Юэ Цинпин замер. Прежде ему не приходилось видеть Цзосайэр в таком смятении.
Но блестящий ум и цепкая память моментально выхватили из воспоминаний слова главкома Винсента, сказанные перед самым началом Турнира за право владения Землёй:
«С глубокой скорбью сообщаю: мы потеряли двоих разведчиков. Люди из нашего мира впервые столкнулись с иной человеческой цивилизацией. Цзосайэр призналась, будто угодила в киберпанк: там ни у кого нет обычных тел — лишь смесь плоти и стали».
Юэ Цинпин с нескрываемым изумлением уставился на двоих визитеров, медленно надвигавшихся на Хэ Сутуаня и Валентину. В то же мгновение он осознал, откуда произрастали ужас и лютая ненависть Цзосайэр.
— Тот, что справа... — прошептала Цзосайэр, и голос её дрожал от сдерживаемой бури. — Он убил Арафата и Хасана. А тот, что слева... перед смертью отрубил им руки и ноги.
Они не просто без предупреждения зарезали её соратников на её же глазах — это было хладнокровное, садистское истязание.
Лишь благодаря невероятной воле Цзосайэр до сих пор не бросилась на них. Она жаждала мщения за погибших товарищей, но понимала: за её плечами стоит родной мир. Она не имела права подставлять команду и потому давила в себе эту ярость до последней секунды.
В заснеженном лесу воцарилась звонкая тишина. Слова Цзосайэр слышали все.
Хэ Сутуань и Валентина мрачно переглянулись. Если секунду назад они ещё допускали мысль выторговать условия или проверить возможность союза, то теперь от этих намерений не осталось и следа. Арафат и Хасан были и их товарищами тоже.
К тому же тактика чужаков прослеживалась предельно чётко: беспощадное уничтожение всех соперников. Они без колебаний пошли на убийство при первой же встрече, ещё до официального старта Турнира за право владения Землёй.
Валентина глубоко вдохнула. Рельефные мышцы на её обнажённых ниже коротких рукавов руках натянулись струной — она подготовилась к бою.
В следующее мгновение женщина рванулась прямо к противнику с прозрачной личиной!
Лицо того типа состояло явно не из плоти: перед несущейся на него бурей он даже не дрогнул и просто вскинул руку, из которой выдвинулось дуло. Однако глубокий, почти по колено, снег нисколько не убавил резвости Валентины. Мощным пинком она взметнула снежную завесу, на мгновение ослепив врага, ловко уклонилась от выстрелов и вплотную подскочила к киборгу!
Палить в упор было неудобно, поэтому оружие чужака мгновенно трансформировалось в виброклинок, рассекающий воздух по дуге. Но Валентина на лету перехватила его металлическое запястье!
Чужак сплошь состоял из сплавов и весил куда больше любого крепкого мужчины. Но против воительницы, выходившей победительницей из схваток с дикими медведями, такое преимущество ничего не стоило.
Зажав чужое запястье в стальном захвате, Валентина с размаху всадила тяжелый ботинок ему в живот и с диким треском вырвала механическую руку прочь!
Киборг явно не ожидал, что существо из простой плоти и крови обладает столь чудовищной дурью. Пошатнувшись, он отступил и зажал рваную культю. Из поврежденных сочленений полилась густая жидкость, на лету замерзающая на снегу синеватой коркой.
— Кровь у них не красная, — произнесла Валентина.
В ту же секунду второй противник — четырехрукое чудовище — взвизгнул цепной пилой и обрушил удар на воительницу. Но Валентина сражалась не одна. Хэ Сутуань молниеносно выскочил вперёд, подставил оторванную механическую руку вместо щита и принял удар на себя. Скрежет металла о металл огласил лес.
Другой рукой капитан Хэ уже выхватил пистолет и в упор разрядил обойму прямо в полупрозрачный экран, заменявший врагу глаза.
По защитному стеклу побежала паутина трещин. И хотя боли существо не чувствовало, обзор ему это испортило капитально. Разъярённый киборг издал из динамика хриплый, оглушительный треск и безумно замахал четырьмя конечностями, но Хэ Сутуань легко уходил от его тупых атак.
Юэ Цинпин слегка хлопнул Цзосайэр по плечу:
— Идём. Пора свести счёты.
— Да... — выдохнула она.
Смотря на тварей, Цзосайэр на мгновение оцепенела.
Сколько ночей её терзали одни и те же кошмары! Снова и снова перед глазами всплывали эти стальные силуэты, заживо разрывающие её товарищей. С каждым сном их жуткие фигуры казались всё огромнее, а собственная беспомощность — всё беспросветнее. Она не знала, когда снова встретит их и найдет ли в себе силы отомстить. Этот кошмар, казалось, готов был разорвать её собственную душу.
Узнав о Турнире за право владения Землёй, она, несмотря на статус капитана разведчиков, не верила в успех. Помня ту ужасающую разницу в силе, Цзосайэр считала, что у её цивилизации нет ни единого шанса.
Именно поэтому она безропотно подчинялась абсурдным требованиям Объединённого правительства. Раз уж не под силу спасти мир или вернуть погибших, можно хотя бы покорностью уберечь тех, кто ей дорог, облегчив им последние дни перед неизбежным концом.
И вот кошмар воплотился наяву. Однако её нынешние соратники, действуя слаженно и чётко, без труда смяли заносчивых чужаков!
Лишь сейчас до неё дошло: металлические монстры вовсе не были всемогущими. Тогда, при первой встрече, её отряд просто застали врасплох. Чужакам можно противостоять! Они не слабосильные жертвы, у них есть шанс выстоять и победить!
Эта мысль вспыхнула в её разуме ослепительной вспышкой — и Цзосайэр, сорвавшись с места точно стрела из тугого лука, ринулась в бой!
— Я подсоблю, — бросил Юэ Цинпин оставшимся позади девушкам. — А вы держите периметр.
Хэ Сяоси со сложным чувством в глазах кивнула ему.
Впрочем, она почти сразу уловила новую опасность:
— Мы поднимаем слишком много шума. Сюда уже тянутся другие игроки.
— Ха, делов-то! — стоящая рядом Яо Баонань и не думала паниковать. — Сейчас устроим шумиху в другом месте и переманим их туда. Мне папа с мамой всегда говорили...
— Будь так добра, — Хэ Сяоси устало потёрла переносицу точь-в-точь как её брат, — давай обойдёмся без «мне папа с мамой говорили»?
— Оу, — Яо Баонань удивленно моргнула. — Мне ещё никто в жизни такого не заявлял. Ну да ладно, сестрёнка, только ради тебя промолчу. Скажи мне такое какой-нибудь мужичонка — я бы и ухом не повела.
— Несказанно признательна, — с лёгким сарказмом отозвалась Хэ Сяоси. — И как ты собираешься их увести?
— Помнишь, тот Леший говорил про волков? Вот я и созову сюда стаю.
— Целую стаю?
— А то! Я отлично умею подчинять зверьё, в нашем мире за такое вообще в гении пророчат, — Яо Баонань гордо ударила себя кулачком в грудь. — Положись на меня, у меня к этому настоящий талант!
Хэ Сяоси невольно улыбнулась:
— Твои таланты и впрямь способны сокрушить основы.
Она не ведала, какую именно технику применила девица, но имела представление о силах игроков из того мира. Яо Баонань лишь прикрыла глаза и замерла на мгновение — а в глубине леса уже зазвучал протяжный, леденящий душу волчий вой. Голоса подхватывали один за другим, они приближались с пугающей скоростью. Это была не одинокая особь, а матёрая, огромная хищная свара.
И стая уже столкнулась с чужаками. Из чащи донеслись сухие выстрелы, отборная ругань, а ледяной ветер принёс едва уловимый дух свежей крови.
Яо Баонань распахнула глаза:
— Порядок. Звери сами всё уладят.
Хэ Сяоси внимательно посмотрела на неё и уважительно кивнула:
— А ты и вправду сильна.
— Естественно! У нас в мире тоже далеко не всякому дано повелевать волками. Они умные, а чем тварь башковитее, тем сложнее удержать её в узде, — без ложной скромности защебетала Яо Баонань. — Мои братцы, к примеру, и близко так не умеют. Потому я и любимая дочка! Родители сразу сказали: всё наследство перейдёт мне.
Хэ Сяоси тихо спросила:
— А если бы твои братья научились делать это лучше тебя... родители поделились бы с ними имуществом?
Яо Баонань задумчиво почесала подбородок, явно впервые задаваясь подобным вопросом:
— Да с какой стати? Мужикам один хрен замуж выходить. Выданный замуж сын — что выплеснутая за порог вода, более не родня. С чего бы переводить на них семейные богатства?
— И ты считаешь, это справедливо?
Яо Баонань искренне изумилась. Ей ещё никогда не приходилось слышать ничего подобного:
— Так ведь это заветы предков!
По её мнению, вопрос звучал дико, а сама Хэ Сяоси казалась ей странной выскочкой:
— Не пойму я тебя. Ты ведь и сама баба, разве плохо пользоваться своими привилегиями? На кой чёрт печься о том, каково там этим мужичонкам? Богатства, власти и ресурсов в мире не так уж много. Отдашь им кусок — самой меньше достанется! А так они из кожи вон лезут, чтобы ублажить нас: по дому шуршат, прислуживают, марафет наводят да грызутся между собой за женское внимание. Красота же!
Она фыркнула:
— Дай им волю — они же сразу на шею сядут со своими «мужскими правами»! У нас в мире некоторые ублюдки от скуки посмотрели трансляции с Небесного Экрана, пронюхали, как живут в других мирах, и ну орать на каждом углу, будто с нами равняться могут!
Хэ Сяоси молчала. Она не стала поправлять оговорки собеседницы, а лишь перевела печальный взгляд на сражающегося неподалёку брата и тихо произнесла:
— Выходит, вы прекрасно всё понимаете. И обо всём знаете.
Яо Баонань уловила перемену в её настроении и решила дальше не подливать масла в огонь. До неё смутно дошло, что в мире этой девушки порядок вещей был вывернут ровно наоборот.
Бам!
Валентина с отвращением отбросила в сторону последнюю оторванную руку киборга и, глядя на превращённого в обрубок врага, повернулась к Цзосайэр:
— Кончай его.
— Хорошо... — срывающимся голосом отозвалась та и, сжимая в дрожащих пальцах кинжал, сделала шаг вперёд.
Второй металлический налётчик с прозрачным лицом был уже мёртв. Несмотря на кажущуюся неуязвимость и стальную броню, эти существа всё же сохраняли остатки плоти — например, в груди у них брезжило подобие живого сердца. Вот только выглядело оно как пульсирующий синеватый кристалл.
Цзосайэр кончиком лезвия поддела металлический щиток на груди врага и наставила остриё на трепещущий голубой самоцвет.
Она уставилась на киборга налившимися кровью глазами и сипло выдохнула:
— За что вы убили моих товарищей? За что?!
Чужак даже не пытался сопротивляться. Из его разбитого динамика, точно из древнего, шипящего радиоприёмника, раздался лишённый всяких эмоций металлический голос:
— Устранение соперников. Снижение конкуренции.
— Но ведь Турнир за право владения Землёй тогда даже не начался!
— Ресурсы Земли едины. Мы враги с момента зарождения наших видов, — бездушно проскрипел он. — Слияние — глупость.
— Вот как? — Цзосайэр горько ухмыльнулась, и в её взгляде вспыхнула лютая ярость. — И каковы же успехи у таких умников? Вы случайно не из того мира, что набрал свыше тысячи четырёхсот очков?
Киборг замолчал. И эта гробовая тишина была красноречивее любых слов.
Нет. Лидирующий мир принадлежал вовсе не им.
Цзосайэр больше не произнесла ни слова. Вложив всю накопившуюся боль, она с размаху вогнала лезвие в самое сердце кристалла.
Фосфоресцирующее свечение в последний раз судорожно вспыхнуло, быстро угасло, и пульсация навсегда прекратилась. Лишь после этого она выдернула окровавленный клинок.
Подойдя ближе, Юэ Цинпин молча протянул ей салфетку. Девушка благодарно кивнула, приняла её и тщательно отёрла голубую слизь с металла, не сводя холодного взгляда с мёртвой туши:
— Твари, у которых в жилах течёт даже не красная кровь... Не вам судить решения настоящего человечества.
Она беспечно бросила измазанную салфетку на снег. Белый листок плавно опустился на землю — а вместе с ним с души Цзосайэр словно свалился гигантский, годами давивший её груз.
Расправив плечи, она сбросила оцепенение и решительно повернулась к отряду:
— Вперёд. Нам нужно идти дальше.