Короткую, звенящую тишину разнёс вдребезги сумасшедший рывок. Юэ Цинпин сорвался с места:
— Ах ты, блядь!..
Он сходу накинулся на Шелли, со всего размаху впечатав кулак ему в челюсть.
— Уф...
Стул, к которому был привязан пленник, потерял равновесие и с оглушительным грохотом завалился навзничь. От этого звука по коже пробежал мороз.
Но Юэ Цинпин и не думал останавливаться. Шагнув вперёд, он цапнул Шелли за ворот и занёс вторую руку для нового удара.
— Хватит! — Хэ Сутуань вовремя перехватил его за запястье. — Остынь.
Цинпин вскинул глаза на возлюбленного. Его зрачки дрожали, белки налились кровью, а грудь тяжело, рвано вздымалась.
Сутуань на мгновение даже оробел — таким яростным он его ещё не видел.
Не успел он произнести ни слова, как в дверь вылетели охранники, привлечённые шумом. Половина тут же наставила оружие на лежащего Шелли, а вторая взяла на прицел самого Юэ Цинпина.
У Хэ Сутуаня затылок закололо от напряжения. Вцепившись в локоть Цинпина, он потянул его назад. Как-никак, в физической силе он превосходил партнёра, так что ему удалось помешать тому устроить расправу.
— Тише, тише, ге. Не бери в голову слова психа.
— Сучий потрох! Он ещё смеет желать тебе смерти?! — рявкнул Цинпин, после чего гаркнул на ворвавшихся оперативников с электрошокерами: — Чего встали?! Врубите ему разряд! Врубите так, чтобы мозг спёкся!
Хэ Сутуань вздохнул:
— Уходим. Быстро.
Он вытащил Цинпина в коридор, но у самого порога всё же не удержался и обернулся.
Шелли всё так же скрученным мешком лежал на полу. Его взгляд, прикованный к Сутуаню, оставался кристально чистым и невозмутимым.
То, что произнёс этот парень, не было бредом безумца или пустой угрозой. Он выплеснул это «Сдохни» из самого сердца, с абсолютной, искренней убеждённостью.
Липкий дискомфорт в груди Сутуаня усилился. Он ускорил шаг, увлекая Цинпина прочь.
— Теперь я охотно верю, что он уложил Винсента в реанимацию парой фраз, — тихо проговорил Хэ Сутуань.
Юэ Цинпин всегда отличался выдержкой и хладнокровием, но тут потерял контроль над собой за считанные секунды. В каком-то смысле этот Шелли был по-настоящему жуткой тварью.
Пока Сутуань размышлял, Цинпин внезапно сгрёб его в охапку.
Он ничего не говорил — просто молча сжимал в объятиях, да так отчаянно, будто пытался вживить его в собственную плоть и кровь.
Сутуань немного помолчал, а затем мягко погладил Цинпина по спине:
— Всё, хватит о нём. Отправим Таи короткий отчёт и поедем домой?.. Кстати, супермаркет на базе ещё работает. Купим баранины, потушим с зеленью, идёт?
* * *
По характеру они были полной противоположностью: Цинпин предпочитал сперва присмотреться, всё просчитать и наносить удар только тогда, когда победа гарантирована. Он искренне считал свой панцирь непробиваемым, но ядовитые слова Шелли мгновенно выбили у него почву из-под ног.
Возможно, всё дело было в «Путеводном маяке»... Ему становилось дурно при одной мысли о том, что Хэ Сутуань — его единственный и любимый человек — может оказаться в том расстрельном списке. Он не мог вынести, когда слова «смерть» и «Путеводный маяк» звучали рядом с именем Сутуаня. Шелли наступил на его самую болезненную мозоль.
Если бы не Сутуань, удержавший его за руку, он бы точно превратил лицо Шелли в кровавое месиво.
Но сейчас Сутуань был рядом. Он шептал о тёплом домашнем бульоне.
Этот спокойный, родной голос подействовал лучше любого успокоительного — у Цинпина даже щипать в глазах начало от нахлынувших чувств. Переведя дыхание и тяжело вздохнув, он выдохнул:
— Идёт. Сообщение я сам отправлю.
Смерив дверь палаты искрящимся ненавистью взглядом, Цинпин потащил Сутуаня к выходу. На ходу он выудил из кармана смартфон и принялся агрессивно строчить по экрану, изливая в тексте всю желчь на паршивого пленника.
Сутуань послушно шёл следом, как вдруг Цинпин резко замер.
— Что стряслось? Замкомандующего ответил?
—... Нет, дело не в Таи, — Цинпин не спускал глаз с экрана. — Мне только что пришло кое-что другое.
Он повернул дисплей к Сутуаню:
— Взгляни-ка...
На экране висело странное сообщение с неизвестного номера. Короткое, без лишних прелюдий:
[Мир № 7333 приветствует вас. Давно не виделись.]
Сутуань нахмурился:
— Семь тысяч триста тридцать три? У Бай Хэ был номер четыре тысячи шестьсот восемьдесят семь, у Цзи Ин — девять тысяч одиннадцать, у Хэ Си — шесть тысяч четыреста девяносто восемь...
Он осёкся.
Сутуань вовремя вспомнил, что современные смартфоны прекрасно умеют прослушивать владельцев — именно поэтому контекстная реклама мгновенно подсовывает товары, о которых ты только что говорил вслух.
А в их локальной сети сейчас как раз разгуливал один неуловимый цифровой призрак.
Вокруг не было ни души. Сутуань не стал забирать телефон, а просто уставился прямо в экран:
— Хэ Си, это твои фокусы?
В углу дисплея тут же вынырнула знакомая физиономия. Словно виртуальный питомец, Хэ Си высунул голову из-за края панели и ехидно расплылся в улыбке:
— Я получил весточку от соплеменников и решил поделиться. Передавать через ту дамочку слишком долго, так что я перенаправил вам напрямую.
В отличие от довольного Хэ Си, оба капитана стояли с мрачнейшими минами.
Юэ Цинпин даже не думал улыбаться:
— Ты, я смотрю, вообще перестать шифроваться решил? Бесстыдно вылезаешь из моего мобильника и копаешься в личных данных?
Хэ Си парировал:
— При всём уважении, с вашим уровнем развития информационных технологий у вас в принципе нет никакой приватности. Технари вашей базы при желании могут просмотреть твою историю поиска в любой момент.
Юэ Цинпин:
* * *
Он резко повернулся к Сутуаню:
— Я уже жалею, что мы вытащили этого гада. Может, попросим Эрику загнать его обратно в архив под пароль?
— Я уточню у неё, — серьёзно кивнул Сутуань.
Слыша их прямые угрозы, Хэ Си лишь смерил их ехидным взглядом:
— Вы уверены? Пока вы будете искать способ меня заблокировать, я успею свести с тобой счёты.
Цинпин изогнул бровь:
— Ты? Да ты до меня даже пальцем не дотронешься.
— Физически я тебя не убью, зато устрою тебе полноценную социальную смерть, — улыбнулся Хэ Си и затараторил со скоростью пулемёта: — Хочешь, прямо сейчас подключусь к узлу связи вашей базы, врублю громкоговорители на полную мощность и с чувством зачитаю твой журнал браузера? Например, вчерашний запрос в двадцать три часа одиннадцать минут сорок семь секунд на том самом пикантном сайте: «Искусство связывания: сто восемь способов применения», а ещё...
— Стой, стой, замолчи! — панически гаркнул Цинпин.
На лбу у него вздулась вена. Сцепив зубы, он сквозь силу выдавил:
— Твоя взяла. Доволен?
Хэ Си победоносно хмыкнул, как мелкий пакостник, добившийся своего.
Сутуань, стоявший рядом, перевёл на Цинпина весьма красноречивый взгляд:
— Ге...
— Кхм! Давай по делу, — прокашлялся Цинпин и мгновенно скроил строгую мину, делая вид, что не замечает уничтожающего взора Сутуаня (как будто это не он вчера весь вечер изучал сто восемь способов, а в итоге всё равно сплоховал). — Кто такой этот семь три три три? Это номер какого-то мира? Из близких нам — только Цзи Ин да Нань Тун. А это кто объявился?
При этих словах улыбка Хэ Си стала ещё шире, а подсветка экрана, кажется, самопроизвольно засияла ярче.
— Сообщение пришло от Амоде.
... Амоде?
При этом имени лица обоих капитанов мгновенно потемнели.
Они отлично помнили эту тварь. Именно Амоде пытался паразитировать на Цинпине — и пусть у него ничего не вышло, Цинпин после этого долго пролежал в коме.
А если бы попытка удалась... вероятнее всего, Цинпин повторил бы жуткую участь Цзинь Миня.
Сутуань глубоко вдохнул, подавляя вспыхнувшую ярость:
— Если мне не изменяет память, его забрала та ищейка по имени Чжу Сяофэй.
— Верно. Она как раз из мира номер семь тысяч триста тридцать три.
В испытании «Двенадцать сияющих светил» они пересекались с Чжу Сяокэ, а в «Сборе веток до конца времён» — с Чжу Сяофэй. Обе носили тяжёлые механические экзоскелеты, из-за чего отлично запомнились. Хотя игроки этих миров контактировали не так часто, в прошлых совместных вылазках они зарекомендовали себя вполне надёжными партнёрами.
— Надо же, они смогли выйти на связь, — тихим голосом произнёс Сутуань.
— Именно, — Хэ Си повёл рукой, сдвигая виртуальную панель. — Амоде уже скинул нам их архив. Мир семь тысяч триста тридцать три, как и четыре тысячи шестьсот восемьдесят семь, держится на строгом коллективизме. Все жители там носят фамилию Чжу. Но с точки зрения биологии они не клан, а скорее некое глобальное Учение или Орден. Фамилия и общественная цель у них одна, но при этом сохраняется жёсткая иерархия. В буквальном смысле «Шоу Трумана» или «Семейство Чжу».
— Сравнение забавное, хотя Чжу там — это фамилия, а не название секты, — Цинпин вытащил из кармана беспроводные наушники, подключил их к телефону и поделился одним вкладышем с Сутуанем. — Ответь им от нашего имени. Напиши: «Мир № 5237 приветствует вас».
— Принято, — Хэ Си, словно вышколенный секретарь, отправил ответ и добавил: — У этого мира отличный уровень технологий, да и с этикой размножения всё в порядке. Не то что у тех умников из мира четыре тысячи шестьсот восемьдесят семь... Эти вообще решили, что мы сплошь гомосексуалы.
Оба капитана одновременно замерли на месте.
Сутуань подумал, что ослышался:
— Кто решил?
Четыре тысячи шестьсот восемьдесят семь? Мир, где собрались Нань Тун, Люй Тун, Лес, Бай Хэ, Дуань Сю, Цжу Ли, Цжу Ци, Лун Ян, Гай... Мир, чьи имена звучали как энциклопедия мирового гей-сленга, решил, что цифровые бестелесные сущности вроде Хэ Си и Амоде — гомосексуалы?!
Цинпин нервно передёрнул губой:
— Нет, конечно, они нам вроде как союзники, но я просто удержаться не могу... Чья бы корова мычала?!
С их-то системой имён, напоминающей парад созвездий, их познания в любви и сексе стремились к абсолютному нулю!
Хэ Си уныло пояснил:
— Но их командующая, эта Бай Хэ, спросила нас именно об этом.
Цинпин почесал подбородок:
— Она же в прошлый раз вообще в этих делах ничего не смыслила. Неужели Нань Тун с Лун Яном её так допекли, что ей теперь везде геи мерещатся?
Хэ Си ответил:
— Она подошла к вопросу со всей научной строгостью. Когда с их игроками случилась та неприятность, она решила изучить матчасть. Но в их мире эта тема под строжайшим табу. Поэтому я нашёл кое-какие материалы в вашей глобальной сети, а Авраам переслал их ей.
Сутуань:
—... И?
Хэ Си с каменным лицом продолжил:
— Прочитав материалы, она заявила: жители нашего мира состоят из данных, то есть из нулей и единиц, а следовательно — мы все гомосексуалы.
* * *
—...................
Если бы не больничные коридоры и не недавняя стычка с Шелли, они бы хохотали во весь голос на весь этаж.
Но сейчас им оставалось только беспомощно выдохнуть.
— Я херею, — у Цинпина даже голос дал сбой. — Что ты ей вообще отправил, если она сделала такие выводы?!
Хэ Си безмятежно уставился на Цинпина, не скрывавшего своего злорадства:
— Твою историю браузера.
Смех Цинпина мгновенно застрял в горле.
Зато Сутуаню, кажется, заметно потеплело на душе. Прежде чем Цинпин успел вдребезги рассадить несчастный смартфон о стену, Сутуань мягко забрал гаджет из его руки:
— Раз уж ты так свободно гуляешь по нашей сети, сможешь взломать пару серьёзных файрволов?
— Раз плюнуть, — отозвался Хэ Си. — Защита вашего мира неплоха, но для меня это детские забавы.
Сутуань кивнул:
— Тогда добудь-ка нам данные по списку кандидатов в «Путеводный маяк».