— Если бы Сяо Шу оказался слабовольным и при первом же извинении Чжоу Цзыцяня вернулся к нему, представляешь, что бы с тобой стало?
— Если бы план Чжоу Цзыцяня сработал и они помирились, думаешь, он оставил бы тебя в покое? Он бы с потрохами сдал тебя Сяо Шу, лишь бы выслужиться!
— Ты потерял лишь квартиру и машину, остальное цело. Это чистая удача. И после этого ты ещё смеешь приходить ко мне за заступничеством?
Сюй Си замер с открытым ртом.
Только сейчас, когда Чжу Цинчэнь разложил всё по полочкам, его пробил холодный пот.
В этот момент лифт открылся, и из него вышел Сяо Шу, закончивший рабочий день.
Сюй Си дернулся было к нему, но вовремя спохватился и испуганно взглянул на Чжу Цинчэня:
— Учитель Чжу…
— Сяо Шу всё еще не пришел в себя, — отрезал Чжу Цинчэнь тоном, не терпящим возражений. — Если ты еще хоть раз под предлогом «я ни в чем не виноват» попробуешь действовать ему на нервы, простым разговором мы с тобой не обойдемся.