Для студентов это был самый обычный апрельский день.
Его Высочество Франк, верный своим привычкам, снова прогулял занятия. Забравшись с ногами на диван, он с глубочайшей погружённостью изучал «Руководство по выращиванию грибов».
В противоположном углу комнаты отдыха Джейн из женского общежития наигрывала что-то на фортепиано, а Изабелла без малейшего намёка на грацию растянулась прямо на полу. Перед ней лежал учебник, однако с самой первой минуты она с головой ушла в «Рунический линлинькань», попутно переписываясь с кем-то в беспрестанно мигающем чате.
(Из статистики: добрые восемьдесят процентов пополнений магической базовой станции происходили как раз тогда, когда студенты, по их собственным заявлениям, «делали домашнее задание и повторение». Дошло до того, что госпоже Яни пришлось умолять Ангела написать программу-изолятор, чтобы в определённые часы насильно отрезать студентов от базовой станции).
Словом, стоял ленивый, тягучий и откровенно праздный день.
Срезавшись на тридцатой победе подряд, Изабелла со вздохом вернулась к учебнику. Пробежав глазами пару строчек без малейшего интереса, она снова открыла сетевой интерфейс — и не удержалась от тихого возгласа.
Музыка не смолкала, Франк всё так же упоенно вчитывался в грибоводческое пособие.
— Опубликовали результаты военной подготовки! — возвестила Изабелла, повысив голос.
Музыка не прекращалась. Франк, не поднимая головы, с пространным видом бросил:
— Сборов? Так они полмесяца как закончились.
— Вот и я не пойму, с чего вдруг всплыла эта сводка, — Изабелла уставилась на мерцающий экран, — но штука любопытная! Мы одолели десять уровней Магического колодца, зачистили комнаты в общей сложности 786 688 раз, а совокупный уровень исследования превысил 43,67%. На следующий год обещают полное закрытие проекта. И слушайте, мы ведь унавоживали эти грибы 7 686 686 раз и вырастили 156 879 штук!
Сухие цифры сами по себе звучали скучно, да и Изабелла тараторила суховато, но для тех, кто собственными руками возился с мицелием, эти данные были не безразличны.
— Неужели мы столько вырастили? — спросила Джейн, оставив наконец клавиши.
— Да это суммарно по всей академии! По всей!
Франк тем временем не стал мелочиться со своим устройством и запустил большой магический экран, занимавший целую стену гостиной.
Этот монитор установили совсем недавно. Он простирался во всю стену, словно в частном кинозале, и смотрелся впечатляюще. К нему можно было подсоединять личные терминалы, однако расходовал он колоссальное количество магии. К тому же в сети Города Академий пока не водилось ничего слаще незамысловатых игр для медитации — ни тебе фильмов, ни передач. Посему рядовые учащиеся экран почти не включали, искренне недоумевая, к чему учебному заведению подобная роскошь.
Лишь Франк, у которого деньги куры не клевали, гонял эту махину ради обычного сёрфинга.
Пара манипуляций — и на стене распахнулась итоговая сводка учебных сборов:
[Благодаря общим усилиям учащихся первые военно-полевые сборы успешно завершены!]
[За время учений студенты продвинулись до десятого уровня Магического колодца.]
[Комнаты были зачищены 786 688 раз.]
[Похоже, первые десять ярусов вы знаете получше самого архитектора.]
[Совершено 7 868 696 покупок в сетевом магазине.]
[Затрачено 1 987 868 698 единиц магической энергии.]
[Не слишком ли вы полагались на артефакты? Пора бы чаще уповать на собственные силы!]
[Подкормка грибов проводилась 7 686 686 раз.]
[Выращено 156 879 грибных экземпляров.]
[Вы развели гигантские грибные леса, проложив плотную магическую сеть.]
[Грибы нанесли 76 798 атак и отразили набеги 36 768 монстров.]
[Не слишком ли вы бережёте своих питомцев? Активнее задействуйте их в бою!]
[Идеально исследовано 187 комнат;]
[Распахнуто 87 помещений А-класса;]
[Освоено 13 помещений S-класса;]
[Вы докопались до величайшей тайны Магического колодца!]
[Настоящим объявляется новый этап экспедиции:]
[Сформирован отряд сильнейших первопроходцев для освоения неизведанных глубин.]
[Ход освоения будет транслироваться в прямом эфире.]
[Все желающие могут воспользоваться новой функцией «Прямая трансляция» и поддержать товарищей через «Пулевой экран» и «Подарки».]
Франк ошарашенно дочитал эту сводку — не столько табель успеваемости, сколько детальную статистическую выкладку. Сперва он ухмылялся, но к финалу на лбу завязался узел.
— А концовка-то о чём?
Громко размышляя, он кликнул по иконке трансляций. На огромном экране вспыхнула скупая плашка: «Идёт подготовка».
Зато Джейн внезапно ахнула.
— Джейн, ты в курсе? — Изабелла тут же обернулась к подруге.
— На днях руководство обращалось ко мне, — отозвалась Джейн. — Спрашивали, смогу ли я потянуть проект, похожий на сборы, без ущерба для учебы.
— Опять сборы?! — Франк выпрямился, словно его ужалили. — Стоп... Это выходит, отберут лишь единиц? Но с какой стати выбрали тебя?
— Видимо... за успеваемость?
Джейн занимала первое место в рейтинге гуманитарного отделения среди вторых курсов.
Франка словно обухом по голове оглушило. Он в бессилии откинулся на подушки. Этот заядлый прогульщик прекрасно осознавал: если отбор идёт по академическим баллам, ему светит ровным счётом ничего.
Изабелла же с сочувствием взглянула на подругу:
— И ты согласилась?
— От таких предложений не отказываются, — вздохнула Джейн.
* * *
Поэтому, когда вечером Скотт вернулся в общежитие, его встретил исполненный лютой ненависти взгляд соседа.
— Тебя ведь тоже отобрали, да?
— Что?
— На вторые сборы! — процедил Франк.
Скотт мог круглые сутки пропадать на подработках, но от успеваемости напрямую зависели его стипендия, скидка на обучение и доступ к лучшим вакансиям. Поэтому за оценки он держался зубами, прочно удерживая статус лучшего студента-мужчины на втором курсе точных наук.
— Это не совсем сборы... Но ты уже прознал, да? — Скотт озадаченно почесал затылок.
Франк готов был задушить его от зависти.
В этот момент подтянулись остальные жильцы.
— Что за драма? — поинтересовался полуэльф Пупуно, заприметив нахмуренную физиономию Франка.
— Этот предатель Скотт пролез по блату! Выбил себе место на новых сборах! — запричитал Франк.
— О, так тебя тоже включили? — Пупуно с улыбкой поднял ладонь и звонко хлопнул по ладони Скотта.
Франк застыл с отвалившейся челюстью.
— Пупуно хоть и выглядит разгильдяем, учится прекрасно, — шепнул Бобби. — Он лучший на втором курсе гуманитарного факультета.
— Иуда! Изменник! — завопил Франк.
Они же вместе прогуливали занятия! С чего вдруг этот полуэльф оказался отличником?!
Франк недоверчиво смерил взглядом Бобби, вечно прикидывавшегося примерным учеником, после чего поволокся к Кате:
— Скажи, разве этот мир не несправедлив?!
— Да нет, всё предельно честно, — безапелляционно пожал плечами Ката.
Бобби тут же пришёл на помощь с пояснениями:
— Ката — лучший на первом курсе магического факультета.
— За что-о-о?! — картина мира Франка трещала по швам. — Ладно остальные, но почему ДАЖЕ ЭТОТ ТИП стал лучшим?! Неужели звание лучшего студента сейчас дают каждому встречному-поперечному?!
— Эй! Ты на что намекаешь?! — вспыхнул Ката. — Что странного в том, что я первый?!
О чём Ката предпочёл умолчать, так это о том, как в первом семестре Лейбниц втянул его в «Блоки магической силы» и заставил подтягивать математику. А поскольку Ката органически не переваривал проигрыши, то, взявшись за ум, выдал блестящие результаты и действительно возглавил список факультета.
— Впрочем, на младших курсах это звание действительно довольно условно, — подал голос Скотт. — У нас же нет общих итоговых экзаменов, как на старших. Считают средний балл за текущие задания. Держишь высокую планку — и ты на вершине.
— Именно, — кивнул Пупуно. — Главное на первом-втором курсе — не иметь провалов по предметам. Базовых знаний вполне хватает. Вот на четвёртом курсе — там да, настоящий бой за первенство идёт.
Франк, обхватив голову руками, готов был завыть.
Подумать только! Лучший! Каким бы условным ни было первенство — это всё равно вершина! Быть просто хорошистом нетривиально, но стать первым — задача не из легких!
— Наш блок ведь считался приютом для проблемных студентов! Нас же скомпоновали из тех, кого выперли из прошлых комнат за паршивый характер и неуживчивость! Почему у вас у всех идеальные оценки?!
— Разногласия с прежними соседями никак не влияют на успеваемость, — отрезал Ката.
Сам-то он съехал исключительно ради того, чтобы донимать профессора Лейбница, поскольку корпуса магов и математиков находились в разных концах студгородка.
— Ты разве не в курсе? — подал голос Бобби. — В такие сборные блоки вроде нашего коменданты специально подселяют к отстающим отличников. Чтобы неуспевающие не сбивались в стаи и окончательно не скатывались.
Франк мысленно прикинул расклад.
Он живет со Скоттом.
Пупуно — с Уильямом.
Ката — с Бобби.
Если выбросить из уравнения Уильяма, который вообще не соизволил явиться на занятия в первом учебном году...
Франк медленно перевел взгляд на Бобби:
— Выходит, во всем мужском крыле только мы с тобой держим оборону со дна?
Бобби виновато почесал затылок.
Однако Франка озадачило другое: новоявленные триумфаторы вовсе не выглядели счастливыми. Ладно Скотт с его вечной сосредоточенностью, но Пупуно и Ката любили устраивать заварушки!
— Вы чего кислые такие? Только не говорите, что вам плевать на эти сборы! — предостерегающе прищурился Франк. Скажи они сейчас что-то в духе «да не больно-то и хотелось», он бы без колебаний проломил им головы.
— Да какие это сборы... — вздохнул Скотт. — Одно название.
— Вот-вот, — поддержал Пупуно. — В реальности на передовую никто не идет. Сидишь в дата-центре как истукан.
— Да и выглядеть при этом приходится полным идиотом, — буркнул Ката.
Франк недоуменно хлопал глазами.
* * *
В день трансляции оставшиеся в общежитии студенты расположились у огромного магического экрана.
Академия официально опубликовала список «Сильнейших исследователей» первой волны.
Естественно, в него вошли исключительно сливки академической элиты: первачи рейтингов, в крайнем случае — их ближайшие преследователи. С каждого курса отобрали лучших парней и девушек по гуманитарному, техническому и магическому направлениям — всего двадцать шесть человек (включая двоих студентов с пятого курса, зачисленных по особому распоряжению).
Но едва эти признанные гении возникли на экране, Франк забился в истерическом хохоте.
— А-ха-ха-ха! Вы только взгляните на этих придурков!
Камера как раз взяла крупным планом Скотта. Тот стоял в отутюженной форме с несколько зажатым видом. Но дело было вовсе не в позе: прямо посреди лба у него красовался одинокий рог — слегка изогнутый, точь-в-точь как у носорога, только приделанный повыше.
Остальным повезло не больше.
У Джейн возле правого виска кучковались три аккуратных рожка.
Голову Каты венчал венчик из четырёх рогов: пара задорно торчала вверх, еще пара загибалась книзу.
А у Пупуно из шевелюры произрастали два полноценных драконьих рога.
Зрительские чаты на экране мгновенно запестрили дружным «а-ха-ха-ха».
— С какого перепуга на меня нахлобучили столько дряни?! — огрызнулся Ката, нервно поправляя свою корону.
— Это устройства магической связи, — спокойно разъяснил Лейбниц. — Они позволяют отслеживать ваши координаты и выходить на связь. Габариты и количество рогов напрямую зависят от вашего природного магического потенциала. Твой уровень магии крайне мал, так что понадобилась усиленная гарнитура.
В основу изобретения легли рога Серебряного Листа и Джека. Заприметив их свойства на Празднике Святого Духа, Ангел поручил провести изыскания, а практической калибровкой занялся Лейбниц. Именно он сейчас подогнал габариты рогов первому отряду.
— Чего?! У меня низкий потенциал?! — Ката в шоке уставился на окружающих.
На секундочку, он возглавлял факультет магии! Пусть и среди первокурсников! А вокруг стояли обычные гуманитарии и технари! Почему у него — магистра чародейства — набалдашников оказалось больше, чем у всех остальных вместе взятых?!
Эта перепалка в полном объёме попала в эфир.
Экран взорвался очередной волной «а-ха-ха-ха», а фразочка «Факультет магии с нулевой магией» к вечеру превратилась в главный мем Города Академий.
Впрочем, это были лишь цветочки.
Вскоре всех участников уложили на специально подготовленные кушетки. Несколько магов в белых мантиях приступили к сеансу гипноза:
— Закройте глаза... Вдохните густой аромат лаванды...
— Вспомните...
— Вспомните самый мучительный, самый унизительный миг вашей жизни...
Ката насупился.
Он вырос в абсолютном благополучии и до сих пор не ведал серьезных невзгод. Самое чувствительное поражение постигло его совсем недавно: позорные проигрыши за игровым столом «Волшебной Шестерёнки», вечное второе место в рейтинге, а затем поездка в Город Академий на поиски Лейбница — где тот раскатал его в блин, даже не посчитав достойным соперником.
Стоило этим воспоминаниям всплыть в памяти, как земля ушла у него из-под ног.
Кушетка словно растворилась, и Ката с уханьем полетел в бездонную пропасть.
Распахнув от ужаса глаза, он увидел вращающийся в пустоте гигантский символ шестерни.
Этот знак странным образом успокоил его и даже подхлестнул азарт:
— Неужели очередная игрушка от «Волшебной Шестерёнки»?! — обрадовался он.
Однако ликовать пришлось недолго: секундой позже он плюхнулся в ледяную, зловонную жижу, и всё пространство застлала кроваво-алая пелена.
Барахтаясь в алой жиже, Ката кое-как выкарабкался на сушу.
Утерев с лица грязь, он увидел на поверхности красного кристалла своё смутное отражение и прилегающие строчки текста.
Судя по зеркальной глади, он заметно раздался в плечах и повзрослел лет на десять, превратившись в статного двадцатипятилетнего мужа. Рога остались на месте, но за спиной появились три крыла — два белоснежных и одно угольно-чёрное.
Перемены во внешности его ничуть не тронули. Ката, уроженец Сесилии и давний клиент «Волшебной Шестерёнки», привык к геймдизайнерским фокусам.
Первым делом он принялся читать статус:
[Ката]
[Грех: Гордыня]
[Навыки: Как истинный носитель Гордыни, ты обязан превосходить всех и каждого. С какой стати тебе проигрывать жалким смертным? Тебе доступны абсолютно все навыки и заклинания, однако помни: твой изначальный талант ничем не лучше, чем у остальных.]
[Наказание: Чем тяжелее твои грехи, тем сильнее оперение. Берегись! Не превратись в ощипанную курицу.]
Ниже располагались четыре пиктограммы: «Мозг», «Сердце», «Желудок» и «Крылья».
Подписи к ним отсутствовали, но Ката не паниковал — продукты «Волшебной Шестерёнки» всегда давали подсказки по ходу дела.
Оглядевшись, Ката обнаружил вокруг лишь мёртвую пустошь с редкими корявыми деревьями да россыпью кристаллов. Обучающее руководство велело отломать ветку и подобрать кристалл. Ката подчинился; соединив оба предмета, он получил вполне добротный топор.
Сделав пробный взмах по засохшему стволу, он обрушил дерево, разлетевшееся на кучу поленьев.
Пока он размышлял, как применить древесину, кровавый водоём снова забурлил.
Из красной жижи вылез красноволосый юноша. Из-за яркой шевелюры Ката сразу вспомнил его — это был третьекурсник с обычного отделения (правда, гуманитарий или технарь — вылетело из головы).
Красноволосый подозрительно оглядел повзрослевшего Кату и, не проронив ни слова, явно ушёл в изучение интерфейса, после чего отправился к кристаллу проверять характеристики.
Ката пытался подсмотреть, но экран чужого статуса оставался скрыт.
Закончив с вводным инструктажем, парень точно так же скрафтил себе топор из ветки и кристалла.
— Ты тоже из нашей академии? — наконец спросил красноволосый.
— Ага, — кивнул Ката.
— Что-то я тебя на кушетках не заметил. С какого курса? Какого факультета?
— Магического.
Ката ответил без утайки — и тут же поймал исполненный презрения взгляд. Собеседник немедленно отшагнул подальше.
Впрочем, удивления это не вызвало.
Каждый в Городе Академий знал: истинные таланты отправляются в Башню Магов, а в Кагафен стекаются лишь бездари, которым чудом перепала стипендия. В отличие от них, на обычных отделениях учились либо аристократы, либо богачи, брезговавшие копаться в грязи рядом с нищими чародеями.
Кате на чужую спесь было плевать. Он внимательно разбирал висящие перед глазами чертежи и по инструкции скрафтил себе лопату, после чего выкопал ком земли.
В этот момент в животе неприятно засосало.
Иконка «Желудка» с самого начала была заполнена не до конца и с каждой минутой неуклонно пустела.
Стало быть, «Желудок» отвечает за голод, и без еды не обойтись?
Обучающая подсказка выдала инструкцию, от которой Ката усомнился в собственном зрении: ему предлагалось отправлять выкопанный грунт прямо в рот.
«Жрать землю, что ли?!» — опешил Ката, глядя на ком грязи.
— Чёрт возьми! — раздалось ругательство неподалёку.
Красноволосый отчаянно не хотел общаться с чародеем, но шкурный вопрос пересилил:
— Слушай... Тебе в обучении тоже предлагают земляную хрень жрать?!
— Похоже на то, — кивнул Ката.
— Да за кого они нас держат?! — вспылил парень, махом отбросив выкопанный ком, и шагнул прочь от кровавого озера в поисках нормальной еды.
Ката молча проводил его взглядом, поколебался секунду и... отправил землю в рот.
На зубах немилосердно заскрипел песок. Впрочем, это и была сухая пыль, так что изысканным вкусом тут и не пахло.
Зато шкала голода немного восстановилась, а пустующая иконка «Крыльев» наполнилась сиянием.
Рядом вспыхнуло древо навыков, открывая доступ к заклинаниям.
Стало быть, «Крылья» — это очки магического развития.
Пока Ката прикидывал, какую стихию вкачать первой, из пруда с плеском вылез симпатичный юноша. Оглядевшись, он замер:
— Ката?!
— Э-э... — Ката тщетно пытался вспомнить имя.
Этот парень не обладал кричащей внешностью, а к мужским физиономиям Ката интереса не питал.
Собеседник быстро раскусил его заминку и со смешком качнул головой:
— Я Ясан, твой старший товарищ с третьего курса. Мы же общались, когда ты подавал заявку на смену общежития!
— А-а, точно, привет! — отмахнулся Ката.
Ясан лишь вздохнул, подошёл к кристаллу и вчитался в статус:
— Ого, у меня «Лень»?.. Да какая лень, я ведь пашу как вол! — Парень недовольно нахмурился. Грех Лень явно приходился ему не по вкусу.
— На твоём месте я бы не стал разглашать свои характеристики, — предупредил Ката. — Кристалл не просто так скрывает текст от чужих глаз. Да и пункт с наказанием выглядит дерьмово.
— Понял, спасибо за наводку, — кивнул Ясан.
Он подошёл ближе и скрафтил стандартный набор — топор и лопату.
Вскоре перед ним встала та же дилемма.
—... Жрать грязь?! — Ясан с отвращением уставился на кусок грунта.
— Пофиг, это же просто игра, — философски заметил Ката, закидывая в рот очередной ком грязи.
Шкала заполнилась, давая новые очки развития.
Ката без колебаний вложился в Магию Ветра. Он давно мечтал о ней: с ней можно летать без всяких метел, да и ловкость взлетает до небес. Если как следует потренироваться, можно выучить фехтовальные финты не хуже, чем у Лейбница.
Глядя на спокойного Кату, Ясан не стал долго колебаться.
— Кто бы мог подумать, что и в виртуальности придется земляными блинами давиться... — пробормотал старшекурсник и отправил грунт в рот. — Мда, дрянь редкая, точь-в-точь как в реале.
Ката едва не поперхнулся: «В смысле — как в реале?!» Но задать вопрос не успел — из кровавого пруда снова раздался шумный всплеск.
Обернувшись, они увидели вылезающую на берег яркую макушку.
Это был всё тот же красноволосый гордец.
— Артур? — узнал его Ясан.
— Ты же гордо ушёл? — удивился Ката.
— Не твоё собачье дело! — огрызнулся Артур.
Естественно, он ни за что на свете не признался бы, что минуту назад скопытнулся от голода и возродился на точке спавна.
Проворчав проклятия, Артур вдруг нахмурился и уставился на Кату:
— Ты... как ты вообще еще жив?!
— В смысле? — не понял Ката.
До красноволосого дошло мгновенно:
— Твою мать, ты реально жрал землю?!
— Жрал, — отрезал Ката.
Артур отшатнулся на три шага, глядя на него как на законченного психа.
— Когда поджимает голод, выбирать не приходится, — сочувственно улыбнулся Ясан. — А какие варианты?
— Да я лучше сдохну, чем буду землю жрать! — во всеуслышание поклялся Артур.
И, чеканя шаги, снова свалил в туман.