Солнце садилось, и вечерний ветер становился всё прохладнее.
Госпожа Чэнь стояла у стойки винодельни. Зажгла свечу, то и дело тревожно выглядывая на улицу.
«Почему А-Сюань до сих пор не вернулся?»
Прошло уже больше получаса, хотя заказов на сегодня оставалось совсем ничего.
Слуга, тоже почуяв неладное, отложил тряпку:
— Пойду гляну, что там.
— Сходи, — кивнула госпожа Чэнь.
Парень выбежал на дорогу, ведущую к городским воротам. Никаких следов повозки, запряжённой осликом, не было.
Попросив прохожего соседа передать хозяйке, чтобы та не отлучалась из лавки, он со всех ног бросился к резиденции семьи Лю, чтобы обо всём рассказать Лю Аню.
* * *
Лю Ань к тому времени уже поужинал и при свете лампы перелистывал книги, отдавая последние часы подготовке к дворцовому экзамену.
Слуга ворвался в комнату запыхавшись:
— Молодой господин! Молодой господин Пэй пропал!
— Что? — Лю Ань отшвырнул свиток и резко обернулся. — Как пропал? Говори толком!
— Господин Пэй каждый вечер ездит в город развозить вино и обычно возвращается не дольше чем за пару глотков чая. Но сегодня его нет уже почти час!
— До сих пор не вернулся? — Лю Ань стремительно поднялся. — Куда именно он повез заказ?
Слуга протянул список, переписанный госпожой Чэнь. Лю Ань бегло пробежал по нему глазами и бросил обратно:
— Собирай слуг во дворе. Обойдём каждый дом из списка!
— Слушаюсь!
Парень уже повернулся, чтобы бежать, но Лю Ань вдруг зацепился взглядом за одну из строчек и выхватил бумагу из его рук. Всмотрелся внимательнее.
«Усадьба князя Цзина».
Лю Ань облегчённо перевёл дух. Раз дело касалось князя Цзина, особых причин для паники не было. Ему слишком хорошо были известны замашки Его Высочества: тот наверняка просто зацепился за Пэй Сюаня языком или силою усадил за ужин. Пэй Сюань теперь носил учёную степень, и князь вряд ли осмелился бы переступить грань.
— Ступай. Набери пару людей, идём к князю Цзину.
Лю Ань развернулся к выходу, но не успели они переступить порог резиденции, как из галереи появился его отец, глава рода Лю. Постукивая тростью, он брёл навстречу невероятно быстрыми для своего возраста шагами.
— Ань-эр! Кого это ты собрал на ночь глядя и куда мылишься?
— В усадьбу князя Цзина.
Старый Лю мазнул взглядом по слуге, узнал в нём приставленного к Пэй Сюаню человека, и всё мгновенно понял:
— Уж не с тем ли мальчишкой из винодельни что-то стряслось?
— Именно, — кивнул Лю Ань. — Схожу, заберу его.
— Ты... — Глава рода с такой силой стукнул тростью о камни, что звук отозвался эхом. — Завтра дворцовый экзамен! Ты ради какого-то ничтожного школяра из винной лавки собрался ночью штурмовать усадьбу князя Цзина?! Совсем с ума сошёл?!
Лю Ань сохранял обладание:
— Не надо драматизировать, отец. Князь Цзин вечно донимает Пэй Сюаня разговорами. Сегодня, видимо, снова заставил остаться на ужин. Но его мать тревожится, вот и прибежали ко мне. Пэй Сюань робок, прост и заступиться за себя не умеет, связей у него нет — отказать князю он просто не смеет. Забрать его оттуда для меня — дело пары минут. К тому же, уходя во дворец, учитель Чжу велел мне присматривать за младшими братьями по учебе. Как я могу смотреть, как Пэй Сюань попал в беду? Ты и сам сказал — завтра экзамен. Как я могу...
Отец посмотрел на него со смесью досады и разочарования:
— Что ты вообще понимаешь?! Кабы всё было так просто, как тебе чудится! Князь Цзин — вовсе не тот, кем кажется, он...
Договаривать старик не стал. Строго взмахнул рукавом:
— Слуги! Верните молодого господина в его покои! Заприте и стерегите! Пусть учит, а не хочет учиться — пусть ложится спать! Никого не выпускать! Завтра на дворцовый экзамен я лично его поведу!
Четверо дюжих слуг мгновенно подступили и без труда подхватили худощавого Лю Аня за руки и за ноги.
— Отец! Объясни толком, что ты имеешь в виду?! Почему... — Лю Ань забился, но вырваться не смог. Он крикнул через плечо слуге: — Сяо Чжан! Беги к учителю! Проберись во дворец и найди учителя Чжу!
Из всей их братии ни у кого не было достаточно влиятельной семьи. Оставалось надеяться только на Учителя.
Слуга в замешательстве взглянул на главу рода Лю. Тот лишь тяжело вздохнул и досадно махнул рукой:
— Беги, беги... Только о том, что от меня побежал, — ни слова.
— Слушаюсь! — Парень метнулся за ворота и со всех ног помчался в сторону императорского дворца.
* * *
Добравшись до ворот Императорского дворца, парень замер перед возвышающейся громадой дворцовых стен. Стражники у ворот косо и угрюмо воззрились на него.
Сердце слуги ушло в пятки, он отступил на полшага назад. И тут в потоке прохожих мелькнула знакомая фигура.
— Государев евнух! Почтенный евнух! — закричал парень изо всех сил. — Я слуга учителя Чжу! Дело жизненной важности, умоляю, позвольте увидеть учителя Чжу! Дело жизни и смерти!
Раньше, сопровождая Лю Аня в усадьбу учёного чиновника, он не раз видел евнуха Яна. Видел и недавно, во время оглашения списка победителей, хотя и не знал его имени.
Стражники уже вознамерились скрутить крикуна, но евнух Ян услышал вопли и в сопровождении свиты мелких евнухов неторопливо направился к воротам.
— Что за шум? Кто позволил кричать у дворцовых ворот?
* * *
В это время Чжу Цинчэнь вместе с пожилыми учёными чиновниками только-только покончил с ужином. Вытерев губы, он направлялся к Палате Книжных Архивов, чтобы обсудить темы для предстоящего дворцового экзамена.
Дворцовые испытания отличались от весенних столичных куда большей строгостью и состояли из двух частей: стратегического трактата и личного собеседования с императором. На написание сочинения по единственной теме отводился ровно один час.
Поскольку тема была всего одна, составляли её в самую последнюю ночь перед экзаменом — дабы исключить малейшую возможность утечки.
Перед входом в Архивы стоял письменный стол с бумагой и тушью, охраняемый дворцовой стражей. Каждый учёный, входивший или выходивший из здания, обязан был оставить свою подпись в журнале учета — даже если отлучался по нужде.
Чжу Цинчэнь, доедая недоеденную на пиру сладкую фасолевую булочку, выстроился в хвост очереди на подпись.
Стоявший впереди пожилой учёный оглянулся:
— Сяо Чжу, ты всё ещё жуёшь? Вытри пальцы, а то поставишь пятно на бумаге, и нам всем переподписывать придётся.
Чжу Цинчэнь облизал кончик пальца:
— Я аккуратно.
— Ну что за ребёнок, — вздохнул старец. — Вечно у тебя во рту что-то торчит.
— Не знаю почему, но сегодня меня берёт какая-то неопределённая тревога. А когда тревожно — хочется есть.
* * *
Чжу Цинчэнь мысленно обратился к Системе:
«Система, можешь показать мне, чем сейчас заняты Пэй Сюань и Лю Ань? Как в прошлый раз, чтобы перед глазами был экран?»
Система отозвалась:
«Не могу, слишком далеко. Моя камера-объектив не достаёт на такое расстояние».
«Ладно».
Очередь дошла до Чжу Цинчэня. Он запихал остаток булочки в рот, вытер руку о платок и взял кисть. Заботливо нагнувшись над столом, он успел вывести лишь первый иероглиф своего имени — «Чжу», — как из глубины дворцовой аллеи донёсся отчаянный вопль:
— Учитель Чжу! Учитель Чжу!
Слуга на полной скорости подбежал к столу и с размаху грохнулся на колени:
— Учитель Чжу! С... с молодым господином Пэем беда!
Чжу Цинчэнь замер с занесённой кистью:
— Что случилось?
— Господин Пэй поехал развозить вино и до сих пор не вернулся! Молодой господин Лю хотел собрать людей и отправиться на поиски, но хозяин дома запер его в покое! Дело не терпит отлагательств, у меня не было иного выхода, кроме как бежать к вам!
Слуга припал лбом к камням мостовой:
— Дайте мне ваше письменное повеление или дайте пару людей, я сам пойду искать господина Пэя!
Чжу Цинчэнь густо зачеркнул только что выведенный иероглиф «Чжу» и с глухим стуком отложил кисть на подставку.
— Я пойду сам.
Он прекрасно знал, где искать Пэй Сюаня. Где ещё, кроме резиденции князя Цзина?
Даже если этот парень явится туда с его личной дощечкой-пропуском, князь Цзин и ухом не поведёт.
Чжу Цинчэнь сбежал со ступеней и повернулся к опешившим старикам-чиновникам, вскидывая руки в уважительном поклоне:
— Почтенные господа, сегодня я не переступал порога Книжных Архивов и не участвовал в обсуждении экзаменационных тем. Я иду спасать своего ученика. Прошу вас засвидетельствовать это. Если завтра дело дойдёт до Его Величества, уповаю на вашу честность.
Старые учёные хоть и не поняли толком суть переполоха, но дружно замахали руками:
— Иди, иди, Сяо Чжу. Мы всё подтвердим.
— Благодарю!
Сложив руки в прощальном жесте, Чжу Цинчэнь вместе со слугой устремился к дворцовым воротам.
* * *
По дороге им вновь попался евнух Ян. Именно он приказал страже пропустить слугу, но из-за преклонных лет запыхался и плёлся сзади.
Увидев перепуганного Учителя Чжу, евнух поспешил успокоить его:
— Учитель Чжу, не извольте гневаться! Я уже велел запрягать экипаж, обождите минутку, сейчас подадут!
Но времени не было. Ещё немного — и этот мерзавец князь Цзин с потрохами сожрёт Пэй Сюаня.
Едва евнушонок подвёл повозку, Чжу Цинчэнь метнулся к ближайшему стражнику, выхватил у него из ножен меч и одним махом перерубил упряжные ремни.
Конь взвился на дыбы с оглушительным ржанием.
Чжу Цинчэнь, не выпуская клинка, ловко вспрыгнул в седло и в два оборота обмотал поводья вокруг ладони, укрощая скакуна. Проезжая мимо обомлевшего евнуха Яна, он перехватил меч, нагнулся и одним рывком вздёрнул старика к себе на конскую спину!
— Э-эй! Сяо Чжу!
Земля ушла из-под ног, и евнух Ян в ужасе возопил, оседлав коня позади учёного.
— Его Величество повелел: если я покину дворец, евнух Ян обязан сопровождать меня, — бросил Чжу Цинчэнь через плечо. — Почтенный Ян, побудете моим свидетелем!
У евнуха Яна глаза вылезли на лоб:
— А... Ладно... Учитель Чжу, то-о-олько потише!
Чжу Цинчэнь стегнул поводьями и сжал бока коня бёдрами. Конь рванул с места, вылетая за пределы дворцового комплекса. Полы его длинного халата взмыли на ветру.
Патрульные не посмели преградить им путь, а стражники у ворот от неожиданности даже не успели опустить решётку.
Евнух Ян цеплялся за пояс Чжу Цинчэня мёртвой хваткой, побелев от страха:
— Сяо Чжу, полегче! Полегче!
Ему отродясь не приходилось скакать верхом!
Следом за ними в воздухе летел синеватый светящийся шарик:
«Хозяин, полегче! Я тоже никогда не ездила на лошадях!»
Чжу Цинчэнь скосил глаз — голубой огонёк едва поспевал за скакуном. Благодаря его свечению дорога в наступающих сумерках просматривалась отлично.
Чжу Цинчэнь повернул голову к дороге и буркнул:
«Ты у меня вместо фонаря работаешь?»
«...»
«Если с Пэй Сюанем что-нибудь случится, — добавил Чжу Цинчэнь, — я запущу тебя в небо вместо звезды».
«?»
Чжу Цинчэнь спросил в уме:
«Я же велел Пэй Сюаню жить либо в моей усадьбе, либо у Лю Аня! Какого чёрта он опять попёрся к князю Цзину?!»
Система принялась оправдываться:
«Это сработала функция автоматического восстановления сюжета! По канону Пэй Сюань обязан попасть в усадьбу князя Цзина накануне дворцового экзамена. Даже если бы ты запер его в сундуке, сюжет всё равно нашёл бы способ затащить его за этот порог!»
Чжу Цинчэнь обомлел:
«Почему ты раньше молчала?!»
Система ответила с полнейшим самообладанием:
«Я думала, ты в курсе. Перед началом задания внизу высвечивается пользовательское соглашение и правила миссии».
«?»
«Кто вообще читает этот мелкий шрифт?!»
Его раздирала ярость. Чжу Цинчэнь ещё сильнее стегнул коня, ускоряя бег к резиденции князя Цзина.
Система попыталась его утешить:
«Не переживай так, сюжетный алгоритм не настолько строг! Главное, что Пэй Сюань просто переступил порог, вовсе не факт, что князь успеет... ну, ты понял».
Чжу Цинчэня едва не выворачивало от одной мысли о том, что только что съеденный ужин попросится наружу. Он сжал поводья и пронёсся по погружающейся в темноту широкой улице.
Народу на улицах в этот час было немного.
* * *
Вдруг из подворотни выбежало несколько человек.
Лю Ань, путаясь в полах одежды, чуть не угодил прямо под копыта коню Чжу Цинчэня.
— Ань-эр?!
— Учитель?! — Лю Ань вскинул голову. — Учитель! Я вылез через окно и по дороге прихватил соучеников! Пэй Сюань правда в резиденции князя Цзина?!
Чжу Цинчэнь кивнул:
— Да.
— Тогда я...
— Я всё улажу сам, — отрезал Чжу Цинчэнь. — А ты возьми соучеников и стой снаружи. На глаза не показывайтесь, но всё зафиксируйте, чтобы потом, если князь Цзин вздумает валить с больной головы на здоровую, у нас были свидетели.
— Понял!
Лю Ань отступил в сторону, освобождая дорогу.
Чжу Цинчэнь резко натянул поводья перед воротами княжеской усадьбы. Кожаные ремни въелись в его ладони до белых рубцов.
Он поднял взгляд на резную вывеску над воротами резиденции князя Цзина:
«Если этот гад хоть пальцем его тронул...»