Когда четвёрка вернулась, второй отряд, охотившийся на ханба, уже ждал у постамента.
— Похоже, с тварями покончено, — на лице женщины-киборга, дежурившей у алтаря, наконец промелькнула тень улыбки. — Камни только что изменились. Мы близки к финалу.
Упоминание о завершении испытания заметно разрядило обстановку — в её голосе больше не звучало прежней настороженности. Спутники присмотрелись: пять валунов, олицетворяющих Пятицветную почву, словно ожили, напитавшись мягким, пульсирующим флуоресцентным светом.
— Давайте обменяемся сводками, — хлопнул в ладони Юэ Цинпин. — Начнём с нас: перебили сотни полторы ханба, обошлось без потерь и ранений.
— У нас тоже счёт немалый, — отозвались бойцы из второй группы. Судя по их помятому виду, схватка далась им куда тяжелее. — Помяли нас слегка, но жить будем.
— Пока вы отсутствовали, мы сожгли ещё по два солнца, — подал голос древесный гуманоид Тэн Линь. — Пара ханба пыталась прорваться, но их отстреляли вон те ребята.
Все обернулись. Неподалёку отмалчивалась парочка участников — те самые, что с самого начала отказались впрягаться в общую работу и решили просто выехать на чужом горбу. Один из них так и остался сидеть с безучастным, ледяным видом, зато второй несмело взмахнул рукой — именно он снял донимавших отряд монстров.
Хэ Сутуань сдержанно кивнул ему и перевёл взгляд на каменный постамент:
— Мы говорили, что следующий шаг — ритуальное жертвоприношение?
— Но какому же ритуалу не требуется треба? — разглаживая бороду, подал голос игрок в доспехах древнего полководца.
Воздух в мгновение ока сделался вязким. Едва сложившийся хрупкий союз оцепенел.
Жертва? И где в этой проклятой глуши достать подходящую жертву?
Неужели после всего, через что они прошли плечом к плечу, на самом пороге финала придётся пустить кровь друг другу?
Дикость.
Хэ Сутуань нахмурился. Размышляя об альтернативах, он как бы между прочим сместил ладонь к кобуре на поясе. Едва удерживаемый мир накренился. Достаточно было единственного неосторожного движения, чтобы сорвать этот тонкий покров и спровоцировать кровавую резню.
— Да с чего вы взяли, что жертвоприношение непременно должно быть человеческим? — подала голос Цзи Ин. — Разве нельзя обойтись символической заменой?
Юная девица обвела присутствующих недоуменным взглядом. Заметив их остолбенение, она искренне удивилась:
— Да ладно... В ваших мирах до сих пор приносят в жертву живых людей? Какой у вас дикий, варварский уклад...
Игроки лишились дара речи.
"Милая, может, мы не знаем, где взять жертву, просто потому, что в наших мирах давно никто никому не жертвует? И кто тут вообще варвар?"
Мыслей у каждого возникла целая охапка, однако напряжение спало, и люди осторожно убрали пальцы со спусковых крючков.
Хэ Сутуань внимательно посмотрел на неё:
— Есть предложения?.. Кстати, что у тебя там в подоле?
Девушка как раз подобрала края своей кожаной юбки, образовав импровизированный мешок, в котором явно покоилось что-то увесистое. Разжав пальцы, она беспечно высыпала содержимое прямо на землю.
С сухим стуком на камни вывалилась охапка обгоревших костей. Вслед за ними выкатился целый человеческий череп и, простучав по плешивой траве, уткнулся аккурат в ступню Тэн Линя.
Древесный гуманоид оцепенел. Поплотнее запахнув на груди лианы, он молча отступил на шаг назад.
— Чьи это останки? — насторожилась женщина-киборг.
Хэ Сутуань, скользнув взглядом по глазницам черепа, сразу узнал погибшего:
— Один из игроков. Его растерзали ханба.
— Вот это да, — качнул головой Юэ Цинпин. — Тот самый бедолага, которого мы миновали? И когда ты успела его «упаковать»?
— На обратном пути снова на него наткнулась, — ответила Цзи Ин. — Подумала, не дело оставлять тело гнить под открытым небом, ну и подобрала.
Стоявший подле неё Нань Тун застыл с совершенно каменным лицом. Судя по всему, он наблюдал эту сцену от начала и до конца и исчерпал весь запас изумления:
— Вы двое были так увлечены беседой, вот и не заметили.
— Вообще-то я планировала похоронить его по-человечески, сотворить доброе дело, — с полнейшей безмятежностью заявила девица. — Но раз уж вышло так... пустим его останки на ритуал.
Присутствующие снова замолчали.
"Низкий тебе поклон, девица. Твоё блаженное милосердие только что превратилось в откровенное кощунство".
Впрочем, станут ли они отказываться от столь своевременного святотатства?
Переглянувшись, игроки мысленно сотворили краткую молитву за упокой души невинно усопшего бедолаги и единым фронтом решили принести его кости в жертву.
Ни Хэ Сутуань, ни Юэ Цинпин ни черта не смыслили в древних обрядах. Нань Тун и женщина-киборг — подавно. К счастью, Цзи Ин и бородач в доспехах оказались опытными ритуалистами. Действуя сообща, они расставили кости в нужном порядке, и обряд был завершён.
Постамент вспыхнул ослепительным светом, будто на призыв отозвалось высшее божество.
Впрочем, вместо сошествия небожителей над алтарём развернулась исполинская световая проекция.
Словно в финале компьютерной игры, на ней одна за другой начали проявляться строки с итоговыми баллами. Каждый невольно затаил дыхание, высматривая своё имя.
[Чжу Сяокэ: уничтожено солнца — 2, уничтожено ханба — 1. Итого: 81 балл]
На лице женщины-киборга промелькнуло торжество.
Хэ Сутуань переглянулся с Юэ Цинпином. Система и впрямь фиксировала персональный вклад, сводя на нет любые попытки выехать за чужой счёт. Вот только расценка оказалась неожиданной: уничтоженное солнце тянуло на сорок очков, тогда как монстр-ханба — всего на одно.
Следом вспыхнули новые строки:
[Нань Тун: уничтожено ханба — 82. Итого: 82 балла]
[Тэн Линь, Мань Хуэй: уничтожено солнца — 2, уничтожено ханба — 1. Итого: 81 балл]
Представителям одного мира баллы суммировались.
* * *
[Юэ Цинпин, Хэ Сутуань: уничтожено ханба — 51, бонус за разгадку ключевой зацепки. Итого: 61 балл]
Под «бонусом за зацепку», очевидно, подразумевалась расшифровка иероглифа «Хэ» и расчёт необходимого числа сбитых светил. Задачка не самая головоломная, но прибавка оказалась солидной — эквивалент десятка уничтоженных ханба.
Юэ Цинпин издал тихий свист:
— А система-то с понятием. Начисляет премиальные за сообразительность.
Табло продолжало пополняться именами участников, сражавшихся на отдалённых участках локации. Судя по списку, в раунд попало куда больше людей, чем предполагалось изначально.
[Цзи Ин: уничтожено ханба — 7. Итого: 7 баллов]
[Ли Мин, Чэнь У: 0 баллов]
[Подведение итогов завершено. Обучающий этап пройден. Запускается процедура ликвидации аутсайдеров.]
Ликвидация аутсайдеров!
Воздух мгновенно отрезвел, лица игроков вытянулись.
Цзи Ин, оказавшаяся на предпоследней строчке, смертельно побледнела. В её глазах дикая радость спасения тут же сменилась липким ужасом.
— Да с какого черта у меня ноль?! — взревел кто-то за спинами отряда.
Все обернулись. Орал тот самый любитель халявы, Ли Мин, до этого безмятежно отлеживавшийся в стороне.
— Дерьмо! Чэнь У, урод, сдох... Никчёмная тварь! — поняв, что оказался на самом дне таблицы, он мгновенно лишился своего сонного спокойствия и забился в истерике. — Я ведь тоже помогал отбиваться от тварей! Почему ноль?!
Как такое возможно?! Разве выжившим не полагается автоматический пропуск в следующий раунд вместе с остальными?! Какая ещё ликвидация?!
Когда неведомый голос из поднебесья огласил условия Турнира за право владения Землёй, правители его родного мира провели экстренный саммит. Впрочем, властные структуры заняли выжидательную позицию — никто не желал слепо ввязываться в чужую «игру» и без подготовки вступать в контакт с иными человеческими цивилизациями.
Эта пассивная тактика идеально совпадала с жизненными ориентирами Ли Мина.
Гасить небесные светила ему было не по зубам, рисковать шкурой в драках с ханба — тем более. Вся его надежда строилась на Чэнь У: тот парень был тёртым калачом и наверняка должен был настрелять очков на двоих... Кто же мог знать, что Чэнь У сдохнет?!
Раньше Ли Мин воспринимал происходящее как дурацкий виртуальный квест и спокойно надеялся пройти на чужих плечах. Но сейчас липкий, животный страх сковал его внутренности... Что, если это ничерта не игра?!
Он открыл рот, собираясь выплеснуть очередную порцию проклятий, как вдруг окружающее пространство замерло.
Все присутствующие застыли, закованные в невидимый монолит остановившегося времени и пространства.
Из вышины снова раздался металлический, лишённый эмоций гул:
[Сводные результаты зафиксированы. Цивилизация, набравшая наименьшее количество очков, подлежит ликвидации. Индивидуальные сознания участников будут форматированы, физические тела — расщеплены до фундаментальных частиц для пополнения Вселенского пула ресурсов.]
И в следующее мгновение мир вокруг них просто испарился.
Хэ Сутуань был не в силах шевельнуть и пальцем.
Он чувствовал себя персонажем на киноленте, где неведомая, высшая сила нажала на паузу, подчинив его своей абсолютной воле.
Ощущение мерзкое, беспомощное.
Казалось, он завис в невесомости посреди глухой, непроглядной тьмы.
Но не успел Хэ Сутуань осознать происходящее, как мрак вокруг пришёл в движение.
По воздуху поплыли бесчисленные кадры, образуя гигантский проекционный паноптикум. Вот только, в отличие от обычного кино, вместе с изображением в его сознание хлынул чужой, оглушительный поток чувств.
На доли секунды Хэ Сутуань будто обрёл всеведение: он видел каждую каплю воды, каждую песчинку, слышал мысли каждого живого существа умирающей реальности.
А затем он стал свидетелем гибели целого мира.
Уровень развития этой цивилизации ничем не отличался от его собственной — на миг Хэ Сутуаню показалось, будто перед ним разворачивается трагедия его родной Земли.
Он видел залитые огнями мегаполисы, потоки машин, толпы людей, вцеплявшихся взглядами в онемевшие небеса.
Достигший их вердикт вызвал оглушительный взрыв паники и стенаний.
Кто-то судорожно пытался отправить последнее сообщение любимым, но экраны телефонов гасли на глазах.
Энергосети, связь, интернет — всё было в мгновение ока перерезано невидимой гигантской дланью.
Мечущиеся в панике люди напоминали спугнутых дневных бабочек. Они рвались к своим домам, к близким, но вдруг замирали на полушаге —
Память стремительно вымывалась из их разума.
Учёные, собравшиеся в закрытых лабораториях для изучения турнира, с помертвевшими лицами лишь бессильно и горько ухмылялись.
Пройдёт ещё пара мгновений, и светила науки превратятся в неразумных младенцев, а затем исчезнут вместе с цивилизацией, пробивавшей себе дорогу сквозь тысячи лет эволюции.
Триллионы жизней сыграли свою великую, длинную драму на подмостках этой параллельной Земли, но теперь занавес опустился.
Первыми сцену покинули мегаполисы, следом — живые существа, а за ними в небытие ушла и сама планета.
Суша, океаны, плоть и дух — всё обратилось в сверкающий звёздный прах.
И этот прах золотым потоком влился в величественную, пугающе прекрасную реку — тот самый «Вселенский пул ресурсов».
Тот, кто станет абсолютным победителем в этой битве за право владения Землёй, заберёт себе всё, из чего состоял этот мир.
Хэ Сутуань не успел как следует разглядеть это жуткое великолепие космического пула: перед глазами всё крутанулось и померкло.
Под ногами снова появилась твёрдая почва. Заторможенно скользнув взглядом по окружающим стенам, он осознал, что вернулся в родную реальность и стоит на металлической платформе прямо над «Окном».
Рядом стоял Юэ Цинпин.
Судя по потемневшему лицу, он видел ту же жуткую картину.
— Дерьмо, — сквозь зубы процедил Юэ Цинпин, не поднимая глаз. — Не нужны мне прах и кости других Земель.
Хэ Сутуань промолчал.
Но, по правде говоря, чувствовал он ровно то же самое.