Сяо Чи тоже заметил Чжоу Цзыцяня.
Тот вылез из вызывающе чёрного спорткара, нацепив солнцезащитные очки, и с оглушительным треском захлопнул дверцу. Этот звук больно отозвался в груди Сяо Чи, заставив сердце сжаться от недоброго предчувствия.
Чжоу Цзыцяня он почти не видел — разве что год назад, когда Сяо Шу признался, что встречается с ним, Сяо Чи украдкой взглянул на его ухажёра. Но запомнил это лицо накрепко.
Когда они только расстались, Сяо Чи каждую ночь во сне забивал подлеца до полусмерти. А если от злости не мог уснуть, то закрывал глаза и представлял, как отделывает Чжоу Цзыцяня по-настоящему: хук снизу, апперкот...
Круг общения у Сяо Чи был невелик, поэтому чванливая физиономия мерзавца въелась в память навсегда.
Это он. Та самая тварь, что год морочил брату голову и растоптал его чувства.
Сердце Сяо Чи заколотилось как бешеное, руки и ноги занемели от близости врага. Он стиснул бутылку с водой так, что пластик жалобно хрустнул. Как же хотелось очутиться в собственном сне! Подскочить, сбить с ног, вломить от души...
Но, опустив взгляд на свои дрожащие пальцы, Сяо Чи лишь горько вздохнул: куда уж ему.
Открутив крышку, он сделал пару глотков теплой воды, пытаясь совладать с дыханием, и принялся неспешно собирать вещи.
После того случая с канцелярским ножом родители провели с ним строгую беседу. Главное, о чем они просили — беречь себя. Глупо рисковать жизнью ради какого-то ничтожества. Семья с таким трудом вытащила его с того света, и он не имел права проявлять такой эгоизм.
Собрав сумку, Сяо Чи поднялся, собираясь уйти. Брат вот-вот должен был приехать за ним, чтобы вместе пообедать, не за чем тратить время на эту мразь.
Но стоило ему повернуться, как из-за спины раздался слащавый голос:
— Здравствуйте!
Сяо Чи к горлу подступила тошнота. Сглотнув желчь, он прибавил шаг, будто не слыша.
В следующее мгновение Чжоу Цзыцянь перехватил его, перегородив дорогу.
— Привет! Ты ведь учишься где-то рядом? Я увлекаюсь фотографией. Увидел, как ты сидишь под деревом — так живописно! Можно сделать пару кадров?
Тот снял очки и изо всех сил изображал искренность, выставляя себя эдаким романтичным и обеспеченным ценителем красоты. Сперва кадр, потом позвать в кафе, а там предложить стать личной моделью — глядишь, и вспыхнут чувства. Ложь рождалась в его голове на ходу.
Чжоу Цзыцянь преданно заглядывал ему в глаза. Не знай Сяо Чи, что за тварь перед ним, может, и попался бы на уловку.
«Именно так он и обманул брата? — пронеслось в голове у Сяо Чи. — Что он о себе возомнил? Морочил голову одному, а теперь переключился на второго? Мы для него выглядим наивными дурачками?!»
От подступившей омерзительной тошноты Сяо Чи не сдержался и громко сгадил звук сухого позыва.
Чжоу Цзыцянь отшатнулся, испугавшись, что парень замарает ему дорогой костюм. Поняв, что того просто скрутило, он шагнул ближе, потянувшись к его спине.
Сяо Чи в страхе отпрянул, вцепившись в скамейку:
— Мне плохо! Убирайся!
Чжоу Цзыцянь и ухом не повел, пытаясь забрать у него бутылку:
— Попей воды...
— Пошёл прочь, я сказал! — на лбу Сяо Чи выступил холодный пот, голос сорвался на крик. — Ты что, по-человечески не понимаешь?! Проваливай!
Чжоу Цзыцянь уже собрался вспыхнуть, но, вглядевшись в лицо юноши, вздрогнул.
Они были поразительно похожи с Сяо Шу.
Сяо Чи, хватаясь за сердце, опустился на корточки. Он судорожно пытался вытащить из кармана лекарство, но пальцы настолько сильно дрожали, что пузырек не давался.
— Ты в порядке? — снова заговорил Чжоу Цзыцянь. — Я на машине, могу отвезти в больницу. В знак благодарности разрешишь сфотографировать...
Закончить он не успел. В спину с размаху врезался мощный толчок, и Чжоу Цзыцянь со всего маху полетел прямо в клумбу.
Опешив от дерзости, он уже хотел выплеснуть брань, как увидел Сяо Шу. Тот подбежал к упавшему парню и бережно подхватил его.
Сяо Шу...
В глазах мерзавца вспыхнула надежда: неужели приревновал?
Он выкарабкался из грязи, отряхивая брюки, и разинул рот, чтобы сгладить ситуацию, но замер. Сяо Шу осторожно усадил юношу на скамью, привычным движением достал из его кармана пузырек, вытряхнул две таблетки и вложил ему в рот.
Чжоу Цзыцянь ничего не понимал. Кто это? Знакомый? Или...
Дурное предчувствие липкой волной охватило его.
Тут подоспел Чжу Цинчэнь:
— Как он? Я вызвал неотложку, сейчас приедут.
— Спасибо, учитель, — выдохнул Сяо Шу.
Не обращая внимания на зевак, Сяо Шу опустился на колени прямо на землю и стал осторожно растирать грудь брата, облегчая дыхание.
— Б-брат, я... — задыхаясь, пролепетал Сяо Чи.
— Молчи, не разговаривай, дыши ровно.
«Брат?!»
Чжоу Цзыцянь оцепенел и отшатнулся.
Неужели... Неужели это его брат?!
Пять минут спустя зазвонил телефон Чжу Цинчэня — на связи была бригада скорой.
— Да, возле Корпорации Чжоу, у Парка Утреннего Света. Под большим эвкалиптом, я стою у дороги! — Чжу Цинчэнь махал рукой приближающейся машине. — Я здесь!
Спецавтомобиль с сиреной припарковался у обочины. Медики выскочили с носилками.
Сяо Чи успел принять лекарство, и приступ немного утих, но лицо оставалось мертвенно-бледным. Сяо Шу подхватил брата под ноги и бережно уложил на носилки.
Вся суматоха разворачивалась мгновенно. Чжоу Цзыцянь попытался подскочить к машине:
— Сяо Шу, я не знал, что это твой брат! Ты же никогда не говорил...
Сяо Шу даже не выслушал его. Перед тем как запрыгнуть в карету скорой, он обернулся и смерил его ледяным взглядом.
Столько презрения и глубокой ненависти Чжоу Цзыцянь не видел в его глазах никогда. Будто перед ним стоял личный заклятый враг.
— Сяо Шу, скорее! — потянул его за рукав Чжу Цинчэнь.
Сяо Шу отвернулся и поднялся в салон. Тяжелая дверь неотложки захлопнулась, оставив Чжоу Цзыцяня в одиночестве.
Тот со всей дури сорвал злость на своем спорткаре, пиная колесо:
— Сука! Дерьмо!
Откуда он мог знать, что этот заморыш — брат Сяо Шу?! И тем более — что он болен! Сяо Шу никогда словом не обмолвился о семье! Знай он заранее, да разве стал бы цепляться к парню?!
Теперь всё кончено. Сяо Шу застал его на месте преступления. Как теперь вернуть его? Да тот его в жизни не простит!
Еще пару раз выместив ярость на несчастной машине, Чжоу Цзыцянь немного остыл, вытащил телефон и набрал помощника своего деда:
— Алло. Наведи-ка мне справки об одном человеке.
* * *
Салон неотложки был тесным. Сяо Шу вытащил медицинскую карту брата и передал врачу. Пока медики оказывали первую помощь, Сяо Шу не отходил от брата, бережно вытирая пот с его лба.
Чжу Цинчэнь, сидевший рядом, с содроганием думал о том, как хорошо, что он пошел вместе с Сяо Шу. По сюжету оригинала эта сцена должна была произойти в торговом центре, а не в парке. Опоздай они хоть на пару минут — и кто знает, чем бы всё закончилось.
Чжу Цинчэнь аккуратно коснулся руки Сяо Шу:
— Сяо Шу, позвони родителям. Пусть едут прямо в больницу.
— Да... — Сяо Шу опомнился и полез за телефоном.
Но от пережитого шока руки так сильно тряслись, что он не мог даже снять блокировку.
Чжу Цинчэнь обнял его за плечи и крепко сжал, помогая собраться с духом:
— Все хорошо, ты не виноват. Успокойся.
Сяо Шу кое-как разблокировал экран и протянул телефон учителю. Его голос дрожал и хрипел от пересохшего горла:
— Учитель Чжу... пожалуйста...
— Я все сделаю, — мягко ответил Чжу Цинчэнь и набрал номер отца Ся.
— Здравствуйте, это отец Сяо Шу и Сяо Чи? С вами говорит Чжу Цинчэнь. У Сяо Чи случился приступ, мы едем в Первую народную больницу на скорой. Сяо Шу тоже со мной.
Отец Ся перепугался, запричитал в трубку:
— Спасибо вам, Учитель Чжу! Мы уже летим!
Сбросив вызов, отец Ся набрал жену и развернул свое такси в сторону больницы.
Через десять минут скорая подъехала к приемному покою.
Сяо Шу выскочил из кареты, но ноги подкосились, и он чуть не рухнул на асфальт. Чжу Цинчэнь вовремя подхватил его под локоть.
Сяо Чи ввезли в отделение экстренной помощи. Врачи и медсестры сновали туда-сюда, едва не сбивая Сяо Шу с ног.
Чжу Цинчэнь отвел парня к стене:
— Жди здесь, а я пойду встречу твоих родителей.
— У тебя есть деньги?
— Есть, — Сяо Шу крепче сжал телефон.
— Если понадобятся средства на оплату, сначала внеси свои, я скоро вернусь.
Чжу Цинчэнь поспешил к выходу, одновременно набирая Хо Цзюня:
— Господин Хо? Вы говорили про деньги... С братом Сяо Шу беда, я в Первой народной...
Сквозь толпу в холле Чжу Цинчэнь разглядел растерянных супругов Ся. Отец все еще был в форме таксиста с бейджем, мать — в рабочем фартуке горничной. Они беспомощно расспрашивали медсестру.
— Я здесь! — окликнул их Чжу Цинчэнь.
Увидев его, родители бросились навстречу. Чжу Цинчэнь провел их к дверям реанимации.
Сяо Шу стоял, прижавшись к стене, не в силах даже присесть на скамью — ноги не держали. При каждом открытии дверей он вздрогивал.
Мать Ся обняла старшего сына, еле сдерживая слезы:
— Сяо Шу...
Отец Ся заглянул через стекло и пробормотал:
— У нас с собой мало наличных. Я быстро слетаю домой за картой.
Он развернулся и бросился к выходу так резво, что с ноги слетела старая туфля. Кто-то из прохожих случайно пнул его в угол.
— Да что б тебя! Чуть не споткнулся! — буркнул прохожий.
Отец Ся как ни в чем не бывало подобрал туфлю, натянул ее и виновато улыбнулся:
— Простите, простите великодушно, у меня сынок в реанимации...
Увидев его униженную улыбку, люди расступились, давая ему дорогу.
Сяо Шу, глядя вслед отцу, не выдержал и разразился слезами:
— Это я виноват... Мама, прости меня...
Мать обняла его:
— Ну что ты, не говори так. Главное, чтобы Сяо Чи выкарабкался.
Чжу Цинчэнь стоял поодаль, слушая заверения Системы в голове:
[В оригинальном сюжете Сяо Чи сразу отправили на операцию по трансплантации сердца. Сейчас ситуация значительно лучше, он в экстренной палате]
Но выдохнуть пока не получалось. Все предосторожности рухнули из-за роковой встречи в парке. Хотя вины Сяо Шу тут не было — это всё мерзавец Чжоу Цзыцянь.
В этот момент сзади раздался спокойный голос:
— Учитель Чжу.
Чжу Цинчэнь обернулся. Перед ним стоял Хо Цзюнь. Тот приехал один, без секретаря, скинув пиджак на руку. Его выправка и рослый силуэт выделялись в больничной толпе.
— Господин Хо? Вы так быстро...
— Я был неподалеку, — ответил Хо Цзюнь и мягко придерживал Чжу Цинчэня за плечи, усаживая на скамью. Затем подошел к семье Ся:
— Я друг Учителя Чжу. Не переживайте о расходах, финансовый вопрос я беру на себя.
Мать Ся рассыпалась в благодарностях.
Хо Цзюнь незаметно вложил свой тяжелый кожаный портмоне в руки Чжу Цинчэню. Он сознательно назвался просто другом учителя, чтобы не смущать бедную семью, и передал деньги через Чжу Цинчэня, которому они доверяли.
Минуло еще пять бесконечных минут. Дверь реанимации наконец распахнулась.
— Родственники Сяо Чи здесь?
— Да-да! — Мать Ся вместе с Сяо Шу бросились к медсестре.
— Кризис миновал, жизни ничего не угрожает.
У матери Ся подкосились колени, и она едва не опустилась на пол, если бы сын не удержал её.
— Слава небесам... — прошептала она со слезами на глазах.
— Случился спазм на фоне эмоционального потрясения. К счастью, вы вовремя давали ему препараты и быстро доставили в больницу. Но нужно полежать пару дней под наблюдением.
— Конечно, конечно!
Сяо Шу отправился оформлять документы. Чжу Цинчэнь пошел с ним, а Хо Цзюнь остался присмотреть за родителями.
Сяо Шу подошел к окну регистрации. Дрожащей рукой он заполнил бланк, выбрал отдельную палату, чтобы брата не тревожили лишние шумы, и достал телефон для оплаты. Но из-за плохого сигнала приложение зависло.
— Давай я, — Чжу Цинчэнь открыл портмоне Хо Цзюня.
В этот момент Сяо Шу умудрился включить мобильный интернет и оплатил чек:
— Ой, всё заработало!
Сяо Шу забрал квитанции и побежал к брату в палату, искренне поблагодарив учителя.
Чжу Цинчэнь остался у стойки. Он собирался вернуть портмоне Хо Цзюню, как вдруг уголок глаза зацепился за кое-что необычное.
Из потайного кармашка высунулся край тонкой фотографии.
Чжу Цинчэнь вытащил снимок.
В шумном холле больницы, среди снующей толпы, возвышался Хо Цзюнь, скрестив руки на груди и обеспокоенно глядя в сторону реанимации.
Чжу Цинчэнь медленно поднял фотографию к глазам. Человек на снимке и человек, стоящий в нескольких шагах от него, постепенно соединились в одно целое.