Четвёрка только собралась подниматься вверх по руслу ручья, как из глубины джунглей донеслись грохот выстрелов и канонада.
Все четверо мгновенно насторожились.
— Похоже, уцелевшие игроки выбрались из пещеры, — с усмешкой заметил Юэ Цинпин. — А значит, и линия фронта растянулась.
— Нужна предельная осторожность, — глухо произнёс Хэ Сутуань, после чего отдал распоряжение: — Иньин, Цокэчэн, держите периметр. О любой странности докладывать немедленно.
— Есть!
— Понял!
Раздав указания, Хэ Сутуань окинул взглядом возвышающиеся вокруг деревья и вскинул голову:
— Мы где-то рядом с водой. На ветвях полно гнёзд. Интересно, не Шэнъюй ли их свили?
— Вполне возможно, — Юэ Цинпин приметил гнездо пониже и ловко, в пару движений, взобрался по стволу. Заглянув внутрь, он нащупал что-то пальцами, после чего разжал хватку и бесшумно спрыгнул на землю.
— Взгляни, — он протянул Хэ Сутуаню находку.
Это было алое, изящное перо.
— Перо Шэнъюй, — внимательно осмотрев его, уверенно подтвердил Сутуань.
— Значит, направление верное, — тихим смешком отозвался Цинпин. — Затаимся ненадолго, цель вот-вот покажется.
— Гм.
Они прочёсывали окрестности недолгие минуты, пока с вышины не донёсся едва слышный пронзительный клич.
Вскинув голову, Цинпин уловил лишь яркую вспышку: сквозь прорехи в кронах метнулась огненная тень, словно алый метеор, обжигающий сам воздух.
Взгляд капитана Юэ мгновенно ожесточился.
Однако Хэ Сутуань сработал ещё быстрее. Оружие в его руках уже было взведено, и стоило силуэту мелькнуть в вышине, как грохнул выстрел.
Точно в цель!
Алая птица жалобно клёкнула и камнем пошла вниз. На лету «пламя» истаяло дотла, и на взрыхлённый дёрн опустилась лишь нефритовая плитка.
Юэ Цинпин восхищённо свистнул:
— Отличный выстрел, капитан Хэ!
Сутуань скупо кивнул и, подойдя ближе, поднял трофей:
— Первая в этом раунде... Хм?
Он в замешательстве осёкся.
— Что там? — заметив его замешательство, Цинпин мгновенно оказался рядом.
Впрочем, едва взглянув на обратную сторону плитки, он и сам удивлённо хмыкнул.
На нефрите был вырезан скелет, зажатый в зияющей трещине расколовшейся земли. Из провала торчала лишь его поднятая в отчаянном призыве о помощи рука, а со всех сторон сыпался каменный кряж.
— Похоже на «землетрясение», — тихо проговорил Сутуань. — Такой рисунок видим впервые.
— Кто бы мог подумать, нам выпала редкая карточка с первой же попытки, — улыбнулся Цинпин. — Прячь скорее. Ин Яоцзу ведь искала именно её? Сможем выгодно обменять.
— Верно, — Хэ Сутуань согласился, но вместо своего кармана протянул находку Цинпину: — Забери себе. У меня и так их полно, не стоит класть все яйца в одну корзину.
— Понял, — спрятав плитку, Юэ Цинпин уточнил: — Сколько у нас теперь разновидностей талисманов Шэнъюй?
— С этой — всего две, — ответил Сутуань. — Карты «урагана» и «пожара» мы уже израсходовали, остался только «потоп».
— Хм-м... А не попробовать ли нам, по примеру Цзян Гуанцзун, собрать полный комплект?
— Если успеем...
Закончить мысль капитан Хэ не успел: со стороны патруля донёсся сорванный от испуга вскрик Цвэ Цокэчэня. Парень от неожиданности аж поперхнулся и не смог вытолкнуть ни слова.
Зато Иньин среагировал мгновенно и холодно:
— Враги! Воздух!
Хэ Сутуань и Юэ Цинпин среагировали одновременно — едва прозвучало предупреждение, оба уже прижались к земле, уходя от шквальной автоматной очереди.
Сутуань ушёл ужом вбок, избегая очередного свинцового веера из-за кустов. Упёршись локтями в дёрн, он вскинул ствол и снайперским выстрелом уложил игрока, высунувшегося проверить результаты обстрела.
Поняв, что засада раскрыта, нападающие перестали таиться. Выйдя из-за деревьев, они плотным полукольцом стали сжимать окружение вокруг четвёрки.
— Чёрт, нас зажали, — поднявшись на колено, Цинпин быстро оценил обстановку. Лицо его потемнело. — И нагнали целую ораву.
Приняв боевую стойку, Хэ Сутуань хмуро вглядывался в наступавших. Среди них ожидаемо мелькнули знакомые физиономии — те самые типы, что в прошлом раунде сплотились вокруг принцессы Цзиньин и устраивали охоту на одиночек в пещере.
Девчонка оказалась непроста: дипломатию развернула по всем правилам. Похоже, она сколотила не просто шайку, а спаяла сразу несколько групп в единый крупный альянс. С такой ордой смять разрозненных игроков-одиночек — раз плюнуть.
В таких обстоятельствах их единственной угрозой оставался альтернативный блок — союз Сутуаня, Ин Яоцзу, Цзян Гуанцзун, Нань Туна и Лун Яна.
Ин Яоцзу и Цзян Гуанцзун — двоих дикарок — эти обвешанные стволами наёмники ни во что не ставили. Связываться с Нань Туном и Лун Яном, упакованными в высокотехнологичную броню и арсенал, им тоже до поры до времени не хотелось.
А значит...
— Капитан Хэ, тебе не кажется, что из нас решили сделать козлов отпущения? — с горькой ухмылкой проговорил Цинпин. Не отводя взгляда от приближающихся врагов, он миролюбиво выкрикнул: — Ладно! Каковы ваши требования? Нас мало, силы не равны, так что огласите условия. Если не потребуете невозможного, мы готовы договориться. Зачем проливать кровь, верно?
Пока с губ слетали заискивающие речи, его пальцы в кармане уже нащупали маячок, полученный от Нань Туна, и утопили тревожную клавишу.
Нападавшие опешили от такой сговорчивости. Впрочем, предложение казалось весьма заманчивым. Четвёрка противников слабаками не выглядела, да и огниво у них имелось в избытке. Ввязываться в прямую мясорубку — себе дороже. Куда разумнее сберечь ресурсы для более крупных рыбин. А забрать у этих четверых нефритовые талисманы — и к ночи они сами загнутся, без всяких перестрелок.
Один из чужаков сделал шаг вперёд:
— Условие простое: отдавайте все имеющиеся плитки, и мы пока сохраним вам жизнь.
Юэ Цинпин отрезал без колебаний:
— Все? Мечтать не вредно. Мы не идиоты: отдать плитки — значит просто отсрочить смерть на пару часов.
Он ядовито хохотнул:
— Ребята, вам бы курсы по ведению переговоров пройти. Хотите выжать максимум — оставьте жертве хоть какой-то шанс. Загоните в угол — и мы костями ляжем, но заберём с собой половину из вас.
Переговорщик от врагов осёкся.
Хэ Сутуань, хмурясь, оценивал расклад. Дела были дрянь: на виду стояли восьмеро, да ещё трое-четверо наверняка залегли в засаде. Вчетвером против дюжины вооружённых бойцов устоять нечего и думать.
Вот если Нань Тун и Лун Ян успеют подоспеть — шансы появятся. Но раз уж этот бой заведомо проигран, надо минимизировать урон.
Пока капитан Хэ судорожно лихорадил умом, прямо у него в голове раздался бесплотный голос:
"Эй, мальчики, у вас там проблемы?"
Ин Яоцзу.
Сутуань на мгновение замер, поражённый.
Ну конечно! Телепатическая связь в этом мире обладала колоссальным радиусом действия — Госпожа Цзи Ин в своё время вещала через неё на всю локацию. К тому же передача шла адресно: судя по тупым физиономиям окруживших их врагов, те ничего не слышали. Настоящая закрытая радиоволна отряда.
Губы Хэ Сутуаня чуть заметно дрогнули в полуулыбке. На душе слегка отлегло.
Голос Ин Яоцзу хоть и звучал с привычным свысока-высокомерным оттенком, оставался предельно собранным:
"Я сверялась с картой. Мы и те двое дикарей с татуированными лицами слишком далеко от вас — мгновенно подоспеть не выйдет. Главная задача для вас сейчас — выжить, а про нефрит подумаете потом."
"Если вы нашли последний, редкий талисман Шэнъюй, — после паузы добавила она, — сохраните только его. Любой ценой."
Слыша это, Цинпин, разрывающийся между зубозаговариванием врагов и мнением соратницы, на секунду даже запнулся.
Нападавшие окончательно потеряли терпение:
— Ну так что, отдаёте плитки или нет? Или нам перебить вас к чёртовой матери? Нас больше, вариант без проигрыша!
Цинпин быстро вернул контроль над ситуацией и усмехнулся:
— Куда спешить? Мы у вас и так в кулаке, никуда не денемся. Люди мы разумные, но дайте хоть с парнями посчитаться да переговорить!
— Вы чего, тупите? — рявкнул враг. — Трое вас первыми за капитанов держат, а вы даже высказаться самостоятельно не можете?
— Можем, — с искренней улыбкой отрезал Цинпин. — Просто мы за демократию в отряде.
Главарь врагов потерял дар речи.
Пока Юэ Цинпин тянул время внешней болтовнёй, в его сознании снова прозвучал голос Ин Яоцзу:
"Если той плитки у вас нет — просто спасайте шкуры. А если она у вас — отдайте им всё остальное до единой кости, но её сохраните. Мы гарантированно пройдём этап. Если, конечно, вы готовы нам довериться."
Хэ Сутуань и Юэ Цинпин переглянулись — в глазах обоих отразилась тяжёлая, свинцовая задумчивость.
Иньин поправил оправу очков на переносице и тихо, с тревогой позвал:
— Капитан...
Он и сам смутно догадывался, какой именно план имела в виду Ин Яоцзу. И не сомневался, что оба капитана с их выучкой и чутьём просчитали его ещё раньше.
Вот только сработает ли эта задумка — никто гарантировать не мог. Как не мог поручиться и за верность самой Ин Яоцзу.
Цинпин горько усмехнулся и негромко произнёс:
— Терпеть не могу, когда инициатива уходит из рук.
Он привык действовать взвешенно, выверяя каждый шаг до мелочей, чем кардинально отличался от стремительного и решительного Хэ Сутуаня.
Но на этот раз промолчал даже капитан Хэ.
На кону стояла грандиозная игра, в которой приходилось с ходу повышать ставки до предела. А в качестве фишек выступали их собственные миры.
И перед такой ставкой пасовал даже самый отчаянный игрок.