В просторной гостиной раздавался только чеканный, холодный голос Хо Цзюня.
Старец Чжоу и Чжоу Цзыцянь замёрзли от неожиданности, не смея перебить.
— Парень с тобой расстался, а ты продолжаешь липнуть и пытаешься лишить его места для практики. Дело, конечно, не мирового масштаба, но попади оно в сеть — и нас обвинят в злоупотреблении властью. Репутация группы рухнет на самое дно.
Хо Цзюнь поднял взгляд на опешившего юношу:
— Если холдинг пойдёт ко дну, ты сможешь сходу встать у руля и вытащить его из петли? Или, может, за пару дней выстроишь новую корпорацию? Чжоу Цзыцянь, ты когда-нибудь вообще включаешь голову, прежде чем что-то выкинуть? Тебе двадцать лет, а не два года!
Старец Чжоу наконец прокашлялся, прерывая эту тираду:
— Ну полным-полно, Хо Цзюнь. Я знаю, как тебе непросто, но не перегибай палку.
Хо Цзюнь лишь скрестил руки на груди, откинулся на спинку дивана и прикрыл глаза, всем видом показывая крайнюю степень утомления.
В глазах окружающих он выглядел бедным топ-менеджером, вымотанным проделками избалованного наследника: и о благе компании печётся, и семейство Чжоу на своих плечах тащит, да ещё и за малолетним дураком грехи подчищает. Не работа, а каторжный труд!
— Хо Цзюнь, — мягче продолжил патриарх семьи, — я вижу, как ты выматываешься в последнее время. Кто везёт, на того и валят, но не кипятись так. Цзыцянь ещё глуп. Учи его потихоньку, не ори.
Затем старик резко повернулся к внуку и нахмурил брови:
— А ты! Крутишь романы — так крути по-человечески! Что за цирк ты устроил? Враньё, подлоги... Надоел тебе парень — сунь ему отступных и расстаньтесь миром. А ты мало того что сам в грязи измазался, так ещё и компромат на себя ему в руки отдал! Чего ты вообще добивался?
— Я... — Чжоу Цзыцянь запнулся.
«Стоп, — пронеслось в голове у парня. — Я же пришёл к деду, чтобы тот поставил Хо Цзюня на место! Как так вышло, что теперь они вдвоём меня пилят?»
— Перегорел к нему — дай денег, чтобы рот держал на замке! — грозно продолжал дед. — Зачем сопли размазывать?
— Да я... — с трудом выдавил Цзыцянь.
Признаться, что он просто пытался вернуть Сяо Шу и залечить уязвлённую гордость, было выше его сил. Это же позор!
Поэтому он ухватился за дедовскую версию:
— Мне просто досадно стало... Это ведь он меня бросил.
— Ещё бы! — перебил Хо Цзюнь, даже не открывая глаз. — Если бы ты его сначала выжал досуха, а потом выбросил, он бы на следующий день побежал к журналистам. Он молчит только потому, что сам поставил точку. Его гордость пока удовлетворена.
«До чего логично, — восхитилась в уме система-злодейка. — Вот это зубы заговаривает! Бывший антигерой о таком мастерстве манипуляции и мечтать не мог».
Старец Чжоу еще раз смерил внука строгим взглядом и вынес вердикт:
— Этому... как его там, Ся... место для стажировки отдать. И сверху денег прикинуть. Оформим как благотворительный взнос от семьи Чжоу — мол, Цзыцянь молод и глуп, просим простить за ребячество.
Хо Цзюнь бесстрастно наблюдал за этим спектаклем.
Старик лишь делал вид, будто гневается на внука. Если уж на то пошло, он всегда защищал только родную кровь. Ся Шу старше Цзыцяня всего на курс, но для внука у старика всегда готово оправдание: «он еще ребёнок».
Патриарх взмахнул рукой:
— Выпишите ему тысяч пятьсот. Согласится молчать — отлично. Возьмёт деньги и продолжит распускать слухи — вызовем адвокатов и впаяем шантаж. Пусть юрист сам отвезёт чек.
«Ну и семейка, — ахнула система. — Да они похлеще любого злодея из романов!»
— И с тем папарацци, что снял кадры, тоже вопрос реши, — продолжал инструктаж дед. — Заплати ему щедро, чтобы рот на замок застегнул. Они люди тертые, правила игры знают.
Старик снова перевёл взгляд на внука:
— И хватит шляться с этими своими собутыльниками. Думаешь, они тебе друзья? Да они тебя при первой возможности с потрохами продадут. И запомни: если за тобой тянется шлейф плейбоя — это полбеды. О богатых и не такое болтают, народ привык. Но если за тобой закрепится клеймо альфонса-обманщика и подонка — как жить дальше будешь? Ты не маленький, пора уже соображать!
— Я просто тогда... — пробормотал Цзыцянь.
— Знаю-знаю, — отмахнулся старик. — Белая лилия, чистый студент... Я сам в молодости на студенток западал. А толку? Свет выключи — все одинаковые. Что там вылавливать?
Слушать, как старые циники делятся опытом по части грязи и манипуляций, было тошнотворно.
Хо Цзюнь поднялся с места, намереваясь уйти.
— Эй, Хо Цзюнь! — окликнул его старик. — Сколько ты отдал за снимки? Сдай чеки, я распоряжусь вернуть из кассы.
Дед вовсе не заботился о кармане управляющего — им двигала въевшаяся подозрительность. Нужно было лично проверить, существовал ли папарацци на самом деле.
— И исходники не забудь принести. А с этим парнем... с Ся... слишком не сюсюкайся, а то сядет на шею и не слезет.
Хо Цзюнь обернулся, поправил запонки на манжетах и коротко уронил:
— Понял.
Он сделал шаг к двери, но старик окликнул его снова.
— И ещё... — Тёмные, мутные глаза главы семейства впились в лицо топ-менеджера. — На летних каникулах отправь Цзыцяня в компанию. Пусть поработает. Назначь его руководителем какого-нибудь проекта — пусть это будет ему наказанием за глупость.
«Руководителем проекта? Наказанием?» — Хо Цзюнь мысленно хмыкнул от этой абсурдной логики.
Вслух же он лишь слегка наклонил голову:
— Хорошо. Я всё устрою.
— Как ни крути, — забормотал старик себе под нос, — компания носит фамилию Чжоу. И наследовать её Цзыцяню. Кто в молодости не дров не ломал? Исправится...
Старый лис всё ещё не доверял чужаку и прикрывал собственного внука.
Хо Цзюнь слегка поклонился и вышел из гостиной.
Система-злодейка в полном изумлении комментировала:
«Ну и гниль... Натуральный гадюшник!»
Уже сидя за рулём автомобиля, Хо Цзюнь небрежно бросил:
— Смотрю, у тебя в последнее время моральные ориентиры встают на место.
«Да?» — удивилась система. — «Я даже не заметила. Правда?»
Хо Цзюнь заверил двигатель:
— В первом мире ты бы сейчас визжала от восторга перед "богатыми и властными".
Система на секунду задумалась:
«Да как ты смеешь идти против главного героя?! Он же потом будет каяться в "крематории погони за женой"! Ты должен следовать сюжету!.. Ой. Наверное, из-за того, что моя база данных пополнилась новыми образцами, эти новые метрики начали влиять на мои оценки».
— Угу.
«Разница и впрямь колоссальная, — сверяя логи, бормотала система. — Раньше тегами идеального мужика были: "олигарх", "власть", "сексуальное напряжение", "абьюз". А теперь добавились: "самокритичность", "тортики" и "чистить креветки для любимого". Ты вон даже водить научился, надо и мне мозги обновить».
В этот момент на телефоне Хо Цзюня раздался особый сигнал уведомления.
Он припарковался у обочины и взял экран.
Чжу Цинцин:
«У вас всё в порядке, господин Хо?»
Хо Цзюнь набрал ответ:
«Всё хорошо, уже еду домой».
Чжу Цинцин:
«Тогда будьте осторожны на дороге».
«Хорошо».
Хо Цзюнь подождал пару минут, но больше сообщений не было. Он отложил телефон и снова выехал на проезжую часть.
Система тихо прошептала:
«Честно говоря, мне уже не терпится увидеть, как вы узнаете друг друга. Жаль, что центр управления строго-настрого запретил вам раскрывать личности...»
— Наступит день, — проронил Хо Цзюнь с ледяной интонацией, — и я сотру этот центр управления в порошок.
* * *
На другом конце города Чжу Цинчэнь отложил смартфон, обнял мягкую подушку и растянулся на диване, продолжая смотреть мультфильм.
Система лениво лежала рядом, уткнувшись в экран вместе с ним.
Вдруг Чжу Цинчэнь спросил:
— Помнишь, в прошлом мире ты говорила, что когда тебя заблокировало Небесное Дао, ты увидела другую, красную систему?
«Ну да, — отозвалась система. — Я у неё ещё спросила, чья она, а она молчала как пришибленная. Словно у неё вообще голосового модуля не было».
— И на кого ты тогда подумала?
«На Владыку демонов Чанъюаня, — не задумываясь, выдала система. — Будь это система твоих учеников, они бы уже давно трезвонили обо всём на каждом углу. А если бы система принадлежала главному герою, у Небесного Дао не было бы причин ее блокировать».
— Логично, — кивнул Чжу Цинчэнь. — Очень даже.
«А чего ты вдруг вспомнил? Я же просто предупредила тебя тогда, чтоб ты по незнанию не вляпался. Мы же уже в другом мире, те люди остались далеко позади».
Чжу Цинчэнь погладил пухлый бок подушки, погружаясь в мысли:
— Как ты думаешь... возможен ли расклад, при котором какой-то другой выполнитель заданий с системой таскается за нами из мира в мир?
Система решительно отрезала:
«Невозможно. Абсолютно исключено!»
— Почему?
«Потому что в правилах Центра четко прописано: попадание в миры происходит по случайной выборке. Пересечься один раз в трех тысячах миров — норма. Но попадать в один и тот же мир несколько раз подряд — математический нонсенс».
— Вот как... — пробормотал Чжу Цинчэнь. — И всё-таки у меня не выходит из головы одно странное ощущение.
«Ну, на самом деле ты прав, — поразмыслив, уступила система. — Этот Хо Цзюнь ведёт себя с тобой как-то не так. Слишком уж быстро вы сошлись. Если бы он просто хотел использовать тебя, чтобы прижать Чжоу Цзыцяня, он бы не стал ограждать тебя от всех хлопот...»
— Вот и я о том же, — задумчиво протянул Цинчэнь, теребив уголок подушки.
«Я поняла! — вдруг высветила надпись система, взмахнув электронным табло. — Поняла!»
— И что ты поняла?
«Он точно на тебя запал! О-о-о, против чар нашего Чэньчэня невозможно устоять!»
Чжу Цинчэнь молча уткнулся лицом в подушку. Разговаривать с системой, у которой начисто отсутствует аналитическое мышление, было выше его сил.
А та всё не унималась, прижимаясь к его плечу:
«Если подумать, ты у нас прямо-таки магнит для главных злодеев! Хит продаж: "В каждом мире на меня охотится главный босс", или "Убийца сердец тёмных владык — Чжу Чэньчэнь"!»
Чжу Цинчэнь одарил её крайне сложным взглядом: «...»
Что за бред она несёт? Совсем мозги любовным мусором забила.
«Все они — главные злодеи...»
Мысль заставила Чжу Цинчэня вздрогнуть.
Все они — главные злодеи.
* * *
Три дня спустя. День собеседования стажёров.
Отец Сяо Шу лично пригнал своё такси к подножию высотки корпорации Чжоу.
Ся Шу сегодня вырядился в отглаженную белую рубашку и чёрные брюки, а волосы аккуратно уложил — вылитый солидный специалист.
Над его образом трудилась вся семья.
Мать специально ездила в отель, чтобы на мощном профессиональном отпаривателе довести рубашку и брюки до идеального состояния, а младший брат Ся Чи полчаса колдовал над его причёской, сверяясь со скриншотами из дорам.
Чтобы соответствовать моменту, отец Ся тоже надел свой лучший костюм, ровно приколол бейджик, а редкие волосины на голове причесал так аккуратно, будто был не таксистом, а личным шофёром топ-менеджера.
Пройдёт сын или нет — дело десятое. Главное, что это первое серьезное собеседование в жизни Ся Шу, и этот день должен запомниться как праздник.
Отец опустил стекло:
— Как закончишь, сразу набери меня. Я подъеду и заберу тебя.
— Пап, не надо, — смутился Ся Шу. — Я спокойно доеду на автобусе...
— Надо-надо! Я буду крутиться тут неподалёку, заказы собирать. Если успеем — поедем домой обедать, мама с Ся Чи уже накрывают стол.
— Ну ладно, — улыбнулся Ся Шу. — Тогда я пошёл. Я постараюсь!
— Не перегружай себя, это просто опыт, — ласково ответил отец. — Я у коллег спрашивал, все говорят, что на стажировку обычно только с третьего курса берут. Ты пока на втором, так что не переживай.
— Угу.
Отец помолчал, а потом огляделся и опустил голос до шепота:
— Если этот тип из семьи Чжоу снова начнёт к тебе цепляться — бросай всё и говори мне. Не нужна нам эта работа. Поедешь домой, проведешь лето с братом.
— Я понял, папа. Не волнуйся.
— И не забудь ещё раз поблагодарить Учителя Чжу. Он для нас очень много сделал.
Долго стоять у обочины было нельзя. Напутствовав сына, отец выехал в поток машин.
Ся Шу сжал в руке кожаный портфель — подарок брата, на который тот ухлопал все свои сбережения, — и подошёл к тротуару, где собирались остальные студенты. Вытащив из кармана шпаргалку, он принялся в последний раз просматривать тезисы.
Вскоре неподалёку заурчал мотор, и к парковке подкатил яркий шеринговый электробайк.
Чжу Цинчэнь парканулся, ловко слез и удивленно посмотрел на часы:
— Сяо Шу? Ты чего так рано?
— Решил приехать с запасом, — застенчиво улыбнулся тот. — Вы тоже рано, учитель.
— Есть такое, — Цинчэнь снял шлем и небрежно спросил: — Чжоу Цзыцянь больше не объявлялся?
— Нет, — качнул головой Ся Шу. — Спасибо вам, учитель Чжу. Если бы не вы, у меня бы даже шанса не было...
— Не говори глупостей, — серьезно перебил его Цинчэнь. — Ты получил этот шанс благодаря собственным знаниям. Я просто следил за тем, чтобы правила были равны для всех.
Ся Шу не стал спорить.
Но про себя он твердо знал: без помощи Учителя Чжу его бы просто растоптали.
Чжу Цинчэнь заблокировал байк и хотел было покровительственно похлопать парня по плечу, но вовремя заметил его выглаженный с иголочки вид и отдёрнул руку — не дай бог покрошит идеальный образ.
Осмотрев студента со всех сторон, он искренне восхитился:
— Ух ты! Выглядишь потрясающе! Настоящий бизнесмен!
Ся Шу неловко потянул себя за манжет:
— Это меня семья так нарядила. Мне даже кажется, что это слишком...
— Вовсе нет. В самый раз! Сразу видно, что ты относишься к делу со всей серьезностью.
Вскоре подтянулись остальные ребята из группы.
Чжу Цинчэнь пересчитал всех по головам, взмахнул рукой и повел команду к главному входу.
Для большинства студентов это было первым визитом в штаб-квартиру корпорации Чжоу. Вид мраморных полов, панорамных окон и спешащих по своим делам белых воротничков заставлял их сердца биться чаще.
В холле их уже ждал ассистент Хо Цзюня:
— Учитель Чжу, ребята, добрый день! Прошу за мной. Господин Хо и комиссия уже в сборе.
Они поднялись на десятый этаж и прошли в просторную зону отдыха рядом с залом заседаний.
Ассистент достал непрозрачную коробку:
— Прошу пройти жеребьевку. Собеседование будет проходить строго по номерам. Учитель Чжу, вы останетесь с ребятами или пройдете в зал к комиссии?
Чжу Цинчэнь помешкал и посмотрел на своих подопечных.
Те зашептались:
— Учитель, идите в зал! Мы там никого не знаем, а если будем видеть вас — перестанем мандражировать!
— Без проблем, — Чжу Цинчэнь показал им пальцами «ОК» и одарил самым бодрым взглядом. — Тогда я пошел на передовую.
Ассистент сделал приглашающий жест:
— Сюда, пожалуйста.
За время подготовки к проекту Цинчэнь так часто бывал в корпорации Чжоу, что все помощники Хо Цзюня знали его в лицо.
Провожая его по коридору, ассистент поддержал светский разговор:
— На каникулах вам, Учитель Чжу, видимо, придётся бывать у нас каждый день. Господин Хо уже распорядился выдать вам персональный пропуск и выделить отдельный кабинет.
Чжу Цинчэнь улыбнулся:
— Главное — не забудьте про карточку в столовую.
У дверей заседательного зала ассистент коротко постучал и отворил створку:
— Господин Хо, Учитель Чжу прибыл.
Внутри царила атмосферная строгость. За длинным столом из красного дерева выстроилась шеренга топ-менеджеров с каменными лицами.
В центре, откинувшись на спинку кресла и скрестив руки, восседал Хо Цзюнь.
Тут же обнаружился и Чжоу Цзыцянь — то ли дед заставил его присутствовать, то ли сам припёрся из упрямства.
А в углах комнаты стояли две профессиональные видеокамеры, фиксировавшие происходящее.
Чжу Цинчэнь едва не выронил телефон от удивления.
«Серьёзно? Собеседование для пары стажёров — и такой размах? Они же напрочь запугают бедных детей!»
— Проходите, Учитель Чжу, — ассистент указал на единственное свободное кресло — по правую руку от Хо Цзюня.
Едва Цинчэнь опустился на сиденье, его телефон вибрировал.
Сообщение от Хо Цзюня:
«Семья Чжоу пытается подставить Ся Шу. Чтобы процесс выглядел максимально прозрачным, я пригласил руководителей отделов и поставил видеофиксацию».
Чжу Цинчэнь посмотрел на Хо Цзюня и мгновенно понял замысел.
Семья Чжоу решила сменить тактику и замять скандал, выдав Ся Шу стажировку в качестве "подачки". Но парень был способен честно пройти отбор сам. Если не зафиксировать этот факт сейчас, потом Чжоу перевернут всё так, будто оказали ему милость.
И в случае разбирательств у Ся Шу не осталось бы доказательств.
А так — камера фиксирует каждый ответ.
«А господин Хо тот ещё стратег, — подумал Цинчэнь. — Всё просчитал наперед».
Когда ассистент попытался вручить Чжу Цинчэню оценочный лист, тот отстранился:
— Я знаю этих ребят слишком хорошо, так что воздержусь от выставления баллов. Просто посижу за компанию.
* * *
В комнате отдыха атмосфера накалялась.
Ся Шу катастрофически не повезло — он вытащил последний номер. Из двадцати кандидатов он был единственным второкурсником, пока у остальных уже имелся солидный багаж знаний и опыта. А тут ещё и двадцатый номер. Видя свой жребий, парень припал духом.
Но быстро взял себя в руки.
«Ничего. Последний — значит, у меня больше времени на повторение. Вдруг получится удивить комиссию?»
Он поправил идеально выглаженный воротничок, вытащил из портфеля блокнот и снова погрузился в чтение.
Время текло немолимо. Студентов вызывали по одному.
Комната постепенно пустела, пока Ся Шу не остался в полном одиночестве.
Он аккуратно сложил вещи, сделал глоток тёплой воды, чтобы не пересохло в горле, и замер в ожидании.
Стук в дверь.
— Сяо Шу? Твоя очередь, заходи!
— Иду! — Он вскочил и от волнения первые два шага сделал и рукой, и ногой с одной стороны.
Ассистент подбадривающе улыбнулся:
— Не нервничай. Главное — покажи всё, что знаешь. Экзаменаторы сегодня настроены вполне дружелюбно.
— Спасибо, — кивнул Ся Шу и сжал кулаки.
Дверь зала заседаний открылась. Едва шагнув за порог, Ся Шу согнулся в глубоком поклоне, отчего его голос едва заметно дал петлю:
— Здравствуйте, уважаемые члены комиссии! Меня зовут Сяо Шу!
Увидев его, Чжоу Цзыцянь пренебрежительно фыркнул, отбросил ручку на стол и откинулся назад, демонстрируя крайнюю степень скуки. Кабы не присутствие директоров отделов, он обязательно вставил бы пару язвительных замечаний.
Ся Шу поднял голову и, наткнувшись взглядом на бывшего парня, на мгновение побледнел.
Но тут же перевёл взор на Чжу Цинчэня.
Тот тепло улыбнулся ему, давая понять: «Всё под контролем».
Члены комиссии тоже приветливо кивнули:
— Присаживайся, Сяо Шу.
Парень опустился на стул в центре зала и вновь искал глазами поддержку у преподавателя. Цинчэнь снова ободряюще кивнул.
Хотя кандидатура на место уже была практически решена, комиссия вела себя подчеркнуто корректно.
— Ты у нас единственный второкурсник, верно?
— Да, — подтянулся Ся Шу. — Я учусь на втором курсе.
— Был ли у тебя опыт подработок?
— Да. После поступления я работал репетитором, официантом в ресторане, клерком в офисе, а сейчас подрабатываю курьером и баристой.
— Спектр широкий. А можешь подробнее рассказать об опыте работы офисным клерком?
— Конечно. На первом курсе коллега по ресторану посоветовал мне одну фирму. Сказал, что туда срочно нужен документовед с хорошей оплатой. Я пришёл. Но уже на второй день понял, что моя задача — обзванивать пенсионеров и впаривать им пустышки под видом лекарств. Убедившись, что у них нет сертификатов, я вызвал полицию.
Ся Шу выдал это с абсолютно серьезным лицом. Чжу Цинчэнь едва не поперхнулся, изо всех сил сдерживая хохот.
У менеджеров нервно задергались губы.
— Хм... И какие выводы ты сделал из своего богатого жизненного опыта?
Ся Шу ответил без колебаний:
— Мой главный вывод: студенту без связей крайне трудно найти законную работу, которая бы соответствовала его профилю. Но я не считаю работу курьером или официантом чем-то постыдным. Я честно заслужил каждую копейку. И точно так же, честно, я претендую на это место.
Члены комиссии переглянулись и с удивлением посмотрели на парня.
— Хорошо. А как именно ты готовился к сегодняшнему собеседованию?
— Я детально изучил сайт вашей группы, изучил структуру холдинга и понял, что сейчас корпорация проходит важнейший этап — переход от устаревшей семейно-патриархальной модели к современной профессиональной системе управления.
Ся Шу сделал паузу и продолжил:
— Также я ознакомился с публикациями экспертов, размещенными в вашем аналитическом разделе. В частности, меня зацепила монография американского исследователя Лидса «Трудности и выходы для семейных предприятий». В ней отлично описаны проблемы...
Члены комиссии прекратили перебирать резюме и подняли головы.
А парень-то непрост!
Пусть у него мало опыта, но аналитический склад ума, умение вычленять главное и работать с информацией — на высоте. Он умён и задействует свои мозги по назначению.
Чжоу Цзыцянь побледнел и сжал зубы так, что затрещали скулы.
Ся Шу оказался на голову выше, чем он о нём думал.
Этот парень мог получить место благодаря собственному уму. А для Ся Шу вся эта семейность Чжоу, которой так гордился Цзыцянь, была лишь «пережитком устаревшей модели».
И Чжоу Цзыцянь не имел никакого права лишать его этого шанса. Потому что сам был никем.
Чжу Цинчэнь оглядел переговаривающихся менеджеров и довольно улыбнулся.
Сяо Шу прошел.