В VIP-кабинете царила мёртвая тишина, которую разрывал лишь громкий звук трансляции.
То ли из-за разбитого экрана, то ли из-за сбоя в динамике динамик телефона орал на пределе мощности. Звук отбивался от стен, гулким эхом разлетаясь по комнате.
Приспешники Чжоу Цзыцяня в ужасе отхлынули к стенам, боясь попасться под горячую руку.
Сам Чжоу Цзыцянь напоминал взбешённого зверя. Он крушил всё, что попадалось на глаза, надеясь грохотом падающей мебели заглушить ненавистный голос Сяо Шу.
Но чем сильнее он бесился, тем чётче и громче звучала речь. Каждое слово Сяо Шу вонзалось в его сердце подобно раскалённому кинжалу — глубоко и безжалостно.
«За тот год, что мы встречались, Чжоу Цзыцянь и его дружки ни на день не прекращали перемывать мне кости».
«В этом видео собраны аудиозаписи и скриншоты из их переписок. Чжоу Цзыцянь даже приносил мне объедки из ресторанов, а его приятели толпились неподалёку и развлекались, наблюдая, как я ем всё это у общежития».
«А в день, когда я предложил расстаться и плакал на обочине, он снял меня на видео и отправил в общий чат — похвалиться перед друзьями, как сильно я от него завишу и как безумно в него влюблён».
Каждый факт подкреплялся неопровержимыми доказательствами.
Откуда Сяо Шу всё это узнал?!
Все эти глумливые голосовые сообщения и скриншоты находились либо в их закрытой группе, либо произносились лично. Как они попали к Сяо Шу?!
Чжоу Цзыцянь бросил очередную вазу и тяжело оглядел присутствующих.
Перепуганные приятели спешно отступили на безопасное расстояние, наперебой лебезя и доказывая свою невиновность:
— Чжоу-шао, блядь, откуда у него эти записи?!
— Среди нас крыса! Точно крыса завёлась!
— Чжоу-шао, я поклясться готов, я ни слова никому не сливал!
Не в силах вычислить предателя, Цзыцянь в приступе ярости со всей дури пнул ногой тяжелый игорный стол, и тот с грохотом повалился прямо к ногам его свиты.
А из раздавленного смартфона продолжал литься спокойный голос Сяо Шу.
Когда демонстрация улик подошла к концу, юноша в кадре выдержал паузу и прямо посмотрел в объектив. ЕГО взгляд был настолько чист и ясен, словно он пытался заглянуть в душу каждому, кто находился по ту сторону экрана.
«Его поступки — это циничный обман и растаптывание моего достоинства. Ни о каком примирении не может быть и речи, как и о компенсациях за расставание».
«Однако он почему-то решил, будто я просто набиваю себе цену и играю в недотрогу».
«На следующий день после разрыва он примчался к моему общежитию и заявил, что я ещё пожалею о своём решении. Я чётко дал понять, что жалеть ни о чём не стану и возвращаться к нему не собираюсь».
«Вот запись с камер наблюдения возле корпуса».
«С момента нашего расставания и до сегодняшнего дня он не прекращал меня преследовать».
«Его уловки не отличались изысканностью: он присылал мне снимки своей новой пассии, хвастался дорогостоящими подарками для неё, пытался сорвать моё собеседование в корпорации Чжоу, а когда я всё-таки прошёл стажировку — самовольно перевёл меня на другую должность».
«Вот скриншоты переписки и видеозаписи, где он, пользуясь связями, пытается вычеркнуть мою фамилию из списка кандидатов».
«Я проявлял крайнее терпение, но мой покой так никто и не пощадил».
«Вчера днем мой младший брат отдыхал в парке, дожидаясь меня к обеду. Чжоу Цзыцянь подошёл к нему и начал приставать. Когда я прибежал, у брата случился приступ — он лежал на земле и не мог даже позвать на помощь, а этот человек просто стоял рядом и наблюдал».
«Тогда я просто оттолкнул его и поспешил вызвать скорую».
«Позже, когда состояние брата стабилизировалось и я собирался уйти из больницы, Чжоу Цзыцянь снова встал у меня на пути. Он заявил, что оплатит лечение и подготовит брата к операции, если я соглашусь возобновить наши отношения».
«Я снова ответил отказом и на эмоциях ударил его».
В тот момент у ворот больницы Чжу Цинчэнь проявил предусмотрительность и вовремя включил диктофон на телефоне.
В видео отчетливо слышался высокомерный, покровительственный тон Чжоу Цзыцяня, а также его откровенное признание: он подбирался к Сяо Чи только потому, что тот лицом походил на старшего брата.
В самом конце ролика Сяо Шу вздохнул и глубоко поклонился в камеру.
«В итоге мы оба оказались в отделении полиции, где подписали мировое соглашение».
«Я никак не ожидал, что эта история выльется в сеть, а друзья Чжоу Цзыцяня продолжат поливать грязью меня и мою семью».
«У меня не осталось иного выбора, кроме как рассказать правду. Я прошу лишь об одном: пусть Чжоу Цзыцянь оставит нас в покое».
«Я скажу в последний раз, чтобы все услышали: мне не нужны его деньги, и я никогда к нему не вернусь».
Видео завершилось. Чжоу Цзыцянь совершил стремительный рывок и со всей дури пнул несчастный смартфон, отправляя его в полет до противоположной стены.
Что значит «у него не осталось выбора»?!
Это у него, у Чжоу Цзыцяня, теперь не осталось никаких вариантов!
Сжав кулаки, Цзыцянь диким взглядом оглядел комнату.
Лю Хао, успевший изрядно испачкать Сяо Шу в комментариях, осознал масштаб катастрофы и попытался тихо юркнуть к дверям.
— Лю Хао, тварь! — взревел Цзыцянь.
Не успел тот добежать до выхода, как Цзыцянь настиг его, повалил на пол и от души съездил в челюсть.
— Сука! Ты меня погубил! Ты меня своими руками закопал!
Цзыцянь орал как подрезанный, осыпая приятеля градом ударов. Лю Хао, конечно, не собирался безропотно терзать свое лицо, но, помня о влиянии семьи Чжоу, отвечать в полную силу не дерзал — лишь уворачивался да пытался оправдаться:
— Чжоу-шао, я же из лучших побуждений! Я не хотел, честное слово!..
— Пошёл ты!.. — выкрикнул Цзыцянь и внезапно осекся.
Он странно хрипнул, замер на мгновение и плашмя рухнул навзничь.
— Э-э? Вы же видели! — взмолился перепуганный Лю Хао, отскакивая в сторону. — Я его даже не тронул! Это все хвалёный Сяо Шу! Наверняка от того удара у него какое-то повреждение осталось...
Приятели тут же подскочили к бессознательному Цзыцяню и подхватили его под руки.
— Хватит трындеть, скорую вызывать надо!
— Может, его родным звякнуть?
— Сам им звони, если жить надоело! В больницу сначала оттащим, там видно будет!
* * *
За прошедшую ночь произошло немало событий.
Слухи росли как снежный ком. Личность Чжоу Цзыцяня мгновенно раскрыли: избалованный наследник корпорации Чжоу, известный в определенных кругах мажор.
Полицейский участок выкатил официальное заявление: инцидент у ворот Первой народной больницы исчерпан, стороны заключили мировое соглашение и претензий друг к другу не имеют.
И хотя Лю Хао поспешно подтёр свои грязные комментарии, въедливые пользователи успели наделать скриншотов. Теперь изображение с подписью «продажная тварь Сяо Шу» гуляло по всему интернету.
Немногие сохранявшие нейтралитет пытались призвать к здравому смыслу и докопаться до истины, но их тут же затаптывала разъярённая толпа.
Отдельные неадекваты и вовсе попёрлись в официальный аккаунт Университета Цзинхуа с требованиями немедленно отчислить «столь аморального студента».
[Какая бы ни была причина, драться нехорошо!]
[Да он просто психопат какой-то!]
[Если честно, старик Чжоу и его внук всегда казались мне очень воспитанными людьми. Я как-то подрабатывал в отеле, придерживал им дверь, так молодой господин Чжоу мне «спасибо» сказал. Настоящий джентльмен.]
[Корпорация Чжоу — это старый капитал, а не какие-то нувориши. В таких семьях детей строже строгой дисциплине учат.]
[Сколько мажоров в скандалах погрязли, а про Чжоу-шао ни разу ничего плохого не слышно было. Не мог он до такого опуститься.]
[Бедный Чжоу-шао! Сам себя уберечь не смог от безумного прилипалы!]
[И ведь Чжоу-шао в итоге с ним пошел на мир! Зачем?! Надо было нанять лучших адвокатов и упечь его за решетку! Эх, богатство не защищает от всех бед...]
[Откупился от греха подальше, видать.]
[@Университет Цзинхуа, вы собираетесь отчислять этого отморозка?!]
[@Университет Цзинхуа, вам задан конкретный вопрос! Куда смотрит руководство, пока у вас учатся моральные уроды?]
Несколько знакомых преподавателей написали Чжу Цинчэню, пытаясь выяснить детали. Звонил даже декан: велел Цинчэню срочно найти Сяо Шу и вместе с ним явиться завтра в деканат.
Цинчэнь отмахнулся неопределенным откликом, положил трубку и вернулся к систематизации доказательств.
Ни он, ни Сяо Шу не поддавались панике. Всю ночь они методично собирали улики, монтировали видеоматериал и выкладывали его в сеть, щедро снабдив самыми горячими тегами.
Им удалось вскочить в последний вагон уходящего поезда под названием «сетевой хайп».
Едва видео-опровержение появилось в сети, в комментарии хлынул поток язвительных пользователей.
[Посмотрим, как этот Сяо Шу теперь запоет!]
[Зашёл посмотреть на жалкие лепеты виновника.]
[По лицу видно — лицемерная тварь, привыкшая строить из себя невинную овечку.]
[Богатым людям делать больше нечего, кроме как за простыми студентами бегать? У парня явный синдром жертвы.]
[Да его просто какой-то мошенник развел под видом мажора, вот он и бесится!]
[Ага, я тоже в детстве думал, что переписываюсь с суперзвездой. Неужели кто-то реально верит, что богачи влюбляются в нищих никчёмышей?]
[Кочевал лох — его и обули. Но это не дает ему права людей избивать!]
[Недавно показывали дедушек и бабушек, которых мошенники развели. Но чтобы студент верил в такую дичь — это просто анекдот!]
[Он реально думает, что кто-то поверит в эту чушь?]
Однако шутки продолжались недолго.
В кадре включилась аудиозапись, сделанная в VIP-кабинете. Голос Чжоу Цзыцяня звучал отчетливо и цинично:
«Да так, поразвлечься на халяву. Ни копейки на него не потратил».
«Ну ты даешь, Чжоу-шао! Красава!»
В комментариях наступила пауза. Чат буквально замер.
[???]
[Это что за хрень?!]
[Да это подделка! Любую запись можно смонтировать! Настоящий аристократ ни за что не стал бы вести себя подобным образом!]
[Откуда у нищеброда запись с закрытой вечеринки мажоров? Точно нейросеть!]
[Но звук-то один в один как на том видео с дракой...]
[Мне что-то не по себе...]
Затем Сяо Шу выложил видео с камер наблюдения, где Чжоу Цзыцянь во всей красе предстал перед зрителями.
Сомнения испарились без следа.
[Народ, кто знает Чжоу Цзыцяня? Это реально он?]
[Вчера же сливали его фотки. Один в один!]
[Точно он! Это его Сяо Шу отделал!]
[На кадрах тот самый Чжоу Цзыцянь! Те вещи, что он посылал Сяо Шу — это лимитированные коллекции. Достаточно проверить чеки, чтобы узнать покупателя! Какой мошенник станет раскошеливаться на такое ради нищего студента?! Смысл парня обманывать?]
[То есть все это время не Сяо Шу бегал за мажором, а этот ублюдок преследовал парня?!]
[У корпорации Чжоу тут своя армия ботов дежурит? Чуть что — сразу набегают облизывать своего барчука?]
[Комментаторы сверху про "воспитанного джентльмена", вы с ним вообще общались? Или он вам только во сне явился, такой весь из себя благородный?]
[Тошнотворно. Меня сейчас вырвет. Сволочь!]
[Если ты беден, значит, твоими чувствами можно вытирать ноги? Можно окатывать грязью?!]
[@Лю-шао из Бэйцзина, это же твой дружок? Выходи, узнаешь подельника?]
Не прошло и десяти минут с момента публикации, как число комментариев перевалило за несколько тысяч.
Сидя в кабинете, Чжу Цинчэнь задумчиво листал ленту.
Вчера вечером Хо Цзюнь подвёз их до университета. На территории академии обеспечивалась надежная охрана, да и снимать разоблачение в офисе Хо-цзуна было неуместно, поэтому они укрылись в кабинете Цинчэня.
«Система, а что это за "дворянские господа" такие?» — мысленно поинтересовался Цинчэнь.
«Ты же из древности прибыл, — удивилась Система. — Неужели не знаешь?»
«Я имею в виду: в современности ведь нет никаких сословий. О каких аристократах твердят эти люди?»
«В реальности их нет. Зато в умах — хоть отбавляй».
«Хм...»
Благородный аристократ? Чжоу Цзыцянь?! Да он и мизинца такого статуса не стоит.
Цинчэнь полистал комментарии еще немного. Убедившись, что общественное мнение окончательно встало на сторону Сяо Шу, он со спокойной душой закрыл приложение. Кабы Сяо Шу не съездил мажору по физиономии у больницы, кабы дружки Цзыцяня не раздули скандал — вряд ли история получила бы такой резонанс.
Зато теперь вся страна знает истину.
Чжу Цинчэнь сладко потянулся, подавив кашель, и повернулся к юноше:
— С видео всё в порядке. Чжоу Цзыцянь вряд ли очухается быстро. Ты не спал всю ночь, иди в общежитие, отдохни.
Сяо Шу благодарно кивнул:
— Хорошо, Учитель Чжу, я пойду.
— Иди, — Цинчэнь поднялся из-за стола. — Я тоже отправлюсь к себе.
Сохранив несколько копий собранных улик, они вместе покинули корпус.
Погода стояла чудесная. Небо радовало безупречной синевой, ласковый ветерок освежал лицо.
Сяо Шу поправил лямку рюкзака и поднял взор к небесной лазури. Раньше он ходил, понурив голову, боясь наткнуться на преследователя.
Теперь всё изменилось. Ему больше нечего было бояться.
Чжу Цинчэнь ободряюще похлопал его по плечу:
— Выспись как следует. Если люди Чжоу попытаются выйти на связь — сразу сообщай мне. Если руководство университета начнет давить и требовать удалить видео — игнорируй. В любой непонятной ситуации иди к Учителю.
— Понял, Учитель Чжу! — твёрдо пообещал Сяо Шу.
Цинчэнь проводил его до дверей корпуса и лишь затем направился к себе.
На ходу он набрал сообщение Хо Цзюню:
[Как там Хо-цзун? Что слышно от семейства Чжоу?]
Ответ пришел незамедлительно:
[Чжоу Цзыцянь затаился. Старец Чжоу пока не в курсе.]
«Скоро узнает», — хмыкнул Цинчэнь.
Вернувшись в квартиру, он плотно задернул шторы, повалился на кровать и, обняв подушку, вновь уткнулся в телефон.
«Ты уже полчаса липнешь к экрану! — подала голос Система. — Спать думаешь?»
Цинчэнь перевернулся на другой бок и потянул провод зарядки:
— Не могу заснуть.
Он обожал читать, как в комментариях разносят заносчивых мерзавцев.
Система зависла прямо над ним, загораживая экран:
«Марш спать!»
— Ладно-ладно... Еще десять минут, и точно всё.
Система вздохнула и стала засекать время.
Не прошло и двух минут, как Цинчэнь смежил веки, выронил телефон и крепко заснул.
Смартфон остался зажат в его ладони.
Система с трудом вытолкала гаджет из пальцев хозяина и проворчала:
«Больше никогда не возьму тебя в современный мир!»
Цинчэнь что-то неопределенно пробормотал во сне:
— Нет... Я хочу играть в телефон...
Он не проснулся — так, бредил на грани сна и бодрствования.
Система подтащила краешек лёгкого пледа и заботливо прикрыла ему живот:
«Играй-играй, пока глаза не отвалятся!»
* * *
Тем временем верная свора Чжоу Цзыцяня доставила своего покровителя в больницу.
По дороге Лю Хао без умолку пытался снять с себя ответственность:
— Я тут вообще ни при чём! Вы же всё видели! Он сам на меня напал, я даже сдачи не дал! Это всё Сяо Шу! Чжоу-шао просто не выдержал такого предательства...
Сюй Си, скрестив руки на груди, бросил на него презрительный взгляд:
— Заткнись уже.
Посмотрев в окно, Сюй Си задумался: если Чжоу Цзыцянь отбросит коньки, заберёт ли семейство Чжоу обещанные ему квартиру и машину?
Вряд ли. Подарки уже оформлены, к тому же Цзыцянь разбил его телефон — они обязаны возместить ущерб!
А вот интересно, заставят ли Сяо Шу отвечать? По идее, не должны. Цзыцянь сам виноват, что у него такое слабое здоровье.
В больнице после обследования врач успокоил присутствующих: ничего страшного с пациентом не случилось. Причиной обморока стала не столько драка, сколько бессонная ночь за картами, отсутствие завтрака и резкий скачок давления на фоне эмоционального всплеска.
Услышав диагноз, Лю Хао от облегчения перевёл дух: слава богу, его хата с краю!
Сюй Си тоже повеселел: отлично, за телефон выплатят!
Цзыцяня перевели в палату и поставили капельницу. Спустя некоторое время он очнулся.
Лю Хао тут же выскочил вперёд:
— Чжоу-шао! Врач сказал, ты просто переутомился из-за карт!
Цзыцянь горел желанием свести с ним счёты, но сейчас у него не было сил. Он поворачивается к Сюй Си и протягивает руку:
— Телефон.
— Вы его разбили, Чжоу-шао.
— Куплю тебе десять новых. Неси мой.
— Слушаюсь!
Сюй Си поспешно подал оставшийся целым аппарат Цзыцяня, предварительно разблокировав экран.
Перед тем как отойти, Сюй Си осторожно напомнил:
— Врач сказал, вам нельзя нервничать.
— Я помню.
Цзыцянь не стал открывать ролик Сяо Шу. Ему и без того было ясно, что в комментариях его смешали с грязью.
Он открыл список контактов и набрал номер деда. Едва на том конце ответили, Цзыцянь пустил слезу:
— Дедушка... Меня избили...
Сюй Си брезгливо поморщился. Тьфу, дедушкин внучек, тошно смотреть!
Цзыцянь вкратце обрисовал ситуацию. Старец Чжоу пришел в неистовую ярость:
— Цзыцянь! В какой ты больнице?! Я выезжаю! Не бойся, пришли мне это видео, я отдам его юристам!
— Хорошо, дедушка...
Положив трубку, Цзыцянь откинулся на подушки и с барским видом велел Сюй Си:
— Купи мне чего-нибудь пожрать.
Сюй Си вздохнул и вышел из палаты.
Его собственный телефон был разбит, номер Сяо Шу утерян, иначе он обязательно предупредил бы бедолагу о готовящемся ударе.
* * *
Когда раздался звонок от старца Чжоу, Хо Цзюнь изучал документы по сделке с акциями.
Предвидя немыслимый оранжерейно-барский гнев собеседника, он включил громкую связь и положил телефон на стол.
Едва соединение установилось, из динамика вырвался разъяренный окрик старика:
— Хо Цзюнь! Произошла такая катастрофа, а ты даже не соизволил мне сообщить?! Цзыцяня смешали с грязью, а ты, его родной дядя, спокойно на это смотришь?! Ты ещё и помогаешь этому учителю?! Ты совсем из ума выжил?!
Хо Цзюнь не оторвал взгляда от экрана компьютера. Его голос звучал пренебрежительно-холодно:
— Моя фамилия Хо. Я не имею к вашей семье никакого отношения. С чего вы взяли, будто я его дядя?
— Ты... — Старец Чжоу не ожидал подобного отпора. Он задохнулся от возмущения: — Ты... Ты как смеешь так разговаривать?!
Хо Цзюнь чеканно перебил его, повысив тон:
— А вы как думали?! Я мало ему помогал?! Я разве не предупреждал вас всех, чтобы вы не смели трогать Сяо Шу и Учителя Чжу?! Он сам напросился! Каких еще результатов вы ждали?!
— Он повел себя как полный идиот! Несколько раз провоцировал людей, довел его брата до больничной койки, а потом еще и хватило ума лить грязь в сети! Теперь из-за его выходок пострадает весь наш бизнес!
Старец Чжоу, как и его внук, отличался редкой трусостью перед лицом реальной силы.
Изначально он намеревался устроить Хо Цзюню разнос и заставить его разгребать эти конюшни, но, столкнувшись с жестким отпором, мгновенно сбавил обороты:
— Хо, не кипятись... Конечно, Цзыцянь поступил глупо, но... ты же сам понимаешь, скандал бьет по репутации всей корпорации! Ты обязан вмешаться и помочь!
Хо Цзюнь честно спросил:
— Они выложили неопровержимые факты. Как, по-вашему, я должен это замлевать?
Старец Чжоу на секунду задумался:
— Я велю связаться с Сяо Шу. Предложим ему тысяч пятьсот, пусть удалит ролик.
— Удалит? А то за эти часы его не скачали тысячи пользователей?! Стирание видео вызовет только волну новой ненависти.
Убедившись, что Хо Цзюнь включился в обсуждение проблемы, старик перевёл дух:
— И что ты предлагаешь?
— Пусть Цзыцянь запишет ответное обращение.
— Ответное? Что он должен сказать?
— Обвинения Сяо Шу в преследовании и доведении брата до приступа слишком серьезны, — Хо Цзюнь откинулся на спинку кресла, крутя в пальцах перьевую ручку. — Самый разумный ход — выставить всё как эмоциональное ухаживание. Скажите, что парень просто слишком чувствителен, а Цзыцянь не сумел правильно выразить чувства.
Старец Чжоу все еще сомневался:
— Поверят ли?
Хо Цзюнь с непроницаемым лицом продолжал заманивать семейство в ловушку:
— Правильная упаковка решит всё. Подайте это как ошибку пылкого юноши, который теперь искренне раскаивается. Пользователи не терпят откровенных абьюзеров, но они обожают истории об обращении блудного сына и погоне властного господина за женой.
— В этом есть смысл...
В конце концов, грехи Чжоу Цзыцяня лежали в плоскости морали, а не криминала. Здесь оставался простор для манипуляций.
Богатый и избалованный наследник допустил ошибку, но теперь искренне пытается вернуть свою любовь. Да, перегнул палку. Да, объект его страсти оказался слишком раним.
Это же классический сюжет любовного романа о властном боссе, а не криминальная хроника!
Стоит красиво подать историю, запустить пару мемов, и пипл начнет с удовольствием обсуждать «красивую сказку». Все станут умиляться: мол, Чжоу-шао — параноидальный властный господин, у которого произошло обращение блудного сына, а Сяо Шу — Золушка, дождавшаяся своего счастья.
Штамп из бульварных романов воплотится в жизнь, и скандал быстро сойдет на нет.
И все же старец Чжоу колебался:
— А что Цзыцянь?..
Хо Цзюнь невозмутимо отрезал:
— Спросите его сами. Он до сих пор сохнет по Сяо Шу, и все те подарки предназначались именно ему.
— Хорошо, — согласился старик. — Спасибо тебе. Скоро Цзыцянь окончит университет, и тогда он сменит тебя на посту.
Хо Цзюнь лишь хмыкнул про себя и молча сбросил вызов.
Даже в такой ситуации старик не забывал думать о том, как бы сдвинуть Хо Цзюня с руководящего кресла!
Хо Цзюнь потер переносицу и отправил Сяо Шу сообщение с предупреждением: семейство Чжоу готовит ответный ход.
Сяо Шу прислал короткое «Спасибо». Тогда Хо Цзюнь поинтересовался, чем занят Учитель Чжу. Сяо Шу ответил, что Учитель, скорее всего, отсыпается после ночной работы.
Хо Цзюнь набрал: [Как проснется — передай ему].
Система-злодейка в его разуме восхищенно вздохнула:
«А ты реально создан для роли главного злодея!»
Настоящее изощренное коварство!
Этот скандал задевал лишь вопросы морали. Если бы Чжоу Цзыцянь признал вину и ушел в тень, Сяо Шу ничего не смог бы сделать.
Но стоит Цзыцяню снова вылезти на публичную арену со своим враньём — противостояние разгорится с новой силой, и вот тогда мажора разорвут на куски.
Хо Цзюнь лишь холодно ухмыльнулся:
«Какое злодейство? Я всего лишь помогаю парню вернуть свою любовь. Публичная драма, властный босс бегает за суженым — все строго по канону!»