Стоявшая рядом Цзи Ин обомлела. Смысл слов Хэ Сутуаня дошёл до неё не сразу, а когда дошёл — она диким, неверящим взглядом уставилась на мужчину, зажатого в его стальной хватке.
Этот высокий, почти двухметровый взрослый мужчина с лицом Юэ Цинпина... оказался той самой девчушкой, которая выглядела даже моложе её самой?!
Самозванец под дулом пистолета на мгновение замер:
— Не понимаю, о чём ты, Хэ Сутуань. Что с тобой?
Он держался на удивление невозмутимо — со стороны казалось, будто в нём проглядывает та самая непринуждённая уверенность, присущая Юэ Цинпину. Впрочем, трудно было сказать, не являлось ли это спокойствие лишь следствием банальной неспособности управлять мимикой.
Хэ Сутуань слегка изогнул бровь. Не выразив ни доверия, ни сомнения, он отстранённо спросил:
— Тогда ответь: кем мы приходимся друг другу?
«Юэ Цинпин» замялся.
Какое ещё «кем»? Сейчас они — жертва и дуло у виска.
Однако дать такой ответ он не мог. Натянув наглое, развязное выражение, «Юэ Цинпин» усмехнулся:
— Да кем ещё-то? Ты — мой бывший парень... Кх-х!
Хэ Сутуань, до этого упиравший стволом ему в лоб, одним жёстким движением вогнал дуло прямо в открытый рот противника, давя в глотку и мгновенно оборвав фразу на полуслове.
— Мимо. Похоже, сквозь границы миров ваша связь запаздывает, — хладнокровно усмехнулся капитан Хэ. — Он мне не бывший. Он мой любимый человек. Здесь и сейчас.
Глядя на лже-Юэ Цинпина — или, точнее, на Крик, — Хэ Сутуань безжалостно сорвал с неё маску:
— В прошлом испытании Амоде считал часть ментальных данных Юэ Цинпина и переслал вам. Я думал, вы украли лишь базовые пласты вроде языка, но, похоже, прихватили и личные воспоминания.
Обычно сдержанный и невозмутимый, капитан Хэ впервые заговорил с явственной, ледяной яростью:
— Не знаю, из чего вылеплена эта твоя оболочка, но ты явно способна менять её форму по своему желанию. Ты выудила из памяти Юэ Цинпина образ Сяоси — и при первой встрече приняла её облик.
Голос юноши звучал обманчиво ровно, однако в его невысоком, изящном теле проснулась сокрушительная сила. Пальцы Хэ Сутуаня, подобно стальным тискам, впились в шею врага. Как тот ни бился, вырваться не удавалось.
«Юэ Цинпин», казалось, бросил все ресурсы на то, чтобы хоть как-то управлять конечностями — он судорожно цеплялся за руки капитана, пытался разжать эти фаланги. На мимику сил не осталось вовсе: его бьющееся в конвульсиях тело дико контрастировало с совершенно застывшим, каменным лицом.
Хэ Сутуань смотрел на него без тени жалости. Чуть сместив ствол, он упёрся им в нужную точку на гортани.
— Я уже говорил, — произнёс он. — Мой любимый человек — это моя черта, за которую нельзя заступать.
И без колебаний спустил курок.
Грянул выстрел.
Противник сдулся, точно пробитый шар; во все стороны хлынул густой дым.
Хэ Сутуань нахмурился. Пусть он и сознавал, что перед ним подделка, видеть смерть человека с лицом Юэ Цинпина было тошнотворно. Разжав пальцы, он отступил на шаг.
— Кхм-кхм! — Цзи Ин закашлялась и принялась махать ладонью, разгоняя едкую взвесь. — Это действительно была Крик? Она... умерла?
— Похоже на то, — тихо отозвался Хэ Сутуань, глядя себе под ноги.
Когда дым улёгся, на каменном полу осталась лишь пустотная оболочка — будто из раздутой куклы выпустили весь воздух. Черты лица поплыли, смазались, словно сломанная голограмма: на мгновение мелькнул облик Юэ Цинпина, затем Хэ Сяоси, следом — ещё пара незнакомых лиц... И всё сгинуло. Осталась только гладкая искусственная кожа без единого изгиба — жуткая, как у безликих тварей из старых сказок.
Одежда сохранилась, но изменила текстуру, опадая гибкой тканью, похожей на светочувствительное полотно.
— Так вот почему на ней сменились вещи, — Сутуань опустился на корточки и кончиком ствола шевельнул край одежды. — Что-то вроде голографической маскировки.
— Голографической... чего? — Цзи Ин нахмурилась, а потом хлопнула в ладоши. — А, поняла! Как у сестры Лес в Лунном дворце?
— Именно.
Убрав пистолет, Хэ Сутуань вытащил боевой нож и осторожным движением надрезал гортань пустой оболочки.
Как он и ожидал, внутри покоился развороченный пулей миниатюрный робот-паук. Его искорёженные металлические жнецы намертво вцепились в крошечную пробирку для сбора крови, внутри которой плескалась золотистая жидкость.
Кровь мезоамериканского ягуара.
— Люди из её мира навострились паразитировать на других, да и биоматериал брать умеют. Если такого робота можно впрыснуть простым хлопком по плечу, то пробить шкуру священного зверя для них не составит труда.
Кончиком лезвия Хэ Сутуань разжал механические лапки и извлёк пробирку.
— Не знаю всех деталей, но технологии у них продвинутые.
Эта оболочка работала неидеально, однако способность менять габариты и внешность — это уже уровень, недоступный плотским трансформациям вроде тех, что демонстрировал Амоде.
— Как бы там ни было, теперь её труды достанутся нам.
Достав с пояса пустую пробирку для сбора крови, Хэ Сутуань отлил половину золотистой крови и протянул пробирку спутнице:
— Держи.
— Мне?! — Цзи Ин опешила.
Протянув руку, она замерла на полпути. Мысль, осенившая её, отразилась на лице виноватой, натянутой улыбкой:
— Братец Хэ... В лабиринте ведь остались только мы вдвоём. А по правилам выжить и уйти может лишь один...
— Верно. Только один «герой» выйдет отсюда живым, — спокойно закончил за неё Хэ Сутуань, озвучив её тайный страх. — Вот только я не герой.
Девочка онемела от изумления.
Не успела она переварить его слова, как в глубине лабиринта раздался глухой, раскатистый гул. Каменные стены задрожали, словно гигантский кокон, готовый выпустить на волю своё содержимое. Нерушимые прежде монолиты покрылись паутиной трещин. Трещины взрезали камень, пропуская в полумрак тонкие лучи света.
Разломы стремительно расширялись, и свет затоплял проходы. После долгого пребывания во тьме эти лучи резали глаза. Цзи Ин заслонила лицо ладонью, Хэ Сутуань тоже прищурился.
С грохотом и треском стены окончательно рухнули. Перед ними распахнулся величественный, уходящий под облака зал, в центре которого возвышалась каменная стела, покрытая резными письменами.
В сознании Хэ Сутуаня эхом отдался ликующий возглас Цзи Ин:
«Мы выбрались! У нас получилось!!»
Хотя опасность не миновала и они всё ещё находились в древнем святилище, эта чистая, по-детски искренняя радость невольно отозвалась в его душе. Глядя на девчушку, Сутуань едва заметно улыбнулся.
Будь Сяоси жива... она была бы точно такой же. Храброй, честной, неунывающей и невероятно сильной духом.
Он отвёл взгляд и собрался было изучить руны на стеле, как вдруг замер.
Из-за каменного монолита вышел человек, чей силуэт Сутуань узнал бы из тысячи.
Юэ Цинпин.
Сердце должно было отозваться радостью, но разум, ещё помнивший недавний обман, оставался холоден. Стоило мужчине сделать шаг навстречу, как Хэ Сутуань с молниеносной быстротой выхватил пистолет и наставил ствол прямо ему между глаз.
Юэ Цинпин шёл к нему с мягкой улыбкой предвкушения, но уж точно не ожидал настолько... своеобразного приёма. На мгновение изумившись, он всё же сделал последний шаг и остановился вплотную.
Несмотря на дуло у лба и палец, готовый в любую секунду спустить курок, в его позе не было ни капли страха. Смерив Сутуаня лукавым, тёплым взглядом, Цинпин подался вперёд и сам прижался лбом к холодному металлу.
— Туаньтуань, за моей жизнью пришёл? — с тихой усмешкой спросил он.
В его глазах не промелькнуло ни тени сомнения или робости — лишь безграничное доверие и абсолютная уверенность. Доверие в том, что, если Сутуаню понадобится его жизнь, он отдаст её без лишних вопросов и условий. И уверенность в том, что Сутуань любит его ничуть не меньше и никогда не причинит вреда.
Именно так должен был поступить настоящий Юэ Цинпин.
Капитан Хэ облегчённо выдохнул.
Сбросив пистолет в кобуру, он сжал пальцами отворот куртки Юэ Цинпина, рывком притянул его к себе и впился в его губы поцелуем.
Цзи Ин обомлела.
Лицо девочки мгновенно вспыхнуло кумачом. Зажав глаза ладонями, она всё же не удержалась и чуть раздвинула пальцы, подглядывая за ними.
Цинпин тоже не ожидал такой вспышки. Хэ Сутуань всегда отличался сдержанностью, мягкостью и строго следовал приличиям. Целовать любимого мужчину прямо под объективами парящих в небесах трансляторов, на глазах у миллионов зрителей — на это прежний Хэ Сутуань ни за что бы не решился.
Но сейчас их губы соприкасались, дыхание сливалось в одно, и у Цинпина не было ни малейшего желания отступать. Он замер, позволяя Сутуаню удерживать себя за воротник и отдаваясь этому неторопливому, глубокому касанию.
Сутуань не стал углублять поцелуй. Отстранившись совсем немного, он произнёс — тихо, но так отчётливо, что слова отдались эхом под сводами зала:
— Твоя жизнь принадлежит мне.
В груди Цинпина отозвался бархатный смешок:
— А твоя?
— А моя — тебе, — ответил Хэ Сутуань, не отводя глаз.
Юэ Цинпин снова тихо засмеялся. Подняв руку, он мягко прикоснулся к затылку Сутуаня, поглаживая волосы. Этот жест тянулся ещё из их детства, когда надо было успокоить Туаньтуаня. Теперь, когда их чувства переросли в нечто большее, в этом движении появилось новое, глубокое тепло.
— Что стряслось? — спросил Цинпин. Он знал своего избранника слишком хорошо: чтобы обычно невозмутимый капитан Хэ позволил себе такое проявление чувств на людях, должно было случиться нечто из ряда вон выходящее.
Глубоко вздохнув, Сутуань мягко отвёл ладонь Цинпина, дав понять, что уже пришёл в себя. Когда он заговорил снова, перед Юэ Цинпином опять стоял собранный, спокойный командир первого отряда:
— В лабиринте мне попался игрок из того же мира, что и Амоде. Он принял облик Сяоси, а затем... превратился в тебя. Я его убил.
— Имитация внешности? Они способны на такое?
— Не знаю, их ли это технологии или трофеи из иных миров, но нам стоит ухо держать востро.
— И как ты понял, что это не я?
— Я не могу тебя спутать ни с кем. Узнал с первого взгляда, — простым, будничным тоном ответил Сутуань, не замечая, насколько пылко звучали его слова. — Для меня ты единственен.
Цинпин смотрел на него, словно пытаясь выжечь этот момент и эти слова в памяти навсегда.
— Знаешь, что выбито на той стеле? — тихо спросил он спустя паузу.
Сутуань чуть нахмурился и качнул головой.
— «Юг — это сила защиты, подобная мужеству встретить смерть ради тех, кого любишь», — процитировал Юэ Цинпин с тёплой улыбкой. — И ты только что доставил это доказательство.