Какая прямая и беспощадная развязка.
Потрясены были не только Бай Хэ с остальными — даже Юэ Цинпин на мгновение обомлел. Ему уже приходилось видеть, как Хэ Сутуань спускает курок, но прежде то была лишь беглая вспышка в хаосе боя. Теперь же, стоя за его спиной и наблюдая за происходящим от начала и до конца, он воочию ощутил эту леденящую рассудительность и жестокость, разительно отличавшиеся от обычного поведения капитана...
Юэ Цинпин поднял руку и через прозрачную преграду барьера виртуально прижал ладонь к плечу Хэ Сутуаня:
— Капитан Хэ, таков твой метод?
— Именно, — Хэ Сутуань даже не обернулся, его спокойный взгляд был прикован к замершим в цепенении игрокам. — Рассчитывать на то, что все добровольно согласятся поделить ресурсы поровну — наивная глупость. Зато сейчас правила устанавливаю я. И варианты просты: либо вы их принимаете, либо...
Он не стал договаривать, лишь сделал выразительную паузу, переведя взгляд на тело, распростёртое в луже крови. Молчаливое предупреждение читалось без слов.
Юэ Цинпин тихо, грудно хмыкнул:
— Ладно, понял. На этот раз я за тобой. Пойду отберу среди прибрежной группы тех, кто пригоден к сотрудничеству.
Устранить нежелающих подчиняться, отсеять тех, с кем можно иметь дело.
Игроки переглядывались, судорожно взвешивая риски. Подчиниться и разделить пятицветные камни? Или пойти на крайность, вырезать соперников и забрать всё себе?
В первом случае добыча выйдет скудной, а итоговый рейтинг оставит желать лучшего. Во втором — слишком велик риск быть убитым в процессе.
Один из игроков, выждав паузу, мрачно процедил, глядя на Хэ Сутуаня:
— А ты не боишься, что мы нападём скопом? Если прикончим тебя, весь твой трофейный куш достанется нам. Разойдётся как миленький.
В его голосе звучала откровенная угроза. Но не успел он закончить, как на его груди расплылось яркое алое пятно прицела.
Тот вздрогнул, проследил за лучом и увидел Бай Хэ с вскинутым лазерным оружием.
— Если ты прикончишь его и заберёшь камни, — прохладно отозвалась Бай Хэ, — я убью тебя и заберу их снова. Зачем нам вообще что-то «делить»? Давайте просто стрелять, пока не останется кто-то один. Уверен, что этим единственным выжившим станешь именно ты?
Игрок замолчал. Ему явно не хватало уверенности.
Но просто так смириться с ролью покорного скота было тошнотворно.
— Кстати, к слову, — губы Хэ Сутуаня тронула едва заметная усмешка, — не забывайте: наши соперники не только вы. Есть ещё игроки в море. Вот только о том, что происходит у них, знаю лишь я один.
Мужчина судорожно сглотнул.
— Я даю вам время подумать, — продолжал Хэ Сутуань. — Цзинвэй уже близко. Окончательный выбор сделаете, когда птица улетит.
Он непрерывно хронометрировал время. Стоило этим словам слететь с его губ, как в небе раздался тяжкий, оглушительный гул исполинских крыльев.
Колеблющимся игрокам ничего не оставалось, кроме как затаить дыхание.
Птица Цзинвэй снова опустилась перед ними. Заметив окровавленный труп, священная птица изгнула клюв в плотоядной, заинтригованной ухмылке. Но стоило ей перевести взгляд на Хэ Сутуаня — промокшего до нитки, держащего в руках свёрток из водорослей, — как любопытство на её обличье мгновенно сменилось угрюмой досадой.
— Ты нашёл их, — прошипела птица с мрачной угрозой.
— Угу. Ты же сама дала столько подсказок, — невозмутимо отозвался Хэ Сутуань и даже отвесил ироничный комплимент: — Твоя разработка, да? Столько способов прохождения и скрытых механик. Мне нравится.
Цзинвэй не спускала с него пристального, тяжёлого взгляда:
— Надо же. Не думала, что в такой игре найдётся добрый самаритянин, готовый делиться.
— Дело не в доброте. Я просто отбираю тех, с кем выгодно заключить союз.
Хэ Сутуаню показалось, будто птица издала тихий короткий смешок, но звук был слишком беглым, чтобы разобрать эмоцию.
Не обращая на него больше внимания, Цзинвэй, как и в прошлые разы, забрала положенные пятицветные камни, после чего указала на случайного игрока для вопроса.
Им оказался тот самый мужчина, который только что пытался угрожать Хэ Сутуаню и попал под прицел Бай Хэ.
Оказавшись в тупике, тот долго раздумывал, пока птица не начала проявлять нетерпение, и наконец спросил:
— Тот тип, что зачитывал правила перед началом каждого этапа... он такой же, как ты?
Вопрос прямо не касался текущего раунда, но звучал любопытно.
Хэ Сутуань приподнял бровь, с интересом ожидая ответа.
Цзинвэй тоже оценила вопрос. Не скрывая улыбки, она слегка наклонила голову:
— Именно. Угадал.
— Тогда... — игрок запнулся и тут же выпалил: — А сам-то ты что за тварь такой?!
ИИ? НПС? Или... существо божественного порядка?
— Эй, без оскорблений, — злорадно оскалилась Цзинвэй. — На один вопрос я уже ответила. Не наглей...
— У меня вопрос, — звонкий, чистый голос молодого человека бесцеремонно перебил птицу.
Цзинвэй медленно повернула голову к Хэ Сутуаню, её глаза сощурились в опасные щели:
— Я сказала: не наглей.
— Какая же это наглость? — не дрогнув, возразил Хэ Сутуань. — Ты озвучиваешь правила, а значит, обязана разжевать их до конца. У меня уточнение по механике — это не нарушение. Я могу сдать тебе больше одного пятицветного камня?
Птица на мгновение опешила, явно не ожидая подобного. Но тут же зашлась смехом, словно услышала невероятно глупую шутку:
— Хочешь отдать мне больше камней? Думаешь, за это добавят очков? Я же ясно сказала: учитываться будет лишь то, что останется у вас на руках при финальном подсчёте! Сдай ты мне хоть сотню камней прямо сейчас — я просто швырну их в море. Никакого бонуса ты не получишь.
Она подалась вперёд и, понизив голос до зловещего шепота, добавила:
— Если тебе надоело жить и ты ищешь лёгкой смерти — просто выбрось свои камни в воду. Ну так что, сколько ты там собрался мне отдать?..
— Спасибо, всё понял, — Хэ Сутуань спокойно кивнул. — Дополнительных камней отдавать не собираюсь. Можешь лететь.
Цзинвэй опешила.
Птица замерла. На мгновение ей показалось, что её банально провели вокруг пальца. Она стиснула зубы и напрямую проскрипела:
— Ты что, издеваешься надо мной?!
Хэ Сутуань смерил её невозмутимым, слегка свысока взглядом — так смотрят на капризного, разбушевавшегося ребёнка:
— Я же сказал «спасибо». Что не так?
Цзинвэй потеряла дар речи.
— Ха! — Она издала резкий, пронзительный клекот и взмахнула огромными крыльями, взмывая в воздух. — Надеюсь, ты доживёшь до моего следующего прилёта, а не будешь разорван на куски своими же сородичами из-за этой добычи!
— Не беспокойся, — сухо отозвался Хэ Сутуань.
Не медля ни секунды, он сделал несколько быстрых шагов к самому краю обрыва.
— Ты что, опять прыгать собрался?! — Цзян Гуанцзун, заполучившая после прошлых выходок капитана стойкую травму, отчаянно крикнула ему в спину.
— Нет, — с чувством, толком и расстановкой ответил Хэ Сутуань. — Но вот этот свёрток в моих руках, кажется, очень хочет совершить красивый полёт вниз.
Свёрток хочет прыгнуть с обрыва?
Игроки опешили, а затем до них дошёл скрытый подтекст. Один из них даже не удержался от сочного ругательства:
— Мать твою! Ты что вытворяешь?!
— Я прекрасно понимаю, что единолично удержать эти камни не смогу, поэтому предложил честный раздел. Это мой предел уступок. Не хотите по-хорошему — я просто сброшу свёрток в море, — ровным тоном произнёс Хэ Сутуань. — А вы пока погадайте, успеют ли морские игроки поднять камни со дна и захотят ли делиться с вами. В худшем случае сдохнем все вместе.
— Ах ты...!
— Впрочем, вы всегда можете повторить мой трюк: сигануть вниз и вытрясти камни из морской группы. Вот только попробуйте угадать, пущу ли я вам пулю в затылок, когда вы будете выныривать на обратном пути.
Один из игроков в упор уставился на него:
— Ты нам угрожаешь?
— А похоже на то, что я шучу?
Разговор исчерпал себя.
Рядом с Хэ Сутуанем уже стояли Цзян Гуанцзун, Бай Хэ и Амоде. К ним же, пораскинув мозгами, примкнули игрок с альпинистским снаряжением и тот, кто носил экзоскелет.
В горной группе оставалось всего десять человек. Их фракция уже составляла абсолютное большинство.
Оставшаяся пятёрка переглянулась. Сопротивление окончательно потеряло всякий смысл.
Тот самый игрок, что вначале пытался качать права, тяжело вздохнул:
— Ладно... Покажи хоть, сколько у тебя там в свёртке. Если на всех не хватит...
Он поджал губы, не закончив фразу, но подтекст был ясен каждому: если добычи мало, кому-то всё равно придется умереть.
— Не переживай, — Хэ Сутуань бросил короткий взгляд в сторону подножия горы. — Хватит на всех.
На старте в обеих группах было по двадцать человек. Теперь в горной осталось десять, а в прибрежной — всего семеро. Двадцать три человека уже погибли в этой внешне незамысловатой игре.
И всё же...
— Не хватит! Какое «хватит»?! Тут же ничерта не сходится!
Когда Юэ Цинпин привёл остатки прибрежной группы, Хэ Сутуань развернул свёрток и принялся пересчитывать камни.
Он опустился на одно колено у стены, раскладывая трофеи. Вокруг плотным кольцом сгрудились игроки горной группы, а по ту сторону барьера за его руками пристально следили оставшиеся из прибрежной. Со стороны это походило на сходку старых заядлых шахматистов в парке — картинка выходила странно будничной и даже комичной.
Если бы не контекст...
— Даже если те десять камней, что мы сбросили вниз, морские успеют выловить, нам всё равно не хватает больше двух десятков, — нахмурилась Бай Хэ. — Что делать?
К четвёртому часу найти пятицветные камни стало практически невозможно. Прибрежная группа отдавала почти всё горной, не имея заначек, да и у игроков горной группы после постоянных «поборов» Цзинвэй запасов не оставалось.
Даже если не делить поровну, а выдавать ровно столько, чтобы пролезть по нижней планке, не хватало солидной суммы.
Двадцать с лишним камней... Это значит, нужно пустить в расход ещё двоих.
Но Хэ Сутуань возразил:
— Хватит. А излишек, как и договаривались, останется мне.
Кто-то нервно хохотнул, приняв его за сумасшедшего:
— Ты считать умеешь?! Откуда тут излишек?!
Хэ Сутуань даже не взглянул на крикуна. Он лишь повернулся к Юэ Цинпину:
— Трупы погибших из прибрежной группы всё ещё там?
— Да, — Юэ Цинпин покосился на гору тел неподалёку. — Их некому было убирать. Ты хочешь...
— Угу, — Хэ Сутуань поднялся на ноги и отряхнул колени. — Цзинвэй ведь сама сказала: пятицветные камни вполне можно заменить глазами.